Глава 4
Неожиданно послышались крики, Чонгук схватил меня за запястье и куда-то быстро повёл. Я не могла вырвать руку — стальная хватка сжимала мою руку, и она немела. Традиционная музыка резко оборвалась, были слышны крики и выстрелы.
Одна дверь в зал была открыта. Я застыла, заметив, что мой сводный брат, мой милый Мин Юнги, стоял на сцене с пистолетом, который был направлен на кулисы. Если бы я вышла на сцену, то встретила свою смерть. Если бы я сейчас не бежала с Чонгуком, самый родной для меня человек пустил мне пулю в голову.
— Что застыла? Бежим!
Но всё же я наступила на юбку и повалилась на пол. Чонгук резко взвалил меня на свои руки и побежал дальше, дальше от криков, выстрелов и резко включившейся традиционной музыки.
— О, Чонгук! — замахал рукой на улице симпатичный парень. — Давай быстрее!
Этот же парень открыл дверцу тёмно-синей Mazda CX-5, и Чонгук просто запихнул меня в салон вместе с богатством в виде казённого ханбока и около сорока шпилек в моей головушке. За пять секунд парни сели в машину и резко газанули. Я чуть не ударилась носом о сиденье водителя и не слетела на пол. Парень за рулём, включив радио, как сумасшедший, вёл автомобиль, подпевая песне. Господи, ну что за безумец?
— Радио выключай! — гаркнул Чонгук. — Совсем, что ли?
— Уважай старших, — но он выключил музыку. — Я уж не знаю, что по нраву нашей гостье, но выглядит она так, будто попала к нам из прошлого.
— Я тебе сейчас дам! Из прошлого, блин! — я надула щёки.
— Да ладно тебе, Ли, — немного развязно махнул рукой парень. — Можешь не воспринимать меня серьёзно, я обычный покорный слуга вашего клана. Ким Тэхён.
— А я... — но я ударилась головой о стекло. — Твою мать!
— Ты не можешь быть моей матерью! Ты вообще меня младше!
Я потёрла щёку, морщась. Половина белил осталась на стекле, и от этого мне стало смешно. Интересно, как я сейчас выглядела? Наверно, как грязная уличная проститутка, но никак не благородная кисэн, танцующая с веерами.
— И куда вы меня везёте? — устало спросила я. — Пора уже кричать и вырываться?
— Ты пропустила этот момент, — сказал Тэхён.
Я фыркнула. Ну, подумаешь. Сейчас я вообще чувствовала усталость. Я была вся красная, а внутри меня всё разрывалось. Я не знала, что мне делать — человек, которому я доверяла, хотел меня убить. И что, мать моя женщина, я должна была делать?
— Приехали, — Тэхён остановил машину. — Гук, идите. Я машину припаркую.
Чонгук открыл дверцу, и я буквально вывалилась на асфальт. Парень подхватил меня на руки и куда-то понёс. Чувствовала я себя отвратно, раз разрешила парню нести себя на руках. Глаза слипались, кулаки сжимались, я хотела, чтобы меня оставили в покое, а лучше — бросили в меня чем-то вкусным и уложили спатьки.
— Эй-эй, Сольхён, только валиться тут в обморок не надо. Я достаточно долгое время наблюдал за тобой, поверь, ты и не в таких ситуациях была.
— Просто заткнись, — огрызнулась я.
Чонгук всё куда-то шёл. Я уже перестала на что-либо реагировать, решила для себя, что мне на всё равно. Если уж забрали — то есть за что. Только вот... почему? Почему именно я? Я же ничего плохого не совершала. Единственным моим проступком была только маленькая кража в магазине, и то из-за того, что мне хотелось именно бананового молока, а денег не хватило. Продавец просто зажлобился давать мне в долг.
Я бы принесла. Но под прилавком он на завтра нашёл только куклу вуду, на которой было написано его имя.
— Ох ты боже мой, Чонгук, ты серьёзно выкрал мою дочь?
— Это было проще простого, господин Ли.
Меня неожиданно посадили на диван, и я чудом не завалилась на бок. Хоть на белой рубашке это было еле заметно, но на груди Чонгука остались белила, а также пятнышко весьма яркой помады...
За столом сидел пожилой мужчина и улыбался. Он смотрел на меня с каким-то благоговением, и то, что Чонгук достаточно глубоко ему поклонился, свидетельствовало о том, что этот мужчина — достаточно высокого статуса. И что Чонгук его уважал.
— Господин Ли, вот ваша дочь — Ли Сольхён, восемнадцать лет. Белила могу смыть, можем свериться с ДНК-тестом или же посмотреть на старые фотографии — совпадения налицо.
Я вцепилась в обивку дивана, чтобы не упасть.
— Доченька моя! — господин Ли вскочил с кресла. — Наконец-таки мы тебя нашли!
Я же повалилась на диван. Глаза закрылись сами собой, и перед тем как отключиться, я услышала только:
— Сольхён!
* * *
Я очнулась в постели, уже без ханбока и явно без макияжа. Вся красивая причёска была расплетена, все украшения отсутствовали. Я была в просторной белой рубашке и под одеялом.
Но как только я открыла глаза, то заметила, что в углу комнаты стоял Чонгук и натягивал на своё подтянутое тело чёрную футболку. Вздохнув, он увидел мой взгляд и улыбнулся:
— С твоим макияжем пришлось изрядно попотеть. Как себя чувствуешь?
— А как ты думаешь, как чувствует себя человек, которого предали? — спросила я серым голосом. — Мне хочется орать. Юнги был самым близким для меня человеком всё это время. Я не знала, что он хочет меня убить... он же... он же мой оппа...
Чонгук сел на кровать и, запустив руку в мои волосы, взъерошил их. Я прикрыла глаза, чувствуя себя настолько отвратительно, насколько можно. Я не хотела верить во всё это, но это была жестокая реальность. И к сожалению, она действительно жестокая.
— Он хотел пустить мне пулю в лоб, — слёзы начали набухать в уголках глаз. — Человек, которому я доверяла всё, хотел убить меня. Почему...?
— Потому что мы меченые, — сказал Чонгук, вздыхая. — Быть меченым очень сложно. За всю свою жизнь я встретил лишь нескольких меченых.
— А почему их так мало?
— Истребляют, — Гук пожал плечами. — Считается, что мы приносим смуту и раздор. Вот нас и не любят.
— Но мы ведь не животные...
Чонгук вызволил мою руку из-под одеяла и прислонил моего дракона к своему. Почувствовав лёгкое покалывание, я захотела отдёрнуть руку, но парень держал меня крепко. Лёгкое покалывание сменилось обжигающим холодом, а потом меня накрыло тепло.
— У тебя на лице были написаны все эмоции, которые ты испытала, — улыбнулся парень. — Все наследники живут за счёт эмоций. Мы эмоциональны. И именно из-за того, что у нас может резко измениться настроение, нас и стали недолюбливать.
— Только... из-за этого? — шепнула я.
— Не только из-за этого, — и парень резво проник ко мне под одеяло, прижимая меня своим телом к стене и схватив рукой за бедро. — Наследники-мужчины весьма любвеобильны. Надеюсь, ты понимаешь, в каком контексте я это говорю.
— Просто отойди от меня, — мои скрюченные культяпки вцепились в его руку. — Просто... не смей меня так касаться.
— А то что? — эту же самую руку он переместил на моё плечо, обдавая горячим дыханием моё лицо. — Расцарапаешь мне руки? Советовал бы лучше царапать мою спину.
— Пошляк! — я оттолкнула его и откинула одеяло, но внезапно начавшееся головокружение заставило меня со стоном упасть обратно. — Голова... больно...
— Вот поэтому после обмороков нельзя вставать резко, милочка, — сказал Чонгук. — Тебе лучше поспать.
Превозмогая себя, когда парень вставал с кровати и поправлял мне одеяло, я схватила его за запястье, задев пальцами ещё один знак на его руке — рисунок креста:
— Чонгук... ты побудешь со мной?
— Страшно?
— Я не боюсь, просто обстановка...
Чонгук окинул взглядом комнату. Я сделала то же самое. Тёмные обои, натяжной потолок, большая люстра, которая не прибавляла уюта... резной шкаф, стол и два табурета. Совсем мало других предметов.
— Ладно-ладно, я посижу с тобой, пока ты не заснёшь, — и он перехватил мою руку, крепко её сжав. — Не бойся, Ли Сольхён, я с тобой.
— Я и не боюсь, дурья твоя башка... — глаза стали слипаться, и очень скоро я, держа руку Чонгука, провалилась в царство Морфея.
POV Автора.
Чонгук смотрел на спящую девушку, лицо которой выражало безмятежность и спокойствие. И не скажешь, что пару секунд назад эти губы слегка кривились, а глаза были опухшими.
— А ты выросла и стала красивой, всё как я тебе говорил, — улыбаясь, шепнул Чонгук. — Только... что тогда у нас были странные отношения, что сейчас...
Когда он собрался уже высвободить руку из пальцев Сольхён, то почувствовал, как она вцепилась второй рукой прямо за пояс его джинсов. Услышав еле разборчивое «Останься со мной...», решил остаться до утра.
Он лёг рядом с девушкой и прижал её к себе, не накрываясь одеялом. Вот крику-то от неё будет, когда она проснётся...
* * *
— Отец... я не смог выполнить задание.
Удар. Ещё один удар. Молодой бледный парень стоял в середине комнаты и выносил удары палкой отца по своим плечам и животу. Другой на его месте уже бы упал, но только не Мин Юнги. Он всё стойко выдержал.
— Я тебе сколько раз говорил — просто задуши её во сне, и дело с концом! — мужчина с сединой на висках плевался, избивая сына. — Что ты, что Чимин — оба не можете нормально кого-то убить! Всё за вас приходится делать!
— Я... — Юнги стиснул зубы, — я убью её. И этого Чон Чонгука тоже.
— Вот этот настрой мне уже нравится, — старик неожиданно сжалился и даже убрал палку. — Идите в бар с Чимином, выпейте, а потом приступайте к операции.
— Слушаюсь, отец.