Завтра наступит конец

Я проснулась, но глаза открывать мне не хотелось. Я боялась снова и снова. Ночью всё было ясно, всё было просто. Но как только наступало завтра, так всё шло не так, как я думала. Страх, который жил во мне, не давал проснуться по-настоящему. Пролежав так ещё какое-то время, я открыла глаза, свет был ярким, и я снова их закрыла. В спальне было тихо, слишком тихо. Я не слышала рядом медленного дыхания, рядом никто не отяжелял матрас. Возможно, это было и к лучшему, потому что я в данный момент не знала, что делать дальше. У меня не было даже вариантов. Мы были в тупике. Я села на постель и оглянулась. Мои мысли подтвердились - я была одна. Я тихо встала, раскрыла шкаф, достала черные джинсы с дырками по периметру, ботинки и черную кофту. Собрала вещи и прошла в ванну, тихо прикрыв дверь. Быстро умылась и оделась. Но нужно было выходить оттуда. Я медленно побрела в гостиную, задержавшись у кабинета, из которого раздавался тихий голос Брендона.

- Нет, Ора, я не знаю, - его голос был тихий и печальный.

Он говорил с Орой, с моей подругой. Она писала мне смс, звонила, но я всё игнорировала. Я не хотела возвращаться, потому что было просто некуда.

- Ора, не спрашивай меня, я сам ничего не понимаю, - продолжал Брендон.

Надо было идти дальше, так как подслушивания не приносили мне ничего, кроме унижения и очередной дозы яда. Я двинулась в гостиную, на столике лежал огромный букет из чёрных роз с карточкой. «Кому это?» Я хотела потянуться посмотреть на карточку, но тут же остановила себя. Я не видела раньше чёрных роз, но знала, что такие бывают. И честно признаться, у меня и свиданий таких никогда не было, чтоб мне дарили цветы. Я печально улыбнулась этим божественно красивым цветам, повернулась и прошла в сторону кухни, открыла холодильник. Он, как всегда, был полон всяких вкусностей. Мне надо было поесть, потому что энергии в теле оставалось немного. Я потянулась за хлебом и тут же остановилась. Меня затошнило от запаха еды, моя рука выхватила апельсиновый сок и быстро закрыла холодильник. Я медленно пила сок, ожидая встречи с Брендоном. Я боялась сильнее, чем думала.

- Доброе утро, - осторожно сказал голос.

Я подняла голову и встретилась глазами с Брендоном. На нём всегда любая одежда смотрелась отлично. В этот раз он стоял в черных брюках и белой рубашке с закатанными рукавами, две пуговицы которой были расстёгнуты. Даже тогда моё еле дышавшее тело отзывалось на него.

- Позавтракаешь? - приблизился он ко мне так, будто я могу бросить в него что-то. Он тоже боялся меня.

Он смотрел на меня и думал. Проходили минуты. Я не знала, хочу ли опять что-то ему сказать, смогу ли. Вдруг я скажу снова не то, вдруг я опять сама себя закручу в пучине своего же обмана.

- Сегодня День Святого Валентина, - он улыбнулся и прошёл к букету, - я знаю, что чёрный цвет ты любишь, поэтому я подумал, что и они тебе понравятся.

Он приблизился ко мне с букетом. Тепло зародилось в моей груди, и на секунду показалось, что у нас есть ещё шанс.

- Спасибо, - я выдавила из себя шёпотом.

- Тебе нравятся? - он протянул мне этот огромный букет.

Я кивнула и улыбнулась ему. Он переложил цветы в мои руки. Когда он отпустил их, то от неожиданной тяжести я выронила букет. Розы полетели на пол, ударились, и часть бутонов сломалась и рассыпалась. Я села, и в моих глазах появились слёзы. Я не хотела их ронять и не подозревала, что они будут такими тяжелыми.

- Ничего, - тихо сказал он, помогая мне собирать цветы, - я закажу ещё, если хочешь?

Я отрицательно покачала головой, и слёзы упали на мёртвые цветы.

- Амелия, почему ты плачешь? - тихо спросил он и поднял меня, и цветы опять выпали из рук.

- Тяжелые цветы, - только произнесла я и хотела ему объяснить, что мне они очень понравились, что мне было очень приятно, что моё сердце немного наполнилось теплом и радостью, но сформулировать и произнести все это я не смогла.

- Прости, я не подумал, они не стоят того, чтобы ты плакала. Я куплю ещё, я всю квартиру ими уложу и роняй, сколько хочешь, - с улыбкой произнес он и большим пальцем стер мои слёзы.

- Брендон, - первый раз за всё время я прошептала его имя и зажмурилась от чувства любви, кольнувшее внутри меня.

- Да, - тихо сказал он, и его лицо озарилось радостью.

- Что, - начала я говорить шепотом, - мы, - я сглотнула и попыталась собраться с силами, - будем делать?

- Сейчас? - спросил он с улыбкой, - что захочешь.

Я отрицательно помотала головой, он не понял меня.

- Нет, - прошептала я, голос становился увереннее, - что у нас происходит?

Его лицо окаменело, и он отстранился, прошёл в гостиную и встал ко мне спиной.

- Нам надо решить, - прошептала я снова, потому что он молчал, - это больно.

- Я знаю, Мия, - спокойно сказал Брендон, всё ещё стоя спиной ко мне, - но я не знаю, как разрушить стену, которая сейчас между нами, у меня такое ощущение, что всё не так. Ты не та и я не тот. Мы оба сказали то, что не должны были говорить.

- Хорошо, - ответила ему я, хотя опять я ничего не понимала. Он всегда говорил загадками, которые я расшифровывала неправильно.

- Что хорошо, Мия? - он развернулся и повысил голос, - что сейчас хорошего? Я снова боюсь сказать не то, я не хочу видеть тебя такой, я хочу, чтобы ты была живой. А сейчас передо мной кукла.

Я не представляла, что сказать, и тоже боялась произнести даже слово.

- Ты снова молчишь, а я не могу прочитать тебя. О чем ты думаешь? Скажи мне всё, о чем думаешь, - он мигом подлетел ко мне и схватил за локти.

- Я боюсь говорить, - сказала я шёпотом, - я боюсь жить, потому что ты прав. Я не думаю о последствиях, но я такая, по-другому я не умею, я не знаю, как. Я ребёнок, я ещё маленькая для такого, как ты. Но я люблю тебя больше жизни. И когда ты снова и снова предаёшь меня, я не могу терпеть эту боль, которую ты вызываешь во мне. Без тебя я тоже не могу. С тобой только я дышу и живу. Я боюсь, что опять ты принесёшь мне страдания, и я уверена, что в следующий раз я их не вынесу. Моё сердце разорвется, я не знаю, как оно до сих пор стучит. В машине я страстно желала умереть. Меня разрывало на кусочки снова и снова. Возможно, было бы лучше, если бы я ...

- Нет, не говори это, - Брендон прижал меня к себе, - ты глупая, но моя. Это я чувствую себя школьником с тобой. Ты давно не ребёнок, любовь моя, ты внутри намного сильнее и старше, чем кажешься. Только малость импульсивная, впредь просто попытайся меня выслушать и поверить в меня. Твоя вера - это единственное, что поможет нам. Я не могу отпустить тебя, я не хочу уходить, но ты заставляешь меня своими словами. Я тоже не железный, хоть и прожил столько. Меня нельзя убить, как тебя, но тебе удается превратить моё существование в ад и рай одновременно. Ты сложная, непонятная и такая любимая, что я боюсь за себя. Ты моя маленькая королева.

Радость понемногу наполняла меня, счастье от его слов заставляло биться сердце.

- Ора, - произнесла я, - ты говорил с Орой, я не подслушивала, я просто услышала её имя.

- Да, Ора мне звонила, она очень волнуется, она спрашивала о тебе. И спросила, может, сегодня ты придешь в кафе, там праздник, и она будет тебя ждать, - ответил он, даже не комментируя мою плохую привычку.

- А ты? - спросила я, - что хочешь ты?

- Я хочу тоже самое, что и ты, - сказал он.

- Нет, - покачала я головой, - правду. Скажи правду, что ты хочешь.

- Мия, прости, но правда тебе совсем не понравится, - улыбнулся он.

- Скажи мне, Брендон, ведь если и ты не будешь говорить, то мы опять окажемся в болоте, - попросила его я.

- Я хочу увезти тебя отсюда так далеко, как смогу, я хочу связать свою жизнь с тобой. Я хочу любить тебя сейчас на этом столе, я хочу трахнуть тебя, чтобы твоя голова была занята не твоими размышлениями, а желанием. Да, я хочу от тебя даже ребенка, потому что ты зажигаешь и обостряешь во мне все инстинкты, - жарко произнес он, и его глаза посветлели от страсти. - Но я знаю, что сейчас слишком рано, твое ребро ещё не окрепло, и ты ещё не готова. Поэтому я хочу провести день просто с тобой, чтобы ты ни желала сделать, - он осторожно коснулся губами лба.

- Если я пойду к Оре, ты пойдешь со мной? - тихо спросила я, его слова затронули меня больше, чем я ожидала. Я тоже хотела его, я знала, что когда он во мне, он не причинит мне боль и он не сможет притворяться.

- Пойду, - он улыбнулся, - но есть несколько условий, - он серьёзно посмотрел на меня. - Ты будешь говорить, ради меня. Сейчас я хочу, чтобы ты назвала моё имя голосом, а не шёпотом.

Я вздохнула и закрыла глаза, я должна была собраться с мыслями.

- Брендон, - я услышала свой тихий охрипший голос, он был мне не знаком, или я его просто забыла.

- Ещё раз скажи, ещё, - он поднял мое лицо, и я уперлась в его глаза.

- Брендон, - голос ещё был осипший.

- Ещё, любимая, - попросил он и улыбнулся.

- Брендон, - голос становился увереннее.

- Повторяй его, повторяй мое имя, - прошептал он и приблизился губами к моей щеке, поцеловав ее так, что она загорелась.

- Брендон, - сказала я уже своим голосом. Он снова поцеловал меня немного выше губы.

- Брендон, - он поцеловал противоположный угол губ.

- Брендон, - он нежно поцеловал губы.

-Брендон, Брендон, Б, - начала быстро произносить я, и он поцеловал меня горячо и сильно, не давая говорить дальше. Он поднял меня и закружил, не прекращая поцелуй.

- Спасибо, - прошептал он и поставил меня на ноги.

Я улыбнулась ему.

- Это ещё не всё, хотя я бы прям сейчас взял бы тебя, плевать на ребро, - сказал он с жаром, - не смотри так на меня, а то я не устою. Итак, второе, ты сейчас поешь. Да, Мия, у тебя не осталось сил, а еда это твои силы. Ведь я уверен, ты уже придумала планы мести для меня. Я приготовлю тебе легкий завтрак, и сам покормлю тебя. В одной из моих фантазий я вижу, как твои губы жадно обхватывают вилку, - он улыбнулся и провел пальцем по губам. - Как ты можешь быть такой желанной и хрупкой одновременно?!

- Брендон, - начала я, улыбаясь, и он наклонился и припал к моим губам, прикусив нижнюю губу, - я хотела сказать вообще-то.

- Я так и подумал, - он засмеялся, и это был бальзам на моё израненное сердце.

- Хорошо, - я положила руку на его грудь, - только немного, потому что меня от запаха еды тошнит.

- И пока я готовлю, позвони своей тёте, она уже раз десять звонила мне, - попросил он меня.

- Сколько у тебя условий? - притворно ужаснулась я, - мне кажется, это ты манипулятор, я уже устала их выполнять, - улыбнулась ему я.

- Ладно-ладно, - засмеялся он, и моё сердце ещё немного ожило, - на сегодня это всё, хотя нет, остальное - это не условия. А сейчас иди в кабинет и позвони ей, я пока напишу Оре, поставлю цветы и приготовлю завтрак. И даже не думай спрятаться, - он игриво шлепнул меня по попе.

- Хорошо, мой господин, - засмеялась я, а его лицо онемело.

- Мия, прошу тебя, никогда так меня не называй, никогда, даже если захочешь причинить мне боль, - он отвернулся и начал собирать цветы.

- Прости, я не знала, что это слово так тебя заденет, - осторожно сказала я, - но почему?

- Тебе будет неприятно, - произнес он глухо.

- Говори, - в приказном тоне сказала я.

- Девушки, которые были у меня, - начал он.

- Рейна и твой гарем?! Помню, и что? - спросила я, хотя боль начала охватывать меня, но я её заглушила, потому что я обещала верить ему.

- Да, в общем, они меня так звали. И я не хочу, чтобы хоть что-то напоминало мне о той моей жизни. Ни одна из них больше не помнит меня, я стёр всем воспоминания, - он сел на пол.

- Хорошо, - я опустилась на корточки, - я не буду, я просто пошутила и не знала. Я тебе верю, Брендон.

Он поднял глаза на меня. Его лицо светилось надеждой и любовью.

- Спасибо, - произнес он, - а теперь иди.