Глава 64
Только что Видальдас лишил его той единственной возможности сохранить гордость, чувство собственного достоинства, что у него еще оставались. Руди гневно сверкнул на него глазами.
- Хорош, - прошептал принц, проводя кончиками пальцев по его щеке. - Горяч, дерзок, непокорен. Упрям. Но ты забываешь, Лис, кто устанавливает правила. Подчинись, стань моим проводником, и жизнь
твоя будет прекрасной. Ты займешь место за моей спиной, и никто не посмеет даже смотреть в твою сторону.
- А если нет? - прошептал парень.
- Ты покоришься мне, другого пути нет, - шепнул ему в губы сидхе, обхватывая лицо жесткими нечеловеческими пальцами. - Мне приходилось ломать и не таких, Руди.
Его поцелуй обжигал равнодушным, беспощадным холодом, ядом отравляя душу, лишая воли..
- Вот и славно, - промурлыкал сидхе, отстраняясь.
Руди покачнулся от ужаса. Раздавленный, запертый в собственном сознании как в тюрьме, не в силах шевельнуться без приказа, он с отчаянием понял, что в этот раз ему не выбраться.
- Ты меня возбуждаешь, а это непозволительно для такого, как ты, - задумчиво произнес Видальдас. - Итак, ты откроешь проход на исподнюю сторону и станешь моим верным слугой или будешь упрямиться? Кем ты предпочтешь быть - гостем или пленником?
- А в чем разница? - видно, сидхе позволил Рудольфу говорить, потому что слова слетели с языка легко и быстро.
Принц прицепил к ошейнику длинную серебристую цепь и теперь играл с ее концом, пропуская изящные звенья сквозь длинные пальцы.
- Разница на самом деле невелика, Руди. Но слуг я берегу, а питомцев… нет.
Сидхе никогда не лгут. Боги, что же затеял этот монстр? Но сдаться, предать Мэтью, предать собственную сущность, стать покорным рабом у его ног? Никогда.
Руди предпочтет смерть.
- Я ненавижу тебя каждой клеткой своего тела, меня тошнит, когда ты прикасаешься ко мне. Единственное желание, которое я испытываю, - уничтожить тебя, как назойливого таракана.
- Открой переход, - Видальдас натянул цепь, заставляя Рудольфа склонить голову к его коленям, - и я не стану приказывать Фрелену пороть тебя за непочтительные речи.
- Я не знаю, как это делается. Даже в теории.
Руди разозлился. Да если бы он умел, он бы открыл этот чертов проход и засунул бы туда эту тварь.
- Почему ты мне не веришь?
Видальдас резко встал, отталкивая Рудольфа от себя. Глаза сидхе пылали зеленым пламенем.
- Я достаточно услышал, чтобы убить тебя, звереныш, но никто не может сказать, что принц Темного Дола безжалостен и беспощаден к своим игрушкам. Поэтому ты будешь наказан, но останешься жить. Пока останешься. И запомни, звереныш - мне нужен проводник, ты мне не нужен. Если ты не подчинишься, я отдам тебя в казармы нижних фэйри и с удовольствием буду наблюдать, как тебя будут трахать двадцать голодных воинов. Но не думай, что этим все закончится. Ты останешься там навечно и каждый день будешь молить меня о прощении.
Самоуверенная дрянь.
- Фрелен.
В комнату вошел черноволосый сидхе. На его губах мерцала противная улыбка, а в руке он держал трех- хвостую плеть, извивающуюся словно змеи. Руди с ужасом смотрел на орудие наказания, все еще не веря, что Видальдас отдаст приказ. Вишневые глаза палача сияли в предвкушении, его возбуждало и забавляло предстоящее наказание.
- Моя зверушка была очень нагла, следует раз и навсегда выбить из нее непочтение, - мягко проговорил Видальдас, усаживаясь боком на широкий подоконник фальшивого окна. - На кровать, - жестко скомандовал он. - Животом.
Веревка соскользнула с тела, невидимая сила заставила Рудольфа покорно лечь на кровать, стиснув зубы и до крови прокусив щеку изнутри, чтобы только не показать своим пленителям слабость и страх, дрожащим цветком распускающийся в душе.
- Повернись лицом ко мне, я хочу видеть твои глаза, звереныш, - с издевкой в голосе приказал Видальдас. - Фрелен, без жалости. Заодно проверим, какая регенерация у консорта волка и бывшей Тени мастера.
- Слушаюсь, мой принц.
Первые удары ожгли кипятком, оставляя на бедрах саднящие красные полосы. На третьем ударе он не выдержал и вскрикнул, а потом пытка превратилась в сплошную боль, и Руди уже не сдерживался. Между криками и матами он слышал спокойный голос Видальдаса, не позволяющего скатиться в безмятежное забытье.
- Из Холмов невозможно открыть переходы на исподнюю сторону, зверек, - с ухмылкой говорил сидхе. - Но ведь это неважно, правда, моя зверушка? Ведь главное не возможность, а желание. А ты не пожелал даже попробовать угодить своему господину, и теперь страдаешь. Фрелен, достаточно. Надеюсь, урок пойдёт впрок. А чтобы мой зверек понимал, какой может
быть награда, пусть Лиля ему покажет.
- Повернись на спину, - приказал Фрелен, но, видно, вспомнил о нанесенных им же ранах. - Нет, лучше встань.
Руди, томимый дурным предчувствием, встал у кровати. Лиля вопросительно посмотрела на развалившегося в кресле Видальдаса.
- Можешь приступать.
Девушка начала возбуждать Рудольфа, сперва рукой, а затем, опустившись на колени, ртом. Руди готов был сквозь землю провалиться, он уже хотел умолять принца прекратить эту пытку, но почувствовал, что ошейник не позволяет говорить. Боги, лучше бы его пороли. Он опустил голову и закрыл глаза. Быстрее бы это закончилось. Унижение, которое он испытывал, получая удовольствие от умелых действий Лили, не шло ни в какое сравнение с болью от полученных ударов.
- Позволь ему кончить в награду за прекрасное представление, - с издевкой в голосе попросил Фрелен, сидя на подлокотнике кресла Видальдаса и гладя его по колену.
- Лиля, сними с него кольцо.
Руди до крови прикусил губу, чтобы только не застонать, когда горячая струя излилась в нежный и упрямый рот. Он покачнулся от нахлынувшего оргазма, но удержался на ногах. Как же он сейчас всех ненавидел.
- Хороший зверек, - Видальдас встал и, издевательски поклонившись, исчез из комнаты.
- Я всегда буду рядом, человек. Я и моя плеть, - прошептал на ухо Рудольфу палач и лизнул в щеку. - Не давай повода моему принцу призывать меня слишком часто.
- Я убью тебя, - прошептал Руди. - Убью.
Сидхе криво усмехнулся и вышел из комнаты. Лиля, пряча взгляд, подала ему влажное полотенце.
- Господин доволен? - нерешительно спросила она, но, увидев злой взгляд, тут же сменила тему. - Я ведь предупреждала, - она полезла в шкаф. - Следует быть почтительным и осторожным. Не нужно злить господина Фрелена, он очень… - она испуганно оглянулась и едва слышно закончила: - злопамятен. И предан принцу.
Девушка достала с верхней полки большую стеклянную банку, заполненную зеленоватой пастой, и начала осторожно смазывать Рудольфу кожу. Приятная прохлада сняла боль и позволила мыслить рационально.
- Это делает одна знахарка с улицы Бегемотов, - шептала Лиля, но Руди ее не слушал.
Помощи ждать неоткуда. Если в Холмы сидхе попасть можно только по приглашению, то Видальдас сделает все, чтобы никто из друзей Рудольфа сюда не попал. Значит, придется последовать совету Деймона и кого-то убить… Хорошо бы Видальдаса, да только вряд ли получится. Самый простой вариант - Лиля.
Боги. О чем он думает? О том, чтобы хладнокровной убить девушку, вся вина которой - это любовь к извращениям и желание подзаработать, продавая свое тело. Руди хихикнул, а затем, не сдержавшись, громко расхохотался, уткнувшись лицом в постель, чем испугал Лилю до дрожи в голосе.
- Ой, тише. Прошу вас, господин. А то если Фрелен услышит..
Но Руди не мог сдержать истерику, пока смех не превратился в тихие всхлипывания.
Лиля поставила банку на место и чуть виновато произнесла.
- Хозяин приказал приковать вас к кровати. Если хотите в туалет, то сходите сейчас.
Руди молча поднялся и, кривясь от боли, прошёл следом за девушкой в уборную. Окна здесь тоже не было. И зеркала не было…
- А как ты попадаешь в Холмы? - спросил он Лилю, когда вернулся в комнату.
- Хозяин присылает за мной кого-нибудь из нижних фэйри, - бесхитростно ответила девушка, перестилая постель. - Быть питомцем самого принца очень почетно, все относятся с должным уважением.
Ну да, ну да, видел он, с каким уважением относится к Лилю палач.
- Зря вы рассердили господина. Если ему угодить, то можно получить много..
- Замолчи, пожалуйста, - Руди дернул ошейник, пробежал по нему пальцами, но так и не нашел, где он застегивается.
Было похоже, что эта вещь цельная.
- Он запирается магически, - пояснила Лиля и споро вставила цепь в петлю в стене, защелкнула и улыбнулась. - Длины цепи хватит, чтобы ходить по комнате. Я приду вечером, тогда и выведу в уборную. Отдыхайте, господин.
Ему снился Вамчин. Вампир стоял возле черного блестящего гроба в доме, который он подарил Рудольфу.
- Я рад, что ты сохранил для меня эту спальню. Признаюсь, не был уверен, что ты не сожжешь мой гроб.
Вамчин провел рукой по полированной поверхности.
- Ты простил меня, Руди? - вампир протянул руку, и Руди, помешкав всего мгновение, вложил пальцы в
холодную ладонь.
Он назвал его по имени - плохой знак.
- Я подозревал, что кукловод прячется в Холмах, но в этот раз принц Темного Дола зашел слишком далеко. Он украл у нас нечто настолько драгоценное, что
заслужил смерти.
Руди непонимающе посмотрел в бездонную синеву глаз. Видальдас что-то украл у Вамчина?
- Тебя, мой дорогой. Тебя.
Вампир склонился и поцеловал Рудольфу запястье. По руке пронесся легкий ветерок, а сердце вздрогнуло и затрепетало. Ох, что же он так реагирует на этого монстра? На виновника всех его бед…
- Разве я виноват в том, что с тобой приключилось? - тихо спросил Вамчин, ведя Рудольфа к распахнутой двери, сквозь которую виднелся яблоневый сад.
Запахло цветами и вареньем из райских яблочек.
- Ты всегда выбирал сам. Как тебе жить и как умирать, лисенок.
- Я не могу больше злиться на тебя, Вамчин, - признался Руди и улыбнулся. - Я хочу увидеть тебя не только во сне. Хочу… хорошенько огреть тебя чем-нибудь тяжелым, за то, что ты позволил Видальдасу меня украсть, - сердито закончил он.
Вамчин тихонько засмеялся, и его смех погладил Рудольфа легким, невесомым мехом.
- Я буду счастлив оказать тебе эту услугу. Сковородка подойдет? - невинно поинтересовался он.
Ну вот что за существо. Руди с ним серьезно, а этот древний монстр все превращает в фарс.
Они шли по тропе между цветущими яблонями, под ярким солнцем, и это было правильно. Правильно
и… замечательно.