Сердце Оливии

3 года спустя...

Dani Martín – Cero.

В наушниках гремит Dani Martin, и я погружена в свои мысли, как будто каждое его слово – это всплеск эмоций, отзывающийся где-то внутри. За то время, что я была одна, я выучила эти строки наизусть и теперь повторяю их в голове, словно мантру, как попытку осмыслить все происходящее.

«Todo lo que vimos se nos fue

Soñé que siempre iría al lado

Eso que inventamos ya no es

Ahora solo existe el pasado».

Мои ноги сами начали двигаться в такт музыке, будто я не просто бегу, а танцую на асфальте, замешивая онемение с волнением. Энджи, которая знатно отстала, пытается догнать меня, но я уже в другом мире, где каждый шаг – это вызов, а каждое дыхание – ощущение свободы.

Забавно то, что я даже не чувствую усталости, когда мчусь вдоль утреннего парка. Рассвет раскрашивает небо в цвета, которые просто не поддаются описанию: оранжевый, розовый и легкий голубой, как будто весь мир только начинает пробуждаться.

Я чувствую, как ветер играет с моими волосами, и не хочу, чтобы этот момент заканчивался. Хоть я и устала, признаться честно, я безумно хочу, чтобы такие утренние пробежки не заканчивались вовсе.

– Два американо, пожалуйста. – произношу я с легкой улыбкой, подходя к бариста.

Моя рука инстинктивно тянется к наушникам, и я быстро вынимаю их из ушей, как будто отключая воспоминания о пробежке и погружаюсь в уютный мир ароматного кофе.

Девушка напротив – приветливая и жизнерадостная, тоже отвечает мне улыбкой, и, пока она готовит кофе, я смотрю вокруг. В кофейне царит утренняя суета, пробуждающиеся люди разговаривают, смеются, и вдруг я вспоминаю, как брала здесь кофе когда-то для нас с...

Кофе готов, и я берусь за стаканчики, когда в это время Энджи открывает дверь кофейни, вбегая внутрь, словно лучик солнца.

– Бонус на утро. – протягиваю ей стаканчик и иду вперед. – Для тех, кто встал на пробежку в шесть утра.

– Я больше не побегу с тобой. –выдохнула Энджи, пытаясь восстановить дыхание, как будто только что бегала марафон. Она жадно глотала воздух, и я невольно засмеялась. – Ну что ж, набрала, что теперь?

– Нужно следить за собой. Вдруг Хосе решит бросить тебя?

– Мы вместе уже 3,5 года. – закатила она глаза, и ее лицо было полным недовольства. –Не думаю, что он бросит меня из-за парочки лишних килограмм.

Мы направились домой, и я, проходя мимо цветочного магазина, не смогла устоять. С улыбкой на лице, я открыла дверь и вошла внутрь, погружаясь в аромат свежих цветов. В руке у меня оказалась веточка гортензии – такая яркая, и напоминающая о том, что я никогда не должна забывать о себе и своих желаниях.

– Тебе не кажется глупым тратить свои деньги на цветы? – произнесла она, идя следом за мной, явно недовольная нашими посещениями магазинов.

– Ты ничего не понимаешь. – отмахнулась я, доставая из вазы уже засохшие бутоны.

Ладно, если честно, я просто обожаю эти цветы.

Я заменила воду и аккуратно опустила свежие гортензии в вазу, наполняя комнату нежным ароматом и яркостью.

– Тебе и правда нужно здесь жить уже три года подряд? – спросила Энджи, плюхнувшись на диван, явно вымотанная нашей «интенсивной» тренировкой.

– Кто-то должен следить за квартирой. – ответила я, открывая холодильник.

Времени до завтрака было еще достаточно, и я решила перекусить.

– Люси так и не вернулась, а Ной...

– Не произноси его имя. – подняв руку в знак отчаяния, Энджи встала и подошла ближе ко мне. – Ты не устала его ждать?

–Нет. – ответила я уверенно, хотя внутри меня все колебалось. – Прошло всего три года.

– Но за это время ты стала совершенно другим человеком. – сказала она, помогая мне нарезать овощи. – Не думаешь, что и он изменился? Может, твое ожидание было напрасным? Молодость проходит зря.

Я немного усмехнулась и, вздохнув, задумалась.

– А что ты предлагаешь? – из меня вырвался нервный смешок. – Никто не знает, куда он уехал. Все, что мне остается, это ждать внутри этой квартиры, рано или поздно он объявится. Не думаешь?

Энджи забрала у меня нож и положила руку на мое плечо.

– Знаешь, иногда нужно идти вперед, не оглядываясь назад. Жизнь идет, и ты не должна оставаться в ожидании. Сколько еще лет ты готова тратить на кого-то, кто, возможно, уже и не думает о тебе?

– Столько, сколько потребуется.

Оглядела квартиру, которая за все эти годы осталась такой же, как и прежде. Восхитительные обои, неаккуратные, но родные книги на полках и фотографии, запечатлевшие самые яркие моменты нашей жизни.

И уже пыльный рояль, к которому я не смею прикоснуться.

Я все это знала наизусть и в то же время чувствовала, что в этом месте есть что-то неизменное, что всегда возвращает меня в разные времена. Словно сама квартира отражала всю нашу историю.

Каждый уголок хранил воспоминания, и в какой-то момент это вызвало у меня нежную улыбку. Все эти детали, даже если они и не менялись, наполняли меня теплом, несмотря на тень ожидания.

– Завтрак на тебе, а я в душ. – сказала я, похлопав Энджи по плечу. Она улыбнулась в ответ, и я проскочила мимо нее, направляясь в гардеробную.

В ванной я быстро приняла прохладный душ, позволяя струям смыть усталость и неуверенность. Вода обжигала кожу освежающим холодом, и я почувствовала, как напряжение уходит. Вытерев тело полотенцем, я вернулась в гардеробную.

Внутри все так же висели его вещи, аккуратно сложенные, но слегка смещенные вправо от моих – новых и старых, которые занимали большую часть пространства. Я выбрала сегодня легкое белое белье, решив, что хочу чувствовать себя комфортно и немного свежо. Затем начала собирать наряд на работу.

Сейчас конец мая, и в Барселоне воздух наполняет тебя ощущением предстоящего лета. Я выбрала светлую, воздушную блузку из натурального материала, которая идеально сочеталась с легкими брюками изумрудного цвета. Обувь – простые, но стильные лодочки, в которых будет удобно передвигаться по городу. Увидев себя в зеркале, я улыбнулась: отлично выглядишь, Оливия!

Выйдя из гардеробной, я вновь зашла на кухню, где Энджи уже накрыла на стол. Она расставила тосты, свежие фрукты и чашки с кофе.

Миленько.

– Давай быстрее, мне надо на работу! – моментально заверещала она. – Я ведь не главный редактор в издательстве.

– Я еще тоже. – закатив глаза, я села за стол.

Утренний свет нежно пробивался сквозь окна, создавая уютную атмосферу. Я схватила тост и укусила его, наслаждаясь вкусом.

– Уж не знаю, как ты умудряешься все это готовить. – смеялась Энджи, быстро намазывая на свой тост хумус. – Но я тебе за это благодарна.

– Кстати, как дела у тебя на работе? Все так же подрабатываешь визажистом? – спросила я, засыпая ее вопросами, чтобы отвлечься от своих мыслей.

– Да, все отлично. – она с гордостью улыбнулась. – Последние клиенты очень довольны, и теперь ко мне записываются и на свадьбы, и на вечеринки. Вчера одна девушка так расхваливала, что я уже на лето не могу принять желающих – мне нужно делать перерыв!

– Звучит здорово! – отозвалась я, поднимая бокал с соком, чтобы отдать должное ее трудолюбию. – Теперь буду знать, кто делает каталонцев уродливыми.

Энджи засмеялась и повернулась в мою сторону:

– А у тебя как с работой? Не слишком скучно за компом сидеть?

– Нет! – покачала головой я. – Переводить книги лучшее, что я когда-то встречала в своей жизни.

Разговор плавно перешел к более личным темам.

– А Хосе как? У вас все хорошо? – спросила я, вглядываясь в ее лицо, чтобы заметить изменения в ее настроении. – Вы, случайно, не собираетесь на отдых или что-то подобное?

Энджи вдруг покраснела, и ее насмешливый взгляд сменился на что-то более серьезное.

– Ну, как сказать... – начала она, вдыхая. – Вроде бы все нормально. Мы часто видимся, и с каждым днем становятся ближе... Но иногда я задумываюсь о нашей интимной жизни. Она как-то затихла напоследок.

– Да ты что? – воскликнула я, отложив тост. – Это же важная часть отношений! Ты ему об этом говорила?

– Честно? – произнесла она, уставившись в чашку с кофе. – Нет. Боюсь, как он воспримет это. Вдруг подумает, что что-то не так...

– Энджи, правда, иногда надо говорить о таких вещах прямо. Вы же живете вместе, это нормально. Вы не должны скрывать это друг от друга.

– Кто бы говорил... – закатив глаза, она встала изо стола. – Adiós! У меня запись через 15 минут.

– До вечера! – крикнула напоследок я, и поднялась следом, убирая со стола.

Сразу после ее ухода я быстро собрала свои вещи. Взяв сумку из прихожей, я выбежала на улицу. Холодный утренний воздух обдал меня свежестью, напоминая, что скоро в Барселоне станет невыносимо жарко. Я остановила такси, быстро вскочила внутрь и, глядя в окно, наблюдала за знакомыми улицами.

Утро в городе оставалось таким же живым, как и всегда: прохожие спешили по своим делам, кто-то читал газету на скамейке, пока другие наслаждались чашечкой кофе в ближайших кафе. Высокие пальмы, которые я так любила, замирали на ветру, а шум, исходящий от уличных музыкантов, создавал ритм жизни, который как будто никогда не менялся, несмотря на течение времени.

Прибыв на место, я расплатилась с водителем, оставив ему небольшие чаевые, и вышла на тротуар. Прохладный ветер приятно касался моего лица, как будто обнимал меня, подбадривая перед началом рабочего дня.

Стук каблуков раздавался эхом по плитке, и я направилась к зданию, уверенно ковыляя по мраморному полу. Каждый шаг заставлял меня чувствовать себя частью этой большой машины – офиса, где каждый человек был занять своим делом.

– Доброе утро! – поздоровалась я с первой встретившейся коллегой, получив в ответ дружелюбную улыбку.

С каждым шагом я пыталась переброситься парочкой слов с теми, кого встречала, лишь бы всем напомнить о себе, как будто каждое «привет» иллюстрировало «я здесь».

В конце концов, я добралась до своего кабинета. Ударила дверью, и сделала облегченный выдох, вновь ощущая, как напряжение покидает меня. Замерла на секунду, глядя в окно, пытаясь не дать мыслям заполнить мой разум.

– Добро пожаловать, редактор! – подлетела ко мне Джейн, и ее глаза заблестели от радости.

– Привет! – ответила я, и уголки губ слегка поднялись. – Ты же знаешь, что официальное назначение будет только после вручения моего диплома.

– Ну и что, мелочи! – уверенно заявила она, потянула меня за руку и усадила в кресло, будто я только что заняла трон. – Поздравляю с успешной стажировкой! Может, отметим?

Я слегка засомневалась и сделала вид, что не услышала этого вопроса.

– Ты у нас всего три года, а посмотри, как далеко ты зашла! Переводчица романов, а теперь еще и редактор – просто огонь!

Джейн – настоящая энергия на ножках! Ее волосы, как яркие лучи солнца, кустистые и взъерошенные, приковывают взгляды. Радужные пряди переливаются на свету, добавляя ей особый шарм. Лицо у нее круглое, с веснушками, которые, кажется, лишь подчеркивают ее детскую непосредственность.

Глаза – два ярких сапфира, полные блеска и любопытства. Они светятся энтузиазмом, когда она говорит. Носик чуть курносый, а губы пухленькие и всегда чуть приоткрытые, будто она вот-вот готова поделиться самой захватывающей новостью.

Ее стиль – это смесь ярких цветов и принтов: она легко носит цветочную блузку с ярко-синими джинсами. На руках много браслетов, которые звенят и переливаются при каждом ее движении. А каблуки – смелые и высокие, придающие ей уверенности и немного игривости.

– Да... – шепнула я, устремив взор в окно, которое открывало вид на здание, в котором когда-то работал Ной. – Сначала была просто переводчиком, а теперь еще и буду редактировать. Как-то незаметно все это произошло.

– Наверняка, ты читаешь их на английском, и они становятся такими сексуальными! – подмигнула она, придавая своим словам игривый оттенок.

– Не замечала ничего такого. – пожала я плечами, но внутри меня что-то зашевелилось от ее слов.

– Да ты просто забываешь про романтику! – закатила глаза Джейн, будто я совершала страшный грех. – Зачем тебе быть такой серьезной? Романы же должны чувства вызывать!

– Перестань, Джейн...

– Это все потому, что у тебя нет секса. – она села на стол, заглянув в мои глаза. – Устроить?

– Спасибо. – натянув улыбку, я включила компьютер. – Обойдусь.

– Тогда выпей с нами хотя бы в эту пятницу!

– Не знаю...

Она уставилась прямо в мои глаза, словно беря с меня слово, будто это был священный договор.

– Обещай!

– Ладно-ладно, обещаю! Только в эту пятницу! – сдалась я, смеясь под давлением ее магнетического взгляда.

Работа пролетела незаметно, как будто я задержалась только на мгновение. Увлеченно погружаясь в редактуру, я не замечала, как тикают часы, пока резкий звук в пять не заставил меня вынырнуть из своих мыслей. Быстро собрав все документы воедино, я выключила компьютер и потянулась, чувствуя, как расслабляются напряженные мышцы.

Жаль, что работа не может быть бесконечной...

Встав со своего места, я направилась в бар неподалеку, где меня уже ждали Энджи и Джейн. Bobby's Free расположен в самом сердце Барселоны и добраться туда не составило мне большого труда.

Когда я вошла, атмосфера обняла меня теплом и уютом. Внутри было мягкое приглушенное освещение, и запах свежих коктейлей наполнял воздух. Бар оформлен в интересном стиле: деревянные панели, яркие уличные картины и антикварные предметы декора создавали атмосферу ностальгии и свободы.

Здесь были обособленные зоны с мягкими диванами и маленькими столиками, создающими интимность, и длинная барная стойка из темного дерева, за которой профессиональные бармены смешивали удивительные коктейли, некоторые из которых – на основе традиционных испанских рецептов.

Мягкая музыка играла на заднем плане, смешиваясь с дружелюбными разговорами посетителей, а на стенах висели фотографии старинной Барселоны, придавая месту особое очарование.

– Оливия! Мы здесь! – радостно воскликнула Энджи, поднимая руку и махая мне с улыбкой.

Я подошла к ним и села на свободный стул, чувствуя, как напряжение уходит, словно под гудящий фон обсуждений и смеха.

– Ну что, как дела? – спросила я, улыбаясь, и немного отодвигая волосы с лица.

– Мы заказали лучшие закуски! – сразу же ответила Джейн. – И, конечно же, коктейли.

– Не сомневаюсь. – едва сдержала смех я. – Вот и они!

– За тебя! – хором воскликнули Энджи и Джейн, поднимая бокалы.

– Спасибо, что всегда рядом. – улыбнулась я, чувствуя, как от тепла их поддержки на сердце становится легче. – Я так рада, что вы есть в моей жизни.

– Только не говори, что ты снова уходишь... – мгновенно поняла меня Энджи, зная, что я собираюсь сказать.

– Да. – кивнула я, допивая бокал одним залпом и вставая со своего места, схватывая сумочку. – Простите меня, но это святая пятница.

– Мы это обязательно запомним! – рассердилась Джейн. – Ты опять идешь к ним?

– Они заменяют мне...

– Я же просила не произносить его имя! – пропищала Энджи, закатив глаза.

– Ладно, девочки. Желаю вам классного вечера! – бросила я на ходу, оставив на столе несколько купюр.

Я быстро вышла, словно убегая от собственных подруг, и поднимая в себе внутренний диалог, пыталась убедить себя, что это правильный выбор.

Теплое майское солнце нежно обнимало Барселону, окутывая город золотым светом, который заставлял небо расцветать всеми оттенками розового и оранжевого. Солнечные лучи, словно маленькие художники, вдобавок хорошенько раскидывали свои яркие краски на облаках, создавая атмосферу волшебства и ожидания. Я спешила по брусчатке, однако каждый шаг давался с некоторым трудом: улочки были полны жизни, и хотелось задержаться, чтобы насладиться этой атмосферой.

Сквозь звук разговоров и смеха я пробиралась к ресторану Rossini, в сердце которого билась живая энергия города. Наконец, я добралась до двери, и искристая улыбка хостес встретила меня у входа.

– Добро пожаловать! – произнесла она с вежливостью, которая сразу сделала меня частью этого прекрасного вечера. – У вас заказано?

– Да, на имя Элены Торо.

Мои глаза мигом засияли, отражая яркие лучи, струящиеся от огромных люстр.

– Прошу, пройдемте за мной. – учтиво произнесла хостес, и я шагнула в этот мир, где каждая деталь была продумана до мелочей, создавая незабываемое впечатление.

Внутри царила атмосфера роскоши и изысканности, а мягкая музыка проникает под кожу своими тонкими нотками, создавая легкое ощущение волшебства.

– Привет! – радостно воскликнула Элена, подскакивая со своего места.

– Привет! – ответила я, положив ладонь на ее округлившийся животик. – Как вы?

– Все в порядке! – она потащила меня на мягкий и очень удобный стул. – Садись.

– Привет, Оливия. – нежно произнесла Моника, глядя на меня с теплом.

– Мы очень рады тебя видеть! – Пабло тоже старался быть дружелюбным, но я понимала его настроение: он потерял близкого друга.

– Поздравляем с повышением! – сказал Андрес, поднимая бокал и ожидая, когда я откликнусь.

– Спасибо. – улыбнулась я, подхватывая его позитивный настрой.

Быстро схватив наполненный бокал, я ощутила, как праздничная атмосфера поглощает меня.

– Мы не виделись почти две недели. – с ноткой тоски произнесла Элена, положив свою ладонь на мою. – Ты в порядке?

– Конечно. – натянув улыбку, ответила я, хлопая длинными ресницами, хотя подступающая грусть все же прорывалась наружу. – Хожу пару раз в тренажерный зал, пью кофе по утрам, а затем иду на работу, которая приносит мне удовольствие.

Сглотнув ком в горле, я сделала глоток шампанского и добавила:

– Вполне обычная жизнь.

– Ты стала совсем как Ной... – прошептал Пабло, опуская взгляд. – Мы скучаем не меньше твоего, Оливия.

– Я не прощу его, если он не вернется до рождения нашего сына. – резко оборвал разговор Андрес, ставя бокал на стол.

– Давайте не будем о грустном! – залепетала Моника с сияющей улыбкой. – Сегодня у нас отличный повод отпраздновать!

Звон бокалов становился все тише и реже, и каждый из нас погружался в свои мысли. Наши ужины всегда проходили в радостной обстановке, полные смеха и легкого флирта с воспоминаниями. Мы часто собирались, обсуждая рутинные дела и делясь новостями, но незримо среди нас всегда оставался один пустой стул – на случай, если вернется Ной.

Мой взгляд осторожно перешел к этому пустому месту, и сердце словно сжалось от боли. По коже пробежали мурашки, и я снова обернулась к двери, в надежде, что он вот-вот войдет, с улыбкой на лице и, возможно, с небольшой историей о том, как прошел его день.

– Диего отлично справляется в школе! – завела разговор снова Моника, и ее глаза светились гордостью за старшего сына. – Вы не поверите, но он понимает математику лучше, чем я!

– Мы уже слышали об этом. – закатил глаза Пабло, но его улыбка выдавала, что он все же рад за сына. – А вот Сантьяго? Вы видели его выступление в садике? Ну, умничка же!

Я улыбнулась, и в голове мелькнула мысль: для каждого родителя всегда существует свой любимчик, тот, кто громче всех радует, кто вызывает гордость и нежность одновременно. Только вот... Жаль, что Ной это все пропускает.

После ужина было как-то особенное ощущение, что даже в компании друзей мне все равно было грустно. Все смеялись, обнимали друг друга, но я уже как-то не включалась в общую атмосферу – просто стояла и пыталась сделать вид, что все нормально. Когда Пабло в очередной раз сказал: «Увидимся!», я кивнула и вышла на улицу. Вечерний воздух был свежим, но он не мог навеять мне хорошее настроение.

Я открыла приложение такси и заказала машину, пока мысли снова не вернулись к Ною. Ни разу не думала, что мне будет так его не хватать, но вот я сижу в такси, а грусть накрывает, как холодный дождь. Опустила взгляд на свой телефон – заставка с нашей фоткой с Тенерифа. Мы оба смеемся, как будто ничего не могло нас разлучить.

Надо было давно убрать это.

Такси остановилось у моего дома, и как-то неохотно я вышла на промерзшую землю. Да, я вернулась в старое уютное место, но дома было уже не так, как раньше. Все эти детали, которые когда-то радовали, теперь давили на меня, как тяжелые воспоминания. Я открыла дверь, вставив ключ в замок. Сразу же встретило знакомое ощущение, но вот только уют заменился на некую пустоту.

Внутри все было так же: книжные полки, немного пыльные, стол с кружками, которые мы любим оставлять на видном месте. Но вместо радости их присутствия я чувствовала только, что в этом доме кто-то отсутствует.

– Я приехала, мама! – крикнула я, сбрасывая свои лодочки с ног.

Но в ответ – лишь оцепеневшая тишина, будто дом и не ждал меня.

– Мама? – повторила я, заглядывая в гостиную, но внутри было так же пусто, как и в моем сердце.

Скорее инстинктивно, чем осознанно, я достала телефон из сумки и набрала ее номер, чувствуя, как нарастает странное беспокойство.

Родители развелись вскоре после того, как Ной уехал. В те дни у меня было много вопросов, но никто не отвечал. Я же осталась одна со своим горем. Теперь казалось, что они думают только о себе, забыв о том, какая боль пронзала меня.

– Ты где? – выпалила я, поднимаясь по ступеням вверх. – Мне срочно нужно найти документы для диплома.

– Прости, милая. – лепетала она в трубку, и слышала, как с ее стороны звучит нервный смех, словно ей было неловко. – Я не успела прийти с работы. Мы с Раулем заработались.

Как всегда. Они продолжают вести свой бизнес вместе, оставляя личные дела где-то на заднем плане. По типу: «Мы разделили личное и работу». Только вот мне было пофиг на всю их работу. Абсолютно.

– Где документы? – повторила я с настойчивостью, открывая дверь своей спальни и вдыхая знакомый, но пустой воздух.

Скучаю ли я по своему дому?

Нисколько.

По крайней мере за эти три года я стала привыкать к квартире с террасой и видом на центр Барселоны.

– Они в ящике, который стоит в моем шкафу. – наконец-то ответила мама.

– Спасибо.

Сразу же бросив трубку, я закрыла за собой дверь и направилась в комнату моей мамы. У меня не было ни желания, ни настроения ворошить старые воспоминания, но документы были важны, а этот дом – все еще место, где я могла найти что-то нужное.

Открыв дверцу шкафа, я села на корточки и достала ящик. Он был заполонен чем-то старым и по-весеннему непривычным: те самые мелочи, которые, казалось, накапливались годами, безжалостно отнимали у меня сознание.

И только потом я заметила их – письма, в красивых и старых конвертах, с четким, знакомым почерком, который вдруг заставил мое сердце замирать, а легкие сжаться, будто воздух застрял в груди.

Трудно было поверить, что их так много. Мои ладони, трясущиеся от волнения, не могли удержать всю эту бумажную массу, пронизанную воспоминаниями, которые только и ждали своего часа, чтобы ворваться в мой рацион чувств.

Я наклонилась, чтобы разложить их по порядку, и пальцы осторожно потянулись к самому старому из них, тщетно пытаясь отвлечься, но четко осознавая, что это уже не получится. Развернув конверт лицом к себе, я почувствовала, как в груди щиплет кислота, разъедая все внутри.

Как только бумага открылась, по щекам мигом потекли слезы, заполняя пространство комнаты моими всхлипами. Воспоминания нахлынули с новой силой. Это было как волна, смывающая все попытки оставаться на плаву или, по крайней мере, контролировать свои эмоции. Каждый абзац, каждая фраза пронзали меня, заполняя живую ткань моей души болью, с которой не хотелось сталкиваться.

Слова были такими знакомыми, но вместе с тем они оставляли горькое послевкусие предательства. Словно ранние утренние туманы, они окутывали душу, заставляя помнить, как все это началось и как закончилось.

– Как ты могла, мама? – прошептала я, умирая от груза, свалившегося на мою хрупкую и уязвимую душу.