Первые шаги.
Октябрь 1991 года раскрасил Казань в багряно-золотые тона. В нашей уютной квартире, наполненной ароматом яблочного пирога, витало ожидание чуда. Наш Женечка, наше маленькое солнышко, готовился сделать свои первые шаги. Он уже довольно уверенно стоял у опоры, цепко хватаясь пухленькими ручками за край дивана, и переминался с ноги на ногу, словно раздумывая, стоит ли отрываться от надежной поддержки.
Мы с Валерой, затаив дыхание, наблюдали за каждым его движением. Сердца наши трепетали от волнения и нежности.
— Давай, сынок, ты сможешь! — шептал Валера, протягивая к Жене руки.
Я стояла рядом, сжимая кулачки и боясь даже дышать. Казалось, от моего малейшего движения Женя может потерять равновесие.
— Не торопите его, — мягко говорила тётя Лена, мама Валеры. — Всему своё время.
С тех пор, как мы поженились, тётя Лена и Диляра, моя мачеха, стали настоящими подругами. Они часто приходили к нам, помогали с Женей, делились рецептами и просто болтали о жизни. Их объединяла любовь к Жене и, наверное, еще и то, что обе они стали для меня близкими людьми, заменив мне родную мать. Видеть их такую дружбу было настоящим подарком.
— Он весь в тебя, Валера, — улыбаясь, говорила Диляра, глядя на Женю. — Такой же упрямый.
— И в Марьяну, — добавляла тётя Лена. — Такой же улыбчивый.
В тот день, когда Женя решился на свой первый самостоятельный шаг, тётя Лена и Диляра были у нас. Мы пили чай на кухне, а Женя играл в гостиной. Вдруг мы услышали радостный визг Валеры.
— Он пошёл! Он пошёл! — кричал он, вбегая на кухню с сияющими глазами.
Мы бросились в гостиную. Женя, немного пошатываясь, делал маленькие шажки по ковру. Его личико светилось от восторга и гордости за себя. Он дошёл до Валеры и, улыбаясь, упал ему в объятия.
— Молодец, мой мальчик! — Валера крепко обнял сына и расцеловал его.
Мы с тётей Леной и Дилярой захлопали в ладоши, не скрывая своей радости. На глазах у тёти Лены блестели слёзы.
— Растёт наш богатырь, — прошептала она, утирая слёзы платочком.
Диляра, всегда такая сдержанная, не могла сдержать широкой улыбки.
— Ну, Марьяна, теперь держись! — сказала она. — Начнётся такая беготня, что не угонишься.
Вечером, когда Женя уснул, мы с Валерой сидели на кухне, пили чай и вспоминали этот волшебный момент.
— Знаешь, — сказал Валера, беря меня за руку, — я сегодня понял, что такое настоящее счастье. Это видеть, как твой сын делает свои первые шаги.
— Я тоже, — ответила я, прижимаясь к нему. — И я так рада, что рядом с нами наши мамы. Они нам очень помогают.
— Да, — согласился Валера. — Они у нас золотые.
Мы долго сидели, обнявшись, и молчали, наслаждаясь тишиной и теплотой друг друга. В этот момент я поняла, что «полюби меня сильнее» — это не просто слова. Это наша жизнь. Наша семья. Наша любовь.