Глава 51
Его чуть привел в себя сильный шлепок по ягодицам. Больно, обидно и унизительно - но почему-то от
этой боли и унижения Руди еще острее почувствовал член Мэта внутри себя - именно так, как нужно, с нажимом на то самое местечко внутри, от которого по всему телу расходятся волны наслаждения; и немыслимо нежное, правильное касание ладони оборотня к своему члену.
- Не уплывай, лисенок, еще рано, - насмешливо велел Вамчин, схватил его за волосы и оттянул назад. - Я знал, что тебе понравится.
Руди только застонал, дар членораздельной речи он потерял… давно потерял, и демоны с ним. И с глупым желанием сопротивляться - те же демоны. То, что с ним делают эти двое, немыслимо прекрасно. Только
еще немного потереться членом о ладонь Мэта, и...
- Повернись, лисенок, - попросил Мэт.
Руди не слишком понял, куда повернуться, зачем повернуться, просто послушался его рук. Их обоих, Мэта и Вамчина. Позволил поставить себя на четвереньки, потерся лицом о руки Вамчина, о его бедро, и в голос застонал, когда Мэт снова вошел в него - так, сзади, было еще глубже, еще полнее… да, хорошо...
- Всего-то и надо, что позволить себе получить удовольствие, а, Лис? - горячо шепнул ему на ухо Вамчин.
Руди согласно простонал - да. Сейчас он на что угодно готов был сказать «да», лишь бы ощущать это, это... он не знал, как это назвать. Слов не было, мыслей не было, только чистое животное удовольствие и жажда, нестерпимая жажда.
Шелковый, влажный член ткнулся ему в губы, властная рука сжала волосы.
- Хочешь взять меня в рот, лисенок? - искушающий, ласкающий душу голос звучал в его голове, звучал повсюду, и Руди снова хотел ответить: да. Но оказалось достаточно всего лишь открыть рот и впустить в себя нежную плоть.
Они входили в него оба, с двух сторон, в едином ритме, и с каждым толчком наслаждение росло, ширилось, заполняло его всего - пока не выплеснулось, как рождественский фейерверк, оставив Рудольфа в свободном падении.
Опустошенного.
Счастливого.
Целиком и полностью удовлетворенного. Его, не имеющего сил даже открыть глаза, уложили
на сбившиеся простыни. Его ласкали и целовали. Ему обещали, что все будет хорошо - и что в следующий раз будет еще лучше.
Руди почти готов был согласиться, что он принадлежит им обоим, что он - тень, эхо...
- Ты мое сердце, лисенок, - сказали ему и положили его руку на влажную горячую грудь, так, чтобы он ощутил биение сердца.
Правда, он уже не разобрал, чье сердце билось в его
ладони, Вамчин или Мэтью. И, честно сказать, ему уже было все равно.
Он спал.
А утром Руди ничего не помнил. Лишь удивился, откуда на столике букет жасмина и отчего так ноет тело, словно он вчера занимался силовыми упражнениями? Окончательно он проснулся он от легкого прикосновения пальцев к щеке.
- Вставай, лисенок, завтрак на столе.
Свежий ухмыляющийся Мэтью вызвал только одно желание - запустить в него чем-нибудь тяжелым. Руди натянул на голову одеяло.
- Вставай, иначе я принесу воду прямо сюда.
В этом он не сомневалась. Этот волк сможет. Притащит таз воды и выльет его в постель. Руди высунул нос
из-под одеяла и приоткрыл глаза, втягивая аромат свежей выпечки и кофе. Мэтью стоял в дверях и улыбался, но в его настороженных желтых глазах Руди увидел еще что-то. Напряжение? Сожаление? Вину? Да ну. Показалось.
- Жду завтракать. Потом я отвезу тебя на работу, ты сдашь отчет, и мы поедем в стаю. В полдень похороны Киры. Вопросы? Нет? Отлично. Десять минут. Твоя одежда в ванной. Ее почистили, отгладили и привели
в приличный вид.
- Так точно, папочка, - промямлил Руди и зевнул.
Как же не хотелось вставать.
- Руди, - парень поднял лохматую голову, - я не люблю повторять. Будь умницей, не зли папочку.
Когда зевающий заспанный Руди вышел в большую комнату, Мэтью уже пил кофе. Зал под ними тонул во
тьме, ни одного посетителя. Часы на стене показывали пятнадцать минут шестого.
- Мэт, - простонал Руди, плюхаясь на стул, - почему так рано?
- Лис, посмотри на меня.
Что-то в его голосе испугало Рудольфа, рука дрогнула, и
он пролил кофе на белоснежную скатерть. Руди медленно поднял на оборотня взгляд и ничего не смог прочесть по застывшему лицу.
- Он поставил вторую метку, - бесстрастно произнес волк. - Бутерброд?
Руди смотрел на оборотня и не улавливал смысла сказанных им слов. Вторая метка? Но… как? Когда?
- И что, теперь я стану как он? - шепотом спросил он.
- Нет. Просто ты изменишься. Уже изменился. Ешь, пока тебе это нужно. - Мэтью налил ему кофе и подвинул тарелку. - Теперь остерегайся сильных вампиров. Любой из них может закончить начатое мастером.
- Но… как он это сделал? - отчаянно вопросил Руди. - Как?
- Вошел в твой сон. Разве раньше он этого не делал?
- Я не помню. - Он поднял на оборотня взгляд. - Я не хочу быть привязанным к Вамчину всю жизнь. Не хочу.
Мэтью молча сунул ему в руки бутерброд.
- Это можно откатить обратно?
- Да. Со смертью мастера исчезнут и его метки.
- Значит, я убью его. - Руди был совершенно спокоен. Если на кону будет его жизнь, он пойдет на это. - Убью.
- Не забывай о Видальдасе. Войну с сидхе не выдержит ни один клан.
- Не мои проблемы.
- Руди, не все так плохо, как ты себе придумал. - Мэтью отставил чашку, промокнул салфеткой губы и поднялся из-за стола. - Если ты хочешь победить, стань сильнее.
- Знаешь, - Руди доел бутерброд и тоже поднялся, - я не хочу становиться сильнее. Я впервые попал в такую дурацкую ситуацию, и мне совсем не хочется бороться. Я хочу работать, хочу жить простой жизнью вдали от всех ваших разборок. Вы все хотите меня использовать, и мне это очень не нравится.
- Ты не прав.
- И в чем же?
- Не всем нужна твоя сила проводника. Мне нужен
ты.
Руди остановился на пороге спальни, не зная, как реагировать на это заявление. Но когда он оглянулся, Мэтью уже выходил из номера.
- Жду тебя на стоянке. Поспеши, Руди.
Пока Руди одевался, из головы не шли слова Мэтью. Что он имел в виду? Ну не признание же это в симпатии? У него было много шансов показать свои чувства, но до сих пор он не позволял себе этого. Боится Вамчина? Нет, не похоже. Так в чем дело? Что ты задумал, волк?
Мэтью ждал у мощного темно-синего мотоцикла. Он молча протянул шлем, молча кивнул на сиденье позади водителя, и только когда Руди сел и обхватил его за талию, обернулся, чтобы улыбнуться.
- У меня нет куртки твоего размера, поэтому прижмись сильнее.
- Я не замерзну. - Руди разозлился.
Что это за намеки? Этого еще не хватало. Неужели вожак волков считает, что Руди согласится на что-то большее, чем дружба?
Удивительно, но в редакции уже вовсю кипела жизнь, Агата сперва недоверчиво приподняла брови,
когда Руди сунул ей исписанные мелким почерком листы, а затем радостно воскликнула:
- Чудесно, Панкоу. Просто чудесно. А теперь скажи, как тебе удалось уговорить Фердинанда?
- Общий знакомый помог, - нехотя сообщил Руди.
- Хм… ты работаешь всего сутки, а уже добился интервью у трех самых загадочных личностей города. И кто же твой тайный покровитель, Панкоу?
- Это не имеет значения, - твердо ответил Руди и смело посмотрел в глаза начальнице. - Ведь главное
- результат. Позволишь мне сегодня не появляться в офисе? Сегодня хоронят мою подругу, и я…
- Конечно, Панкоу. Рассчитываю на заметку с похорон.