Часть 17
Вся толпа зашла в дом и разместилась в гостиной. Джун сел в своё излюбленное кресло, а Сокджин разместился тут же только на подлокотнике, закидывая ногу на ногу. Мин последовал примеру вожака стаи оборотней и плюхнулся во второе кресло, но был слегка удивлён, что Чимин занял место с ним, усевшись на подлокотник, и согнув ногу в колене, применил её в качестве подставки для головы.
— Что? — наигранно удивляется Пак, заметив на себе взгляд вампира. — Другие места заняты.
И правда, диван, стоящий в гостиной, рассчитывался для трёх персон. Тэхён и Богом, не раздумывая, его заняли, и там оставалось место для Бохёна, которому было не в радость видеть, что Чимка сел с вампиром.
— Там неудобно, садись на диван, — подаёт голос Ан. — Я постою.
— Всё в порядке, — мотает головой Пак, отказываясь.
— Чимин, ты и так уставший, — стоит на своём оборотень. — Иди давай на диван.
— История будет долгой, так что тебе лучше присесть, — спорит подросток.
— Пересаживайся. Я тогда так уж и быть себе стул притащу, — твердит Бохён.
Пак вновь отрицательно мотает головой и уже открывает рот, чтобы вновь сказать какую нибудь отговорку, как его прерывает Джин.
— Так, я хочу наконец узнать, как чёрт возьми, моё солнышко, оказалось в горной реке, течение которой могло его погубит! — восклицает Джин. — Поэтому, Бохён, сядь уже.
Ан был недоволен просьбой Сокджина, но спорить с мужем вожака себе дороже. Поэтому он плюхнулся на свободное место на диване. После этого все перевели взгляд на Чимина, ожидая от него объяснений.
— Ну с чего бы начать... — прикусывает губу Пак
— Можешь начать с того, почему ты ничего не сказал мне, перед тем как смыться, — хмурится Юнги, — Я же ещё перед тем как всё началось спрашивал тебя, всё ли в порядке.
— Я... Я просто в начале был не уверен, — поясняет Чимин.
— Не уверен в чём? — спрашивает Тэхён.
— В тот момент, когда мы только все встретились перед началом праздника, мой внутренний волк лишь насторожился, — объясняет Пак. — Я вначале подумал, что это из-за... из-за Юнги.
— Не понял, — удивляется Мин.
— Ты обнимал его, придурок, — выдаёт Ан, как будто тут всё и дураку понятно. — Ты мог ему навредить, вот его внутренний волк и заволновался.
— Вы обнимались? — удивляется Богом, смотря на сына. — Ты даже Бохёна к себе не подпускаешь, а тут вампир.
— Это совсем другое отец, — закатывает глаза Пак младший. — Просто Дженни она...
— Хотела запрыгнуть на меня, а Чимин был под рукой, вот я и закрылся им, — вклинивается в разговор Юнги, видя, как подростку не комфортно. — И кстати, почему эльфы в поселении?
— Эта раса ещё с давних времён является нашим соседом, — поясняет Джун. — И в этот праздник мы сделали исключение, как для тебя, так и для двоих из них.
— А сейчас они... — не успевает завершить свой вопрос Мин, как его тут же понимают.
— Дженни и Чонгук, уйти должны были ещё тем вечером к себе, но было очень опасно, поэтому в сопровождении Тэхёна они покинули поселение только этим утром, — поясняет вожак.
Вампир понятливо кивает, ведь не хватало им ещё жертв из других расс.
— Так, что там дальше? — спрашивает Джин, возвращаясь к теме, иза которой они все тут собрались. — Твой волк ощутил угрозу не так сильно, потому что ты был в объятиях Юнги, так? Ты чувствовал себя в безопасности, поэтому волнение поначалу было не сильным.
Пак согласно кивает, косясь на вампира, который кажись и вовсе ушёл в свои мысли.
— Я ему доверяю, — признаётся Чимин, отводя взгляд в сторону и смущаясь из-за собственных слов.
Мин же, услышав подростка, удивлённо уставился на него. Он был слегка в шоке, ведь это было произнесено так искренне, как будто ему сейчас в любви признались.
— Как можно доверять вампиру? — фыркает Ан.
— А тебе можно? — хмыкает Юнги, а затем ставит локти на свои колени. — Я вначале думал, что ты, как преданная собачка, бегаешь за ним, но вчера мнение о тебе кардинально поменялось.
— Да, что ты знаешь обо мне, кровосос?! — заметно нервничает Бохён.
— О чём это ты? — спрашивает Тэхён, вспоминая, что Юнги вчера говорил о том, что Пак мог расстроится.
— Честно, никогда не верил в то, что вы создаёте пары на одну жизнь, и вновь сойтись с кем-то можете только когда предыдущая любовь умрёт, — начинает из далека Мин. — Ведь у вампиров таких заморочек нет. Мы трахаемся с кем хотим, когда хотим.
— Если вы наглые, развратные, не имеющие души и чести твари, это не значит, что другие такие! — восклицает Ан.
— Ну мы хоть не работаем на два фронта, — хмыкает Юнги, облокачиваясь обратно на спинку кресла.
После фразы вампира никто даже не решается что-то сказать, опасаясь своих догадок. Поэтому после нескольких минут тихой паузы, он решает продолжить сам.
— Большинство из нас трахаются по обоюдному согласию, не рассчитывая на какие-то там отношения, — рассказывает Мин. — Мы честно заводим связи только с теми кто готов лишь на удовлетворения своих сексуальных потребностей.
— К чему ты клонишь? — нахмурившись, спрашивает Богом.
— К тому, что на вашем месте, я бы и близко не подпускал своего сына к такому оборотню, который за место того, чтобы заботится о том где он, что с ним, зажимает между домами какую-то девку и флиртует с ней.
— Я тебя убью! — рычит Тэхён.
Младший Ким подрывается с места и хочет было вырвать на голове Бохён все волосы, но его останавливает рука отца Чимина.
— Это подождёт, — стальным голосом сообщает старший Пак.
— Да этот козёл, меня чуть ли на коленях умолял, чтобы я Чимину настроил на то, чтобы они сошлись! — возмущается Тэхён. — Давил на то, что мой друг один, а это плохо и ему нужна верная опора.
— Всё так и есть, Чим~а мне нравится, но к себе не подпускает, именно поэтому я и просил помощи у тебя! — оправдывается Бохён. — А вампир всё врёт. Он лжец!
— Хватит! — восклицает Богом. — Если слова вампира подтвердятся, то я сам лично проведу воспитательную беседу кое-кому.
Ким младший тут же смягчается и плюхается обратно на диван, скрещивая руки на груди. Он знает какого получать нагоняй от отца Чимина, именно поэтому дальше спорить не стал.