Кольцо вокруг Розы

— Я до сих пор помню глаза того вампира.

Кажется, в них можно было разглядеть саму Вселенную. Он смотрел на меня этими своими глазами, и в них плескалось отчаяние. Мне его заказал бывший муж той несчастной, которая решилась с ним сбежать. Я подумала: что же, лёгкий контракт. Он не выглядел опасным. Молодняк. Они снимали какую-то паршивую квартирку в бедном районе Лондоне. Она плакала, пыталась помешать мне. А потом он посмотрел на меня этими глазами. В них читалось смирение, понимаешь? Он нежно отодвинул свою плачущую любимую и попросил меня пощадить его. И знаешь, что я сделала?

Мужчина, стоящий передо мной, неопредёленно хмыкнул. Острие моей катаны упиралось в его горло. Он старался держаться непринуждённо, но я видела, как он нервничает.

— И что же?

— Я покинула их нищую квартирку. Потом пошла в бар и надралась так, как никогда не надиралась. Это был первый раз, когда я облажалась с убийством. Видишь ли, смирение — не та эмоция, которую ожидаешь увидеть в глазах вашего брата. Жажда мести, гнев, ярость, недоверие. Всё это я видела десятки раз. Я оставила их жить, раз уж та дурочка сама выбрала свою судьбу. Бывший муж был в ярости. Я вернула ему бабки. Сказала, что это не моё дело, я в семейные разборки не лезу. Спустя неделю я прочитала в "Таймс", что сгорела некая квартира в том самом районе. Никто не выжил, разумеется. И тогда я ощутила ещё одну странную эмоцию: сожаление.

— Ты сумасшедшая, ты это знаешь?— хмыкнул мужчина. Его неестественно красные глаза смотрели на меня не отрываясь. — Нормальный охотник давно бы меня прикончил. Для чего ты вообще всё это мне рассказываешь?

Я пожала плечами.

— Возможно, просто становлюсь сентиментальной. Возможно, даю надежду на счастливый конец.

— Тогда, возможно, ты тоже передум... — свист рассекаемого лезвием воздуха, и его голова покатилась на пол, заваленный мусором и остатками прошлогодних газет. Я поморщилась. Вампиры изображали из себя соблазнительных денди, но в их логовах всегда было грязно и пахло, как на мусорном полигоне. Крови было не так много, видимо, тварь не успела как следует попировать. Я с лёгким звоном засунула катану в ножны, толкнула обезглавленное тело, и оно повалилось набок. Ещё один миф: тело вампира после смерти просто труп. Все эти эффектные рассыпания в прах всего лишь киношная уловка. Возможно, смерть древних вампиров и выглядит как-то иначе, но мне такие не попадались.

Я запахнулась поплотнее в пальто и вышла на улицу. Ньюингтон Грин Роад — не то местечко, где хочется остаться после захода солнца. Октябрьский ветер тут же взлохматил волосы. Дышать стало легче после затхлости подвала, в котором обитало вампирское отродье. Я достала смартфон и написала заказчику о том, что дело сделано. Через пару минут сработала вибрация, и счёт в банке пополнился приятной суммой. Нет, конечно, я занималась этой работой не из-за денег. Вернее, не только из-за них. Сегодняшний "клиент" был просто отвратительной тварью, на счету которого было много смертей молоденьких девочек, которых он превращал в рабынь, а затем безжалостно избавлялся. Я мстительно ухмыльнулась, вспоминая, как в его алых глазах блеснуло что-то вроде надежды, когда я рассказывала свою душещипательную историю.

Надежда.

Они всегда надеются, что я окажусь слишком сентиментальной, чтобы убить. Жалостливая человеческая дура, которая называет себя охотником на охотников, так некоторые из них думают. Иногда в ход пускаются чары, чтобы соблазнить, иногда они бывают настолько глупы, чтобы нападать первыми. Я всегда ненавидела вампиров за то, что они высокомерные ублюдки, не знающие уважения.

Я выудила из кармана пальто пачку сигарет "Семь звёзд" и закрыла ладонями зажигалку, чтобы попытаться закурить. С н-ной попытки это удалось. Крепкая сигарета разодрала пересохшее горло. Дым перемешался с дыханием, окутывая меня паром. Хорошо. Нет ничего лучше, чем выкурить первую сигаретку после того, как уничтожила зло. Не спеша я побрела прочь. В голове крутились мысли, что-то вроде: "купить кошке еды", "не забыть заплатить лендлорду на следующей неделе". Я никогда стараюсь не запоминать своих "клиентов". На самом деле я не знаю даже их имён. Имена могут быть у одушевленных существ. Людей. Животных. Да черт возьми, у моей машины тоже есть имя. Но у живых мертвецов нет и не может быть имён. Чепуха. Полная чушь.

Мой путь лежал через Далстонский перекрёсток к ближайшей станции метро. Там мне надо было сделать несколько пересадок, включая Уайтчепел, чтобы выйти на Южном Кенсингтоне. Если время будет не слишком позднее, я еще загляну в бар "Ангельская пыль" и пропущу пару стаканчиков в честь хорошо сделанной работы. Тамошняя барменша моя хорошая подруга, не без заскоков, конечно, но все мы, кто имеет дело с сверхъестественными ублюдками, нормальными не можем быть по определению. Анжела, к примеру, гадает на Таро и искренне в это верит. А я ей искренне подыгрываю. Жизнь охотника на чудовищ не так сладка, чтобы перебирать друзьями.

Далстонский перекрёсток в это время уже нарядился к Дню Всех Святых. Витрины пестрели гирляндами и оскаленными тыквами. Я ухмыльнулась, не вынимая сигареты изо рта. Знали бы все остальные о Маскараде и том, что происходит прямо у них под носом, стали бы они с таким упоением обряжаться в ведьм и упырей или же, как в стародавние времена, просто начали бы вешать железные подковы на дверь и украшать спальни чесноком. Ах, ещё не забудьте про аконит!..Мохнатые твари встречаются чуть реже, чем кровопийцы, но всё же даже мне не хотелось бы встретиться с оборотнями в полнолуние.

Навстречу мне шли уставшие офисные работники, пара школьников-бродяжек из тех неблагополучных семей, когда уж лучше шастать по лондонским улицам, чем просиживать дома, ожидая побоев от папаши-алкоголика. Разношерстные люди. Все по большей части прилично одетые, хотя и встретилась парочка-другая чавсов. Я смяла сигарету, затушив ее об урну и спустилась в метро.

Преодолев несколько пересадок и сидя в пустом вагоне, я позволила себе вытянуть уставшие ноги. Катана была спрятана в чехле, больше похожем на тубус, который носят с собой художники. Мне не нужно, чтобы ко мне приставал каждый встречный коп. Да и видом я похожа больше на творческую личность, чем на убийцу чудовищ. Я опустила наушники, пытаясь спрятаться от неприятного шума. Нога в тяжелом ботинке начала притопывать под незатейливую мелодию британского синти-попа. Я запрокинула голову на сидение; всё равно никого нет.

Что-то невесомое скользнуло мимо, повеяло ароматом цветов и пылью, как будто открыли какое-то старое помещение. Я вскинула голову, тело отреагировало мгновенно. Вагон по-прежнему был пуст, и я увидела собственное настороженное отражение в противоположном стекле. Вроде ничего такого? Может, у меня просто уже совсем крыша поехала? С моей работой это немудрено. Я еще раз оглядела окружающее меня пространство: никаких следов посторонних. Однако что-то меня настораживало. Та самая крохотная часть мозга, доставшаяся от древних людей.

Часть, отвечавшая за обнаружение скрытой угрозы.

Не спать спиной к выходу пещеры.

Не уходить в темноту далеко от огня.

Часть, которую большинство людей благополучно игнорируют за ненадобностью. Но именно этот инстинкт помогает нам, охотникам за чудовищами, оставаться в живых. Что-то вроде чуйки на угрозу, если уж так угодно. Шестое чувство.

Волоски на моем загривке встали дыбом от чужого невидимого присутствия. Я незаметно нажала на паузу, и песенка остановилась на какой-то фразе. Мое лицо было полностью расслаблено, однако я вслушивалась в мерный стук колёс. Разве не пора сделать остановку? Сколько мы уже едем? Выругавшись на себя, что была так беспечна, я скрестила ноги в лодыжках, притворяясь, что снова расслабляюсь.

— А ты молодец. Всё же сэр Моргенн не ошибся насчет тебя.

Прямо на ухо раздался нежный, мелодичный голос. Я медленно, словно нехотя повернула голову, приоткрывая глаза. Обладателям таких голосов верить нельзя. Это сразу же маркер подлецов.

Рядом со мной сидела невероятной красоты женщина, одетая в красный брючный костюм. Ее изящные лодыжки, обутые в туфли-лодочки, обвивали золотые цепочки. Незнакомка была одета совсем не по погоде. Рубиновые глаза, осененные длинными ресницами, смотрели на меня с нескрываемым любопытством. Волосы у незнакомки были чёрные, гладкие. Было в ней что-то одновременно и притягательное, и опасное. Моё шестое чувство защелкало как счётчик Гейгера. Смотреть на незнакомку было всё равно, что на солнце — задохнешься от красоты и спалишь глаза. Уши незнакомки были чуть заостренные. Совсем слегка.

— Чем обязана? — я постаралась придать голосу необходимый холод. Мне не было страшно, скорее, любопытно. Она не была похожа ни на кого, что я встречала. С натяжкой ее можно было бы назвать высшей фейри, но все фейри, которых я видела, были заносчивыми задницами, которые со смертными в контакты не вступали, только если их припрут к стенке. Незнакомка заносчивой не выглядела. В её рубиновых глазах плескалось веселье.

— Мне поручено передать приглашение. Лично.

И она протянула мне стоявшие на изящных коленях кремовые розы в прямоугольном небольшом вазоне. Я уставилась на цветы: какого черта? Мой взгляд упал на ее элегантные белые руки с заостренными кроваво-красными ногтями, держащими вазон. Я автоматически приняла букет, который она мне всунула, и лёгкие снова наполнились тем самым цветочным ароматом, который чувствовала ранее. В бежевых соцветиях я заметила кусок картона и хотела уже было вытащить его, как незнакомка перехватила мою руку.

— Было интересно с тобой познакомиться лично, госпожа Пак, — промурлыкала она, внимательно глядя на меня, словно изучая. — Слава о тебе идёт далеко впереди.

Незнакомка широко улыбнулась, и я заметила острые зубки на обеих челюстях. Кто же она такая?.. У вампиров тоже есть клыки, но они совершенно другие. Да ещё и эти слегка заостренные уши. Джинн?.. Дракон?.. Какой-то вид оборотня, который не эндемичен для Лондона? Я перебирала в уме все, даже самые фантастические варианты.

— Ещё увидимся, дорогая госпожа Пак, — нарушила мои размышления незнакомка, и прежде, чем я успела запротестовать, голубоватая светодиодная лампа в вагоне на миг погасла, погружая салон во мрак, и снова загорелась. Рядом со мной было пусто, и мой внутренний "счётчик Гейгера" смолк. Незнакомка исчезла, оставляя после себя легкий запах парфюма, дыма и чего-то резкого, но не неприятного. Я так и осталась сидеть с букетом в руках, признаться, несколько ошеломленная. Не каждый день сверхъественной братии удается так легко подкрасться.

Я аккуратно подцепила пальцами белеющий кусок картона, стараясь не сломать нежные кремовые лепестки. Букет и правда был прекрасен. Даже, я бы сказала, старомодно прекрасен. Картон оказался не чем иным, как карточкой, на которой от руки было выведено красивым, убористым почерком

"Госпожа Розэ Пак

Хочу предложить заключить Вам контракт на постоянной основе. Ваша способность уничтожать чудовищ просто удивительна, и я бы был счастлив, если бы Вы вступили в наши ряды. Наша Организация является последним Оплотом человечества в борьбе против злых сил, и присутствие такого профессионала, как Вы, без сомнения, станет для всех нас большой надеждой.

Если вы решите ответить согласием, то я буду ждать Вас по адресу: Флит-стрит, 4а, Бюро по контролю сверхъестественного, Лондон. Если же вы захотите следовать собственной судьбой, то просто сожгите эту карточку, и я Вас больше никогда не беспокою.

Ах, да, забыл важную деталь: прийти необходимо в Полнолуние Охотника после заката, иначе, боюсь, Вы нас так просто не найдёте.

Надеюсь, Вы любите цветы, и Белль была с Вами любезна.

Искренне Ваш,

Сэр Галлан Элдрик Теобальд Моргенн, почётный рыцарь Её Величества Королевы Елизаветы II."

Я минуту просто разглядывала карточку. Потом попробовала еще раз прочитать, теперь уже бормоча вслух. Не то, чтобы меня удивило приглашение заключить контракт; всё же, когда ты охотник на нечисть, да ещё индивидуалист, многие организации желают отхватить такой лакомый кусочек, чтобы сэкономить на обучении новобранцев, которым ещё и объяснять надо, что существует другой мир, и что чудовища из детских сказок это обыденная реальность.

Это обостряет паранойю. Кто знает, вдруг ваш сосед — оборотень, обрастающий мехом в полнолуние, а хорошенькая продавщица из круглосуточного магазинчика, с кем вы вечно флиртуете, пока покупаете "мне как обычно", низшая фейри. Почему-то мысль, что они среди нас, очень сильно фрустрирует людей с тревожным расстройством.

Я рассеянно продолжила вертеть карточку в пальцах. Что ещё за Бюро по контролю сверхъестественного? Я точно знала, что раньше ничего подобного не слышала — ни от заказчиков, ни от "клиентов". От первых, потому что они не очень многословны и относились ко мне скорее, как к инструменту, а последние — потому, что разговаривать по душам с женщиной, которая через секунду обезглавит их это поступок либо храбреца, либо тупицы. Пока мне такие не попадались.

В Лондоне было только одно место, где я могла узнать про это загадочное Бюро, и по счастливой случайности, это было также то место, где можно было расслабиться после работы и пропустить пару стаканчиков. Конечно, контингент там не очень, и речь не о пьяных мужиках, для которых после третьей пинты пива весь мир это большая дружелюбная комната свиданий. Нет, завсегдатаи клуба "Ангельская пыль" та самая нечисть, все эти чёртовы вампиры, оборотни и фейри, которых я истребляю.

Как по мне, это всего лишь имитация человеческой жизни, мимикрия, чтобы лучше понимать жертв. Обычно я стараюсь держаться подальше, да и сами немёртвые не настолько сумасшедшие, чтобы беседовать с охотницей, которая завтра может прийти по их "душу". Но сегодня придётся нарушить политику игнорирования и попытаться посплетничать с нечистью, вдруг кто знает, в какое место меня пригласили.

***

Баттерси в октябре то ещё прекрасное зрелище. После трущоб Далстона было снова приятно увидеть комплексы из стекла и бетона, мирно соседствующие с красными кирпичными домами прямиком из викторианской эпохи. В одном из таких комплексов находилась мои апартаменты с видом на Темзу — маленький каприз, стоящий мне кругленькую сумму аренды в месяц. "Ангельская пыль" была чуть дальше, на Найн Элмс, улицы баров и бутиков, букинистических магазинов и дорогих стриптиз-баров, а также нейтральная территория для всех сверхъестественных существ, забредших в этот район. Одна из причин, почему я выбрала снять квартиру именно в Баттерси — так я была застрахована от кровной мести от какой-нибудь безутешной упырицы в собственной спальне. Однако это означало, что и я была вынуждена соблюдать худой мир и делать вид, что меня устраивает например то, что группа фейри Благого двора выкупили театр неподалеку от моего комплекса. Не надо заблуждаться, фейри я презирала также, как и кровососов; просто эти засранцы переходили дорогу людям куда реже, предпочитая играть в собственные, понятные только им игры.

"Ангельская пыль" призывно сияла неоновой вывеской в виде двух карт Таро, вполне успешно маскируясь под ночной бар. Кажется, это были карты Влюбленные и Смерть, весьма пошлая вещица, если уж спрашивать моё мнение. Я толкнула стеклянную дверь — потому что фейри боятся железа — и ввалилась внутрь, в неоновую темноту. Над головой раздражающе мелодично прозвенел колокольчик. Несмотря на пятничный вечер, бар казался почти пустым. Парочка вампиров на диване, выглядит вполне умиротворенными и влюбленными. Видимо, ещё новички, не растеряли остатки человечности, но это скоро пройдёт. В самом углу, скрытый тенями, сидел бука. Из всей нечисти эти были самые скрытные и являлись только детям, но от этого не переставали быть менее приятными. Взгляд всё время соскальзывал с него, будто существо не давало себя рассмотреть. Мозг рисовал картину, состоящую сплошь из меха, когтей и множества зубов.

Я уселась на барный стул, барабаня ногтями по столешнице. Конечно же, все, кто здесь находился, предпочли меня игнорировать, как это было всегда. Не то, чтобы это беспокоило. Скорее, наоборот, хорошо, когда обе стороны придерживаются поговорки "не буди лихо, пока оно тихо."

И куда подевалась Анжела?

— О, Рози? Снова после работы? — промурлыкал голос передо мной, а потом и материализовалась сама владелица бара. Вечно проделывала это фокус, хотя я бы устала уже на десятый раз. Хотя, признаться, это было так же эффектно, как и улыбка Чеширского кота.

— Угадала. Мне, как всегда, чистый.

Для меня алкоголь это топливо, волшебное зелье, и чем крепче, тем лучше его свойства.

Анжела неодобрительно поморщилась, но всё же налила в стакан виски, помедлив возле ведёрка со льдом.

— Даже не думай, — предупредила я. Она тряхнула кудрявой головой, а затем на пухлых губах возникла ухмылка.

— И кто на этот раз?

— А, очередной ублюдок. Любил прикидываться интеллигентным романтиком. Пунктик на девственниц. Банальщина. Мне пришлось выдержать с ним беседу о творчестве Чосера, прежде чем мы встретились.

— Уже за это одно его стоило проткнуть катаной.

Я хмыкнула, а затем сделала глоток. Виски прокатилось по горлу раскалённой волной, выжигая глотку и пищевод. Идеально. Я поболтала янтарную жидкость в стакане, словно собираясь с мыслями.

— Охотница. Заливаешь печаль зельем забвения?

Рядом со мной раздался голос, больше похожий на шелест листвы в сумрачном лесу. Даже не надо было поворачиваться, я прекрасно знала обладателя голоса. Представитель Неблагого Двора, слуаг по имени Копыто. Маскировка — агент похоронного бюро на кладбище Темпл. Даже ночью носящий солнцезащитные очки, скрывающие глаза от любопытного взгляда.

— Заботишься о моём здоровье? — не удержалась я от колкости, чувствуя на себя его внимательный взгляд. А что, он мог бы быть полезен. Торчит здесь безвылазно, питается печальными историями. Возможно, и о загадочном Бюро что-то знает. Только с фейри нужно держать ухо востро. Больше всего на свете они любят заключать сделки.

— На всякий случай, напоминаю: у нас нейтральная территория. Это тебя касается, Розэ, — в голосе Анжелы прозвучали нотки предупреждения. Я лишь махнула рукой и повернулась к Копыту всем корпусом.

— Что ты, Анжела. Как раз хотела поболтать со своим новым другом, — я фальшиво улыбнулась слуагу. — Как дела в похоронном бизнесе? Успешно мрут, ты богатеешь?

— Что-то вроде того, — изобразил нечто похожее на сухую усмешку Копыто. Он был бледен, чёрные волосы коротко подстрижены, да и вообще, было ощущение, что слуаг вывалился из очередного фильма Тима Бёртона. Его можно было назвать с натяжкой красивым, если бы не детали, вызывающие эффект зловещей долины. Слишком бледная кожа. Слишком много суставов в длинных пальцах с заостренными синеватыми ногтями. Копыто носил наглухо застегнутый на все пуговицы сюртук, словно бы найденный в винтажном готическом магазине и трость с головой петуха.

— Мы же с тобой не разлей вода, а, Копыто? Столько лет сюда ходим, и тебя ни разу мне заказали. Это что-то да значит.

Слуаг поморщился.

— Говори прямо, Охотница, что тебе нужно.

— Всего лишь информация, — мне понравилось, что Копыто перешёл сразу к делу. Мне нравятся те, кто ценит своё и чужое время. — Об одном месте.

— Информация — ценный ресурс. Что ты готова дать взамен? — пожевал тонкими губами слуаг.

Я была готова к подобному варианту ответа. Говорила же, с феями надо держать ухо востро.

— Обещание, что не заберу твою жизнь. Это дорогая услуга. Я бы даже сказала, бесценная.

Копыто воззрился на меня. Глаз не было видно, но я читала его взгляд, скользящий по моему лицу, по фигуре, по тому месту, где была спрятана катана. Он пытался понять, не блефую ли я. Не каждый день охотник за нечистью обещает тебя пощадить, в случае, если за твою голову будет объявлена награда.

— По рукам, — наконец сказал слуаг и протянул свою многосуставчатую ладонь. Я внутренне передернулась, но твёрдо пожала её. По коже точно ток пробежал, не больно, но и не приятно. Договоры с фейри всегда сопровождаются такого рода спецэффектами. — Какая информация тебе нужна, охотница?

— Бюро по контролю сверхъестественного. Что это за чушь собачья?

По мертвенно-бледному лицу слуага пробежала тень, и он ещё сильнее скривил свои тонкие губы. Красоты ему это не прибавило. Копыто молчал минуту, словно пытаясь понять, как именно лучше представить имеющиеся сведения, а затем недовольно прошелестел:

— Есть слушок, что они что-то вроде секретной разведки на службе у человеческой королевы. Занимаются истреблением немёртвых. Не так, как ты. Ты индивидуалистка, охотница. Там масштабы побольше.

— Что-то вроде христианского спецназа? — я фыркнула, снова делая глоток виски. Слуаг кивнул, снова поморщившись.

— Можно и так сказать. Я лично не сталкивался с ними. Слышал при Дворе, что у них Крестовый поход против вампиров. Нам-то, фейри, что с этого. Истребляют кровососов...

— Чтобы вы могли занять их теплое местечко, да?.. — ласково спросила я.

— Не сравнивай фейри с немёртвыми! — выплюнул последнее слово Копыто. Парочка влюбленных вампиров на диване бросила на него злобные взгляды, однако слуаг даже не посмотрел в их сторону.

Строго говоря, он был прав. Фейри были созданиями Грёзы, прямыми потомками силы мысли человечества, принявшими форму. Конечно, все они были заносчивыми засранцами, не отличающими добро от зла, потому что в строгом смысле, не являлись живущими существами. То, что не живет — не может измениться. Что не может измениться — не может научиться. Не может научиться — не может умереть.

— Значит, это Бюро что-то вроде королевских спецслужб, знающие об угрозе сверхъестественного? — я попыталась отвлечь рассерженного слуага, чтобы вытянуть из него побольше.

— Вроде у них есть спецотряд, состоящий из предателей. Во всяком случае, так говорят кровососы и собаки. Я точно знаю, что ни одного фейри там нет. Мы не служим людям.

Голос Копыта по-прежнему был презрителен. Мне вдруг захотелось сдёрнуть его непроницаемые солнцезащитные очки и посмотреть, что под ними. Глупое желание. Известно, что слуаги всегда имеют какой-то страшный изъян во внешности и потому всячески стараются его замаскировать.

— А с чего вдруг это тебя заинтересовало, охотница? Захотела стабильную работу на военных, отпуск и прочие человеческие радости?

Я нахмурилась. В мои планы не входило просвещать Копыто о моем приглашении на эту работу, поэтому я привычно сказала:

— Не твоего ума дело, — и допила виски залпом, давая понять, что разговор окончен. Слуаг ещё некоторое время смотрел на меня, буравя взглядом, а затем поднялся, словно весь был сделан из шарниров, расправляя и развертывая суставы. Жутковатое зрелище; неподготовленный человек бы мог остаться заикой.

— Ещё виски? — заботливо спросила Анжела, снова материализовавшись из воздуха. — У меня от этого фейри мурашки по коже. Он у меня пару месяцев назад спрашивал, могут ли джинны умереть.

— Ублюдок, — мрачно проговорила я, наблюдая, как ловкие руки барменши наливают второй стакан виски. Но ублюдок полезный. Слуаги вечно шныряют то тут, то там, потому что буквально созданы из теней, и подслушать что-то для них не составляет никакого труда. Нельзя было отрицать, что информация и вправду оказалась важной.

Итак, меня любезно пригласили на службу под покровительством самой Королевы Англии. Не уверена, плюс ли это, что слава о моих деяниях просочилась в настолько высокие круги. Скорее, минус. Однако я бы скривила бы душой, сказав, что не почувствовала любопытства. Как там было в этой старой поговорке?

От любопытства кошка сдохла.

Но кто бы отказался от тёплого местечка, где не надо искать заказы от разгневанных жертв вампиров? Да еще и жалование, небось, стабильное. И отпуск. Я тысячу лет, наверное, не была в отпуске.

Отпуск для охотника на нечисть — звучит комично.

Анжела подала мне стакан. Вся её фигура выражала сплошное любопытство. Я со вздохом подвинула к себе виски.

— Спрашивай.

— Краем уха слышала, что ты спрашивала про некое Бюро, — хитро улыбнулась барменша, показывая небольшие острые резцы. Ну, конечно, иметь такие острые уши и не подслушивать было бы слишком сложной задачей, особенно для такого существа, как она.

Хотя лично я против джиннов ничего не имею.

— Получила приглашение сегодня. Некий господин Моргенн желает заключить со мной контракт, — ответила я, понимая, что шила в мешке не утаишь. Да и скорее всего, Копыто не станет молчать, обязательно доложит нынешней Благой Королеве.

— Подумываешь остепениться и найти долгосрочную работу?

Я пожала плечами.

— Не знаю. Не уверена. Мне не нравится связываться с правительством. Но выслушать условия всё же стоит. Я уже засветилась в поле зрения военных.

Анжела задумчиво покачала кудрявой головой, делая вид, что протирает стаканы. Те же начинали издавали неприятное поскрипывание.

— Могу сделать тебе расклад на будущее. Знаю, — затараторила она, видя, как я пытаюсь возразить.— Ты в это не веришь, да и карты вечно сбоят, когда я пытаюсь тебе погадать. Но вдруг в этот раз получится?

Это была сущей правдой. К Анжеле многие заходили погадать, и обычно предсказания выходили верными. Однако при её пыток прозреть моё будущее вечно выходила какая-то ерунда, и барменша после сеанса выходила расстроенная и озадаченная.

— Ты мне лучше скажи, когда это у нас Луна Охотника? И что это за бред вообще?

— Это так называемый Огам, древний способ гаданий и тайный ирландский язык, — снисходительно проговорила Анжела, прищёлкивая языком. — Неужели никогда не слышала? Цветочная Луна в мае, Снежная в феврале...Эх, ты, ещё охотником на нечисть себя называешь, а в магии ни бельмеса.

— Для того, чтобы снести вампиру башку, названия полнолуний знать необязательно, — парировала я, делая щедрый глоток виски.

— Луна Охотника. Луна Опадающих Листьев. Кровавая Луна...Если мне не изменяет память, то в этом году полнолуние Охотника как раз через пару дней, в этот четверг.

Я немедленно достала смартфон и сделала пометку в календарь. В четверг я была совершенно свободна, почему бы и не заглянуть в это загадочное место к не менее таинственному сэру Моргенну после заката.

— Давай, тащи свои карты. Вдруг на этой работе меня ждёт слава, признание и несметное богатство, — я махнула рукой. Всё же Анжела мне помогла, и меньшее, что я могу для неё сделать, стать подопытной морской свинкой в её магических экспериментах.

Тут же точно из воздуха появилась потрёпанная колода карт. Время в баре будто кто-то поставил на паузу, только мерцали красные фонари, придавая помещение почти зловещий оттенок. Анжела протянула мне колоду, её смуглое лицо было необычайно торжественным. Она всегда так серьёзно относилась к гаданию.

— Ты знаешь, что делать.

Я кивнула и протянула руку, сдвигая колоду на барменшу. Анжела цокнула языком, и на её точёном лице проступило раздражение.

– Нет, не так бездумно. Не тянись к ним слишком быстро. Почувствуй. Позволь картам увидеть тебя прежде, чем ты их коснёшься. Теперь посмотри мне в глаза.

Я послушно перевела взгляд. В тёплом свете лампы глаза Анжелы полыхнули расплавленным золотом, зрачок из человеческого вытянулся в кошачий. Всего на мгновение.

Поверь.

Я снова вытянула руку, на этот раз более нерешительно. Пальцы сдвинули колоду, касаясь шероховатой поверхности.

Колесо Фортуны. Я со скуки принялась разглядывать карту. На ней было изображено массивное, старинное колесо, его ржавые спицы выгибались по окружности. В верхней части сверкал символ звезды, но снизу колесо окружала тьма, спицы утопали в тенях.

—Колесо Фортуны, — не похожим на свой обычный щебечущий голос проговорила Анжела. — Цикличность, движение по спирали.

Следующей на стол опустилась карта Луны — в центре полный круг Луны, а по обе стороны нарисованы силуэты. Приглядевшись, я увидела чёрного волка и белую собаку, их головы были задраны вверх, и они выли, словно бы призывая что-то. Кого-то.

Жутковатая карта.

— Луна. Иллюзия, обман. Страх, скрывающий истину.

Третья карта. Шорох сдвигаемой колоды. Лицо Анжелы непривычно серьёзное, и даже у меня самой такое чувство, что происходит нечто важное.

Суд. Карта перевёрнута, ложится на стол резко, будто не поддаваясь руке. Ангел на изображении суров лицом, его крылья опущены, держит в руке золочённый рог, а вокруг него призрачные фигуры, поднимающиеся из тумана и скрывающиеся в мягком свете. Кажется, перевёрнутая карта не совсем к добру?..

— Суд. Проблема не имеет решения...Приговор...не допускает прощения.

По смуглому лбу Анжелы вдруг скатилась капелька пота. Я нахмурилась и протянула руку, чтобы встряхнуть барменшу, но та бросила следующую карту на стойку, отшатываясь от моего прикосновения.

— Мир. Нет покоя, круг разомкнут...

— Анжела, давай прекратим?.. — я почувствовала, как мурашки побежали по спине. Древний инстинкт снова сработал, ощущая чьё-то незримое присутствие в баре. Словно сама Судьба стояла сейчас за моей спиной.

Последняя карта легла на стойку. Десятка мечей. В тусклом свете барной лампы мне показалось, что лицо человека изображенного на карте, искажено в страшной муке. Спину его протыкали длинные мечи. Что-то красное закапало на карту, и я с ужасом подняла глаза.

Лицо Анжелы стало землистого оттенка, из носа побежала тонкой струйкой кровь. Глаза закатились под веки, оставляя на обозрение только белки.

— Десятка мечей... — прохрипела барменша, голос её сейчас совершенно не походил на человеческий. — Крах...Разочарование... Предательство...

И словно бы в подтверждение её слов барная лампа лопнула, осыпая нас осколками. Я дёрнулась от неожиданности, пытаясь защитить лицо руками. Что-то ледяное сжало сердце, на секунду замедляя его ход.

— Так что, ты будешь тянуть карту или нет? — послышался голос Анжелы, совершенно нормальный, без примеси потустороннего. Я отняла ладони от лица. Лампа висела на месте, барменша тоже выглядела, как обычно. Передо мной стоял полный стакан виски. Я с недоумением перевела взгляд на колоду карт, которую Анжела протягивала мне.

— Знаешь, я передумала, — быстро проговорила я, опрокинула залпом стакан виски и вскочила из-за барной стойки. Барменша с недовольным вздохом сделала неуловимое движение рукой, и колода исчезла.

— Только не говори, что ты испугалась, Рози.

— Просто не верю в эту ерунду, только и всего, — рассеянно пробормотала я. Это не могла быть галлюцинацией. Жуткие карты, потусторонний вид барменши, будто бы говорившей не своим голосом. И я могла поклясться, что почувствовала чьё-то присутствие. Мне захотелось покинуть "Ангельскую пыль" как можно скорее.

— В следующий раз я не буду наливать тебе в долг, охотница! — прокричала вслед Анжела. Я лишь поморщилась, проходя мимо влюбленной парочки вампиров. Их рубиновые глаза светились в полумраке, словно драгоценные камни. Даже с такого расстояния я могла чувствовать их ауры, словно бы чёрные дыры, вбирающие энергию из всего помещения. Вечно голодные, ненасытные твари. Я толкнула дверь и вырвалась наружу, в промозглый октябрьский вечер. Всё произошедшее привело меня в скверное настроение. Я никогда не верила в дурацкие пророчества, даже когда в печеньке с предсказанием мне попадались всякие глупые штуки, я считала это дурацкой забавой.

Карты явно предостерегали меня от завтрашнего похода к сэру Моргенну.

Кошка в пустой квартире встретила душераздирающим мяуканьем. Я насыпала ей корм, сняла пальто и ещё долго пялилась в окно. Сверху Темза была сплошным чёрным полотном, воды отражали разноцветные пятна светящихся окон домов. Луна в небе уже почти покруглела, но кровавой совсем не выглядела.

Я задёрнула шторы и врубила телевизор на каком-то музыкальном канале.

Визитка вместе с цветами была выкинута в первый же попавшийся мусорный ящик.

Там этому дерьму и место.