Глава 24. Милые посиделки.
— Заметила, Артем очень сильно изменился, — обнимая девушка за талию, прошептал Никита.
Они все вместе сидели в комнате. Катя ругала Толю за то, что он бьёт деревья по непонятным причинам. Артем с Герой сидели на полу в обнимку.
— Заметила, — уголки губ вампирши приподнялись вверх. — И в лучшую сторону изменился. Гера его меняет.
— И это замечательно. Тёма стал «живым», — на последнем слове Ник хмыкнул, ведь вампиры по сути не живые существа.
— А ты мертвым, — закатила глаза Маша.
Посмотрев на Толю с Катей, парочка переглянулась. Девушка сидела на диване, нахмурив брови и скрестив руки на груди. Толя в это время сидел рядом и просто молчал. Он ждал, когда блондинка остынет и с ней можно будет поговорить.
Тёма что-то шептал Гере на ухо, отчего та постоянно смущалась. Ее щеки приобрели розовый цвет, а глаза светились.
— О чем вы там шепчетесь? Я тоже хочу знать, — возмутилась Мария.
— Ты ещё маленькая такое знать, — подмигнул девушке Артем.
— А Гере не маленькая? — изобразив на лице удивление, вампирша посмотрев на друга.
Тёма посмотрел на любимую, затем на темноволосую, задумался и спустя несколько секунд ответил:
— Маленькая, но ей можно знать.
Парни рассмеялись, Катя улыбнулась уголками губ, Маша недоуменно посмотрела на друга, пытаясь понять шутку, а Гера окончательно смутившись, стукнула вампира по плечу и попыталась встать с пола, но ей не дали. Артем посадил девушку себе на колени и прижал к груди, утыкаясь носом в волосы, пахнущие яблоком.
— Не отпущу, — прошептал парень.
Все присутствующие в этой комнате теперь удивлённо смотрели на вампира. Таким они видели его впервые. Он стал другим, нежным и милым, что ли.
Гера лишь закатила глаза, при этом пытаясь сдержать улыбку:
— Кто бы сомневался, что ты меня отпустишь.
— Конечно никто не сомневается, — съязвила Маша. — Да и в чем здесь сомневаться?
— Комментатор от бога, — засмеялся Тёма. — Тебе только на радио работать.
— А что? Это идея! — коварно улыбаясь, проговорила Мария.
— Никакого радио, — нахмурился Ник, сильнее прижимая к себе девушку. — Только через мой труп.
— Окей, — фыркнула Маша. — Сейчас все устроем.
Девушка коварно улыбнулась. Клыки удлинились, глаза налились кровью. Темноволосая стала медленно приближаться к горлу вампира, который вообще не реагировал, а даже улыбался.
Гера со страхом в глазах посмотрела на парочку.
— Да не волнуйся, ничего не будет, — прошептал на ухо девушке Артем.
— Ты также всех кусаешь? — шепотом поинтересовалась русоволосая, утыкаясь носом в плечо.
— А я никого не кусаю, — хитро улыбнулся Тёма. — Я цивилизованно пью кровь из бокала…
— Кто бы говорил, — фыркнула Маша, теряя интерес к шее своего парня.
— Это только Машка всех кусает, — поддержал друга Никита, который держал вампиршу крепко, чтобы та не вскочила. — А мы пьем из высоких бокалов.
— Ага, да конечно, видела я, как ты пьешь кровь из бокала, — фыркнула Мария и изловчившись, высвободилась из цепких рук парня. — Не верь им, Гера, врут и не краснеют.
— Нам бледность к лицу, — парировал Никита, мило хлопая глазами.
— По-моему, с вампирами вообще бесполезно спорить, — заметила Гера, с интересом смотря на Ника с Марией, которые теперь играли в «гляделки». — Всегда оказываются правы, даже если и нет.
Вскочив на кресло, и гордо выпятив грудь вперёд, Никита сказал:
— Вампир всегда прав, женщина должна это знать.
В него тут же с трёх сторон полетели подушка, пачка каких-то таблеток, и удар ладонью по груди. Все эти действия были прокомментированы срезом Толика и Артёма.
— Женщина всегда права, а не вампир, которого я ночью убью, — хмуро посмотрев на парня, сказала Маша. — Так что молись.
— А кому молиться? — невинно спросил Никита, садясь обратно в кресло и взяв подушку, прикрылся на случай, если начнут снова кидаться. — Демонам?
— Демонам, демонам, — кивнула вампирша и отвесила вампиру подзатыльник.
— Ай, — воскликнул Никита, закрывая голову подушкой. — Маш, ну не обижайся и меня не обижай. Если ты меня убьешь, то кто тебя будет любить?
— Заведу мышку и она будет меня любить, — пожала плечами в ответ девушка.
Челюсть готова была поцеловаться с полом, но не успела, парень благополучно вернул ее на место. Глаза стали грустными, уголки губ поползли вниз.
— Не смотри на меня таким взглядом, — закатила глаза темноволосая. — А то так и хочется тебя по голове погладить.
Никита назло стал ещё печальнее смотреть на девушка, которая всё-таки не выдержала, села ему на колени и положив голову себе на грудь, погладила.
— Дурак.
— И я тебя люблю.
Ребята с улыбками на лице смотрели на парочку. Они вроде бы только что ссорились, а уже сидят вместе, обнимаются и улыбаются. Счастливые.
— Толь, пойдем мне поможешь, — попросила Катя, беря в руки аптечку.
Кивнув, Толя пошел за девушкой, чтобы ей с чем-то помочь. А если быть точным, то целительница просто увела парня, чтобы оставить парочки наедине. Да и им самим нужно побыть наедине.
Спустя несколько минут, Артем подхватил на руки Геру, и в мгновение Ока оказался в своей комнате.
— Продолжим начатое утром? — поинтересовался вампир, кладя девушку на кровать.
— А может поспим? — невинно хлопая ресницами, предложила Гера.
Тёма сделал вид, что задумался, но спустя три секунды, наклонился и поцеловал в губы. Русоволосая не смогла сдержаться и ответила. Ее руки сами обвили шею парня и притянули сильнее, отчего ему пришлось упереться руками в подушку.
Нижняя губа и так была опухшая после утреннего укуса, так Тёма решил сделать симметрию и укусил теперь уже верхнюю губу. Возмущённо отпихнув парня от себя, Гера посмотрела на него.
— Ты решил сделать из меня Анджелину Джоли? — возмутилась зеленоглазая, языком слизывая кровь с губы.
— Прости, я нечаянно, — потупил взгляд вампир.
— А у меня такое чувство, как будто ты это делаешь специально. У меня теперь не губы, а какие-то вафли или сардельки, — продолжала возмущаться русоволосая, периодически слизывая кровь с губы.
— Я не специально, это просто клыки, — стал оправдываться Артем, незаметно слизнув со своих губ кровь девушки. — Я больше так не буду.
— В ближайшие несколько дней, а лучше неделю, с поцелуями ко мне не приставать, — нахмурилась Гера.
— Неделю без поцелуев? — удивился вампир.
— Целовать сперва научись, чтобы постоянно не кусать. Мне и мои губы нравились.
— Я не буду больше так делать, но не запрещай мне тебя целовать, — попросил парень, умоляюще смотря в зелёные глаза.
Все также хмурясь, Гера ответила:
— Три дня без поцелуев. Как раз ранки зарастут, ты, например, на помидорах научишься целоваться без укусов.
— Злая ты, — обиделся Тёма.
— Какая есть.
Встав с кровати, девушка пошла в свою комнату, чтобы переодеться в пижаму и приготовится ко сну.
Артем проследил взглядом за девушкой и ни к кому не обращаясь, сказал:
— Умею я целоваться, но укусы необходимы.
Ответом ему была тишина.