Часть 26
Пак был, очень счастлив возвращению Юнги, но вот кажется другие, в частности молодые альфы стаи нет. Ведь если Бохёна из-за той оплошности отшил самолично его отец и, по своему наказав, сказал не приближается к его сыну, то у остальных появилась возможность побегать за неприступной омегой, несмотря на слухи про связь с вампиром, но они даже не догадываются, что тот уже меченный. Поэтому внутренний зверь Чимина тут же зарычал на всех в ответ, если надо он с каждым подерётся и откусит ему яйца, дабы не лез.
— Да у него крышняк походу совсем поехал! — вдруг произносит молодой парень. — Не может волка от вампира отличить.
Пак на такое заявление лишь фыркает, а затем начинает вновь принюхиваться к волку под собой, потому что внутренняя омега полностью уверена в том, что это его любимый, только вот почему-то в волчьем обличии.
— Юнги, скажи что-нибудь, — просит омега, буквально уже лежа на старшем.
Волк в ответ вновь бездумно рыкает, а затем пытается лапами приобнять оборотня.
— Чимин, ты.., — начал было вожак, осторожно подходя к ним.
— Я уверен, Джун, — перебил его Пак.
Подросток слез с серого волка, давая тому возможность подняться, и тот это сделал, только весьма неуклюже, а после вновь начал рычать с непонятной для остальных тональностью. Ким сначала думает, что это так его не хотят близко подпускать, ведь он находится в человеческом обличии, но вдруг в голове возникает одна мысль.
— Юнги, если чё, то мы тебя не понимаем, для нас ты сейчас просто рычишь, — сообщает вожак. — Но если ты и правда он, то просто кивни.
Мин от полученной информации лишь недовольно фыркает, хотя и так начинал догадываться о том, что его здесь не понимают, так как уже по сто раз всё пытался объяснить. Поэтому сейчас ему ничего не остаётся кроме, как согласно кивнуть.
— Вот же чёрт! — восклицает вдруг Тэхён и тут же подбегает к троице. — Как это тебя так угораздило, вампирьёныш, волком стать?
Мин лишь снова недовольно фыркает и плюхается на задницу, ведь история его обращения явно не из лучших.
— Ты красивый. Внутренней омеге такой ты даже больше нравишься, — вдруг тихо выдаёт Чимин.
Юнги же всё слышит и кажется понимает, потому что его хвост непроизвольно снова начинает вилять, хотя гордо задранная моська, явно говорила о том, что вампирский облик ему ближе по душе.
— Подождите, получается он стал волчий язык понимать, — видя реакцию, тут же смущается оборотень.
— Походу, но говорить на нём не умеет или пока не освоился, — сообщает Джун.
— Это плохо? — уточняет Тэхён.
— Плохо то, что на его жизнь явно произошло покушение, а так как он наследный принц, за это следует казнь, — хмурится старший Ким.
— Это всё не к добру, — понимает сын своего отца.
— Королева, видимо, ещё не в курсе, так как мы от неё точно бы уже получили письмо, — рассуждает вожак. — Следовательно, ей нужно срочно обо всём доложить. Думаю настоящий убийца всё ещё на свободе, а Юнги как-то на него вышел.
— Что? — удивляется Пак, который так был рад встрече, что не подумал о возможности произошедших ужасных событий.
Чимин тут же начинает ходить вокруг серого волка, пытаясь понять всё ли с ним в порядке, от чего у другого начинает кружиться голова, поэтому Юнги вскоре останавливает младшего.
— Ну всё прекрати, — просит Мин, но выходит лишь снова одно фырканье.
Буро рыжий оборотень это воспринимает, как отвали, из-за чего отходит в сторону, опустив свою головушку. Но Юнги тут же сокращает между ними расстояние и неуклюже пытается закинуть лапу на младшего. У него выходит плохо, всё же он теперь не человек, а вот Пак, поняв, что вампир хочет его обнять, решает показать, как делают это волки.
— Вот так нужно, — сообщает Чимин и ныряет мордой под чужую, прижимаясь в плотную к мохнатому телу.
Хвост старшего невольно начинает вилять из стороны в сторону, а своим носом он сильнее зарывается в мягкой шёрстке.
— И правда же, ромашки, — выдаёт Мин, но остальные слышат лишь тихое урчание.
И пока эти двое обнимались, Намджун всё кратко пояснил членом своей стаи и попросил возвращаться к своим делам, а так же возобновил запрет на посещение леса. Все стали потихоньку расходится, обсуждая, что же теперь их ждёт, если убийца до сих пор на свободе.
— Так, Тэхён, сбегай до эльфов и предупреди их о случившемся. И нам явно понадобится их помощь. Возможно, они поймут, что с Юнги, и вернут ему прежний облик, — сообщает вожак.
— Понял, я приведу кого нибудь, — кивнув, младший Ким обратился и умчался прочь.
— Ну а вы двое за мной. Будем писать письмо её Величеству, — командует Джун.
— Не не, — вдруг в разговор вмешивается Богом. — Мой сын тебе не нужен, так что мы пойдём с ним домой.
— Но, отец.., — начал было Чимин, только вот был перебит.
— Я всё понимаю, ты беспокоишься за него, — говорит вожак. — Но ему сейчас будет лучше находится подле Юнги, и сам же прекрасно понимаешь почему. Или уже забыл, что с ним было несколько дней назад?
— Ладно, но тогда я с вами, — ставит условия старший Пак.
Ким на это лишь кивает, и затем они идут в главный дом поселения.
— Не собираешься перевоплотиться? — спрашивает Богом у своего сына, находясь уже в уютной гостиной.
— Нет, мне и так хорошо, — отвечает Чимин, прижимаясь к тёплому боку вампира.
Пак старший на это лишь закатывает глаза, а затем замечает, как к ним со второго этажа спускается Сокджин. Тот замирает, увидев дикого зверя, у себя в доме.
— Это что? — спрашивает оборотень, которому до этого было приказано не выходить на улицу, поэтому он ещё был не в курсах всей ситуации.
— Только спокойно Джин~и, но это Юнги, — отвечает Джун. — Понимаю, в это сложно поверить, но...
— О, Юнги! Я так рад тебя видеть, конечно точно не сильнее чем Чимин, ну да ладно, — хихикает Ким, тут же подходя ближе к парочке. — Но мне вот интересно, как ты умудрился волком стать?
— У него не получается говорить на нашем, возможно, только пока, и сейчас мы не можем точно знать как с ним это приключилось, — говорит вожак вместо вампира. — Но я уверен, что это всё каким-то образом связано со всеми недавними убийствами. Поэтому нужно связаться с уважаемой Юджиной.
После сказанных слов, Намджун спешит подняться на верх, дабы в своём кабинете срочно написать письмо королеве вампиров. А остальные находящиеся в гостиной остаются под присмотром Сокджин, который подаёт им чай со всякими пряностями, а Юнги достаётся пакетик крови с трубочкой, так как всё же внутри, он по-прежнему оставался вампиром и питаться должен был соответственно.