5.
Ступая по коридорам отделения, девушка наблюдала за царившей вокруг суматохой.
В каждом кабинете кипела работа — такого здесь не было давно, если не сказать никогда. Уже неделю участок жил по новому времени — времени Каверина.
Изменения настигли их с первого дня. Кто-то судорожно обновлял базу «висяков», кому-то поручили разгребать завалы в архивах. Тимофеевой же оставили текучку.
И прямо сейчас она направлялась с отчетом к Евгению Борисовичу.
Переступив порог кабинета, Лера замерла. Извечный, въевшийся в стены запах дешевого табака сменился свежим ароматом цитруса. Вместо гор несортированных документов — идеальный порядок и скрипучая чистота.
Впечатления от новой обстановки перебивает легкое покашливание.
Подполковник, мужчина средних лет с расчетливым прищуром и безупречной укладкой, кивком пригласил её сесть.
Валерия торопливо открыла папку.
— На сегодняшний день в производстве находится восемь дел. Большая часть — бытовое насилие, грабеж с проникновением, мелкие хулиганства... — разложив документы, она делает паузу, — Основное внимание сконцентрировано на деле о нападении на наших сотрудников.
Каверин одобрительно кивает головой, перечитывая содержимое рапорта. Отложив очки в роговой оправе, он слегка откидывается в кресле.
— Похвально, Валерия Викторовна, — она выдыхает в облегчении, — Но, я бы хотел сконцентрировать ваше внимание на другом.
Поднимаясь с руководительского кресла, мужчина неспешно расхаживает по кабинету.
— Новое дело? — исполнительно уточнила Лера.
— Скорее, недавно закрытое, — Каверин остановился у окна. — Угощайтесь, лейтенант.
Вазочка с лимонными леденцами на месте старой пепельницы Быкова выглядела почти нелепо. Тимофеева вежливо отказалась.
Напряженная атмосфера сгущалась, пока она перебирала в голове возможные варианты.
— Вы о деле Баркова?
— Именно по этому я хочу поручить это вам.Ценю сообразительность.
Комплимент вызывал смешанные чувства.
— Единственное, за что его можно притянуть это незаконное хранение оружия, — сделав паузу она осекается, — И то вряд-ли, вещь-доки вернули.
Даже озвучивать подобное было абсурдно, но таким было распоряжение Быкова.
— Даю вам два дня, чтобы подумать над этим вопросом. Свободны.
На негнущихся ногах Лера вышла из кабинета. Это было не просто поручение — это был тест.
***
Шум метро помогал отвлечься от собственных мыслей.
Рабочий день выдался изматывающим, и теперь Лера направлялась в городскую больницу. Наконец-то ей нашли сменщиков в подмогу, и появилась возможность вновь проведать сослуживцев.
Уже вторую неделю ребята восстанавливались после той перестрелки.
К её огорчению, на посту приема доходчиво объяснили : время посещений окончено. Сил на скандалы не осталось, единственное, на что она была способна — оставить пакеты с фруктами и лекарствами.
С тяжелой душой Тимофеева вышла на улицу.
Заглядывая в горевшие зеленым светом окна, она надеялась увидеть Настю или Федора, но наткнулась на мужскую фигуру прямо перед своим носом.
Быстро отпрянув, она ойкнула и сделала пару шагов назад.
Перед глазами предстал тот, кого хотелось видеть в последнюю очередь. В темноте февральского вечера его фигура казалась еще более угрожающей.
— Что, лейтенант, оклемаются твои солдаты?
Она замерла лишь на секунду. Сердце пропустило удар, но тут же погнало вперед с удвоенной скоростью.
— Какого черта вы здесь забыли, гражданин Барков? — бросила она через плечо, не оборачиваясь.
— Искал вашего внимания, — в голосе проскользнул очевидный сарказм.
Стиснув зубы, девушка отмечает, что на свободе Барков казался еще более раздражающим.
Александр пристроился рядом, легко подстраиваясь под её быстрый шаг.От него пахло дорогим парфюмом и чем-то металлическим, холодным. Этот шлейф заворачивал узел тревоги в солнечном сплетении.
Метнув гневный взгляд Лера натыкается на усмешку.
— И как успехи? Слышал, к вам приехали на подмогу... Свежая кровь из Питера?
Она непроизвольно нахмурилась.То, что Барков уже знал о подполковнике, было не просто подозрительно — это пугало. Информация в этом городе растекалась быстрее, чем таял грязный снег.
— А вы не вмешивайтесь в работу милиции. Или вас так и тянет поскорее вернуться за решетку?
В мыслях тут же всплывает недавнее поручение.
Возможно, он действительно вскоре вновь окажется в камере, и на этот раз — надолго.
— Скорее меня интересует сотрудничество, — выделил последнее слово интонацией. — С некоторыми конкретными представителями этой самой милиции.
Лера резко затормозила.
Лицо Баркова теперь напоминало ледяную, непроницаемую глыбу.
— Знаю я про вашего Каверина, — он сделал шаг к ней, понизив голос. — И крайне не советую на него надеяться.
— Он как раз таки внушает доверие, — огрызнулась она, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. — Теперь у нас появились хоть какие-то шансы найти нападавших.
Мужчина запрокинул голову и коротко, хрипло рассмеялся, доставая из кармана пачку сигарет.Щелкнула зажигалка, на миг осветив его потяжелевший взгляд.
— Святая наивность... Ты думаешь, он приехал ваших подбитых зайцев спасать? Восстанавливать справедливость? — Александр затянулся, глядя на неё сквозь образовавшееся облако дыма. — Он приехал по мою душу.
Ненадолго её настигает замешательство.
В голове щелкнул пазл: слова Евгения Борисовича о «недавно закрытом деле» нашли прямое и грязное подтверждение в словах человека напротив.
— Ему насрать на стрелков, — он сократил расстояние до опасного минимума, заговорщицки глядя ей в глаза. — Их даже искать никто не будет. Зачем ему лишние висяки и грязь? А вот я могу их достать. Взамен на некоторые услуги.
Девушка поморщилась. От отвращения её буквально передернуло.
— Предлагаешь мне стать твоей крысой?
Барков медленно выдохнул дым ей прямо в лицо, вынуждая зажмуриться от едкого запаха.
— Я предлагаю тебе единственный шанс найти тех, кто нажал на курок, — голос стал тихим и тяжелым, как свинец.
Предложение казалось до чертиков соблазнительным — ядовитым искушением, которое медленно просачивалось под кожу.
В голове вспышками пронеслись обрывки последнего разговора с Настей.
Подруга пыталась улыбаться, но в глазах стояли слезы: врачи сказали прямо — к службе она не вернется. Простреленная почка поставила на ней крест. У Федора ситуация была не лучше — пуля раздробила плечо, превратив руку в бесполезный груз.
Оставить такое безнаказанным, казалось Лере бесчеловечным.
И безупречная репутация Каверина теперь вызывала сомнения.
— И чего ты от меня ждешь? — голос подвел её, прозвучав тише, чем хотелось бы.
Широкая, почти хищная ухмылка обнажила зубы.
Барков чуть склонился с высоты своего роста, вторгаясь в её личное пространство.
— Ничего значительного, Ляля. Просто информация. О том, что на меня нарыли. Где, когда и насколько глубоко ваш подполковник собирается копать.
Лера шумно сглотнула, чувствуя, как внутри ворочается тяжелый ком.
Совесть кричала о присяге, а жажда справедливости требовала крови.
Противостояние было почти физическим.
И всё же, совесть была громче.
Не в силах больше терпеть его наглую рожу и этот давящий взгляд, девушка выпрямилась, возвращая себе маску холодного офицера.
— Надейтесь только на себя, гражданин Барков. В ближайшее время вам придется несладко.
Она развернулась и зашагала к светящемуся входу в метро, не оборачиваясь.С каждым шагом её фигура удалялась, растворяясь в толпе, но в ушах всё еще стоял хриплый смех Баркова, знавшего, что семя сомнения уже дало ростки.