Мисс Майклсон

Июль, 820

Кэролайн POV

Я сидела в саду, под широкими лапами старой яблони и раскачивалась из стороны в сторону, стараясь абстрагироваться от чужих криков, доносящихся со стороны леса. Рассвет малиновой пленкой медленно выплескивался на небо, а я за всю ночь так и не сомкнула глаз.

Мне было страшно и больно. Меня раздирали сомнения, с одной стороны я мечтала, чтобы все это поскорее закончилось, а с другой, я не представляла, что будет после. Что будет, когда луна спрячется, и рассвет окончательно зальет собой крыши домов...

- Эй, - Элайджа тронул мое плечо, но я дернулась, выпутываясь из хватки.

Крики Клауса стали громче, пронзительнее, и мне пришлось закусить губу, чтобы не закричать вместе с ним. Кровь солеными каплями впиталась в язык, отрезвляя. Больше никто не кричал, только он. Все остальные оборотни теперь прятались в полнолуние от нас, как когда-то скрывались мы.

- Кэролайн.

- Убирайся!

Я видела, как тускнеют глаза брата, но злость на него переполняла, а жажда крови становилась нестерпимой, высушивала вены и прерывисто стучащее вампирское сердце.

- Ты должна выслушать меня, сестра. Так будет лучше для Никлауса.

- Лучше? Элайджа, ты веришь Майклу? И Эстер? Они связали его веревками из вербены, и он кричит уже несколько часов. А ты. Ты! Помог ослабить его!

Я ткнула мужчину пальцем в грудь, а потом, не выдержав, толкнула изо всех сил.

Он поймал мою ладонь и крепко стиснул.

- Если не наложить заклятье, он будет превращаться в волка каждое полнолуние. В одного из них, сестра, в одного из тех, кто убил Генри.

- Но Майкл! Он и раньше не особо его любил, что будет теперь? Когда стало ясно, что Клаус - не родной! Он убьет его?!

Элайджа покачал головой.

- Я не знаю.

Мне пришлось отвернуться, чтобы не разреветься вновь.

- Ты не знаешь, надо же.

Небо светлело, воздух вокруг становился прохладнее, клубы пара с каждым моим выдохом густели и превращались в плотную завесу цвета дыма, за которой хотелось спрятаться от проблем.

Я обняла руками свои колени. Элайджа сел напротив и поднял с земли опавший листок.

- С ним сейчас Финн, мама сказала не пускать ни тебя, ни Ребекку, и ты не должна злиться на нее за это.

- Но я злюсь, - выпалила я и снова посмотрела в его глаза. - Потому что из-за нее Клаус такой, а теперь она отказывается от него.

- Она не отказывается.

- Отказывается, Элайджа! Она отнимает ту его часть, что делала его другим. Она признает, что он - выродок.

Брат наклонился, произнося почти шепотом:

- Ты хоть раз в жизни видела оборотня, который обращается? Слышала его рев? Ты даже не представляешь, что это такое. Это проклятье, и Эстер избавляет Никлауса от мучений, только и всего.

- Я знаю, что это такое.

Перед глазами мелькнули картинки обращения Тайлера, его испуганное лицо, когда он увидел это сначала на камере. Его паника и страх. И потом, в полнолуние. Как он кричал, выламывая собственные кости, выкручивая собственную кожу наизнанку....

Встряхнула головой, избавляясь от воспоминаний.

К нам неслышно подошел Кол и тоже опустился на землю. Он выглядел так, словно ничего не происходило. Словно его брата не крошило сейчас на осколки от невозможности трансформироваться.

Лениво жевал соломинку, перекидывая ее из одного уголка рта в другой.

Я внимательно посмотрела на него и шмыгнула носом.

- Тебе совсем плевать, я смотрю?

Кол бросил на меня насмешливый взгляд.

- Нет.

- А выглядит именно так.

Шатен издал рваный смешок и встал, протягивая мне руку. Я посмотрела с сомнением.

- Что?

- Пойдем.

- Кол, ты видишь, в каком я состоянии? Я никуда не пойду.

Кол закатил глаза и насильно поднял меня на ноги, сжимая пальцы на плечах.

- Я сказал - пошли. Освободим его.

- Нет, Кол, луна еще не скрылась, - мгновенно оживился Элайджа.

- Заткнись и сядь, - расширяя зрачки, внушила я.

Кол поднял брови, признавая, что, да - это было эффектно. А Элайджа с усталой покорностью опустился обратно на нагретую мною землю и притих.

Я не чувствовала вины. Я была зла на него, он заслужил внушение.

- Что ты хочешь сделать?

- Отпустим волчонка - пусть побегает.

Кола, очевидно, немало забавляло все это, потому что он игриво мне улыбался и, в какой-то момент мне вдруг показалось, что все вдруг может стать, как раньше.

- А что с заклинанием?

- Эстер почти закончила, если он и обратится, то ненадолго.

Я закусила губу. Шоколад в газах брата плавил меня, расщеплял на куски, но я все еще сомневалась. Укус оборотня убивает вампира. Мы Первородные, значит, умереть не сможем, но это все равно как-то подействует. И, если Клаус обратится, то опасность грозит не только мне.

Словно убивая во мне последние страхи, Клаус в очередной раз закричал, смешивая человеческий вопль с громким рыком животного.

Я выдохнула, пропуская в себя этот крик. Он проник внутрь, впился острыми когтями в сердце и рванул. Больно рванул, сдирая плоть и распарывая артерии.

- Давай, - кивнула я Колу и последовала за ним в сторону леса.

Чуть розоватое небо полностью скрылось за кронами деревьев, когда мы вступили на территорию высоких дубов и мха. Земля была влажной, мои босые ноги кололи иголки и щепки трухлявых полусгнивших веток. Пахло травой и прелыми листьями, а воздух от влажности оседал каплями на щеках.

Или это слезы застыли и никак не хотели высыхать?

Мы подкрались к хижине, где полушепотом о чем-то переговаривались Эстер и Майкл, и на цыпочках обогнули ее по дуге, углубляясь в чащу. Стайка птиц, громко хлопая крыльями, выпорхнула из кустарника, когда Кол, проходя мимо, зацепил локтем его ветви.

- Тихо, - я рванула на себя его рукав, брат на секунду потерял равновесие и повалился на меня, вжимая в дерево.

Его грудь уперлась в мою, а дыхание обожгло губы.

Я застыла, чувствуя биение чужого мертвого сердца над своим. Голоса в хижине стали громче, Кол закрыл ладонью мой рот - видимо, я слишком громко дышала.

Мы столкнулись глазами. Мои губы горели от тепла его пальцев, а грудь вздымалась.

Он смотрел на меня так, что мне вдруг стало жарко, как будто меня поместили на раскаленную сковородку. В горле пересохло и, попроси меня Кол в тот момент сказать что-нибудь - я не смогла бы вымолвить и слова.

И я успела уловить исходящий от него запах крови и жимолости до того, как он отстранился и жестом поманил меня за собой.

Мы шли по тропинке на крики Клауса, которые звучали все громче и громче, с каждым порывом выбивая из меня все больше слез и мурашек. В какой-то момент деревья стаи расти чаще, почти вплотную, и нам пришлось тесно прижаться друг другу, пробираясь между ними и выходя на широкую поляну, освещенную факелами и темно-серым небом.

Клаус был прикован к двум столбам веревками, его измотанное лицо перекосило от боли и ярости, а сидящий на земле Финн смотрел на него со смесью жалости и отвращения во взгляде.

- Отпусти меня, - прорычал Клаус и сделал попытку вырваться, дергая и без того изрезанными в кровь руками. - ОТПУСТИ!!!

Я услышала рык, отчетливый волчий рык, который сменился хриплым криком и поскуливанием, и задрожала.

Кол вышел из-за моей спины, крадучись подбираясь к Финну.

- Я убью тебя, Финн, - не унимался Клаус. - Ты будешь гнить в гробу тысячу лет, я клянусь... Как только я выберусь.

- Это все для твоего же блага, Никлаус.

- Отпусти меня!!!

Финн не успел ничего ответить, потому что Кол переломал ему шею одной рукой, а я, тем временем, кинулась к Клаусу.

Вербена обожгла пальцы, когда я вцепилась в веревки, разрывая.

- Сейчас, мой хороший, - мои руки разъедало губительной травой, но я отмахивалась от этой боли, как он мухи, стараясь как можно быстрее освободить мужчину.

- Кэролайн, - сипло прошептал он, и я подняла глаза, чувствуя, как сердце с грохотом падает в пятки.

Он был таким измученным и прекрасным, что у меня на секунду перехватило дыхание, и я, не выдержав, быстро прижалась губами к его губам, прежде чем продолжить выпутывать его из оков.

Клаус вяло мазнул языком по моей щеке и горько улыбнулся.

- Я не очень-то хорошо выгляжу, любовь моя.

- Ты прекрасен. К тому же, - я разорвала последние веревки на его ногах и подхватила под руки, помогая сесть. - Все заживет.

Прижала к груди его голову, поглаживая спутанные волосы. Поцеловала в макушку, чувствуя, как облегчение проникает под кожу обезболивающим.

Клаус набрал в грудь прохладного воздуха, шумно выдохну и посмотрел на меня.

Я улыбнулась:

- Ты в порядке?

Гибрид тронул пальцами мою щеку, медленно провел дорожку до сомкнутых губ и улыбнулся в ответ.

- Теперь да.

- Слышите? - Кол отошел от Финна и принял оборонительную стойку, закрывая нас своей спиной.

- Это Майкл, - встревожено выдохнул Никлаус и тоже, пошатываясь, поднялся на ноги. - Мама что-то сделала с ним¸ я не знаю что именно, но он сейчас сильнее нас - мне удалось подслушать разговор Финна и Эстер.

- Сильнее нас? Как такое возможно?

Я встала рядом с Клаусом и заглянула ему в глаза. Мелкие ранки на его лице уже почти затянулись, оставляя после себя только кровавые разводы и корочку грязи.

Но сам он все еще выглядел слабым.

- Я не знаю. Она назвала его охотником. Вот только на кого? На оборотней? В таком случае, он убьет меня?

- Или на вампиров? - поворачиваясь к нам, прошипел Кол. - На нас.

- Она не могла. Мы ее дети.

- Ник, когда ты видел Эстер в последний раз? Она пожалела о том, что сделала нас такими в первый же день, когда Ребекка прокусила шею селянке!

- Кол, как ты можешь?! - я выступила вперед.

- Как я могу, Кэр?! Посмотри, что она сделала с Никлаусом! Я слышал, как она читала заклинание - она даже не поморщилась, когда Ник сам себе переломал спину!

- Но если это, в самом деле поможет?! Заклинание остановит обращения.

- Не таким способом! Не болью. Она наша мать, она виновата в том, что мы такие - каждый из нас. И она должна сделать все, чтобы помочь нам с этим справиться, а не отворачиваться от нас причиняя боль.

Голос Кола стал хриплым и у меня зачесались ладошки, от желания дотронуться до него.

- Он прав, - устало проговорил Клаус. - Кэролайн, он прав. С Майклом что-то не так, и Финн знает. Это не просто ритуал, чтобы выгнать из меня волка, происходит что-то еще.

Я обхватила себя руками и покосилась на лежащего на земле Финна.

- Если это так, то мы должны уходить.

- Уже поздно. Майкл здесь.

Кол оскалился, с вызовом выпуская клыки.

Я поймал