Глава 58
- Привет, Руди, - Томас белозубо улыбнулся. - Мастер ждет тебя. Марк, а ты ступай, переодевайся, тебе
поставили выступать после Бориса.
Марк кивнул и убежал, а Томас повел Рудольфа в клуб. Неприятные воспоминания. Вот здесь он впервые
увидел Видальдаса...
- Мастер велел посадить тебя за столик у сцены.
Они пришли, когда на сцене заканчивали выступление акробаты. Зал был полон. Люди. И ни одного фэйри. Странно. Хотя, в прошлый раз ведь был «званый вечер»...
Дурные воспоминания.
Над залом поплыла тягучая дурманящая энергия, кто-то баловался легким внушением. Следом раздался тихий голос, от которого по телу пробежала сладкая волна. Осязаемый голос, красивый, чувственный, возбуждающий, он ласкал мягким мехом, поглаживал, вызывал смутные видения. Вамчин невидимый шел по проходу.
- Разве вы не мечтаете оказаться в моих объятиях? Попробовать на вкус мои губы? Ощутить мои клыки на вашей шеи?
Да.
Руди изо всех сил ущипнул себя за ногу, потому что ему вдруг захотелось побежать на сцену и отдаться прямо там этому прекрасному голосу, который сейчас говорил только с ним, только ему он обещал негу и счастье, удовольствие и любовь. Отчего Вамчин так на него действует? Ведь метки должны защищать от чар.
- Дорогие мои, сейчас вы увидите лучший номер нашей программы, но прежде чем Борис появится на
этой сцене, я хочу спросить, кто сегодня сорвет поцелуй страсти с моих губ? Кто из вас готов подняться на эту сцену и оживить мое сердце? Для кого оно будет стучать всю сегодняшнюю ночь?
Вамчин появился на сцене, и зал громко ахнул. Они не видели его, он легко управлял толпой, затуманивая взгляды и заодно мозги. Силен. И красив. Белоснежный костюм, чуть вьющиеся черные волосы, небрежно спадающие на плечи, мягкая улыбка и полыхающий алым взгляд. Сексуален, как сама страсть. Руди
едва удержался, чтобы не вскочить с места и не броситься в призывно распахнутые объятия. Для этого пришлось закусить изнутри щеку. Он перевел взгляд на зал. Люди сходили с ума. Вверх взметнулись руки с зажатыми в них деньгами, женщины визжали, выкрикивали свои имена, некоторые пытались забраться на
высокую сцену, однако охранники мягко, но решительно пресекали такие попытки.
- Ах, как много желающих, кого же выбрать? - задумчиво произнес Вамчин, и Руди ощутил, как теплая
ладонь погладила его по плечам.
Вампирьи шуточки. В ушах раздался тихий смех.
Гад, он опять у него в голове.
Из зала начали выкрикивать имена, к сцене подбежала высокая рыжеволосая девушка. Она успешно вывернулась от охранника, оттолкнула от себя второго, когда он попытался взять ее за руку.
- Вамчин, - закричала она. - Возьми меня. Вампир наклонился и протянул к ней руки.
Девушку оторвало от пола, и спустя мгновение она стояла на сцене рядом с улыбающимся Вамчином.
- Решимость должна быть вознаграждена, не так ли, дитя мое?
Руди был уверен, что вампир говорит это ему.
- А измена должна быть наказана, не так ли, инфеделе Лис?
Вероломный? Он назвал его вероломным… Измена...
- Томас.
Руди оглянулся и увидел вампира у двери. Он поспешил к нему, мучимый дурным предчувствием. Пока
шел, чувствовал холодный яростный взгляд в спину. Боги, только бы он ничего ему не сделал.
- Томас, где Мэтью?
Вампир бросил испуганный взгляд на сцену и отвёл глаза.
- Томас, прошу тебя, скажи, - Руди схватил вампира за руку.
- Мастер меня убьет.
- Пожалуйста, мне больше не к кому обратиться.
Страх не за себя, а за другого придал сил. Руди собрал волю в кулак и повернулся к сцене. Встретился взглядом с мастером города. Длинные чувственные пальцы гладили шею рыжеволосой женщины, полные губы что-то шептали ей на ухо, но яростные глаза без отрыва смотрели на Рудольфа. Он выдержал этот взгляд.
- Где он? - беззвучно шевельнулись губы, и Вамчин криво усмехнулся, оголязаострившиеся клыки.
- Мастер наказал Мэта. Он в подвале. Но тебе туда ни в коем случае нельзя. Не ходи, - быстро шепнул Томас и отвернулся, приветствуя входящих в зал мужчин.
В подвале, значит… Руди помнил лестницу которая туда вела. Следует только выждать подходящий момент. Он должен убедиться, что с Мэтью все в порядке и что наказание не убивает его. Иначе… иначе, он сделает все, чтобы спасти своего волка. Его-то Вамчин точно не убьет за непослушание.
Руди вернулся на свое место. Глухая тоска и страх за оборотня не отпускали, а наоборот, усиливались от присутствия в зале кого-то мрачного, холодного и
сильного. И это был не Вамчин. Его силу Руди ощущал, как грозовой воздух, как холодный ураганный ветер - пьянящую, пронзительную, властную. Эта же сила ощущалась как сырость глубокого склепа. Страшная, тяжелая, чуждая.
Но, похоже, только Руди чувствовал чужое древнее присутствие. Кто-то слабее Влада, но намного сильнее Вамчина.
Зал бесновался. Крики, стоны, прерывистое дыхание. На ярко освещенной сцене Вамчин, пристально глядя в глаза Рудольфу, запрокинул голову рыжеволосой
жертвы и ударил в вену.
Дерьмо.
Руди судорожно сглотнул и непроизвольно погладил шею в том месте, где уже не осталось следов от клыков мастера. По телу прошла дрожь, сердце с неистовой силой заколотилось о ребра, и его удары эхом отдавались в горле. Стало трудно дышать, и Руди судорожно расстегнул пуговицу рубашки.
«Смотри на нее, мой слуга. Разве ты не хочешь оказаться на ее месте? Разве не хочешь попробовать любовь вампира? Плавиться в моих руках, таять, биться в агонии и рождаться вновь? Неужели тебе не хочется разделить со мной наслаждение? Позволь подарить тебе освобождение. Свободу от условностей, свободу от смерти, свободу от самого себя».
Вамчин стоял лицом к залу, одной рукой прижимая женщину спиной к себе, а второй придерживая ее за шею. Она откинула голову ему на плечо, ее грудь тяжело вздымалась, увеличившиеся соски выпирали из-
под тонкой блузки, глаза прикрыты, и лицо… такое выражение Руди видел у умалишенных, живущих в собственном мире. Она была не здесь и не сейчас. И где бы она ни была в этот момент, ей было хорошо. Очень хорошо…
Руди с трудом отвернулся. Вожделение затопило зал, из темноты раздавались тихие стоны, тяжелое дыхание и выкрики. Сила и власть Вамчина плыли над залом,
окутывая каждого зрителя, подавляя волю, даря наслаждение. Руди поднес к губам кулак и изо всех сил впился зубами в костяшки пальцев. Боль отрезвила.
- Он силен.
Руди вскочил на ноги и тут же сел обратно, облегченно вздохнув.
- Ты меня напугала.
Дева без Имени сидела в кресле напротив и загадочно улыбалась.
- Я принесла привет от твоей семьи, человек.
- Как они там? Все в порядке?
- У них все хорошо, - пропела сидхе, следя, как два охранника уносят со сцены счастливую жертву вампирьей любви. - Ты ведь помнишь, что должен
мне человек.
- Да, я помню это, - осторожно ответил Руди, пытаясь поймать взгляд прекрасной сидхе, но она умудрялась смотреть на него и словно мимо.
- Гордыня и глупость поселились в душе моего брата. У меня было видение, человек. Передай Деймону, что я молю его оставить Видальдаса в живых. Проси его моим именем, Руди Панкоу, и мы будем в расчете. Твоя семья за мою семью.
- А если Деймон не согласится? Что будет тогда?
- Наш договор потеряет свою силу, человек.
- Но ты обещала.
- Я сдержу слово. Ни один вампир или сидхе не найдет их. И ты не найдешь… Будешь ли ты умолять Деймона моим именем?
- Да, - твердо ответил Руди. - Но… значит ли это, прекрасная госпожа, что принц Теменого Дола замешан в смерти пса?
Однако сидхе уже не было в кресле.
Зал взорвался аплодисментами, на сцене появился Борис. Вампир неподвижно стоял в круге света, ссутулившись и закрыв лицо ладонями. Его золотые волосы
переливались и текли под лучами софитов, вся его поза выражала скорбь. Перед зрителями стоял раздавленный сломленный горем человек, но вот заиграла
музыка и он начал двигаться… Это была история разочарования, смерти и возрождения. Он действительно был великим танцовщиком. В нем было столько страсти, что Руди на несколько минут забыл обо всем. О то- мящемся в подвале Мэтью, о Вамчине, о предупреждении Девы без Имени. На время танца все прекратило существовать - только музыка, сцена и неистивый танец белокурого вампира. Сейчас Руди понимал Марка, ох, как он его понимал.
И тут в мозгу пронеслась мысль: пока все заворожено следят за танцем, можно незаметно проскользнуть в
подвал. Вроде бы он помнит где лестница… Руди поежился. Взгляд в спину никуда не исчез, но кроме него он четко осознавал, что Вамчин знает что он делает и куда направляется. Он чувствовал его гнев, но… не могу не идти. Слишком дорог был для него
этот оборотень.
Руди беспрепятственно прошел через зал, вошел в дверь с табличкой «Служебный вход» и, никого не встретив, спустился вниз по тускло освещенной лестнице. Неужели Вамчин специально приказал его не
останавливать? Почему-то эта мысль казалась Рудольфу абсолютно верной.
Дверь, отделяющая лестницу от подвала, с тихим шелестом захлопнулась, оставив Рудольфа в одиночестве. Вместе со звенящей тишиной пришел страх; он холодным потом стек по спине, но Руди, совладав с собой, решительно двинулся по коридору. Пол под ногами уходил вниз, воздух становился суше и тяжелее, в нем явно ощущался запах гнили, крови и боли. Что за жуткое место.