Когда мы были на войне
Сегодня выдался очень пасмурный день. Настолько пасмурный, что завеса дождя, льющего уже не один час, по цвету была похожа не просто на молоко - на бумагу. Дождевые капли били любого, кто осмеливался выйти из дому в такую погоду. После такой прогулки даже у человека в плотной кожаной куртке будут синяки от ударов стихии.
Однако не для всех такая погода была противна. Некоторые очень даже любили дождливыми днями прогуливаться босиком по мокрой траве, ощущать лицом удары капель, дышать чистым воздухом, ощущать себя частью круговорота жизни в этом мире. Некоторые родители даже разрешали своим детям поиграть друг с другом или с другими взрослыми во время играющей со всеми стихии. Особенно эти сорванцы любили играть с капитаном королевской стражи, которая не просто любила ливни - она их обожала. Не было ни одного раза, когда деворыба Этерна не вышла бы в дождливую погоду из дому. До этого дня.
Сегодня детишкам не довелось увидеть своего кумира. Один из них, боясь за свою боевую подругу, побежал домой и там, выпив добрую чашку тёплого какао, спросил у своей матери о том, почему же Этерна сегодня так и не вышла.
- Оу, разве тебе не рассказали? - отозвалась крольчиха, заботливо вытирая взмокшие ушки своего сына полотенцем. - Капитан сегодня скорбит. Совсем недавно нашли... В общем... У неё случилось большое несчастье, Реджинальд.
- Но что же это за несчастье такое, мама? - всё никак не унимался крольчонок, безынициативно позволяя матери высушить каждый участок своих ушей.
- Ну... Эмм... - тянула с ответом Симона, продолжая вытирать сынишку. - Понимаешь... Один её близкий друг, ам... Ушёл. Ушёл и... И больше не вернётся.
- Как папа? - тут же спросил Реджинальд, тут же об этом пожалев. При маме нельзя было говорить об отце. Однако реакция крольчихи была на удивление спокойной.
- Да, милый. - ответила она. - Как папа.
[==============]
Деревянная крыша едва выдерживала мощные удары стихии, нередко пропуская через свои доски отдельные, холодные капли, которые с глухим стуком падали на деревянный стол, который благодаря только лишь чуду и криво натянутым верёвкам до сих пор держался на четырёх ножках. Одинокая лучинка грозилась вот-вот потухнуть, и тогда маленькое, сырое, холодное помещение грозилось стать ещё и тёмным.
Хозяйки комнатки дома, кажется, не было. Так же, как и не было всех её вещей - не было стойки с доспехами, не было раскладушки с постельным бельём, не было даже излюбленной и засаленной карты леса, которая всегда и во все времена лежала ровно посередине стола. Не было практически ничего, что могло бы намекать на то, что здесь когда-то жили. Лишь одинокая лучинка спокойно доживала свой век. Но вскоре сверху, прямо на обугленный кончик упала холодная водяная капля. Бывшее пристанище главы королевской стражи погрузилось во тьму.
[==============]
Реджинальд всё никак не мог уснуть. Мама всегда заботилась о нём: читала сказки на ночь, целовала в лоб, укутывала потеплее. Крольчонок хотел ответить ей тем же. Он хотел, чтобы мама хоть раз улыбнулась искренне, как тогда, в его далёком детстве, когда о "чудовище из леса" ещё никто не знал. И лучше бы не знал вообще.
Злобно пнув ногой одеяло, таким образом отбросив его от себя, Реджи перевернулся на спину, разлёгся на кровати звездой и начал отрешённо рассматривать монотонный серый потолок, усеянный россыпью маленьких трещинок. Мама так старается для него. На ней лежит вся ответственность: работа, забота о сыне и доме, покупка продуктов питания, лекарств и ингалятора, плата за школу, готовка еды... Мама делала всё. А что делал он? Ничего. Только приносил ей все эти ненужные рисунки, подушечки для иголок в виде ёжиков и кривые фигурки из глины. Мама делала вид, что радовалась при виде них, но её улыбка всегда была наполовину поддельной.
У Реджинальда была мечта. Он, как и все мальчишки его возраста, хотел вступить в ряды королевских стражников. Так он мог бы кормить маму, они бы отстроили новый домик у моря, мама перестала бы грустить.
Мама перестала бы грустить.
Размышления крольчонка прервал громкий крик, который Реджи узнал бы, наверное, из тысячи. Этерна. Она здесь. И, судя по ругательствам, значение которых малыш не знал, она созывала всех своих воинов. Что-то не так. Сейчас где-то два или три часа ночи. Что случилось? Почему именно сейчас? Почему сегодня, в такой дождливый день? Реджинальд был обязан это узнать.
Встав с кровати и тихонько выйдя из своей комнаты, крольчонок на цыпочках прокрался к входной двери мимо комнаты мамы. Ей нужно было спать и совершенно не нужно было знать, куда намылился её отпрыск. Надев свои любимые, жёлтенькие, резиновые сапожки и серый дождевик, Реджи выскользнул из дома.
[==============]
Все были в замешательстве. Конечно, глава королевской стражи была вольна делать всё, что угодно, но ведь нужно было иметь совесть. Для чего они все мокнут здесь, сонные, уставшие, холодные. Для чего их подняли в половине третьего ночи.
На все их вопросы мог ответить лишь один индивид. Который вскоре поднялся на самодельный стенд, склеенный из полугнилых досок. Собравшуюся толпу как будто кто-то хлестнул поводьями.
- Ваше Сиятельство, для чего мы здесь!?
- Ваше Сиятельство, зачем в такое время!?
- Какого хрена, с**ка!?
Однако толпа внезапно сама собой умолкла. Всем неожиданно стало стыдно за свои слова. Шерсть у некоторых воинов встала дыбом. На них смотрело изнемождённое бессонницей, депрессией и самобичеванием лицо, всё усеянное шрамами и свежими ранами, в которых ещё оставались частички грязи. По каменным щекам стекали дождевые капли. Глаза горели какой-то неясной жаждой.
- Солдаты! - громко начала воительница. - Сколько ещё мы будем терпеть эти мучения?! Сколько ещё людей и монстров должно погибнуть до того момента, когда эта летучая крыса будет поймана?! Скольких ещё мы потеряем в бессмысленных попытках найти логово этого чудовища?! Сколько ещё детей, матерей, жён должно потерять отцов, сыновей и мужей?!!
Все эти вопросы оставались без ответа. Толпа воинов как заворожённая внимала голосу своего лидера. Никто не смел прерывать его.
- А я вам скажу! С меня хватит! С меня, чёрт его подери, хватит!!! - продолжала Этерна. - Этот монстр должен сидеть там, где ему и место - в клетке!! Так почему он всё ещё не там?! Почему мы до сих пор терпим всё, что он творит?! Почему мы позволяем себе терпеть это?! С меня довольно!!! Мы больше не станем безропотно тут сидеть!!!
- Да! - хором ответила ей толпа.
- Будем действовать, пока силы не иссякнут!!!
- Да!!!
- Мы все убьём эту тварь!!!
- ДА!!!
Воительница, явно пребывая под впечатлением от собственных слов, резким движением руки вынула из ножен свой меч и направила его остриём вверх, к грохочущему небу. Постепенно превратившаяся из дождя гроза бросалась молниями куда попало, и только чудом ни одна из них не попала в меч воительницы.
- МЫ ИДЁМ ЗА ТОБОЙ, ГРЁБАНЫЙ ВАМПИР!!! СЛЫШИШЬ ТЫ МЕНЯ ИЛИ НЕТ, МЫ ИДЁМ ЗА ТОБОЙ!!!
Последние слова Этерны никто уже не услышал - они были полностью перекрыты рёвом толпы и, казалось бы, одобрительным грохотанием стихии. За всем этим шумом, всеми этими криками, громами и молниями, волнениями и воодушевлённостью никто уже не заметил мальчика девяти лет, прячущего свои длинные кроличьи уши под капюшон дождевика. А если бы и заметил, то не придал бы этому никакого значения.