Глава 9.3.
Я даже не пыталась уснуть. В голове крутились слова Анны об архиве Генриха. Я решила не бросаться туда сразу. Самообладание взяло верх над сумасшедшим интересом узнать все самые сокровенные тайны этого урода. А боялась я того, что она могла рассказать ему или специально втираться мне в доверие. Кажется, у меня начиналась паранойя...
Ближе к рассвету из носа пошла кровь. Тело накрыло сильной слабостью, мне нужно было пропитание. Пришлось собираться на охоту. Я быстро нашла в шкафу толстовку и джоггеры, нацепила кроссовки и, чтобы лишний раз не показываться никому на глаза, решила выходить через окно. Небольшой экстрим должен был помочь и разогнать внутренний страх.
Помог только свежий и прохладный утренний воздух. Хотелось дышать полной грудью, хоть мне это и не требовалось вовсе. Шаг за шагом я стала отдаляться от Дома в сторону леса. У меня было не так много времени, так как Карл обещал начать меня тренировать с самого утра. Нашел, блин, жаворонка... Через полчаса мне удалось нарваться на бедного оленя, который даже не успел заметить опасность. Я даже не использовала физические навыки, чтоб поймать его и прокусить шею, достаточно было только шевельнуть рукой и сломать ему шею. Завтрак был готов.
Обратно я шла медленно и совершенно неохотно. В лесу тихо, спокойно и нет Генриха с его абсолютно больными идеями и планами. Зато я начала себя чувствовать гораздо лучше.
Мое спокойствие нарушил незнакомый вампир, который влетел в меня на всей скорости так сильно, что меня отбросило в сторону на несколько метров.
― Извини! ― прозвучало у меня над ухом, а перед лицом возникла протянутая большая мужская ладонь.
Бурча себе под нос оскорбления, я поднялась из кучи опавших листьев и стала отряхиваться. Карл меня не видел, а то уже успел бы высказаться о моем неумении чувствовать опасность. Наконец, я рассмотрела сбившего меня с ног вампира. Это молодой парень с роскошной русой растрепанной от бега шевелюрой и желтыми глазами. Тоже вегетарианец (если убийства животных не считать в вампирском мире за убийства). Он в черной футболке и обычных серых спортивных штанах. Довольно симпатичный, выглядит немногим старше меня, хотя настоящий возраст остается загадкой.
― Я не специально! Разогнался, а тормозить нормально еще не умею. Еще только недавно стал таким, ― протараторил он. Его чувство стыда вызвало во мне улыбку.
― Расслабься, я тоже еще новичок. Как видишь реакции никакой.
Не сразу до меня дошло, что дело не в моих навыках. Дело в моем состоянии. Мой завтрак еще не успел толком восстановить мои силы, поэтому я просто его сразу не заметила. Меня начинало это настораживать.
― Кажется, я тебя видел, ― он прищуривается, вглядываясь в мое лицо. ― Точно! Ты Джейферин, та самая сильная вампирша.
Меня начала напрягать моя узнаваемость. Кто будет следующим, кто увидит во мне достопримечательность Генриха? Я насупилась, а мой собеседник успел это заметить. Почему-то он казался мне слишком знакомым, будто я его где-то видела, но не могла вспомнить где.
― Меня зовут Джин, без полного имени. А ты кто? ― прозвучало слишком грубо и сухо. Парня это нисколько не смутило.
― Саймон.
Отлично, плюс один знакомый вампир по имени Саймон.
― Я иду обратно в Дом, ты ведь тоже? Пойдем вместе?
Еще никогда во мне так не росло желание от кого-то отвязаться, но придумывать отмазки было настолько лень, что я решила просто продолжить путь в компании нового знакомого. Его имя всплыло в памяти. Именно так назвала моя мама своего сына, который умер в первые дни жизни. Саймон Райт старше меня на три года... Путь мы продолжили, беседуя о том, кому сколько лет и когда обратили. Ему двадцать один и только полгода он вампир, а обратил его собственный отец, который был вампиром и растил его с самого детства.
― А зачем он обратил тебя? Мало кто желает такой участи своим близким...
Уж это я знала как никто. Джеймс все также продолжал себя ненавидеть за то, что не смог сохранить мне жизнь. Даже после того, как узнал, что я бы все равно умерла не от укуса Майкла, так от своей болезни.
― На него охотился Генрих, поэтому он решил обратить меня, чтобы я остался жив. А еще я родился с пороком сердца, поэтому был риск, что долго не протяну, будучи взрослым, ― ответил Саймон практически без эмоций, словно пытался скрыть обиду или же сожаление об отце.
Дальше мы стали обсуждать какой чай есть в общей комнате и почему Саймон ненавидит кофе. Больше про отца и почему он оказался в Доме, шатен решил не рассказывать. Пытался вытянуть из меня какие―либо подробности обо мне, но я за всю свою жизнь научилась молчать о себе. Сначала это было связано с тем, что я дочь богатого отца и что со мной будут общаться из корыстных целей. Дальше я просто растеряла всех друзей и веру в них, спасибо Джессике, поэтому и не подпускала никого к себе, кроме Макса. Даже Джеймс не все знал обо мне.
Когда мы вернулись обратно, то я сразу направилась к себе в комнату, попрощавшись с Саймоном. Он успел запасть мне в душу за этот маленький промежуток общения, что-то в нем было интересно и важно для меня. А еще его звали как моего брата. Может быть, это потому что я всегда хотела иметь старшего брата?
* * *
― Сильнее! ― проорал Карл.
Чтоб он провалился со своими тренировками. Он заставил меня дубасить грушу. Самую сильную и способную вампиршу дубасить грушу. Он просто издевался надо мной. Не то, чтобы я начала зазнаваться, но отчаянно считала, что мои способности нужно развивать в другом русле. Карл был не согласен. Спорили мы почти целых полчаса, пока он не психанул. Швырнул в меня гантелей со всего размаха. Хотел, видимо, размозжить мне ею череп. Не получилось, потому что я затормозила ее в воздухе, едва она оторвалась от его руки. Карл даже это смог обыграть в свою пользу: «Видишь, телекинезом ты пользуешься лучше, чем мускулами!»
Последний удар по груше и я упала на пол в позе звезды.
― Отвяжись от меня со своими мускулами! Я хочу машины в воздух поднимать! ― завопила я.
Блондин только рассмеялся на это. Один из немногих раз весело и задорно. Он подошел ко мне и также плюхнулся на пол в позе звезды.
― Ты удивительно сильна для своей болезни.
Болезни?..
И без того полумертвое сердце замерло. Я попыталась сглотнуть ком, что резко встал в горле. Я снова ощутила этот липкий страх, сжимающий внутренности. Мне только-только начало казаться, что я стала спокойнее. Зря.
― Ты думала, что я не догадаюсь.
Это не вопрос. Конечно, он заметил мой страх. Карл слишком стар и опытен по сравнению со мной. Играть на моих эмоциях у него получается идеально и невозможно сильно забавляет его. Я отвернулась и стала смотреть в слегка обшарпанный белый потолок. Решила хотя бы попытаться взять себя в руки.
― О какой болезни ты говоришь?
Его реакцию на вопрос я не видела.
― О твоей, ― ответил он сухо и спокойно.
В эту игру мы могли играть бесконечно долго. Его знание против моего умения врать? Эта ставка не могла сыграть мне на руку.
Обидно, что со временем я перестала быть рациональной. Становилась все более эмоциональной, поддавалась страху. А Карл был совсем не так прост, как казался.
― Почему ты решил пощадить меня на тренировках?
Я отчетливо помнила слова Рошель после того, как она окончательно стабилизировала меня и отпустила «на волю». «Наши особенности даются нашему телу гораздо дороже обычных физических способностей». И Карл это тоже знал, так как почти ровесник Джеймса, кажется. Знал и решил не усугублять ситуацию.
Карл молчал. Пришлось повернуться в его сторону. Кроваво-алые глаза смотрели в тот же потолок, которым пыталась отвлечься я несколькими мгновениями ранее.
― Ты нужна живая.
Захотелось выругаться. Я тебе нужна живая? Или же Генриху? Сам же, черт возьми, показывал сон, где этот самый Генрих хочет меня прикончить.
― Зачем?
Пришлось вытягивать из него хоть грамм правды. Наконец-то, он повернулся. Впервые в его глазах я увидела себя равной ему. Карл не смотрел на меня как на свою маленькую глупую ученицу. Он смотрел на меня, как на сильную и смелую женщину. По крайней мере, под его взглядом я себя ощущала именно так.
― Много тех, кому ты небезразлична.
И снова говорил загадками.
― Тренировка окончена.
С этими словами он поднялся, отряхнулся и ушел, оставляя меня наедине с мучительными вопросами в моей безумной голове начинающего параноика.
* * *
Одежду по комнате я раскидала первой. Рвать волосы на себе я пока что не решилась. Слишком уж я люблю свою огненно-рыжую копну. Моя паника сжимала все мои внутренности так сильно, что я не могла спокойно сидеть на месте. Одежда стала одной из жертв моей паранойи. Вторыми стали разбросанные вещи из тумбочки: косметика, расческа, всякие еще принадлежности для ухода. Я была на нервах. Карл мало того, что все понял про мою болезнь, так еще и что-то явно от меня скрывал. Чертов двуличный вампиреныш. Да, именно вампиреныш, хоть и старше меня почти раз в десять, наверное. Злость на него расслабила меня в плане оскорблений в его адрес.
― Черт! ― не выдержала я самой себя и своих мыслей, от которых прятаться было также трудно, как от огромного желания направиться в архив Генриха. Возможно, именно там я смогу найти нужные мне ответы.
Уже через мгновение я стояла по другую сторону от двери своей комнаты. Пора было идти за поиском ответов.