Глава 36
2 февраля, 1990 года, г. Казань
Прошла неделя и врач, как и обещал выписал меня и я наконец могу поехать домой. Самое странное - это то, что Валера так и не ответил ни на один из моих миллионов звонков, а лишь скидывал трубку. «Подожди милая, занят наверное» - вот, что говорила мама на этот счет. Больничный вновь продляет мое пребывание дома, наверное каждый ребенок бы радовался этому, но мне такое не по душе - не хватает человеческого общения. Вот что меня очень радует это мои книги, теплая постель и мурчащий рядом Чешир - с таким времяпрепровождением и идти никуда не хочется, кроме того, как пойти к Валере и узнать что это за дела и не позабыл ли он обо мне. Мама же была категорически против этого и буквально заперла меня дома, заставляя бабушку или Степана приходить ко мне каждый день, пока она на сменах. Слышать постоянные гудки мне надоело и именно поэтому я стала звонить всем - и Марату, и Андрею, Вахиту, Вове, да кому я только не звонила, но в ответ мне лишь тишина. Они и до этого не сидели у телефонов в ожидании звонка, но как я считаю, от «восставшей из мертвых» подруги можно и принять вызов. Неужели их всех засадили, или не дай бог убили. Нет, Полина, не накручивай себя. Даже если у «Универсама» проблемы, ну не на столько же. Я приняла вполне логичное по моему мнению решение - позвонить в качалку, и наконец узнать что за хуйня там у них происходит. К моему удивлению трубку подняли и послышалось нежное, женское «Ало».
- Ало, это кто?
? - А кто спрашивает?
- Это не важно, Турбо к телефону позовите.
? - А Турбо не может, занят, и не делами. Поэтому не звони сюда больше.
Трубку повесили. Что блять?! Всмысле занят? Ну все, они там походу все с ума посходили. Быстро собравшись и абсолютно игнорируя боль в груди и нехорошее предчувствие я выскользнула из дома. Я не то, чтобы зла - я в гневе. Что мать его происходит? То Ваня откуда не возьмись, как снег на голову, то Вадим цветы носит, никто от меня трубку не поднимает, так еще и это! Отдаваясь своему гневу я быстро пришагала к коробке, на которой никого не наблюдалось. Подойдя к двери в качалку я рывком ее открыла и как бешеная фурия влетела в помещение. Уши заполонил гул пацанов, а значит не исключено, что и Валера там и он радушными объятиями меня встретит и объяснит что здесь происходит. Как только я спустилась по лестнице все застыли, глядя на меня ошарашенными глазами.
- Всем привет.
Никто не смел проронить и слова, а после начали шептаться и нехорошо на меня поглядывать. Так, это все еще страннее. Они удивлены что я жива? Или просто не рады меня видеть? Оглядывая помещение я краем глаза заметила закрытую дверь в каморку. А в толпе я разглядела лишь Андрея, который смотрел на меня толи со злобой, толи с осуждением. Моя попытка подойти к нему не увенчалась успехом, он развернулся и отошел подальше, встав у тренажера и всем видом показывая что говорить со мной он не хочет. Так, все, я это терпеть не собираюсь. Быстро шмыгнув к каморке я рывком открыла дверь, что та аж загремела. На меня уставились удивленные 3 пары глаз. Какого-то черта Валера сидел в обнимку с Катей, Катька же победно улыбалась и ехидно стреляла глазами, а Вахит с ними о чем-то беседовал.
- Туркин, что за хрень здесь происходит?
Т - Тебя это ебать не должно. Пацаны, вафлершу эту выбросьте и больше не пускайте, чтобы я ее тут больше не видел.
Сердце упало в пятки, а на лице был неподдельный шок и просто неописуемый гнев. Я услышала, как сзади ко мне подошли. И пока никто не успел опомниться я подошла к Турбо вплотную, со всей дури врезала ему по щеке. Моей злости не было границ, последнее чего мне сейчас хотелось - это расплакаться прямо на глазах у всех и показаться ущербной и отвергнутой. Превозмогая боль, я схватилась за волосы дряни, которая посмела оказаться рядом с тем, кто шептал мне о любви и был только моим. «Помирать, так с музыкой» пронеслось у меня в голове, и лучше я уйду отсюда «чекнутой», чем «жалкой». Схватив Катю я потащила ее за собой, будто добычу, та начала визжать и из ее глаз от боли заструились слезы, она не могла держаться на ногах и поэтому попыталась упасть на пол, но я держалась крепче, намотав на кулак ее волосы. Она кричала что-то, но сейчас мне было на это наплевать, мне хотелось прибить эту тварь на месте. Меня обхватили чьи-то руки, начиная оттаскивать меня от «бедняжки» и стали выволакивать из здания под гогот и удивленные возгласы. Парней, что тащили меня я видела впервые, они были мало похожи на «новичков», больше напоминали «охрану» или что-то на то похожее. Я вспомнила, у Кощея были такие же два бугая, за которыми он мог выебываться сколько влезет, не боясь получить по морде. Неужели это ребята Вовы, отслужившего в Афгане? Нет, он военный, стрелял в людей и видел все ужасы, происходившие там, он бы не стал нанимать кого-то или даже просто просить о таком. Не по совести, да и принципы бы не позволили. Да и какая уже разница откуда они? Черт, я выгляжу как полная идиотка и сейчас просто лежу на снегу, совсем одна, глядя в чистое небо. Зачем я выжила? Для чего? Я оказалась в глупом положении, да и Валера тоже, что с ним? Пустой взгляд, смотрящий сквозь меня, грубые слова, да как он может? Вафлерша? После того, что между нами было? Господи, а я как дура малолетняя, хотя такой по сути и являюсь, повелась. Не зря похоже были те сомнения, нельзя доверять вот таким, с виду «хорошим». Да и стоит ли вообще теперь кому-то доверять? Я закрыла глаза и из них медленными струйками потекли горячие слезы. Сейчас мне хотелось просто пожалеть себя, ведь это я выжила после пули, которая спасла одного от смерти, а второго от тюрьмы. Ведь это я не показалась слабой, а смогла отстоять себя и выйти хоть и под руки, но с высоко поднятой головой. Я молодец и я заслуживаю пожалеть себя, и это мой выбор приведший меня сейчас туда, где я есть - в снегу, в слезах. Так тому и быть. Я лежала без счета времени, думая о своем, как вдруг, дверь заскрипела.
З - Полина, вставай, простынешь, глупая.
- Что тебе от меня нужно? Поглумиться? Унизить? Полить грязью? Отъебись, земля общая, где хочу там и лежу.
З - Давай поднимайся, говорю!
Парень подошел и хоть и грубо, но стараясь не сделать больно поднял меня со снега. Протерев глаза от колючих слез я глянула на уже бывшего друга. Он не был зол, ему не было противно, но всем видом он старался показать что ему безразлично как я себя чувствую, хоть и в глазах читались мольбы о прощении и стыд, перемешанный с жалостью.
З - Пошли, присядем.
Мы направились к ближайшей лавочке, не промолвив и слова. Вспоминая, как мы подолгу могли болтать ни о чем, как мы смеялись и разговаривали о чем-то более интересном не только мне, но и ему, отдаленном от правил улицы, мне становилось смешно от абсурдности происходящей ситуации. Мы медленно дошли до лавочки и присели, думая о своем и глядя куда-то вдаль.
- Сигареты не найдется?
Я заметно смягчилась, а плевать, что я теряю? Я усмехнулась на то, что парень протянул мне сигарету с пачки и подкурил отдельной спичкой.
- Тоже думаешь что я грязная? Брезгуешь?
З - Нет.
- А че же ты тогда? Вахит, я все понимаю. Ты только мне честно ответь, другом мне был все таки. С чего вы нахрен взяли, что я вафлерша? Откуда у вас в головах-то это все возникло?
З - Не матерись, тебе не идет.
- Да ну. Че мне уже? Слухи то поползли, раз вы так свято в это верите, значит и другие тоже. На вопрос то ответишь?
Парень повернулся ко мне и теперь в его глазах не было былых эмоций, его взгляд был более вкрадчивым и ясным. Он будто обдумывал что сказать, боясь ляпнуть что-то не то, будто перед ним сейчас не я, а его Снежинка, о которой он так много думает.
З - Полин, а ты на самом деле Валере изменила, с этим твоим, богатеньким, Ваней?
- Ахахахах, Вахит, ты серьезно сейчас? Я Валеру больше жизни люблю, я что дура совсем? Идти и давать тому, кого ненавижу всем сердцем.
З - От любви до ненависти один шаг, слышала?
- Слышала, но эта не та ситуация. Могу хоть слово пацана дать, что не было этого.
З - Сло..
- Слово пацана, для пацанов - знаю.
З - А клятву дашь? В глаза мне прямо.
- Без проблем. А ты можешь доказать, что не брезгуешь?
З - Да без проблем.
Это был некий вызов, между нами проскакивали искры, но я была уверена в своей правоте и прекрасно понимала, что ничего не теряю. А вот Вахит напротив - был закрыт и будто хотел мне поверить, но не мог. Они выращены в такой среде, что для них «секс» и «измена» не пустой звук, да и «клятва» - что-то значимое и серьезное, хоть и не работает, как оправдание. Я поднялась с лавочки и встала напротив Вахита. Тот с ожиданием поднял на меня взгляд, а я посмотрела прямо в его глаза.
- Клянусь своей жизнью, что ни с кем, кроме Валеры у меня ничего не было.
Парень более уверенно докурил сигарету и бросив бычок в сторону поднялся, от чего мне пришлось поднять голову. Мы стояли в нескольких миллиметрах друг от друга. Он мысленно выдохнул и заключил меня в крепких объятиях, на которые я с огромным удовольствием ответила, зарываясь в его растегнутую куртку. Он обнимал меня, как родную и любимую сестренку, гладя тихонько по промокшим от снега волосам.
З - Я верю тебе, но...
- Вахит, хватит, я не глупая, все понимаю. Если что, знаешь где меня искать, и номер знаешь, всегда буду рада повидаться.
З - А Валера?
- А что Валера? Он свой выбор сделал, поверив кому-либо, не разобравшись.
З - Любишь?
- Люблю, но простить ни за что не смогу.
З - Он тоже любит.
- Иди, а то отошьют еще)
З - Пока, Полин.
Парень быстро чмокнув меня в лоб, неловко отстранился, и слегка глуповато помахав рукой ушел. Вахит всегда был спокойнее Валеры, да и эмпатом он был еще тем, так что мне хочется надеяться, что он сделает для себя выводы. Даже этот поцелуй в макушку излучал тепло, нежность и дружескую любовь, только благодаря этому, мне хочется верить, что все «пацаны» рано или поздно встанут на правильный путь, он встанет. Снежане с ним очень повезло и сомневаюсь, что когда-нибудь Вахит допустит, что с ней что-то случится. Главное чтобы головой своей думал, а не тянулся за непонятно чем. Я встала и уже спокойнее выдохнув, направилась домой. В голове пробегали воспоминания обо всем, что произошло до того, как меня подстрелили, о том когда все было хорошо. Слезы сами собой наворачивались на глаза, хотелось одновременно забыть, разорвать все воспоминания и себя, а с другой - хотелось навсегда запомнить лишь хорошее, простить и отпустить. А может вообще взять маму, Степана, и сбежать подальше отсюда? Ну нет, так не пойдет, хотя... Да никому я не нужна, полнейший абсурд. В наше время слухи - приговор и самый надежный источник информации, «люди же зря не говорят». Плутая в своих мыслях я дошагала до дома и зашла в пустую квартиру. Приняв горячий душ я направилась в постель. Взгляд уперся в потолок, черт меня дернул достать альбом с фотографиями. Я принялась перелистывать страницы, на которых красовались наши счастливые лица. Тут и фотографии с Москвы, где мы с парнями кривляемся, пока нас фотографирует прохожий, даже Андрей тут еще не побритый, он только только рассказал мне о том, что пришился. Помню, как они маму уговаривали меня отпустить, а я ведь до сих пор не знаю как им это удалось. Фото с Валерой где мы обнимаемся и он целует меня, а я делаю вид, что я в шоке. Все это было совсем недавно, а как будто прошла целая вечность. Эти моменты я бы хотела запомнить. По глупому улыбнувшись я прикрыла глаза и углубляясь в воспоминания уснула.
—————
Дни стали серыми, все это не имело никакого смысла. Без нее жизнь стала обыкновенной, и вроде как даже ничего не изменилось, но как будто сердце остановилось и оторвали что-то важное, без чего я не я. У этого гандона все так складно вышло, но не верю я блять, что моя родная могла так поступить. А еще Катя эта, фу, мерзость. Сам я - мерзость. Дома не появляюсь потому, что телефон разрывается, а от этого сердце болит - знаю ведь, что она звонит. Хоть и условия свои он поставил, ходить к ней я не перестал, просто исподтишка под окнами стоял, пару раз даже чушпанов запрягал, чтобы по трубам к ней залезть и хотя бы пока она спит посмотреть как она. Телефон дома разъебал к чертовой матери, пока бухой был, а сейчас я только таким и бываю. Слухи не пускал - язык бы не повернулся, они там как-то сами это раскрутили, а я и дурак, надо было встать за нее. Хоть в тюрьму, хоть умереть, лишь бы она не опороченной осталась. Да нет мне оправдания, мудак я, ненавижу ненавижу. Снова пришел этот период, злость и ненависть на самого себя перевожу на прохожих и скорлупу. Хоть один не тот взгляд и все, пизда ему. Бью не жалея, представляю иногда, что самого себя в морду бью. Напьюсь в дк и иду в качалку один совсем и бью грушу до того момента пока руки не отобью. Не могу без нее, хочется просто в сугробе уснуть и сдохнуть как шавка, чего я и заслуживаю. Но сегодня все стало совсем по другому... Мы с Зимой сидели и разговаривали о делах универсама, на нашем районе Кащей стал что-то мутить, хотя после ухода Адидаса и без этого все стало совсем плохо. Слухи уже ползут, 2 грязные на районе, так еще и аргументируют это тем, что Зима не справляется, мы и без этого в стрессе, а Старшие других районов и без этого понимают, что нас опустить, как нехуй делать, хотят территории отжать, но ниче, прорвемся. Главное по умному сделать, Зима стал думать пойти просить помощи Кащея, на что я недовольно фыркаю и максимально отстаиваю позицию «сами справимся» хоть и отчаянье бьет ключом, как никогда и я уже думаю согласиться.
З - Турбо, ну сам подумай, он сколько лет район держал? Дохуя, у него тут место нагретое, признаем так и так не справляемся, возвращайся.
- Зима, ты серьезно сейчас? Я с этим гашенным дела иметь не хочу, он Ералаша пропил, а сам чему учил? Да он конченный, с ним ниче не получится, только хуже сделаем.
З - Я тебе всеку щас. Не сегодня, так завтра придет хадишка или домбыта, мы тогда че делать будем?
- Да нихуя не будем. Надо пацанов тренировать, вон как Адидас делал, так и мы будем.
З - А ты че, пока я не знаю в Афган съездил или что? Ты знаешь как их собрать и тренировку провести? Нет, вот и заткнись нахуй, предлагаешь хуйню всякую.
- Ебало то закрой, а ты не хуйню предлагаешь?
З - Я тебе всеку сейчас.
- Попробуй, силенок то хватит?
З - Еще как..
Дверь открылась и в проходе появилась она. В моих глазах она будто была под прожекторами, от нее исходил ангельский свет. Я в миг забыл о злости, которая накопилась во мне. Единственное чего мне сейчас искренне хотелось это скинуть с себя эту мерзкую девчонку и оказаться в этом мире только с Полиной. Обнять ее, зацеловать, да даже по ее щекотке я соскучился хоть и искренне это ненавижу и всегда бесился на это. Меня быстро опустил на землю ехидный взгляд Кати, единственное что мне остается это продолжать играть роль что мне плевать.
П - Туркин, что за хрень здесь происходит?
Может если я сделаю ей больно ей будет проще меня отпустить и возненавидеть.
- Тебя это ебать не должно. Пацаны, вафлершу эту выбросьте и больше не пускайте, чтобы я ее тут больше не видел.
Гафу ит мине, мәхәббәтем(Прости меня, моя любовь) Я будто бы видел, как ее сердце разбивается. Ее лицо изменилось от встревоженного до разочарованного. Я видел как ей больно и обидно, но ничего поделать с этим не мог, хотя нет, мог, но не сделал, уебок. Никогда себе этого не прощу. Девушка оказалась передо мной и влепила мне с кулака по роже, от чего я не злился, а даже наоборот - был горд за нее, она поступает правильно, хоть и унижая меня на глазах у всех, но я это заслужил. Что меня удивило и порадовало, так это то, что Полина схватила эту суку за волосы и потащила словно дичь на охоте, издеваясь над ней и причиняя ей боль. Быстро ее оттащили, хотя наверное стоило остановить их, чтобы она показала ей ее место. Полина говорила что-то пока ее оттаскивали, но я уже не слышал. Катя ревела навзрыд, волосы ее были растрепанны, она была мерзкой даже больше чем обычно. Она прибежала в каморку и попыталась сесть рядом со мной, ища во мне утешение на что я лишь брезгливо ее отбросил. Я сидел смотря ее вслед, уже еле держась, чтобы не броситься за ней. Зима резко поднялся и кинув на меня злой взгляд ушел, бросив фразу.
З - Я за сигаретами.
Я прекрасное понимал, что он идет не за сигаретами и лишь зло откинулся на спинку дивана, достав рюмку и бутылку водки, которую я оставил здесь вчера ночью уснув, как бомжара прямо здесь. Я быстро опрокинул рюмку и со злости бросив ее в стену. Что-то заскулило прямо под тем местом где разбилась рюмка. Только сейчас я заметил что именно в том месте сидела Катя, держась за растрепанные волосы. Фу блять. Я достал еще рюмку и выпив подряд рюмки 3, закурил. Табачный дым тек по моим легким, а во рту ощущалась слегка уловимая горечь, в горле застрял ком. А черт с ним. Я поднялся и вышел, чтобы послушать о чем они там общаются. Выйдя на улицу я... да что я. Зима стоял и обнимал Полину, сука. Я шибанул рукой стенку и швырнул бычок сторону. Не успел я обернуться, как меня развернули.
- Ну че? О чем болтали?
Зима был зол, очень. Он невероятно редко злился, но как говорится «редко, но метко». Вахит накинулся на меня, хоть я и сильнее его, но сейчас я явно уступал, даже поддавался. Мне было плевать что он меня бьет, абсолютно. Боль это последнее что меня сейчас пугает и волнует, а потому я просто барахтался в снегу, лежа на лопатках и чувствую горячую кровь, летящую в разные стороны.
З - СУКА, ТЫ НА СЕБЯ ТО ГЛЯНЬ, УЩЕРБНЫЙ. ТЫ ХОТЬ СЕКУНДУ ЖАЛЕЕШЬ БЛЯТЬ О ТОМ ЧТО ГОВОРИШЬ? Я ТЕБЯ УБЬЮ СЕЙЧАС!
————
Проснулась я уже поздней ночью или для кого-то ранним утром. На часах было 5:14 утра. Перевернувшись на другой бок я попыталась уснуть, но это получалось очень плохо. Я приподнялась и огляделась. Альбом оказался не в моей постели, а аккуратно лежал на столе, мама похоже заходила и укрыла меня, а рядом со мной уютно устроился Чешир. Не знаю сколько я пролежала, но уснуть так и не удалось. Я поднялась и на носочках отправилась в ванну. Сейчас я чувствовала себя не лучшим образом, лицо опухло, впитав как губка мои пролитые вчера слезы. Умывшись холодной водой и похлопав себя по щекам я направилась в кухню. Налив чай я принялась рассматривать тихую улицу. Снег красиво блестел, а темную улицу укутывал теплый свет единственного работающего на нашей улице фонаря. Какие-то голоса раздавались вдалеке, похоже не одна я не сплю в такое время. Горячий чай согревал руки, но сердце будто покрыло коркой льда. Я очень соскучилась по Валере, мне его очень не хватает, и даже высказать этого некому. Если слух и вправду пошел, то все, ничего с этим не поделаешь - теперь я отброс. Я вмиг потеряла всех, и парня, и друзей, и хоть какое никакое уважение. Наверное все таки придется с мамой оформлять домашнее обучение, потому что издевательства снова я терпеть не хочу, я натерпелась этого в Ленинграде и наконец хочу закончить школу. А дальше куда? На кого мне учиться? Да и что делать? На самом деле уехать куда-нибудь еще? Я не представляю вновь говорить с мамой о переезде, а особенно сейчас. Она ведь работает на хорошей работе, у нее здесь вроде бы любимый мужчина. Я не хочу снова все испортить. Да и как ей объяснить то, что произошло между нами с Валерой? Не буду пока ничего говорить, не хочу разрушать ее ожидания, по крайней мере пока что я считаю, что так будет правильней. Выйдя из своих мыслей я увидела человека плетущегося по улице. Он еле двигал ногами, и очень сильно шатался, алкаш наверное какой-то. Многие на моем месте бы просто развернулись и пошли спать или вызвали бы милицию или скорую, но похоже не я. Я как завороженная смотрела на него и на то, куда он идет, мало ли что случится и все таки стоит вызвать скорую. Мужчина шел прямо по дороге напротив моего окна, словно на автопилоте и вроде его голова была опущена вниз. Что-то в этом человеке меня притягивало и я не могла оторвать взгляда. Он медленно дошагал до моего дома и поднял голову так, что его лицо осветил уличный фонарь. Что?! Это Валера или мне кажется?! Его кудряшки были все в крови, мои любимые кудряшки. Я быстро выскочила успев накинуть первый попавшийся длинный мужской свитер из моего шкафа и тапки. Я бежала так быстро, как только могла. Сейчас меня не волновало то, что он говорил сегодня, ему явно нужна помощь. Распахнув дверь подъезда я заметила его, лежавшего в собственной крови.
- Валера! Валера, что с тобой?!
Т - Полина, пожалуйста...
- Что? Что пожалуйста?
Т - Хватит преследовать меня, я не могу перестать думать о тебе, ты... как она... мне больно. Пожалуйста беги как можно дальше от меня.
- Но..
Т - Полина, мне правда плохо, прости, я знаю, что веду себя как мудак, может когда-то мы снова встретимся и я расскажу тебе о том, что испытываю сейчас, но... не сейчас. Прошу отъебись, хватит причинять мне боль, ты везде. Я не могу жить без тебя, я медленно умираю. Лучше бы мы не встретились тогда.
На глаза навернулись слезы, мне было безумно больно, но это его выбор, и раз он искренне этого хочет, я сделаю, как он и попросил.
- Хорошо, я тебя больше не потревожу, прощай...
Поднявшись с холодного снега я сдерживаясь, чтобы не обернуться направилась домой. Не так все должно было быть, как угодно... но не так. Поднявшись домой я подошла к телефону и выдохнув набрала номер скорой.
- Человеку плохо, приезжайте по адресу... у подъезда лежит в крови, но живой.
Безразлично повесив трубку, я вернулась в кухню. В голове звучала мертвая тишина. Я чувствую, будто только что умерла. Наверное и в правду было бы лучше, если бы я умерла от этой чертовой пули. За окном послышались мигалки. Подойдя к окну, я в последний раз взглянула на него. Прости.. Не потревожу.. Прощай.. Моего Чеширского кота погрузили в машину и захлопнули дверцу, что-то злобно крича и вновь включив мерзкую сирену стали быстро удаляться со дворов.
Не потревожу, прощай... Минем Чешир мәчем, Сау бул, минем мәхәббәтем синең белән💔