- За что, папа?

Она снова приехала на базу, будучи в машине отца и в тумане общего желания просто помолчать. Поцеловав Грейсона в щеку и тихо пожелав ему хорошего дня, Рейван направляется к жилому зданию, где на пороге её встречает Беатрис. Теперь она её командир. Чудно. После немого кивка главе Церебра и взгляда на объект, Гудвин отправляет девчонку к себе, дополняя, что сейчас пойдёт к Винчестеру за тем самым парализатором. Ощутив на запястье захват юной руки, Гудвин получает просьбу. Приняв ее, она уходит к себе, а Рейван к тому самому мужчине что ставил ей чип, так как у неё есть к нему вопросы. Беатрис думает, что это по делу её механизма, но там всё совсем иначе. Разговор зайдёт об Эбигейл, так как Смит заметила малую не состыковку. Одну важную деталь, которую хочет уточнить уже сегодня. Прямо у того, кто, зарывшись тонкими пальцами в объемные кучеряшки, одарил объект понимающим взглядом, так как его уже оповестили о её визите и самой цели.

- У меня есть вопрос. - признается Рейван, не глядя, закрывая за ними дверь и наблюдая за Тэдом, который полез в специальный отсек на складе.

- Что такое? Это за твой чип? - на автомате уточняет Винчестер, ловко перебирая кончиками пальцев разные ампулы, в поисках более подходящей для Амада концентрации. Даже самая сильная доза такого, как он, хоть и задержит, но лишь на пару минут. Хотя, больше для выстрела в лоб и не нужно.

- Нет, не за мой. - делая шаги к мужчине, говорит объект. После чего метает взгляд на камеру и продолжает совсем шепотом. - Я насчёт чипа мисс Стивенс.

- Что тебе там нужно? - так же тихо спрашивает Тэд, начиная поиски антидота. Если девчонка это заметила, вероятно, он крупно попал. Хотя, будь так, она бы не шифровалась тихим тоном.

- Он не сработал, но она не знала об этом. Как и о том, почему и её карточка не сработала. - после уверенного вскрытия своих догадок, Смит моментально встречается с карими глазами Винчестера, все так же продолжая свою речь. - Это вы отключили Эбигейл от системы?

- Я не намерен тебе на это отвечать. - сжав зубы, отрезает Тэд и вновь возвращается к поиску нужной капсулы.

- Спасибо, что попытались её спасти. - благодарит Рейван, тут же услышав судорожный выдох.

Тэд никогда не брал чью-то сторону. Вечно стоял на границе Ада и Рая, делая лишь то, что ему нравится, желая разнообразить жизнь после смерти сестры. А родителей и так не было, потому он лишился последней нити с реальность. Даже не из-за этой войны, а из-за самого обычного рака легких. Самая тяжёлая смерть как для больного, так и для того, кто все это время держал её за ладонь, ожидая чудо. Но его не произошло. А потом появилась эта работа и Платина. Такая же приятно дерзкая, смелая, харизматичная и невероятно светлая. Не смотря на все, по-настоящему светлая. Он хотел спасти хотя бы её, но и тут промах.

- Яд и противоядие. - отрываясь от мыслей, Винчестер протягивает обе капсулы в металлических рамах. А после небольшая инструкция с указанием на самую нужную ей в будущем деталь. - Этой кнопкой снимешь блок, а этой откроешь капсулу. Вот это выпьешь за пол часа. Поняла?

- Да. - отвечает объект, запоминая куда он указал и за сколько чего стоит выпить.

Получив свое, Рейван отправляется к Беатрис, чтобы показать, что все прошло хорошо. Получив её проверочный взгляд, объект послушно возвращается к себе в комнату, где, сняв все лишнее, ложится в постель. Сегодня будет все или ничего. Последние сутки, перед самым важным шагом на распутье, где тысячи разнообразных дорожек. А до этого отчаянное сжатие подушки и сбитое дыхание. Невозможность нормально попрощаться мысли о том, кто так же был к ней привязан. Это сразу стало заметно по тому, что они оба называли её так. Рей. Это типичная штука, когда заимствуешь привычку или же какое-то слово от того, кто тебе симпатичен. Повторяешь фразы и даже мыслишь одинаково, оставляя в себе эту жалкую частичку чужой личности. Смит давно это заметила и у себя, частенько складывая руки на груди и опираясь об стену плечом. Все эти мысли сопровождали голову Рейван до того момента, пока не пришел час надевать тактический костюм и спускаться в оружейную, нащупывая по пути подаренный Ником пистолет. Все ещё с ней и все ещё рядом. Свое явление перед директором, успешно пойманные ключи от байка и попутный ветер. Тот же путь через окно на кухне, которое закрывается за сбой и открытие второй капсулы, которая остается на столе вместе с другой опустошенной. Ещё одно окно есть только в другой комнате, но оно, судя по спокойным шторам, было закрытым. Остаётся только ждать и начать разговор, чтобы дать себе время.

- Они убили ее. - вместо приветствия говорит Рейван, наблюдая за Адамом, который так и сидит в кресле, упираясь голубыми глазами в стенку напротив. Он слышал дочку ещё тогда, когда та шла по крыше. Услышал тихое шипение, запах химии и то, как тело постепенно перестаёт слушаться. Хотя, после этого известия Смит и так не в силах пошевелится.

- Да, я знаю. Знаю. - тихо отвечает тот, прикрывая глаза и выдыхая весь кислород смешанный с болью утраты.

- Ты любил ее? - спрашивает объект, начиная тихие шаги к отцу. И столь же тихое берет клинок из кармана на щиколотке.

- Думаю, да. Но сам себе этого не признавал. Очень зря. Не стоило с этим тянуть. - наконец признавая это не только перед кем-то, но еще и перед собой, Смит нервно усмехается. Под веками её нежная улыбка и тёплые ладони, что вот-вот коснутся его лица, а в реалиях осознание своей глупости и нежелания переходить черту столь налаженных взаимоотношений. Боязнь где-то переборщить со своим рвением к ней прикоснуться и, как оказалось, больше эгоистичным решение дать Эбигейл свободу от себя и сопутствующих проблем.

- У меня остался только ты. - говорит юная Смит, оказываясь перед отцом вместе с лезвием, что уперлось самим кончиком в его шею. Цель прямо перед ней. Открытая и парализованная. Столь доступная и беззащитная. Это то, о чем она мечтала с того дня, как узнала о родном отце. То, ради чего её создали. - И миссия. Я должна убить своего отца.

- Делай то, что считаешь нужным. - наконец покидая мир иллюзии под веками и заглядывая в родные глаза, говорит Адам. Если так, дочь не сможет его убить, так как он способен накапливать энергию не только вне тела. Но дело в другом. Если все это её проверка, значит так нужно. Пусть верит в то, что родной отец ей доверяет. Хотя, по сути, так оно и есть. Именно по этому Рейван настолько близко.

- Но это будешь не ты. - убирая клинок в сторону, куда он звонко падает, дополняет Смит. Она свой выбор сделала. Осталось задать один важный вопрос. Тот самый, с чего эта история и началась.

- Рей... - тихо шепчет Адам, наблюдая как дочка садится на колени, доверчиво укладывая голову на ему грудь. Без какого либо подтекста и с непреодолимым желанием услышать его сердце. Ощутить тепло родной крови. Её вопрос будет не только к Адаму, а ко всему миру. За себя, за маму, за эту бессмысленную войну. Вопрос к самой вселенной, что позволила этому случиться. Но пока её вселенная это родной отец, вопрос идёт именно к нему. К тому, кто, наконец-то, вернул контроль тела и смог её обнять.

- За что, папа? - сжимая ткань его кофты, что покрылась тёмными точками от её горьких слез, спрашивает Рейван.