22 часть
раннее утро
я пыталась собраться. но сколько бы ни плескала на себя ледяной воды, сколько бы ни глотала горького кофе, внутри продолжало скручиваться что-то вязкое и тёмное. я будто сходила с ума. в голове снова и снова вспыхивал момент в кафе. его усмешка. мой палец на спусковом крючке. звук выстрела. резкое падение.
рома молчал. он прекрасно видел, в каком я состоянии, но слова сейчас вряд ли помогли бы.
— лика… — наконец, тихо сказал он, остановившись перед дверью. — возьми себя в руки.
я кивнула, но это был автоматический жест. руки сами дрожали, как будто мне было холодно. я пыталась дышать глубже, но не помогало.
рома довёз меня до кафе, припарковался прямо рядом.
— подожду здесь, — коротко сказал он, и я, поблагодарив, вышла из машины.
как только я переступила порог кафе, мир будто снова начал двигаться. здесь всё было как обычно: суета, разговоры, музыка на фоне, персонал сновал туда-сюда, готовясь к открытию. внутри было тепло, пахло выпечкой и свежесваренным кофе.
я даже не успела перевести дух, как на меня налетела таня.
— лика! ты где пропадала?! — воскликнула она, приобняв меня. — ты жива вообще?
— вроде да, — хрипло выдохнула я, пытаясь изобразить улыбку.
сзади раздался голос менеджера, жени:
— лика, давай без самодеятельности. на сцену! репетиция пошла!
я кивнула и поспешила к девочкам.
первая песня — голос дрожал. но с каждым новым куплетом я погружалась в процесс. это было спасение. сцена — мой щит, мой кокон. в этот момент ничего не существовало: ни выстрела, ни желания докопаться до правды, ни кошмаров.
продюсер — мужчина в очках с вечным блокнотом в руках — шагнул ближе, разглядывая нас поверх стеклянных линз.
— итак, девочки. планы поменялись, — начал он, перелистывая страницы в своём блокноте.
— выступление в «снежинке» пока откладывается.
— почему? — сразу спросила мария.
— нам поступил заказ. крупное мероприятие, приём военных. детали не разглашаются, но нас попросили исполнить что-нибудь патриотичное. песню уже выбрали, текст вот. — он раздал нам листки.
я взяла свой, пробежалась глазами. знакомые слова, но… что-то внутри кольнуло тревогой.
— и когда? — спросила я, нахмурившись.
— в ближайшие дни. возможно, уже завтра скажут точную дату, — ответил продюсер.
— военные? — переспросила таня, сдвинув брови.
— что за приём такой?
— сам не знаю, — пожал плечами продюсер.
— но отказать мы не можем.
я стиснула зубы. странно. в последнее время слишком много непонятного происходит. но что мне остаётся? петь. только петь. и, может быть, так удастся хоть на мгновение спрятаться от той боли, что жгла меня изнутри.
я стояла на сцене, держа в руках текст, и пыталась сосредоточиться. но мысли путались, слова сливались в кашу.
— лика, интонация, — поправил меня продюсер, слегка нахмурившись.
я кивнула, глубоко вдохнула и начала сначала.
но стоило мне войти в ритм, как в зале раздался шум. кто-то громко спорил у входа.
— я сказал, нельзя! — голос ильдара юнусовича был резким. — ты куда прёшься?!
я стиснула зубы, стараясь не обращать внимания. но это сбивало.
— да завались ты уже там, кого черти привели?! — не выдержала я, выкрикнув со сцены.
тишина. на мгновение воцарился полный штиль. а потом я услышала знакомый голос.
— да твою мать, лика, скажи этому клоуну, что я к тебе! — это был марат.
сердце ухнуло вниз.
я спрыгнула со сцены и быстрым шагом направилась к выходу. ильдар юнусович был на взводе, лицо у него покраснело.
— да что за дела, а? — ворчал он. — сюда теперь всякий сброд ломится?
— спокойно, — я подняла руки.
— это ко мне. всё в порядке.
он покачал головой, но отступил. марат шагнул внутрь, глаза у него были мутные, взгляд — будто расфокусированный.
— пойдём, — тихо сказала я.
мы отошли в угол, подальше от всех.
— ну? — я скрестила руки, пытаясь заглянуть ему в глаза.
марат провёл рукой по лицу, глубоко вздохнул.
— там это… — он замялся, потом резко выдохнул.
— кащея отшили.
мне показалось, что я ослышалась.
— чего? — переспросила я, чувствуя, как напрягаются плечи.
— кащея? отшили?
марат закусил губу.
— блядь, брата твоего отшили к чертям собачьим. не с нами он теперь.
воздух будто сгустился.
— и чё теперь? — тихо спросила я, не узнавая собственного голоса.
марат покачал головой, глаза его метались, как у зверя, попавшего в капкан.
— не ебу. но адидас мутит что-то не то. я не могу понять, что они творят, но это что-то явно плохое…
я хотела спросить ещё, но тут крикнул менеджер.
— лика, подойди, мы уже заканчиваем, и пойдёшь куда тебе надо.
я сжала кулаки, пытаясь удержать эмоции.
— да-да, сейчас, — кивнула я.
марат сжал моё плечо.
— мне пора. будь осторожнее, — бросил он и скрылся за дверью.
я сделала глубокий вдох, собрала себя по кусочкам и вернулась к персоналу.
продюсер бегло объяснил планы:
— встречаемся послезавтра. учите текст, будьте готовы. всё.
кивнув, я развернулась и вышла из кафе.
на улице было холодно. воздух хлестнул по лицу, но это не помогло прийти в себя. меня трясло. внутри росло тревожное ощущение, что всё катится к чертям. но к чему именно — я пока не понимала.
я подошла к машине ромы и открыла дверь.
по дороге домой рома постоянно бросал на меня короткие взгляды. он сразу заметил, что я была не в себе. пальцы нервно сжимали край куртки, мысли метались. всё происходило слишком быстро.
— лика, — наконец заговорил он. — что с тобой?
я молчала, не знала, как сказать.
— лика, — голос стал твёрже.
— турбо приходил ночью. — я выдохнула это резко, будто боялась, что иначе не скажу.
рома сжал руль, напрягся.
— в смысле, приходил?
— ну… — я отвела взгляд.
— позвал меня выйти.
машина резко затормозила у обочины.
— ты вышла? — рома повернулся ко мне, его лицо было жёстким.
я кивнула.
— среди ночи. одна. к нему?
я снова кивнула.
он тяжело вдохнул, провёл рукой по лицу.
— лика, ты ебанулась?
— рома…
— ты вообще соображаешь, что делаешь? если бы с тобой что-то случилось?
— ну ничего же не случилось! — я вспыхнула, сжала кулаки.
— да не в этом дело! — он ударил по рулю.
— ты просто даже не подумала сказать мне! просто взяла и ушла в ночь!
я скрипнула зубами.
— давай не будем сейчас, ладно?
он несколько секунд смотрел на меня, потом выдохнул и завёл машину обратно.
— и что он хотел?
я отвела взгляд в окно.
— сказал, что универсаму нельзя доверять. что я для них как кукла, вся грязная работа на мне.
рома выругался сквозь зубы.
— вот мразь.
я не ответила.
— и всё?
— нет… — я снова закусила губу. — потом…
— говори уже, — рома постучал пальцами по рулю.
— марат.
он напрягся.
— что марат?
— он пришёл ко мне в кафе. сказал, что кащея отшили.
рома резко повернул голову.
— что значит «отшили»?
— не знаю… марат сам был в непонятках. сказал, что адидас мутит что-то не то.
рома сжал руль так, что костяшки побелели.
— блядь.
— рома, что происходит?
он молчал.
— рома!
— я сам не понимаю. но это что-то серьёзное. кстати... тут новости есть...
я сжала руки.
— какая?
рома нахмурился, не отрываясь от дороги.
— ты узнаешь чуть позже сама.
— да что за херня, рома? ты меня уже бесишь!
— лика, просто подожди.
я стиснула зубы.
поездка до дома прошла в тишине. когда мы зашли в квартиру, я сразу же села на диван, запустив руки в волосы. сердце стучало где-то в горле. что за новости? что вообще происходит?
спустя пару часов рома неожиданно начал собираться. он молча натягивал куртку, проверял ключи, что-то искал в карманах.
— ты куда? — я наблюдала за ним, сидя на диване.
— собирайся, — сказал он, не поднимая глаз.
— зачем?
он только бросил взгляд в мою сторону, но ничего не сказал.
мне не хотелось спорить. в последнее время столько всего произошло, что сил на сопротивление просто не было. я молча встала, пошла в комнату, начала переодеваться. мини-юбка, рубашка, серёжки, кольца. на шею привычно легла цепочка. поверх — длинное пальто. когда я вышла из комнаты, рома уже ждал у двери.
дорога была почти без слов. только гул мотора и редкие перекрики прохожих за окнами. я смотрела в окно, пока не поняла, куда мы едем.
кафе «снежинка».
я резко повернулась к нему.
— рома… какого черта?
он молчал.
— зачем мы туда едем?
— сама всё узнаешь.
— рома, блять, — я начала нервничать.
— разворачивай машину.
— нет.
— не надо туда ехать!
он не ответил, только сжал руль крепче.
мне стало не по себе. за последние дни я привыкла, что рома всегда на моей стороне, что он объясняет мне всё. но сейчас… что-то было не так.
я пыталась отговорить его, но он словно выключил меня из внимания. просто довёз до кафе, заглушил мотор.
— выходи.
я нехотя открыла дверь, вышла, запахнув пальто. ноги сами понесли меня за ромой.
кафе казалось слишком тихим. здесь обычно всё живёт, суетится, звенит бокалами, но сейчас… мне казалось, что воздух застывший.
и тогда я его увидела.
жёлтый.
он сидел на стуле, спокойно, даже расслабленно.
я застыла. сердце ударилось в рёбра и заколотилось быстрее. в голове пронеслось: «либо я умерла, либо мёртвые воскресли».
я резко выдохнула, отшатнулась назад.
— ебануться... — вырвалось у меня.
жёлтый засмеялся. знакомо. мерзко. надменно. так, как всегда.
я смотрела на него, не понимая, что происходит.
— что за херня? — наконец выдавила я.
жёлтый лениво откинулся на спинку стула и велел всем парням выйти.
они молча подчинились.
рома нахмурился, сжал кулаки.
— я остаюсь.
— рома, — я повернулась к нему. — выйди.
— лика, ты…
— выйди, — я посмотрела ему в глаза.
он не хотел, это было видно. но я не отводила взгляда, и он стиснул зубы, развернулся и ушёл.
теперь мы остались одни.
жёлтый посмотрел на меня, ухмыльнулся.
— думала, убила меня?
я молчала.
— расстроилась, когда увидела? — он наклонил голову.
— или снова пушку достанешь?
я сжала пальцы, чувствуя, как по телу идёт дрожь.
— прости.
он замер.
— что?
я сглотнула.
— прости, — повторила тихо.
жёлкий медленно приподнял бровь. на его лице промелькнула целая буря эмоций — удивление, злость, уважение, насмешка.
он медленно налил себе рюмку прозрачной жидкости, поднял её.
— не ожидал, — тихо сказал он, перед тем как выпить.
жёлтый залпом осушил рюмку, шумно выдохнул и поставил её обратно на стол.
я молчала.
всё внутри сжималось от какого-то странного чувства. он был жив. я стояла перед ним. и впервые в жизни я сказала «прости» и не пожалела об этом.
жёлтый чуть наклонился вперёд, поставив локти на стол.
— интересно, — протянул он.
— а если бы я действительно сдох, ты бы сожалела?
я отвела взгляд, стиснув зубы.
— не знаю.
— знаешь, — он усмехнулся.
я не знала. правда.
чувства были слишком запутанными. он меня бесил. злился ли я на него? да. хотел ли он моей смерти? вероятно. хотела ли я убить его? тогда — да. а сейчас?..
я глубоко вдохнула, пытаясь собрать мысли.
— как ты выжил? — наконец спросила я.
жёлтый откинулся назад, крутанул рюмку в пальцах.
— долгий рассказ.
— у меня время есть.
— у меня — нет, — он ухмыльнулся.
я закатила глаза.
— ты специально тянешь?
— может быть.
повисла пауза.
он смотрел на меня, изучающе, как будто видел меня впервые.
— ты изменилась, — вдруг сказал он.
— да ладно?
— серьёзно. раньше ты бы уже с кулаками полезла.
— у меня больше нет сил на эту хуйню, — выдохнула я.
он кивнул, словно соглашаясь.
— знаешь, что самое смешное?
— что?
он усмехнулся.
— ты до сих пор не поняла, кто тебе врёт.
я напряглась.
— и кто?
он медленно поставил рюмку на стол и посмотрел мне прямо в глаза.
— не я.
мне стало холодно.
он встал, накинул куртку.
— увидимся, лика.
я смотрела, как он уходит, и внутри всё сжималось.
если не он… то кто?
я сидела, опустив голову, запустив пальцы в волосы, и не замечала, как глубоко дышу. мысли в голове клубились, спутывались, как нитки в комке — никак не разобрать. меня съедало это всё изнутри, как будто кто-то невидимый медленно, методично разрывал меня изнутри.
и вдруг я почувствовала движение.
жёлтый придвинулся ближе.
я удивлённо моргнула, но не успела ничего сказать — он протянул руку и обнял меня.
я замерла.
— разберёмся, сестрёнка, — тихо сказал он, чуть усмехаясь, но по-доброму.
— че-нить соображу я.
мне захотелось поверить ему.
я кивнула.
— спасибо, — прошептала я.
он лишь слегка сжал мои плечи, а потом отстранился.
я глубоко вдохнула, поднялась со стула и направилась к выходу. на улице дул ветер, пробирая до костей, но я почти не чувствовала холода. в голове гудело.
рома ждал меня в машине.
я открыла дверь, села на переднее сиденье и захлопнула её за собой.
— ты для этого привёз меня? чтобы я жёлтого увидела?
— спросила я, повернувшись к нему.
— да, — спокойно ответил рома.
я молчала.
рома завёл мотор, включил печку.
— он всё обговорил со мной, — продолжил он.
— хочет помочь.
я нахмурилась.
— не подстава?
рома покачал головой.
— не знаю. но если бы он хотел мстить, он бы уже это сделал. а не помогал.
я задумалась.
да, в этом был смысл.
я тихо выдохнула и кивнула, соглашаясь.
на этом разговор закончился.
дорога домой прошла в тишине. за окном мелькали огни ночного города, отражаясь в стекле и размываясь в узоры. я смотрела на них и думала. думала, думала, думала.
мы доехали.
рома заглушил мотор.
я открыла дверь, вышла, хлопнула её за собой.
рома шёл рядом, молча.
мы поднялись в квартиру.
я молча прошла в комнату, бросила пальто на стул и упала на кровать.
я лежала на кровати, уставившись в потолок, но в голове вдруг сложилась чёткая мысль.
мне нужно срочно найти марата.
нет.
не марата.
марат сам не разобрался в ситуации. он не знает всей правды. он только путает меня ещё больше.
мне надо найти...
турбо.
он явно что-то знает!
я резко поднялась с кровати, быстро накинула пальто и уже на ходу крикнула роме:
— я пойду прогуляюсь!
он посмотрел на меня с дивана, прищурился.
— не задерживайся.
я кивнула, не дожидаясь лишних вопросов, и выскочила из квартиры.
— качалка.
туда он ходит каждый день.
я дошла быстро, почти бегом.
зайдя внутрь, сразу же огляделась.
людей почти не было.
турбо прыгал на скакалке, сосредоточенно глядя перед собой.
— турбо! — окликнула я его.
он сразу же остановился и, увидев меня, быстро подбежал.
— че такое?
я кивнула в сторону выхода:
— пойдём на улицу.
он немного удивился, но без вопросов кивнул.
мы вышли. на улице было холодно, ветер больно бил по щекам, пробирался под воротник.
я сжала зубы и начала говорить:
— слушай, ты же явно что-то знаешь. скажи мне хоть что-нибудь!
он нахмурился.
— я не могу.
— почему?!
— просто не могу.
он отвёл взгляд, дёрнул плечом, словно от холода.
— турбо, — я сделала шаг ближе. — я схожу с ума из-за этого всего. ты хотя бы намекни. хоть что-нибудь скажи!
он посмотрел на меня. долго. сжал губы, будто борясь сам с собой.
и вдруг...
сдался.
— кащей защищал тебя перед адидасом.
я резко замерла.
— чего?
турбо кивнул, глядя куда-то в сторону.
— поэтому адидас психанул и к херам собачьим отшил кащея.
я нахмурилась, пытаясь осознать услышанное.
никита защищал меня?
он... был на моей стороне?
и за это его отшили?
— больше ничего не знаешь? — тихо спросила я.
турбо покачал головой.
— нет. но ты... — он снова посмотрел на меня.
— остерегайся адидасов. серьёзно. и старшего и младшего. —тихо проговорил он.
— врут они тебе. оба. старший авторитет хочет восстановить, а младший за брата своего мстит.
я медленно кивнула.
мы молча развернулись и пошли в разные стороны.
я направилась домой.
в голове бурлило.
одно слово застряло в мыслях, как заноза.
никита... защищал...
я ускорила шаг. мне нужно было понять, что делать дальше.
возвращаясь домой, я была настолько погружена в свои мысли, что даже не сразу заметила фигуру, сидящую на лавке у подъезда.
марат.
он курил, нервно постукивая пальцами по колену, его взгляд был отрешённым.
я сжала губы и решила пройти мимо, сделав вид, что не заметила его.
но не успела я сделать и пары шагов, как он поднялся и преградил мне дорогу.
— лика, подожди.
я дёрнула руку, когда он попытался схватить меня за запястье.
— не трогай меня! — резко сказала я, отстраняясь.
— я знаю правду о твоей лжи.
марат нахмурился, его челюсть напряглась.
— ты всё не так поняла...
— да пошёл ты! — я вскинула руки.
— я уже всё знаю! и больше тебе доверять не намерена.
он сжал кулаки.
— лика...
— забудь, что я существую. сотру тебя из памяти нахрен!
марат шагнул ближе, его лицо перекосилось от раздражения.
— да дай ты объяснить нормально!
— мне плевать на твои объяснения!
я кричала на него так громко, что в какой-то момент сверху раздался свист.
мы оба замерли и посмотрели вверх.
на подоконнике висел рома.
— эу — громко крикнул он.
— если не съебёшься прямо сейчас, я выйду, и мало тебе не покажется!
марат прожёг меня разъярённым взглядом.
— ты ещё об этом пожалеешь, — прошипел он.
— иди нахуй, марат, — спокойно сказала я.
и, развернувшись, показала ему средний палец.
он что-то злобно выдохнул себе под нос, но ушёл.
я даже не смотрела ему вслед.
поднялась в подъезд, чувствуя, как дрожат пальцы.
зайдя в квартиру, я даже не успела сделать и шага, как рома оказался рядом. он молча притянул меня к себе, крепко обнял за талию, прижимая к своему тёплому телу.
я вдохнула его запах — лёгкий аромат табака, смешанный с чем-то родным, успокаивающим.
— всё хорошо, — тихо сказал он, поглаживая меня по спине.
я не ответила, просто уткнулась лбом в его грудь. сердце стучало ровно, уверенно.
он наклонился и поцеловал меня — сначала коротко в губы, потом мягко в макушку.
— забей на него, — сказал рома.
— не думай.
я усмехнулась.
— думаешь, я из-за марата расстроилась? — я отстранилась и посмотрела ему в глаза.
— да мне плевать на него и на его старшего.
рома прищурился, внимательно изучая моё лицо.
— серьёзно?
— абсолютно. — я выпрямилась и сжала кулаки.
— всё только начинается, и ты это понимаешь так же, как и я.
он кивнул, сжав мою талию.
— да. понимаю. — в его голосе не было ни капли сомнений.
— но что бы ни было дальше, я рядом. всегда.
я прикусила губу.
— и в любой ситуации поддержишь?
— в любой, — твёрдо ответил он. — если надо — хоть до конца, хоть против всех.
его слова были не просто обещанием — это было что-то большее.
я потянулась к нему, наши взгляды встретились.
он наклонился, едва касаясь моих губ, и этот поцелуй был другим. не как раньше.
он был нежный. самый прекрасный.
я закрыла глаза, растворяясь в этом моменте.
где-то далеко были проблемы, угрозы, неразгаданные тайны.
но здесь, в этом мгновении, был только он.
и я.
прода на 15 звёздочек!)