😈Глава 37😈
Внезапно послышался такой душераздирающий звук, что у меня заложило уши. Я едва не выронила шарик.
– Винтажный Дырокол! – вызывала я, но шарик дернулся и снова издал этот противный звук.
Портал угасал, а я зажмурилась и бросилась в него!
Меня выбросило в коридоре.
Так, теперь нужно найти ребенка! Если то, что я услышала правда, то Чимин в страшной опасности! Не сумели насолить отцу, отыграются на сыне.
Я добежала до главного зала, как вдруг замерла, слыша голос ректора: «Кто из вас без моего позволения собрал детей в главном зале?! Я не отдавал такого приказа! Это что за самоуправство!».
– Преподаватели сказали, что это приказ ректора,– послышался неуверенный голос.
– Я ничего не приказывал! – возмутился эльф.
– Зато приказал я! – послышался очень громкий старческий голос. – С этого момента я снова ректор Академии. А вы можете идти и преподавать свои волшебные травы, дорогой мой Ким Намджун.
Вдруг послышались испуганные крики, а я бросилась внутрь. Прямо посреди главного зала в огромной печати появился седой, сгорбленный старик в сопровождении нескольких десятков чародеев. Они все прибывали и прибывали, пока дети испуганно жались друг к дружке.
– Только через мой труп! – произнес эльф, а вокруг него завертелось что–то зеленое, сверкающее.
Двери в главный зал с грохотом закрылись, испугав студентов.
Но больше всего испугало их то, что часть преподавателей, включая старого маразматика по уходу за магическими существами, смело шагнули и встали рядом с дедом.
Я выискивала глазами Чимина. Но студентов было так много, и формы у всех были одинаковые, поэтому найти его было очень сложно!
–Да– а–а, – произнес старик, осматривая Академию. – Как давно меня здесь не было. Наверное, и в моем кабинете все изменилось. Прямо ностальгия. И ведь помню еще, как работает защита Академии! Сам когда–то ее делал…
Значит, этот Грибальд или как его там, был ректором? Вот это новости.
– Прошло больше ста лет с момента моего ректорства… – задумчиво заметил старик, улыбаясь. Он был вовсе не похож на злого мага, скорее на доброго волшебника из сказки. – А здесь почти ничего не изменилось!
– Убирайся вон, Гримбальд! – послышался голос ректора, который стоял с малочисленной кучкой преподавателей за спиной. – Не вздумай трогать детей!
– Разве я пришел убивать? – послышался спокойный голос старика. Он улыбнулся доброй улыбкой сбившимся в кучку перепуганным детям.
– Старшекурсники! – крикнул ректор, не оборачиваясь. – Закройте собой малышей!
И приказ был выполнен безоговорочно.
– Это лишнее, Ким, – послышался добрый голос волшебника. – Ты же не думаешь, что я причиню зло детям? Вижу, ты удивлен, что я выжил?
– Выжил из ума? – спросил эльф. В этот момент, в своей темно зеленой мантии он выглядел решительно.
Я прорывалась среди детей, чтобы найти Чимина. Мои глаза лихорадочно искали светлую голову среди одинаковой формы.
Какая –то девочка пискнула, когда я наступила ей на ногу. Я погладила ее по плечу и успокоила: «Все будет хорошо! Не бойся!».
– Ну–ка, поднимите ручки те, – ласково произнес старик, глядя на детей. – У кого папа, мама, бабушка или дедушка работают в министерстве!
У меня сжалось сердце от этих слов. Среди малышей, я увидела светлые локоны, а на меня поднялись вишневые глаза Чимина. Он был далеко, поэтому я старалась осторожно и незаметно пробраться к нему.
– Не поднимать! – рявкнул ректор, стоя перед стариканом. – Это приказ ректора!
– Ну вот что за упрямый эльф, – ласково заметил старик, а его лицо тут же расцвело доброй улыбкой. – Я же сказал, что не собираюсь убивать детей. Дети – будущее магии.
Он встал с кресла и посмотрел на всех присутствующих. Как вдруг мощная волна, идущая от худой руки, разбила щит ректора и отмела его к закричавшим детям. Дети и преподаватели бросились поднимать эльфа, а он еле стоял на ногах.
– Вот, смотрите, что бывает, когда у магии есть ограничения, – вздохнул старик. – Это новое заклинание, которое я изобрел. От него пока не существует щита. И я научу вас такой магии! Хотите?
Все молчали, глядя на руку с белоснежным огнем.
– Если все так и будет продолжаться, то у нашей магии нет будущего, дети мои, – обреченным голосом произнес старик. – Вы читаете про великих чародеев, про их достижения, мечтаете быть похожими на них, но у вас ничего не получится, пока действуют законы, ограничивающие магию. Все великие чародеи, которых вы проходите, нарушали магические законы. И только так они стали великими!
В зале стояла тишина. Я тайком прорвалась к ректору, который едва стоял на ногах, прижимая руку к груди.
– Нельзя призывать людей из другого мира! Это под запретом! А на ком, простите, ставить эксперименты? Что делать бедному зельевару с новым зельем? Что делать заклинателю с новым заклинанием? Да, путь развития магии всегда наполнен жертвами! – сокрушался дед.
– Вы как? – прошептала я, как вдруг ректор перевел на меня глаза.
– Что вы здесь делаете? – простонал эльф, тут же стиснув зубы. Ответить я не успела. Раскатистый голос деда снова пронесся по залу.
– Чего стоят десятки смертей тех, кого вы не знали, ради нового заклинания, которым вы будете пользоваться каждый день? Вы, ваши дети, ваши внуки и правнуки? – продолжал старик, вдохновенно и очень убедительно.
Я присмотрелась, вспоминая тот день, когда попала сюда. Да, это он! Тот самый дед – фокусник.
– Вы не ответили на мой вопрос, – прошептала я, видя, что Ким берет себя в руки. Хотя, судя по виду, это стоило ему неимоверных усилий.
– Терпимо, – процедил он, повернув ко мне побледневшее лицо. – Вы успели сообщить мужу?
– Нет, связи нет, – прошептала я. – И Академия под каким–то заклинанием… Еле прорвалась…
– Плохо. Очень плохо, – выдохнул ректор, опираясь на плечо того самого зельевара, устроившего нам бессонную ночку!
– Законы отрубили магу руки! Так я всегда говорил, – произнес старик. Тот самый, который призвал меня в этот мир. – И каждый год, набросив на себя иллюзию, я показывал детям, что только нарушив законы магии можно получить то, чего хочешь!
– Он очень сильный? – спросила я, глядя на деда.
– Вы хотите спросить, почему я не сражался? – усмехнулся ректор, морщась от боли. – Моя задача не героически сдохнуть, а защитить детей. Нас намного меньше. И могут пострадать ученики.
– Вот так юный Чон получил маму! Юный Винсет обзавелся драконом, крошка Сьюлин получила в подарок куклу с душой ее любимой бабушки... Примеров тысячи! Но это было бы невозможно, если бы я, как и вы, уповал бы на законы! – продолжал старик. – Даже если я погибну, вы должны помнить об этом! Помнить о том, что магию нельзя ограничить законом. Магия – сама по себе закон!
Нет, сумасшедшим его назвать нельзя. Он тоже по – своему прав! Но ведь не каждый маг готов нести ответственность за свои поступки! Доверь магию идиоту и тогда от мира останутся рожки да ножки!
– Мне нужно будет время, – прошептал ректор, глядя на оставшихся преподавателей. – Чтобы защитить детей. Я понял, к чему он клонит. Заклинание щита потребует времени… Если что, вы готовы принять бой?
– А куда мы денемся, – послышался голос зельевара. – Тряхнем стариной.
– Хорошо, – вздохнул ректор, закрывая глаза. Я видела, как его пальцы водят в воздухе и светятся зеленью.
– Я хочу, чтобы министр Сорб понял это и сложил полномочия! Чтобы следом за ним сложили полномочия все эти инквизиторские департаменты! Чтобы сложил полномочия Чон, Рэйвиль, Ниас, Бламеншейн и другие инквизиторы! И для этого я здесь! – закончил старикан. – Чтобы освободить магию!
Он помолчал.
– Поэтому все дети, чьи родственники работают в министерстве пусть подойдут ко мне! – произнес новый ректор, пока старый что–то шептал. – Или мы вынуждены будем применить силу! А этого не хотелось. Мы же не чудовища?
Никто не подошел. Дети стояли молча, глядя с ужасом на то, что происходит.
– Мастер, – послышался голос одного из сторонников. – Мы сообщили министру о том, что находимся в Академии.
– Хорошо, – одобрительно кивнул старик. – Я жду, когда он сложит полномочия. Передайте ему мои слова.
– Он попросил вас не делать глупостей и не трогать детей, – послышался негромкий голос. Но так как в зале стояла почти абсолютная тишина, все прекрасно слышали, о чем идет разговор.
– А я попросил его сложить полномочия, – усмехнулся старик. – И заставить остальных поступить так же! Скажите ему, он сам вынуждает нас причинять зло. И все, что случится, будет на его совести!
– Дети сюда! – произнес тот самы преподаватель по магической живности.
Я видела, что ректор еще не закончил, а эти любите беспредела уже устремились к ученикам. Нужно было что–то делать! Бросить заклинание? О, нет! Тут неизвестно, что будет! Могу пострадать дети… Нужно что–то придумать! Руки тряслись, а я с надеждой смотрела на ректора.
Ладно! Была ни была!
– Я хочу перейти на вашу сторону! – крикнула я, бросаясь вперед. Все посмотрели на меня с удивлением. «Мама!!!», – пискнул Чимин.
– Я хочу перейти на вашу сторону! – повторила я, видя, как все отвлеклись от детей, глядя на меня с изумлением. – Вы правы! У магии не должно быть ограничений! Никаких! Меня призвали в этот мир! И благодаря этому я смогла стать магом! Если бы … эм… Мастер не нарушил закон, то меня бы здесь не было!
«Твори бардак, мы здесь проездом!», – мысленно добавила я, глядя на заинтересовавшегося деда.
– Так вот, значит как? – рассмеялся старик. – Мадам Чон решила перейти на нашу сторону! Уже вторая мадам Чон!
И тут среди сторонников послышался дружный хохот.
– И чем же ты можешь быть нам полезна? – спросил старик. – Вас же лишили магии! Ваши же законы обернулись против вашей семьи! Ну как? Вашему супругу это очень понравилось?
– О, он до сих пор рвет и мечет, – ответила я то, что от меня хотели услышать. Ректор, быстрее!
– Сомневаюсь, что ты сможешь быть нам полезна без магии, – заметил дед. – Тем более, я так подозреваю, ты делаешь это, чтобы защитить ребенка. Или действуешь по указке любимого мужа.
– Любимого? Вы серьезно? Настолько любимого, что брак до сих пор не… как его… кон… ком… Ну вы поняли! – гадким и насмешливым спросила я, глядя на горгулью. Ну, давай, жахнем по ней салютом!
– Ну–ка, ну–ка, – заинтересовался старик, подавшись вперед. – Если вы сможете нам это доказать, то я обещаю подумать!
Я слышала, как кричал и плакал Чимин. Мне было ужасно больно произносить такие слова, но если выживу, то как–нибудь все объясню ребенку.
Но самое страшное после такого – встретится с Чонгуком. После того, что я только что сделала, он меня убьет! И никакая любовь тут не поможет. После того, что я сделала, меня уже ничто не спасет.
Ректор, сволочь, быстрее!
Я произнесла заклинание из детской книжечки зловещим голосом, вызывая дружный приступ хохота.
Только бы получилось! Только бы получилось! Второго шанса у меня не будет!
Но стоило ему попасть в горгулью, как хохот прекратился. В воздухе оседала пыль.
– Как вы это сделали? – удивился старик, глядя на меня с интересом. – Таким простым заклинанием…
Ректор! Быстрее! Умоляю!
– Честно, вообще не в курсе, – усмехнулась я, отряхивая руки.
– Такой редкий талант нам очень пригодится, – согласился старик, протягивая руку. – Очень рад. Даже и подумать не мог, что иномирянка встанет на нашу сторону!
– Мама–а–а–а! – орал Чимин, разрывая мне сердце.
– Так, я слышу Чон – младший точно здесь, – заметил старик. – Приведите его и остальных!
Я почувствовала, как на мне появился белоснежный балахон, а несколько преподавателей шагнули в сторону студентов.
Внезапно их отмело, а вокруг детей появилось что–то похожее на огромный мутный, как грязное окно, пузырь.
Успел, остроухий! Переходи на сторону зла! У нас есть печеньки! Не зря я тут печеньками перебирала.
Ну все, теперь меня точно убьют. Зато дети в относительно безопасности!
– Не переживайте. Это заклинание требует очень много сил, поэтому Ким долго его не продержит, – успокоил сторонников дед. – Оно вымотает его окончательно, и тогда министерские будут посговорчивей. Не хотелось бы убивать ни в чем неповинных детишек, но если по–другому не понимают, то…
– Мастер! – послышался голос одного из присутствующих. – Возле Академии боевые маги во главе с Рэйвилем! И родители учеников. Они хотят идти на штурм!
– Чона нет? – спросил старик, подняв седую бровь.
– Они собираются идти на штурм! – повторил сторонник беззакония. – Они пытаются проломить заклинание защиты.
– Пусть идут, – махнул рукой дед. – Все равно им это не удастся. Стены Академии надежно защищены.
И тут я увидела как в огромном окне – розе становится подозрительно темно. Черная точка росла, росла, пока не заполнила весь красивый витраж с изображением каких–то ученых мужей. Такое чувство, словно на мгновенье померкло солнце.
Все случилось в одно мгновенье. Опомниться не успел никто. Разноцветные сколки стекла брызнули во все стороны и посыпались на головы, послышался пронзительный визг и испуганные крики.
Для меня это происходило, словно в замедленной съемке. Время растянулось, а мне казалось, что прошла целая вечность до того момента, как сверкающие осколки упадут на пол.
Я видела, как вскакивает дед, медленно оборачиваясь. Меня кто–то толкнул, а я чуть не потеряла равновесие.
Старый чародей медленно поднимал руку, в которой горело заклинание.
Преподаватели шарахнулись в сторону, завизжали дети. Магический купол ректора лопнул, а студенты бросились прятаться за колонны. По колоннам пробежали трещины, заходили ходуном стены. Академия содрогнулась.
Я прикрылась от брызг стекла, инстинктивно бросаясь в сторону.
В зал с ревом влетел дракон и с грохотом упал прямо на деда и тех его сторонников, кто не успел убежать.
Дракону, в принципе было все равно, куда падать своей грузной тушкой.
На драконе восседал прекрасный готический принц. Растрепанные светлые волосы и омерзительно прекрасная, многообещающая азартная клыкастая улыбка заставили сердце сладко вздрогнуть.
И это мой муж.
На муже были черные высокие сапоги с серебристыми застежками, штаны и расстегнутый сюртук. На груди в кружеве воротника сверкал медальон, подсвечивая светлые волосы и угрожающую улыбку.
– Мама! Папа! – отчаянно кричал Чимин, пробиваясь среди паники.
Резко содрав с шеи медальон, Чонгук слетел с дракона, оборачиваясь на мгновенье стаей черных летучих мышей. Дракон ревел, топчась по залу, ректор теснил детей к стенам с ужасом глядя на треснувшие колонны.
Завязалась схватка, а по стенам академии пробежал гул. Через мгновенье я услышала, как стучат по коридорам сапоги боевых магов. Ральф во мгновенье ока обернулся жутким волком, бросаясь в самую гущу схватки.
– Дед! – крикнула я, с удивлением видя, как старикан выползает из под дракона. – Дед!
Но меня никто не слышал. Ректор поставил щит, пока преподаватели выводили детей змейкой из зала.
Я увидела, как старое магическое пердло выбралось и пытается делать какие–то пассы руками, словно гладит огромную кошку.
Ладно! Была, ни была! Где–то у меня было заклинание из детской книжечки! Волшебный салют называется! Порадуй маму, папу, бабушку и дедушку! Вот именно им я и собиралась порадовать дедушку. Неважно, что это вовсе не мой дедушка. Но зато сколько радости!
Я выставила вперед руку и произнесла заветные слова. Только бы получилось!
Заклинание ударило спешно колдующему деду в спину, подбросило его аж до самого потолка, а через мгновенье он рассыпался прахом. И уже только потом на потолке появился слабенький волшебный салютик.
Я посмотрела на свои пальцы, вздохнув. Это я еще «Магические звездочки» не пробовала! Боюсь даже представить, какой «армагедец» крадется к магическому миру, когда я думаю об этом заклинании.
– Мы требуем, чтобы нас судили по закону! Вы не имеете права! – в отчаянии орали те, кто еще недавно был за беззаконие, припираемые к стенке Ральфом и боевыми магами.
Меня внезапно схватили поперек талии, а через мгновенье я очутилась на огромной люстре. Вниз устремилась целая черная стая летучих мышей.
– Мама! – послышался голос Чимина, а меня крепко обняли.
– Малыш, извини, я просто должна была отвлечь этого деда, чтобы ректор смог поставить заклинание и защитить вас, – прошептала я.
– Я сразу догадался, – всхлипнул мой зубастик, уткнувшись мне в грудь. – Поэтому и кричал громко, чтобы тебе поверили!
И все–таки маленькое хитрое клыкастое яблочко недалеко укатилось от клыкастой яблони. Совсем недалеко.
Битва стихла, а я взглянула вниз. Два десятка сторонников беззакония стояли испуганной кучкой. Вокруг расположились боевые маги с заклинаниями наготове.
Перед кучкой напуганных сторонников великой идеи стоял Чонгук, заложив руки за спину.
– Значит так, – произнес он обманчиво вкрадчивым голосом. – Ребята, отвернитесь! Я их сейчас все переубиваю на месте.
Он резко поднял руку с моментально вспыхнувшим заклинанием.
– Пожалуйста! Не надо, – взвыли ярые сторонники великой идеи магического беззакония. – Это противозаконно! Мы требуем суда! Вы не имеете права!
– Ах, я не имею прав? Что значит «противозаконно»?– спросил Чонгук вкрадчивым голосом. – А как же ваше: «Магия ограничена только совестью и силами колдующего!». Я только что попросил разрешения у своей совести. И она мне все разрешила!
– Мы требуем суда! – кричали сторонники недавно обрадовавшегося магическому салюту дедушки.
Чонгук рассмеялся, поигрывая заклинанием.
– Я знал, что папа придет, – послышался гордый голос Чимина. Впервые он гордился родителями. – И знал, что мама всех обманет и убьет этого Гримбальда!
– Тс, – прошептала я, косясь в сторону Чонгука. На люстре было сидеть не очень удобно, но, безопасно.
– Уведите их, – приказал Чонгук, разворачиваясь на месте и закладывая руки за спину. Он поднял глаза на нас, а через мгновенье мы очутились за земле.
– Вы сняли медальон, – прошептала я, с ужасом глядя в лицо мужа. – Вам же за это грозит срок.
– Я все свалю на обстоятельства непреодолимой силы, – произнес он, прищуриваясь на мой белый прикид. – А у вас, мадам, большие неприятности
– Мама отвлекала их, пока ректор колдовал, – послышался голос Чимина. Он встал между мной и Рафаэлем.
– Я уже знаю. Мне все донесли,– произнес Чонгук, посматривая в сторону Кима, который хрустел стеклами и камнями, глядя на треснувшие колонны и разбитое окно. Он смотрел на огромного дракона, который ленив разлегся посреди зала.
– Кажется, у него на ухе инвентарный номер Академии, – робко заметил эльф, поднимая глаза на Чонгука. – Нет, нет, нет, я претензий не имею… Просто вы так… Никогда не думал, что скажу это, но … Я даже подумать не мог, что однажды порча академического имущества академическим имуществом будет так кстати! Господин Чон! Примите от лица всей ….
Голос ректора дрогнул, когда он увидел, во что превратился главный зал. Выражение лица у него вдруг стало задумчиво – кислым. Но он мужественно закончил фразу:
–… от лица всей оставшейся Академии огромную благодарность!
Получилось, конечно, не так торжественно, как задумывалось изначально.
– Вы уничтожили Гримбальда, который угрожал безопасности Академии. Хоть и был некогда ее ректором, – продолжал эльф, снова кисло глядя на руины и дракона, который решил почесаться об ряд уцелевших колон.
Чонгук поднял бровь, глядя на эльфа с нехорошим прищуром.
– Наверное, я очень огорчу лицо всей Академии, – начал Чонгук обманчиво мягким голосом. – Но я прилетел сюда не с целью спасать Академию. А потому что моя супруга не выходила на связь. Поэтому я летел сюда с одной единственной целью. Испортить лицо всея Академии, если вдруг выяснится…
Эльф немного посерел и стал цвета академических колон.
–… что оно сложило губы трубочкой, и этот хоботок тянется к моей жене! – закончил Чонгук, изобразив кривую улыбку, запомнившуюся мне на одной из фотографий: «Форма для неудачников!».
– Я могу все объяснить, – послышался внезапно голос эльфа, когда он посмотрел на мое белое одеяние. – Я просто попросил ее протянуть время, чтобы успеть накрыть всех куполом.
Чонгук внезапно взял меня за предплечье и, хрустя стеклами, вывел из зала в коридор. Меня это очень встревожило. Свежа была память о том, какая участь постигла его первую супругу. А я тут недавно повторила ее подвиг.
– Я могу все объяснить, – возразила я, с тревогой глядя на непроницаемое в лицо мужа. – Это правда. Они собирались вытащить всех министерских деток. Я просто не знаю ваших законов. И не могу представить, что меня ждет за такое, и кто вообще занимается такими вопросами…
Чонгук толкнул одну из дверей аудитории, а я трижды подумала, стоит ли идти туда. Вдруг меня испепелят в уголочке.
– Этими вопросами занимаюсь я. Лично, – послышался голос вампира. Оно почему–то осмотрелся и втащил меня внутрь.
Только дверь закрылась, меня резко дернули к себе, сдирая с меня белый балахон.
– Я… , – начала я, но мне тут же закрыли рот страстным поцелуем, прижав к холодной стене. Пальцы мужа расшнуровывали мой корсет, а потом им это надоело, и он просто разорвал его на две части.
– Потерпи, – шептал он, задыхаясь и прикасаясь пальцами к моим губам, чтобы тут же пылко их поцеловать. – Еще немного… Потерпи… Совсем чуть–чуть… Я обещаю… Я тобой стол сломаю…
Мама!
Он стянул с себя камзол и бросил под ноги. В полутемной аудитории висели какие–то плакаты со скелетиками, стояли какие–то пробирки и колбы.
Меня опять прижали к стене поцелуем, скользя руками по моему телу. Мое платье стекло вниз, под ноги, а меня с легкостью приподняли и заставили простонать…
Мои пальцы путались в светлых волосах, впивались в красивые плечи…
– Я ведь обещал, – прошептали мне, скользя языком по моей щеке. – Я ведь обещал…
– Да, – простонала я, как вдруг мои руки подняли вверх, связав их заклинанием.
– У меня там целый список, – усмехнулся муж. – Как там было… Там четко было написано. Как животное…
В полумраке я услышала стук в дверь, голоса детей и топот детских ножек.
Чонгук бросил заклинание в дверь, а оно расползлось, словно паутина, не давая двери открыться.
– Ой, у нас по расписанию урок по истории магии. Написано, что здесь… Может, в расписании ошибка? – сомневался и шуршал кто–то под дверью под гул удивленных детских голосов.
Я застонала, но мне на рот легла прохладная рука, прерывая мучительный стон наслаждения.
Так в истории магии этого мира появился еще один неожиданный факт. Впервые в истории магии, человек обслюнявил, облизал и искусал вампиру все пальцы почти до крови. И ни капельки в этом не раскаивается.
Через часа два, я лежала на учительском столе, пытаясь понять, кто я, где я, и какой сейчас год. Постепенно сознание возвращалось, и я сползла вниз. Мои дрожащие руки нашли платье, а мне помогли застегнуть его магией.
Когда мы вышли, осторожно прикрывая за собой двери, первое, что я увидела, так это очень сдержанного ректора, дежурящего в коридоре.
Как и полагается чете аристократов, мы направились под ручку дальше по коридору, немного ускоряя шаг.
– Аааа! – послышался крик ректора. Он открыл двери и сполз по стенке. – Парты! Это же имущество Ака… Чего? Плакаты сорвали?
Это я, каюсь! Просто в порыве страсти сдернула.
– А что с учительским столом? Почему он шатается и… Ай! – послышался возмущенный голос эльфа сразу после грохота.
Меня вывели через главный зал, где уже убирали все осколки и стекла. Прямо на площадке стояла карета, которая видимо, по воле трусливого дракона, при первом же шорохе, вернулась домой без меня.
Дверь открылась, а меня запихнули внутрь.
– Вы что делаете… – прошептала я, чувствуя, как меня укладывают на сидение.
– Я помню, как ты сказала про карету, – послышался голос, когда дракон набирал высоту, а меня пересадили себе на колени, задирая юбку и страстно прижимая мои бедра к своим.
Карета неслась к замку, в котором мне честно обещали бедную пленницу злого вампира и много чего интересного.