Глава 5
Энринна не видела Венитора ровно три дня и три этих дня постоянно думала о нем.
Наверное, ее помешательство на одном единственном человеке было похоже на неизвестно откуда возникнувшую безумную влюбленность, но Энри совершенно не любила мага. Впрочем, она не испытывала к нему и ненависть. Да и равнодушие куда-то передвинулось.
Она сама не понимала, что сейчас испытывают к магу. Кажется, эта была благодарность... и почтение? Как будто Венитор являлся ее защитником. Но ведь он действительно спас Энри.
В любом случае, этими тремя ранними утрами в лавку приходила лишь одна Мирэлия, объявившая, что Венитор уехал, и Энринна очень радовалась этому, потому что не знала, что говорить своему неожиданному спасителю.
Потому что так просто не может быть.
Зачем тому, кто всегда охотился на вампиров, вдруг защищать одну из их представителей?
Наверное, это называют...
Энринна не могла озвучить свои догадки даже мысленно, потому что абсолютно в них не верила. А мысли материальны, вдруг в конечном итоге все окажется именно так?
В следующий момент все может измениться, это Энри уже поняла. Но все равно надеялась, что не увидит Венитора сегодня.
И оказалась неправа, потому что маг появился тогда, когда Энринна как раз продавала последний цветок эристы, находившийся в лавке. Венитор зашел к Кирме несмотря на то, что красное небо обуславливал не рассвет, а закат. И нуждался он не в товаре.
Хотя, это как посмотреть...
Кирма как раз копошилась с травами и не сразу заметила его приход, зато Энри увидела мага в первый же момент. И тот самый маг тут же отреагировал на это, улыбнувшись уголками губ.
Кирма, повернувшись к лавке, заметила его и протянул:
— Кто к нам пришел... Мы уже и соскучились по тебе.
— Соскучились? — переспросил маг, бросив короткий взгляд на Энринну, опустившую голову вниз. — Тогда я польщен.
— Может, ты хочешь отварчику? Устал, наверное, с дороги...
— Отвар — это я с радостью. Но позже. А сейчас я хотел бы пригласить Рину на небольшую прогулку, если она, конечно, не слишком занята.
Кирма посмотрела на серьезно настроенного Венитора, потом на Энринну, которая стояла на месте и пыталась стать невидимой, и кивнула:
— Да, пожалуй, Рина сможет отлучиться на некоторое время.
— Отлично, спасибо. Рина? — он подошел к вире и протянул ей руку.
— Но я... — попыталась сопротивляться Энри.
— Потом закончишь все дела, — отмахнулась от нее Кирма.
Слушать нерешительную виру никто не собирался, поэтому она, не став браться за руку мага, вышла из-за стойки и посмотрела на Венитора с нескрываемым удивлением в голубых глазах.
— Я все расскажу тебе позже.
— А если я не хочу это знать? — спросила Энринна шепотом.
— Тебе все равно ничего не остается, — Венитор чуть качнул головой.
Вот, значит, как. Да. Понятно.
Маг и его почти что жертва покинули лавку и направились в совершенно противоположную сторону от гостинки, в которой жила Энри. Эту часть Ринеи Энринна никогда раньше не посещала; да, что и скрывать, в городе магов она не была почти нигде.
— Куда мы идем? — не вытерпела она.
— Не на казнь.
— ...А на пытки, — пробурчала под нос Энринна.
— И снова мимо.
Энри заправила за ухо длинный локон черных волос, который упал ей на лицо. Она давно уже подумывала, что пора бы срезать волосы... Да, она всегда гордилась ими, но сейчас они только мешали ей. Вон, благодаря ним ее и маги вычислили.
Наверное, вернувшись в свою комнату, она так и сделает. Распрощается с черными волнами волос навсегда.
Венитор прошел еще немного, а потом свернул на широкую улицу, заставленную двухэтажными домами, скрытыми за витиеватыми заборами. В садах этих домов, которые оставались ухоженными даже осенью, наверняка росли розы, а дети по улице не бегали, создавая шум. Почти возле каждого дома стояли кареты — совершенно настоящие, зато лошадей тут не наблюдалась.
Странная эта была улица.
Слишком неживая.
— Нам осталось совсем немного, — произнес Венитор.
И именно в этот момент Энринна вспомнила, как маг предлагал ей переехать к нему. Нет, конечно, то, что они шли по улице с богатыми домами не значило, что он собирается осуществить это прямо сейчас... Но Энри все равно стало немного боязно.
— Мы хотя бы не идем к тебе в гости?
— Ты проницательна. Как всегда.
Мертвый Владыка! Венитор же просто приглашал её на прогулку, а не по гостям. Мало ли, вдруг в одном из этих домов сидит засада, которая собирается схватить виру. А она, конечно, разинула рот и пошла за магом, как растяпа. Или как наивная юная девица.
И побег...
Нет, конечно, Энри обладала определенной вампирской выносливостью, но и маг не выглядел совсем слабаком.
Венитор тем временем подошел к воротам одного из домов, почти ничем не отличающегося от остальных: те же витиеватые ворота, просторные окна, разве что кустов в саду чуть больше, а карета отсутствует. Энринна подумала вдруг, что, наверное, сейчас должна радоваться, раз ей предлагают пожить в таком роскошном доме, если, конечно, ей это все-таки предлагают. Но радости почему-то не было. Было только раздражение в тот момент, когда Энри смотрела на спину Венитора, укрытую бордовым плащом. Даже плащ ей не нравился. И вообще, кажется, магу больше пошел бы синий.
Венитор легко толкнул ворота, и те открылись, пропуская охотника и его жертву внутрь. Хм, или правильнее будет сказать — двух охотников? Ведь Энри тоже в каком-то роде является охотницей. На беззащитных девочек, голубей и кошек. Глупо.
Вира качнула головой, сомневаясь, стоит ли ей проходить во двор. Будто почуяв сомнение Энринны, Венитор повернулся в ее сторону и кивком предложил следовать за ним.
Так... А если все-таки... Жаль, что на самой улице нет каких-нибудь пышных кустов, за которые можно бы было спрятаться...
Но, может, все-таки попробовать?
Нет. Пробовать уже поздно.
Энринна, собрав остатки всей своей смелости, пошла следом за Венитором. Тот, убедившись, что вира никуда убегать не собирается, тоже продолжил свой путь.
А потом случилось неожиданное, то, во что вира никак не могла поверить. И, взглянув на мужчину, вернее, мага, стоящего возле дверей дома, она поняла, что прошлое так и будет ее преследовать.
Вира надеялась, что сможет начать жизнь с чистого листа. Но вместо этого встретилась со своим почти мужем, который стоял и дожидался почти спасителя Энри около двери в ее почти новый дом! И выглядел он живым и невредимым.
А Ньера за это хотели казнить. Может быть, уже казнили.
Ардиан не сразу заметил Энринну — она шла чуть поодаль от Венитора. И в первое грио он, ещё не зная, что Энринна тут, отошел от двери, чтобы поприветствовать охотника.
Сейчас Энринне точно нужно было бежать и прятаться — если не ради себя, то ради Венитора. Но она застыла, не в силах пошевелить даже пальцем.
А Ардиан тем временем произнес:
— Кого я вижу, Вен. Долго я тебя ждал...
Ардиан неожиданно замолчал, боковым зрением заметив, что Венитор тут не один. Именно тогда он повернул голову в сторону Энринны, одновременно с этим спрашивая:
— А что за очаровательная девушка тебя сопровожда...
Ардиан замер на полуслове, в упор смотря на Энринну.
Он ее заметил. Все. Поздно.
Венитор тут же стал послу не нужен: Ардиан медленно приближался к Энри. Он, кажется, тоже не мог поверить своим глазам — в них застыл если не шок, то сильное удивление.
А глаза Энринны смотрели на него с ненавистью.
Ведь, по сути, это именно из-за него все началось. Даже если это и было решением всех магов, весть о том, что крови больше не будет, доставил именно Ардиан.
Гонца, принесшего дурную весть, казнили.
— Энринна? — наконец спросил Ардиан. — Тебя я точно здесь не ожидал увидеть, дорогая.
— Откуда ты знаешь мою спутницу? — Венитор мягко, словно кот, подошел к Ардиану. Энри мимолетно отметила, что выглядит её почти спаситель внушительнее почти мужа.
Зря, очень зря он это сказал! Этот разговор должен был остаться только между Ардианом и Энринной.
— О-о-о, — протянул маг. — Мы с твоей спутницей, — он чуть ли не выплюнул это слово, — были в очень близких отношениях. Она звалась моей невестой. Но, знаешь, женой так и не стала, а все потому, что за нее вступился другой вампир. Слушай, Вен, — он посмотрел на охотника. — Скажи мне, что ты ведешь ее на казнь.
— Казнь в собственном доме не проводят, — произнесла Энри. Голос ее звучал тихо, но почти уверено.
У нее вообще вся жизнь состояла из «почти».
— А в чужом, дорогая? — полюбопытствовал Ардиан.
— А в чужом — ещё как. Чтобы убедиться в этом, достаточно лишь посмотреть на тебя.
Наверное, она выглядела сейчас достойно племянницы Владыки вампиров. Или не племянницы?..
— Почему ты сбежала?
— О каком из побегов ты говоришь?
— О да, ты же у нас любишь побегать, — Ардиан хмыкнул. — Я говорю не о том побеге, когда вы с твоим жалким возлюбленным пытались скрыть покушение на меня. Я говорю о том побеге, после которого ты оказалась здесь.
Голос мага был пропитан желчью.
Какая охотница из Энринны? Жертва, она вечная жертва. Жертва обстоятельств, жертва магов, жертва собственного сознания.
— А я должна была остаться? — высокомерно поинтересовалась Энри.
— Бракосочетание так и не прошло. И сейчас ваши жалкие вампиришки ищут способ, чтобы подлизаться к нам.
— Ты предлагаешь провести его сейчас? — спросила Энринна, не обращая внимания на слова про жалких вампиришек. Иначе она не выдержала бы и сказала Ардиану гораздо, намного больше...
Энринна бросила короткий взгляд на Венитора — тот выглядел напряженным, но, к счастью, не вмешивался. Ардиан, заметив это, широко улыбнулся.
Наверное, он подумал, что Энри дала слабину.
Пожалуй, так все было и на самом деле.
— Сейчас брак с тобой мне ничего не принесет, милая, поэтому тут ты в пролете. Безродная — уже безродная — вира никому не нужна. Абсолютно никому.
— С чего ты это взял? — спросил Венитор.
— А ты хочешь оставить ее себе? — Ардиан рассмеялся. — Что же, она и вправду смотрится неплохо, пока не узнаешь ее ближе. Зачем тебе эта грязная тварь, Вен? Нет, я был о тебе лучшего мнения, охотник.
Зачем?
Если бы она знала...
Венитор выглядел несокрушимым.
— Меня совершенно не волнует твое мнение.
— Да-а? — удивленно протянул маг. — Вот, значит, как. А когда-то мы были друзьями, лучшими друзьями, разве ты не помнишь? Ты хочешь предать нашу дружбу ради этой...
— Между нами давно нет никакой дружбы.
Теперь перепалка шла между магами, и в ней не было места Энринне, которая понимала, что снова все портит.
— Ага. Вот оно что.
Ардиан стоял и гневно смотрел на Венитора. Потом он повернул голову к Энринне, скривил уголки губ и заметил:
— Раз мое мнение для тебя ничего не значит, то, может быть, мнение Веанила ты воспримешь всерьез? — в его глазах горела искра мести.
— А ты хочешь поступить, как подлая крыса?
— Разве быть подлой крысой можно только тебе?
Сколько длилась тишина, воцарившаяся у дверей дома, Энринна не знала. Она не знала сейчас вообще ничего, не замечала декор на стене дома, не думала о том, что будет дальше. Ей просто было страшно. Страшно даже хотя бы смотреть на Венитора, в глазах которого после слов Ардиана появилось беспокойство.
Энри умела читать по глазам.
И она ни за что бы не захотела видеть эту эмоцию в глазах охотника.
По улице пронесся лай собаки, и тогда Ардиан бросил небрежно:
— Я пошел.
— Ты же приходил сюда не просто так, — заметил Венитор. — А по делу.
— Я больше не хочу иметь с тобой никаких дел. Она, — он кивнул на Энринну, — предала вампиров и свою семью, ты предал магов, в том числе, меня, и, знаешь, вы, похоже, отличная пара. Пара предателей. Проживете, правда, если и счастливо, то совсем недолго. И, о уважаемый охотник, предателей часто сопровождает одиночество.
Ардиан сплюнул себе под ноги и направился к воротам, ведущим на улицу. Вскоре он и вовсе скрылся из вида.
Энринна долго смотрела ему вслед, а потом обернулась к Венитору и заметила обреченно:
— Зря ты это сделал.
— Я ничего не делаю зря. Пойдешь в дом?
— Я лучше к себе, — Энри качнула головой.
Что она должна была ему сказать? Поблагодарить за защиту? Заключить в объятия? Энринна и прежде оказывалась в такой ситуации, когда за нее вступались, вспомнить того же Ньерина. Но Ньер — он ведь ее любил. А мотивацию поступков Венитора Энри понять не могла.
— Ты не будешь возвращаться в лавку?
— Она все равно скоро закроется, думаю, в этом нет смысла.
— Проводить тебя до комнаты?
— Я помню дорогу.
Энринна понимала, что Венитору, скорее всего, нужно сейчас побыть одному. И ей самой тоже. Все-таки, зря она вообще пошла с ним.
Если бы не Энри, кто знает, вдруг дружба между Венитором и Ардианом сохранилась бы? Ардиан ведь, по сути, тоже не виноват, что выполняет поручения начальства.
Здесь была виновата только одна вира.
Вира, мысли которой, кажется, вполне понимал Венитор.
— Энри, — произнес он, заставив виру вздрогнуть. Но Энринна, вспомнив, что он знает ее истинное имя и происхождение, немного расслабилась. — Ты зря переживаешь... за меня. У него не хватит смелости пожаловаться нашему начальству, да и если хватит, то ничего страшного в этом нет.
— Ничего страшного нет в чем? — уточнила Энри.
Венитор опустил голову вниз, словно маленький застенчивый мальчишка, не желающий признаваться в том, что разбил любимую мамину вазу.
Наконец он поднял голову, посмотрел Энринне в глаза и ответил:
— В том, что мы вместе.
— А мы вместе?..
Наверное, зря она это спросила. Надо было просто кивнуть или не делать никаких замечаний... Своими словами она, наверное, очень обидела его...
— В понимании Ардиана — да, мы вместе.
С губ виры чуть не сорвался вопрос: «А в твоем?».
Но она смогла промолчать, потому что понимала, что так будет лучше.
— И все-таки — ты пойдешь к себе? Можешь, хотя бы чай выпьешь? Знаешь, это неблагородно смотрится со стороны — пригласить тебя на прогулку, сделать свидетельницей не самого приятного разговора, а потом отпустить, так и не угостив...
— Я не люблю чай, — вира чуть качнула головой и скромно улыбнулась, не в силах сдержать улыбку в себе.
— Тогда я могу предложить тебе что-нибудь покрепче, — Венитор сделал шаг к Энринне, приблизившись к ней почти вплотную.
Наверное, это была такая игра. И выходить из нее проигравшей Энринна не собиралась.
— Вино с кровью, например? — спросила она, прошептав эти слова почти в ухо магу.
— К сожалению, кровь в доме не храню, — ответил Венитор шепотом. — Но, если ты все-таки согласишься жить со мной, то...
Энри резко отвернулась, встав к магу спиной.
Этот разговор уже переходил все рамки. С чего бы Венитору держать кровь в своем доме ради какой-то виры, сбежавшей из дома?
Да, предложение жить у Венитора звучало очень заманчиво. Особенно учитывая, что так у Энринны будет защита. Поддержка. Мага. Мага, вступившегося за виру.
А если не думать об этом, то картинка вырисовывалась не слишком радостная. Ну, о чем думает нормальный человек, когда существо женского пола переезжает жить к существу мужского пола?
Вот именно, что о том и думает.
Да и, к тому же, Энринна так и не могла понять стремление ее защитить.
Неужели она выглядит настолько несчастной?..
— Эн-ри, — по слогам прошептал Венитор ей на ухо.
— Если ты ещё раз назовешь меня так, то я буду звать тебя Веником, — пригрозила вира, так и не повернувшись к магу.
Он рассмеялся и произнес неожиданно:
— Я согласен.
— Это, действительно, уже не смешно.
Голос Энри звучал нервно.
— Если бы я смеялся...
Венитор отступил на несколько шагов назад, перестав нависать над Энринной. Она быстро обернулась в его сторону и заметила, что выражение лица мага донельзя серьезное и мрачное.
Это же даже звучит глупо — вира и маг.
Вира и вампир — да, отлично. Маг и магичка — тоже.
Черному лучше оставаться с черным, а белому с белым, потому что если они смешаются, получится что-то неопределенно серое. Впрочем, это только на первый взгляд серый выглядит блеклым и легко подавляемым. На самом деле, этот цвет обладает настолько мощной силой, что его почти невозможно победить. Как Венитора.
Он необычен. Цвет, не маг, хотя последний тоже отличался от остальной толпы.
А чем плоха необычность? Разве что тем, что привлекает к себе слишком много внимания. Лишнего внимания, которое Энринне абсолютно ни к чему.
И она снова думала лишь о себе.
— Я пошла, — произнесла Энри.
— Удачной дороги.
Желание взглянуть на Венитора ещё раз было очень сильным, но Энринна смогла сдержаться и выйти за ворота, не обернувшись ни разу.
Посмотрела она на дом Венитора только тогда, когда свернула с той богатой улицы, на которой он располагался.
Как одним словом назвать то, что происходило между Энри и ее охотником?
Энринне, пожалуй, целой книги не хватило бы, чтобы описать это.
Пройдя мимо лавки Кирмы, Энринна заметила, что в той не горит свет. Значит, Кирма уже наверняка закрыла ее и легла спать...
Стучаться вира не решилась и сразу пошла к себе. Ей ещё надо было отдать оплату за комнату — Кирма теперь доверяла ей деньги, и Энри могла оплачивать комнату сама. И желательно купить какой-нибудь кусочек мяса. Нет, сама Энринна есть не хотела, а вот та, с кем она дружила в последнее время — вполне.
Та самая кошка, которую она гладила, разговаривая с Венитором под окнами своей комнаты, стала частым гостем Энри. Она садилась на обратную сторону подоконника и немигающим взглядом ярких глаз смотрела в окно, дожидаясь, пока оно откроется, чтобы кошка смогла забраться внутрь.
Энринна всегда старалась ее чем-нибудь угостить. Будь у нее такая возможность, Энри вообще забрала бы ее к себе на постоянной основе.
Это было приятно — за кем-нибудь ухаживать. Заботясь о кошке, Энринна чувствовала себя нужной.
Может, Венитор преследовал ту же самую цель? И просто хотел сделать кому-нибудь приятно. И почувствовать себя необходимым хотя бы для одной жалкой виры. Да, конечно, Венитор являлся почитаемым магом, но, насколько понимала Энринна, не имел ни жены, ни детей, ни верных друзей. Даже с Ардианом Энри рассорила его окончательно. А родители... Может, у него никогда не было родителей. Как у Энринны.
Что делать магу в одиночестве в том большом доме?
Энри стало стыдно за свои слова.
Он не шутил.
Он вправду хотел, чтобы Энринна была рядом. Даже учитывая то, что она — вира. По крайней мере, душа ведь не зависит от того, пользуешься ты магией или пьешь кровь...
Энринна купила кусочек мяса, отдав за него мелочь, у ближайшего мясника, который ещё работал, и пошла в гостинки. Там она, предварительно отдав Фифине плату всего лишь за одну ночь, вошла в комнату.
Кошка уже ждала ее — смиренно сидела на подоконнике и умоляющим взглядом смотрела на хозяйку комнаты.
Энринна в отношении мага, кажется, являлась кем-то вроде этой кошки для нее самой.
Она так думала.
Когда Энри открыла окно, кошка уже привычно спрыгнула на пол. А, увидев, что Энринна вновь приготовила для нее угощение, довольно потянулась и принялась есть.
Энри была для мага кошкой, а мясо — кровью.
Энринна, переодевшись в специальное ночное платье, которое приобрела совсем недавно, легла на кровать и плотно укрылась одеялом, оставив в окне небольшую щель для того, чтобы кошка смогла уйти.
Вот только кошка этой ночью уходить никуда не собиралась: она, закончив есть мясо, легла Энри на грудь, свернулась клубком и мирно засопела. И Энринна не решилась ее согнать — она, вместо того чтобы спать, думала о другом.
Например, не является ли то, что кошка осталась с ней, знаком.
Ведь случайности не случайны, верно?..
Пожалуй, и с Кирмой Энри повстречалась не только по воле случая. Может, так решила судьба, и предложение Венитора тоже стало судьбой. Станет, если она его примет. И когда она его примет, то ее жизнь улучшиться.
Но быть безродной нищей вирой, требующей слишком многого, она не хотела.
Венитор и так сделал для нее слишком много.
Эх ты, Венитор...
Когда последние лучи солнца скрылись за горизонтом, Энринна уснула.