Глава 24
Россия. Дальний Восток. Окрестности города Владивосток. Настоящее время.
Я никогда не задумывалась о жизни и смерти. Мне казалось, что моя жизнь проста и понятна. Но всё изменилось, когда в моей жизни появился Влад. Он полностью завладел моими мыслями и сердцем.
Раньше я бы никогда не поверила, что наша история может так закончиться, но теперь я принимаю её и иду по своему пути. Я стала монстром, которого раньше презирала. Я совершала ужасные поступки, убивая невинных людей. Моё поведение было невообразимым, и я позволяла себе недопустимые вещи.
Последнее, что я помню, — это холодные и властные глаза Влада, которые смотрели на меня сверху вниз. Его жестокий и металлический голос произнёс: «Стефани Пайнс, отныне ты навсегда заснёшь и будешь беспробудно спать. Твой разум будет за пределами понимания, и он не позволит тебе жить и существовать. Отныне ты лишь пустая оболочка, которая будет навечно оставлена в одном состоянии и никогда не очнётся».
После этого наступила темнота и холодная пустота. Я была нигде и никем. Осознавать это было страшно и болезненно. Но в моей голове было странное видение: я и Влад снова встречаемся в Чехии на ступенях нашего ресторана.
Сначала это казалось воспоминанием о нашей первой встрече. Но затем Влад стал вести себя иначе, чем в оригинальном воспоминании. Он обнимал меня и говорил странные вещи. Закончилось всё его крепким поцелуем, который вернул мне все воспоминания о нём.
После этого вновь наступила тьма, которая казалась бесконечной. Внезапно я снова начала ощущать мир. Я почувствовала своё тело и боль от каждого движения в нём. Я чувствовала аромат хвои и древесины, а также знакомый аромат корицы и чего-то свежего и терпкого.
Не знаю, как это произошло, но я почувствовала присутствие Влада рядом с собой. Я была слишком слаба и всё ещё находилась в своём трансе, но, собрав остатки сил, я смогла произнести:
— Влад, это ты? — я хотела убедиться, что не ошиблась в своих выводах и он действительно сейчас рядом со мной.
— Стефани, — услышала я слабый голос около себя, который мог принадлежать лишь одному существу во вселенной. — Ты всё-таки смогла вернуться назад.
— Стефани! Она жива! — услышала я громкий возглас Нормана где-то вдалеке, что помогло мне начать приходить в себя. — У тебя получилось!
— Ты разве сомневался во мне? — голос, который произнёс эти слова, был мне незнаком, но я слишком сильно ощутила силу его владельца и его неимоверную мощь.
— Нет, Лилит, в этот раз я не сомневался в тебе, — голос Нормана был непривычно потерян и слаб. — Что теперь будет с ними?
— Девушка будет жить в качестве вампира. Её сущность я не могу изменить. Есть вещи, которые даже мне не подвластны в этом мире, — голос незнакомки стих и резко пропал. В комнате повисло тяжёлое молчание, а затем я услышала тихие слова: — Но вот Владу я дам немного времени попрощаться с ней. После этого мы обязаны будем сообщить твоему отцу о нарушении условий его договора. Предполагаю, что после этого он заберёт душу Влада с собой в ад, и он навеки уйдёт.
— Неужели никак нельзя спасти его от отца? Я не могу спокойно смотреть, как мой лучший друг уйдёт и навеки будет обречён на адские муки.
— Такова цена её спасения, и Влад согласился её заплатить. Мне жаль твоего друга, Норильмавен, но тебе стоит принять тот факт, что ему придётся уйти.
— Всё хорошо, — услышала я голос Влада рядом с собой. Затем я почувствовала прикосновение его руки к своему лицу. — Если это спасёт её, то моя жизнь будет прожита не зря.
— Влад, — я попыталась открыть глаза, и на этот раз у меня хватило сил на это действие. — Что происходит? Где я, и что всё это значит?
— Тише, — Влад прижал меня к себе, и я почувствовала лёгкую дрожь в его теле. — Всё хорошо, Стефани. Ты жива, и это главное.
— Я не понимаю, — растерянно посмотрела я куда-то за пределы комнаты. — Ты же убил меня и сказал, что я никогда не очнусь. Как ты смог вновь вернуть мой разум?
— Знаешь, как говорят все историки, — Влад посмотрел на меня печальными глазами, в которых застыла невероятная радость и боль одновременно. — История циклична. То, что происходило в прошлом, обязательно случится в будущем.
— Что это значит? — меня начинала накрывать истерика и жуткий неконтролируемый страх. — Влад, что произошло?
— Он совершил обмен душ, и твоя душа теперь в тебе, а его душа снова в нём, — послышался властный и грозный голос незнакомки где-то за нашими спинами. — Я так понимаю, могу наконец-то лично познакомиться с той, из-за кого мне пришлось изменить этот мир и его правила.
— Кто вы? — с опаской покосилась я на женщину, совершенно не представляя, кем она может быть.
— Я Лилит, — женщина сверкнула глазами, и они стали напоминать мне глаза Нормана. — Я та ведьма, что помогла ему с тобой в первый раз, да и во второй тоже.
— Это вы с ним сделали когда-то? Вы обратили его в вампира?
— Я ничего с ним не делала. Я лишь договорилась с бывшим о сделке. Дальше Влад всё сделал сам. Я была лишь посредником в их с Люцифером сделке.
— Стефани, Лилит говорит правду. Я сам выбрал этот способ и искал все способы спасения твоей души. Поэтому я и обратился к ней за помощью когда-то, зная, что она имеет самую прямую связь с дьяволом.
— Влад, ты научишь меня это контролировать? — я вмиг вспомнила все свои приступы, и меня накрыла дикая паника. — Я не хочу больше творить все те страшные вещи! Прошу тебя, избавь меня от этого проклятья и спаси меня.
— Я уже тебя спас, — голос Влада перешёл на шёпот, и он вновь прижал меня к себе. — Прости, но дальше тебе придётся справляться без меня.
— О чём ты? — я резко отпрянула от Влада, и мои глаза широко смотрели прямиком в его изумрудные глаза. — Ты собираешься вновь бросить меня?
— В этот раз я это делаю не совсем по своей воле. Будь у меня выбор, я бы остался с тобой и провёл бы каждую минуту своей жизни, наслаждаясь твоим присутствием рядом.
— Влад, что происходит? Что всё это значит?
— Лилит совершила обмен ваших душ, и теперь каждая из них на своём законном месте. Это значит, что душа Влада обязана перейти к моему отцу по их договору. За твою душу он отдал когда-то свою, но по факту он просто поменял их местами. Договор не был исполнен, поскольку ты хранила его душу в себе, а отец не имел права забирать её у тебя, как у её законного владельца. Теперь же, когда Влад освободил тебя от плена, вернув тебе твою душу, он должен исполнить договор и отдать свою душу отцу.
— Нет... — прошептала я, и мои глаза наполнились слезами. — Я не верю. Он не может уйти.
— Может, и он обязан это сделать, — вновь прозвучал холодный и властный голос Лилит. — Мне очень жаль, милая, что ваша история закончится так печально. Но жизнь часто преподносит нам тяжёлые испытания и не менее тяжёлые итоги.
— Стефани, я... — Влад не успел договорить, как я его перебила, громко закричав:
— Ты не можешь уйти! Нет! Не верю! Ты должен быть рядом и дарить мне свою любовь! Я не для этого прошла через всё это, чтобы в итоге потерять тебя и остаться одной!
У меня в голове наконец сложилась вся картина происходящего, и я полностью осознала, что меня ждёт в будущем.
— Прошу тебя, не впадай в истерику, — Влад попытался обнять меня, но я его оттолкнула.
— Как ты мог принять такое решение? Ты уже раз обрёк себя на муки в качестве вампира из-за Стефании, а теперь ты обрёк себя на смерть из-за меня! Как ты мог... — я дрожала и не могла здраво соображать. Меня накрыл сильный психоз и истерика, и я разревелась с неимоверной силой. Влад тяжело дышал, пытаясь сохранять остатки самообладания.
— Стефани, прости меня. Я пообещал себе оберегать тебя и всегда защищать тебя, поэтому я без сомнений пошёл на это. Ты заслуживаешь жить и делать этот мир лучше. Ты свет этого мира и его надежда. Ты любовь всей моей жизни и всегда будешь ею, несмотря ни на что.
— Но... Но ты же уйдёшь. А я... А я навечно останусь жить и никогда не увижу тебя, — моя речь стала невнятной и рассеянной.
— Никогда не говори никогда, — прошептал Влад, и его лицо озарила лёгкая улыбка.
— Влад, пора, — голос Лилит впервые дрогнул.
— В таком случае вызывай его. Я готов, — взгляд Влада вновь стал уверенным и твёрдым. Я вновь увидела того всесильного мужчину, что видела в Румынии на приёме и его же я впервые увидела на том заброшенном складе.
— Прошу тебя, одумайся, — прошептала я, хватая Влада своими руками. — Не уходи.
— Стефани, я должен. В этот раз я должен исполнить свою часть договора.
Лилит и Норман посмотрели на нас с болью и сожалением. Я не думала, что такие могущественные существа могут так реагировать на происходящее.
Я прижалась к Владу и разрыдалась. Мне хотелось запомнить ощущение его близости и аромат, который исходил от него. Я хотела сохранить в памяти образ Влада и каждый сантиметр его прекрасного тела.
Он был и остаётся для меня целым миром. Миром, который я вынуждена оставить. Влад обнимал меня слишком крепко, и я поняла, что и он пытается сделать то же самое.
В этот момент Лилит и Норман начали произносить странные слова на непонятном мне языке. Они напоминали латынь, но явно отличались от неё. Глаза обоих горели ярким огнём, а тело Нормана снова покрылось красными символами.
Внезапно всё прекратилось, и в комнате воцарилась тишина. Я не слышала даже собственного дыхания. Мне показалось, что время остановилось и все законы физики и мира перестали действовать. Я почувствовала невероятную энергию, которая заполнила пространство вокруг нас. Стало трудно дышать, а воздух стал слишком плотным.
Яркая вспышка света озарила комнату, и я поспешила закрыть глаза, потому что они начали сильно болеть. Когда вспышка прошла, я не могла даже вздохнуть. Комната выглядела так же, как и раньше, но её аура полностью изменилась.
Я открыла глаза и увидела, что свет в комнате погас, и вокруг была темнота. Затем комнату озарил красный свет, в котором можно было различить чью-то фигуру. Фигура принадлежала мужчине, это было понятно по её очертаниям.
В этот момент Лилит склонилась и встала на одно колено. К моему удивлению, Норман повторил это действие и встал рядом с женщиной перед появившимся мужчиной.
Мы с Владом продолжали сидеть на своих местах, не произнося ни слова. Я не знала, как реагировать или что делать, поэтому решила просто наблюдать за происходящим.
Фигура одним движением руки вернула свет в комнату, и я увидела молодого и невероятно красивого мужчину. Он был светлым и одет во всё светлое. Его идеальные светлые волосы были зачёсаны назад, как у Нормана. Кожа казалась чистым и тонким фарфором. Его черты лица были словно из сказки о прекрасных принцах, и от них сложно было отвести взгляд. Единственное, что не вписывалось в этот образ — его глаза. Они были невероятно красного оттенка, который был ни с чем несравним.
Мужчина окинул нас презрительным и высокомерным взглядом, а затем посмотрел на Лилит и стоявшего рядом с ней Нормана.
— Как же давно я не видел эти волшебные глаза, — голос мужчины звучал словно самая прекрасная мелодия. Его хотелось слушать бесконечно. За возможность услышать хоть слово от него, можно было отдать всё.
— Приветствую тебя, Владыка Тьмы. Я бы никогда не потревожила тебя без причины.
— Знаю, любовь моя, — мужчина подошёл к Лилит и взял её за подбородок, чтобы она посмотрела на него. — Ты всё так же прекрасна, как и в нашу первую встречу.
— Твои слова — словно пытка для меня, — глаза Лилит наполнились слезами, в них была невероятная боль.
— А я ведь изобрёл пытки и являюсь главным их исполнителем во всём мире.
— Отец, — Норман наконец поднялся с колен и встал рядом с мужчиной. — Я приветствую тебя на этой грешной земле.
— Она не так уж и грешна по сравнению с моими владениями, — мужчина усмехнулся, а затем перевёл взгляд на меня и Влада. — А вот это интересно. Сколько же я ждал этой встречи, Владислав.
— Люцифер, — Влад отпустил меня и встал прямо перед мужчиной. — Отныне договор между нами может быть исполнен полностью.
— Вот как? — Люцифер смотрел на Влада с той же усмешкой на лице. — Откуда мне знать, что ты снова меня не обманываешь?
— Я тебя не обманывал и в первый раз. Тот обмен совершил ты, и всё, что произошло со мной потом, было с твоей подачи. Я был обычным человеком и не смог бы сделать такое.
— В этом ты прав, — глаза Люцифера сверкнули, а затем переместились на меня. — И всё это ради неё?
— Да. Её душа теперь снова у неё, а моя — у меня. Ты можешь её забрать, и на этом наш договор будет завершён.
— Ты готов расстаться со всей своей силой и могуществом? — Люцифер слегка скривился и снова посмотрел на меня. — Почему?
— Потому что я люблю её, — Влад повернулся ко мне и улыбнулся. — Моя жизнь принадлежит ей, и я готов отдать её, чтобы она жила дальше.
— Ты вновь жертвуешь собой ради неё? — мужчина улыбнулся страшной и злорадной улыбкой, от которой пробирала дрожь. — Какие же вы, смертные, глупые. Даже когда вы живёте столетия, а не положенный вам срок, вы раз за разом совершаете одни и те же ошибки. Жизнь вас ничему не учит. Поэтому вы недостойны жить вечно.
— Отец, прошу тебя, выслушай меня. Хотя контракт Влада предполагает отдачу его души тебе, как вампир он собрал для тебя гораздо больше душ, чем до своего перерождения.
— Бесспорно, — голос Люцифера стал холодным и жестоким. — Но он убил моего ближайшего соратника. Мирча был мне дорог, как и многие другие демоны. А я редко прощаю такое.
— Владыка, позволь сказать мне, — Лилит покорно встала напротив Люцифера, склонив голову.
— Тебе, Лилит, я готов дать этот шанс, — Люцифер усмехнулся. Было видно, что его забавляет ситуация.
— Влад Дракула был проклят тобой с моей подачи, и всё, что после этого произошло, лежит на мне. Вина за его неправильное перерождение — следствие моих действий. Поэтому я готова взять его вину на себя.
— Лилит, я не узнаю тебя, — впервые на лице Люцифера было слабое удивление. — Ты готова взять вину на себя и понести кару из-за жалкого человечишки?
— Он уже давно не человек. И я готова наконец-то ответить перед тобой за свою ошибку. Я признаю свою вину, Владыка Люцифер, и покоряюсь твоей воле.
— Знаешь, я сегодня в добром настроении, — в глазах Люцифера мелькнули искры огня. — Ты прощена, любовь моя. И раз ты познакомилась с нашим сыном, наше с тобой соглашение аннулировано.
— Владыка, я не понимаю тебя...
— Я всё ждал, когда ты признаешь свою ошибку и принесёшь мне свои извинения. А ты вместо этого пряталась от меня и пыталась скрываться шестьсот лет. Хотя, признаюсь тебе, я мог достать тебя в любой момент.
— Владыка, я благодарю тебя за твою щедрость и твоё решение, — Лилит вновь упала на колени, низко склонившись перед Люцифером.
— Люцифер, я готов исполнить свой долг, — Влад уверенно вышел вперёд и встал напротив Люцифера. — Давай покончим с этим.
— В таком случае прощайся со своей ненаглядной, и мы навсегда уйдём.
— Нет! — я резко встала со своего места и встала между Владом и Люцифером, прожигая второго пристальным взглядом. — Вы не должны этого делать.
— Дитя, ты хоть понимаешь, с кем говоришь?
— Ты — Люцифер, любимый сын Бога и бывший главный ангел. Когда-то ты был самым близким к Богу, но потом твоя ненависть к людям затмила твой разум. За это Бог изгнал тебя на Землю.
Здесь ты встретил Лилит и почувствовал человеческое чувство, которое называется любовь. Хотя знаешь, ты почувствовал его ещё тогда, когда испытал ревность к своему отцу. Ты любил отца и боялся потерять его из-за его одержимости людьми. Ты знал, что такое любовь, поэтому на Земле ты почувствовал её к Лилит
Затем тебя сослали в Ад только за то, что ты пытался помешать отцу строить новый мир и мешал его любимым созданиям. Мне кажется, это было не совсем справедливо по отношению к тебе. Но родители часто бывают с нами жестоки и совершенно несправедливы. Я знаю это не понаслышке, ведь меня убил родной отец, а до этого он бросил нас с сестрой на произвол судьбы на долгие годы.
Но ты смог построить своё царство и свой мир, несмотря на запреты отца. Ты стал практически равным Богу, что дало тебе невероятную власть в живом мире. Ты научился подчинять себе души, а сильнее человеческой души нет и не будет ничего во всей этой вселенной.
Ты позволил своему сыну идти своим путём. Ты изгнал его не из-за его человечности, а потому, что не хотел заранее обрекать его на определённую участь. Ты хотел дать сыну то, что тебе не дал твой отец — свободу выбора. Норман вправе выбрать мир и жизнь, которыми он сам захочет жить. Это делает тебя хорошим отцом и внимательным родителем.
Самое главное, ты когда-то позволил Владу не умереть и не сгинуть в его желании спасти свою жену. Ты дал ему второй шанс, дал ему силы и новую жизнь. Я могу предположить, что это ты сделал намеренно, потому что его чувства тебе показались знакомыми.
Не важно, что говорят люди и кем тебя считают, но ты справедлив. Ты даже справедливее самого Бога, ведь ты наказываешь только те души, которые это заслужили. Ты никогда не тронешь праведного человека и не тронешь невинную душу.
Люди сами отдают тебе души, поэтому считать тебя чудовищем и злом не совсем правильно. Сейчас я прошу тебя подумать ещё раз над своим решением. Прошу тебя быть снова справедливым и не забирать Влада у меня. Ты должен знать, как никто другой, что его душа слишком светла, чтобы забрать её в Ад и обречь на вечные мучения. Согласись, Влад изначально не заслужил всех тех мучений, которые он испытывал в течение своей долгой смерти и недолгой жизни.
Я была в шоке от собственных слов. Все вокруг смотрели на меня с ужасом, страхом и недоумением. Я поняла, что они боялись за меня и мою судьбу.
Норман широко раскрытыми глазами смотрел на меня с диким ужасом. Влад не мог прийти в себя после моего поступка. А Люцифер стоял неподвижно, внимательно глядя на меня. В его глазах было сложно что-то прочитать, но мне показалось, что там что-то мелькнуло.
После долгой паузы его губы искривились в странной ухмылке, а глаза были направлены только на меня.
— Дитя, я живу в этом мире столько, сколько существует этот свет. Но я впервые слышу подобные речи, да ещё и от смертного. Ты не обычный человек, это очевидно.
— Да, я не человек. Я вампир и отчасти подчиняюсь тебе, но я потеряла свою душу. — Я собрала всю свою волю и заговорила максимально уверенно. — Но до всего этого я была человеком и держала в себе душу Влада. Именно её свет сделал из меня то, кем я являюсь.
— Я впечатлён, — Люцифер с интересом смотрел на меня, следя за каждым моим движением. — Чтобы обычный смертный человечишка так смело обращался ко мне без тени страха и ужаса в душе. Это второй раз подобное происходит на моей памяти
— И когда же был первый? — Не знаю почему, но я захотела узнать эту информацию.
— Стефани, что ты делаешь? — Влад с ужасом смотрел на меня и пытался успокоить и остановить мой напор. — Тебе стоит остановиться, пока не поздно.
— Владислав, пусть она продолжает, — Люцифер строго посмотрел на Влада, от чего тот замолчал. — Отвечая на твой вопрос, первый раз это произошло шестьсот лет назад. Когда один смертный пришёл ко мне в отчаянии с просьбой вернуть ему его любовь и дать ему сил, чтобы отомстить за неё. Он говорил точно также и с таким же азартом и рвением.
— Значит, мы в этом похожи с ним, — уверенно заявила я. — Ведь наши души тесно связаны и мы составляем единое целое с душой Влада.
— Отец! — Норман громко вскрикнул и подскочил к нам. — Она права. По факту, после того, как Влад прожил жизнь с её душой внутри, а она родилась и жила с его душой, они стали единым целым. По контракту, что ты заключил с Владом, тебе принадлежит его цельная душа, но её больше не существует. Есть только одна единая душа Стефании и Влада, и её невозможно разделить.
Люцифер внимательно посмотрел на сына, а затем перевёл взгляд на нас. Его взгляд был настолько пронзительным, что мне захотелось спрятаться подальше от этих страшных глаз.
Лилит снова подошла к Люциферу и, положив ему руку на плечо, тихо произнесла:
— Владыка, ваш договор с Владом был исполнён в тот момент, когда Стефания умерла во второй раз. Она разорвала контракт своей смертью, и получается, вы его не исполнили. Вы нарушили своё обязательство, по которому Стефания будет жить и не умрёт от рук сверхъестественного. С этого момента Влад может быть свободен от вашего соглашения.
В комнате повисла гробовая тишина. Я всё ещё не понимала, о чём говорила Лилит и что это значит для нас с Владом.
Я повернулась к Владу, который стоял с самым отрешённым лицом. Его глаза были полны страха, а тело сотрясала дрожь.
Норман первым нарушил молчание и строго спросил:
— Отец, это правда? Лилит сейчас говорит правду?
— Да, сын мой. Наш контракт был аннулирован, и я больше не претендую на душу Владислава.
— Я... Я свободен? — руки Влада затряслись, а голос сильно дрожал.
— Отныне ты свободен и освобождён от тьмы внутри себя и от всего моего могущества, — ответил Люцифер.
— Люцифер, могу я просить тебя об услуге? — спросил Влад.
— Что ты задумал? — спросила я, схватив его за руку.
— Верь мне, — Влад крепко обнял меня и поцеловал самым страстным поцелуем, который я когда-либо ощущала.
— Просьбу? Я готов освободить тебя от твоего проклятья и даровать тебе свободу. Что тебе ещё нужно? — Люцифер внимательно наблюдал за нами, и его глаза вновь горели огнём.
— Владыка, прошу тебя оставить тьму мне, но взамен освободи от неё Стефанию. Она заслужила жизнь светлой и чистой души без тьмы в ней. Это всё не для неё, и она должна жить без этого, — ответил Влад.
— Влад, нет! Я не позволю тебе это сделать! Ты слишком долго терпел всё это и должен быть свободен от своего проклятья, — возразила я.
— Я буду свободен, зная, что ты свободна от подобной участи. Я жил с тьмой шесть веков и стерплю ещё столько же, — усмехнулся Влад, крепко обняв меня. — Я обещал тебе освободить тебя от этого проклятья, и я это сделаю любой ценой.
— Влад, нет! Я не согласна и никогда не соглашусь на подобное!
— Могу я прервать ваш спор? — властный голос Люцифера заставил нас замолчать. — Как я понимаю, вы оба готовы пожертвовать собой ради друг друга, и у вас стоит дилемма, кому это сделать.
— Здесь нечего думать. Я продолжу своё существование в качестве вампира, а Стефани станет человеком, — ответил Влад.
— А если я предложу немного иной вариант? — спросил Люцифер.
— О чём вы? Что вы хотите предложить? — спросил Влад.
— Владислав, Стефания, вы прошли через многое: боль, потери, разочарования, отчаянье и страх. Я подумал и решил, что с вас обоих хватит страданий. Я освобожу вас обоих от тьмы и своей силы, но будет небольшое условие, — сказал Люцифер, переведя свой пристальный взгляд на Влада.
— Что это значит? Люцифер, что за условие? — спросил Влад.
— Ты вновь станешь обычным человеком, как и она, но ты полностью будешь лишён всех воспоминаний о своей прежней жизни. Ты не будешь помнить никого и ничего, и твоя жизнь начнётся с чистого листа.
— Я всё забуду? Я забуду всех, кто мне дорог, и забуду Стефани? — спросил Влад.
— Да, ты забудешь абсолютно всё. Твоя жизнь будет, как чистый лист, на котором ты сможешь записать новую историю, — ответил Люцифер.
— Я не могу лишиться воспоминаний, — Влад был растерян, в нём читалась нарастающая паника и страх. — Вдруг я никогда не смогу вспомнить свою любовь к ней?
— Даже если ты и забудешь меня, но свою любовь ко мне ты забыть не сможешь, — по моим щекам потекли обжигающие капли слёз. — Даже сквозь жизни и века я найду тебя и подарю тебе вновь свою любовь. Помнишь?
— Стефани... — Влад задрожал, а я кинулась к нему в объятия и крепко впилась в его губы.
— Сделай это. Ты должен наконец-то стать свободным и получить ту жизнь, которую ты всегда заслуживал, — сказала я.
— К тому же, если ваша любовь прошла столько испытаний, разве её сможет заглушить отсутствие у тебя памяти? — усмехнулся Люцифер, а затем взгляд его пристальных глаз устремился на Влада. — Так что скажешь, ты согласен или нет?
Влад долго стоял в таком состоянии, но посмотрев в мои полные слёз глаза, он громко произнёс:
— Я согласен.
Глаза Люцифера резко зажглись. Они озарились всеми оттенками красного, переливаясь, словно миллионы драгоценных камней на солнце. Люцифер сделал жест рукой в сторону меня и Влада, и комнату озарил неимоверной силы свет. В этот момент я закрыла глаза, а затем потеряла сознание.
Мои глаза болели, а тело ломило с невероятной силой. Мне казалось, что каждый мускул моего тела был напряжён, а кости сломаны.
Когда я открыла глаза, мир вдруг стал другим. Комната больше не была такой светлой и яркой. Все цвета стали тусклыми, а звуки звучали намного приглушённее, чем недавно.
Я заставила себя привстать со своего места и посмотрела на Влада. Его лицо было другим. Теперь оно выглядело намного мягче и плавнее. Тени под глазами исчезли, а его кожа была приятного нежно-розового оттенка. На его щеках я впервые увидела слабый румянец, а его губы были аккуратно телесного цвета.
В комнату вошёл Норман, он бросил на меня опасливый взгляд.
— Стефани? Ты очнулась?
— Похоже на то. Что произошло?
— Именно то, что обещал мой отец. Вы оба отныне обычные люди, свободные от тьмы в душе, — слова Нормана звучали для меня слишком невообразимо и с трудом укладывались в голове.
— Я снова стала собой? Я больше не вампир? А как же Влад? Что с ним?
— Предполагаю, что он тоже теперь самый обычный человек.
В этот момент Влад начал шевелиться и издавать странные звуки, напоминающие кряхтение. Его лицо исказилось в кривой гримасе, и он вновь громко застонал. Я резко встала со своего места и подбежала к нему, крепко обняв.
— Ты жив! Я так боялась, что могу потерять тебя. Но ты со мной и ты жив!
Влад отстранился от меня, и его изумрудные глаза были полны паники и страха. Он опасливо озирался по сторонам и неуверенно произнёс:
— Кто вы? И что происходит?
— Это я! Стефани!
— Стефани, он ничего не помнит, и для него мы все совершенно незнакомые и чужие люди, — голос Нормана был полон боли. Он подошёл к Владу и мягко проговорил: — Друг мой, ты попал в аварию и сильно пострадал. К сожалению, из-за этого у тебя наступила глубокая амнезия. Сейчас ты ничего не помнишь, и всё вокруг пугает тебя. Но мы поможем тебе восстановить твою память и вернём тебя к нормальной жизни.
— Я попал в аварию? — Влад сидел с лицом, полным ужаса. — Но я совершенно ничего не помню. Ни то, кто вы оба, ни свою жизнь, ни даже то, кто я такой!
— Ты Дэмиан Уайт, профессор истории из США, — я не смогла сдержать подступившие к глазам слёзы, и они обжигали моё лицо. — Мы с тобой приехали к твоему другу Норману, и ты попал в аварию, из-за которой у тебя наступила амнезия.
— А кто тогда вы?
— Я твоя жена, — мой голос дрогнул, и я крепко сжала руку Влада. — Меня зовут Стефани Вайт, и мы с тобой давно уже вместе.
— Правда? — на лице Влада отразилось сильное удивление. — Ты моя жена? И сколько мне лет, что я уже женат?
— Тебе тридцать. Твой день рождения был вчера, — подал голос Норман, так же, как и я, еле сдерживая боль внутри себя.
— Так ты, получается, мой друг Норман, — Влад кинул на Нормана беглый взгляд, с опаской осматривая его поникшую фигуру. — Могу ли я попросить что-нибудь из еды? Почему-то я чувствую ужасный голод.
— Конечно, Вл... — Норман осёкся и сглотнул ком в горле. — Конечно, Дэмиан. Я сейчас тебе что-нибудь принесу.
— Стефани, я прошу прощения за свою просьбу, но я совершенно ничего не помню. Ты сможешь рассказать мне всё от начала и до конца? Всю мою жизнь, нашу историю и то, как мы с тобой живём? Я не знаю, как буду жить, но надеюсь, что ты мне поможешь в новом для меня мире.
— Конечно, помогу, любовь моя, — я вновь задрожала и прижалась к груди Влада. — Ведь моя душа принадлежит тебе, как и твоя мне. И даже сквозь прожитые жизни и века я найду тебя и подарю тебе вновь свою любовь.