Глава 25.
Звезды, угасающие под утро не теряют своего величиства, они всего лишь блекнут, уступая небо более величественной звезде. Солнца еще не видно, но небо постепенно светлеет от его лучей, доносящихся далеко за горизонтом. До расвета остается около часа. Скоро небо окрасится в приятные розовые оттенки, которые плавно будут переходить в персиковые, затем желтые, и в конце останется лишь голубой. Но Юнги даже и не думает о небе или звездах. Он сидит на подоконнике открытого окна в холодном полумраке комнаты. Прохладный свежий воздух приятно щекочет его кожу, вызывая легкие мурашки, а утренняя тишина помогает разобраться со своими мыслями. Слышно только тихое посапывание Чимина. Да и то, оно не мешает вампиру все хорошенько обдумать.
- Пришел... - тихо произнес Юнги, глядя в темноту.
- Как же я мог не придти, если ты меня позвал. - улыбнулся Субин и по-хозяйски уселся в одно из кресел, стоящих на балконе.
- Как всегда, никаких манер. - вампир прикрыл окно, чтобы не разбудить своего арта и вышел на балкон, присаживаясь в свободное кресло. - Принес?
- Интересный заказ. - голубоволосый вампир достал из внутреннего кармана своего плаща кусок бархатной ткани, в которой было завернута два кинжала. - Вот только интересно, откуда ты узнал об этом?
- У меня свои связи есть. - ответил Юнги.
- А вы мне нравитесь... оба такие самоотверженные и совсем не боитесь смерти. - улыбнулся Субин. - Ты знаешь, что Чимин не убьет тебя, чтобы самому жить. Если это попытаешься сделать ты его руками, то это посчитается за самоубийство... - вампир лишь кивает, подтверждая каждое слово голубоволосого. - Души тех, кто покончил жизнь самоубийством становятся либо жнецами, либо призраками, так как их не пускают в мир мертвых. И именно поэтому ты решил, что...
- Если мы покончим жизнь самоубийством, то мы, точнее наши души, вероятно, останутся вместе. - Закончил Чимин, вышедший в одной рубашке на балкон.
- Чимин... - протянул Юнги, не ожидавший, что арт проснется.
- Но где вероятность, что все и правда будет именно так? - спросил парень и присел на подлокотник кресла, в котором сидел его вампир.
- Для этого я и принес это. - Субин раскрыл бархатную ткань и показал два кинжала. - Это не обычные кинжалы. Они заговорены. Душа человека или вампира, умершего от этого кинжала, становится хранителем для ребенка, родившегося в момент смерти этого человека или вампира.
- Это же никак не отразится на ребенке? - обеспокоенно спросил Чимин.
- Нет. - ответил голубоволосый. - И с ребенком, и с матерью все будет впорядке. Просто вы будете оберегать его всю его жизнь, а затем его детей, внуков и так далее. Блаходаря этому ритуалу вы становитесь хранителями первенцев их рода.
- Понятно. - Юнги свернул кинжалы обратно в ткань. - Спасибо.
- Не стоит благодарности. - ответил Субин и мгновенно испарился, как будто растворился в воздухе.
- Смотри, какой красивый расвет. - улыбнулся Чимин и облакотился руками о перило.
- И правда, красивый... - вампир на пару секунд завис, рассматривая парня, затем подошел и обнял его со спины. - Пошли внутрь, а то замерзнешь.
- Когда ты рядом, то ни холод, ни смерть не страшны. - Чимин повернулся лицом к Юнги и увлек его в нежный поцелуй.
* * *
- Ты вечно занят! Это так раздрожает! - Тэхен надул губки, строя из себя обиденную принцеску.
- Прости, Тэ. - Чонгук виновато опустил глаза.
- Хочу помогать тебе, научи. - недолго подувшись, парень в одно мгновение повеселел и сел на колени лорда. - Хочу тоже понимать эти бумажульки.
- Это совсем не весело, Тэ. - Чонгук приобнял своего арта и уткнулся носом в его затылок, вдыхая его аромат.
- Если мы вместе будем работать, то ты быстрее будешь освобождаться. Еще так мы будем проводить больше времени вместе. - улыбнуля Тэхен, полностью обезоруживая вампира.
- Хорошо. Я тебя предупреждал. - Чонгук начал все показывать и объяснять. Время для этих двоих вновь утратило свой смысл. Они сейчас здесь вместе работают. Тэхен и правда сообразительный парень, хоть и задает время от времени глупые вопросы. А Чонгука это не раздрожало, нет. Скорее завораживало. - Я больше не могу. Ты такой сексуальный, когда работаешь. - прошептал вампир и начал покрывать поцелуями шею парня, заставляя его отвлечься от этих бумаг.
- Кхм-кхм... Простите, что отвлекаю от "работы", но у нас к вам важный разговор. - Юнги вошел без приглашения и даже не удосужился постучать. Впрочем, что взять с северного лорда.
- Что-то случилось? - спросил Тэхен, обеспокоенно глядя на Чимина, который вошел вслед за своим хозяином.
- Да нет, ничего особенного, просто мы решили вдруг умереть. Просто беспокоимся за наши тела немного. - довольно саркастичным тоном ответил Юнги.
- Смешно... а теперь не до шуток, что за разговор. - спросил Чонгук.
- Он и не шутил. - серьезно сказал Чимин.
- Так... а с этого места по-подробнее. - Чонгук успокаивающе поглаживал Тэхена.
Чимин рассказал парням все, как есть на самом деле, ничего не скрывая. Они понимают, что если они умрут в день рождения ребенка Хосока и Сонри, который, кстати уже близок, то испортят весь праздник. Парни думали об этом последние пару месяцев с того момента, как разошлись с Субином. Чимин попросил похоронить их вместе в саду под вишней, без каких либо надгробий.
- Это все моя вина. - плакал Тэхен. - Простите, Юнги, Чимин.
- В этом нет твоей вины. - Чимин обнял своего друга. - Прошу, не вени себя. Я буду всегда рядом. Я не хочу видеть, как кто-то страдает, пообещай, что всегда будешь улыбаться своей красивой улыбкой.
- Обещаю. - Тэхен посмотрел в глаза Чимину и сквозь слезы попытался улыбнуться. Парень с мягкой вытер слезы с лица своего красноволосого друга.
- Сонри рожает! - в комнату забежала взволнованная Сохи с новостью, от которой у всех присутствующих побежали мурашки по коже и кровь в жилах застыла. Это почувствовала и девушка. - Атмосферка, как будто кто-то умирает... Я говорю, Сонри рожает! Пойдемте же!
- Тэхен. - Чонгук взял парня за руку и повел в сторону выхода вслед за Сохи.
- И нам пора. - мягко произнес Юнги.
- Да... Идем. - Чимин взял вампира за руку и улыбнулся.
Достав из нижней полки камода завернутые в алый бархат кинжалы, Юнги сел на кровать рядом с Чимином. Взяв по кинжалу парни посмотрели друг другу в глаза. Им не нужны слова, чтобы понять друг друга. Их губы сплелись в нежном поцелуе и, не разрывая поцелуя, одновременно проткнули себя прямо в сердце. Ярко-красная ровь хлынула тз ран на белое одеало. Тела парней рухнули на кравать, лицом к лицу и держась за руки. В этот момент, как будто эхом, разнесся голос младенца и крик Джина: "Девочка!"...