Глава 34
Столица Тайлин – Нанлин, был самым большим и оживлённым городом. Чем-то напоминал главную улицу Мира Демонов, где царил хаос. Здесь же везде стояла стража. Любого, у кого чесались руками залезть в чужой карман, тут же скручивали и увозили. Поэтому преступности в самой столице было крайне мало. Огромное множество разных лавочек, ресторанов, везде много людей в богатых одеждах с собственной стражей и без неё. Так и веяло богатством. Пока не посмотришь в заулки, где на земле в грязи сидели иссохшие от голода бедняки, выпрашивающие милостыни и получающие ударами ног от стражи.
Сюй Юй бывал в столице Юйлуна. Там была такая же картина. Бездомные бедняки всегда и везде были. От них невозможно избавиться. В большинстве это больные люди, но есть те, которые не желал работать: крал вещи и продавал их лишь бы получить выпивку или дурман. Таких тоже было много. Поэтому он и предложил главе секты преступников и бездомных, чтобы они принесли пользу обществу. Отвергнутых судьбой бедняков хватало. Они бы с радостью работали, но кто возьмёт бедного и больного на работу? Таких, как правило, нет. Над ним и так судьба надругалась, а ещё если их посадить в вечный барьер, обрекнув на страдания. Что станет с их душами? Смогут ли они восстановиться после такого?
Сюй Юй пытался отгонять от себя эти мысли. Пока его голова резко не заболела. Словно её взяли в тиски. А горле пересохло. Перед глазами начали мелькать некие фрагменты. Сюй Юй почувствовал резкую боль в теле, словно его сильно избили и часть костей переломано, а сухожилия растянуты и порваны. От невыносимой боли он упал на пол кареты и скрутился в три погибели, в которой ехал вместе с главой секты в императорский дворец.
-Старейшина Бай! Бай Си Чень! Что с тобой?! Остановите лошадей! Человеку плохо! Позовите лекаря! -кричал Лихуа Фужун и вливал в него свою духовную энергию, чтобы облегчить ему боль, но Сюй Юй слышал его голос где-то далеко. Перед его глазами возникла картина, что будто он в рваной грязной одежде шёл, опираясь о стену, держа одной рукой другую, вывернутую в обратную сторону, руку. Позади него кто-то шёл, а после сильно ударил палкой по спине, его ноги подкосились, и он упал в грязную лужу, пинки и удары не прекращались, а становились всё яростнее. Сумасшедший смех, что издавали те люди, был невыносимым. Словно они били не человека, а пыталась раздавить букашку на земле. Выбитый глаз, сломанные рёбра, вывихнутое плечо, выбитые зубы и множество синяков и кровоподтеков на теле, кровоточащие раны, в которые попала грязь и началось гниение, опухшие из-за этого ноги, придавая невыносимую жгучую боль, тело полыхало огнём. Было то жарко, то холодно. В глубине души Сюй Юй подумал, что снова умрёт, пока не очнулся на коленях у Лихуа Фужуна, который обеспокоено смотрел прямо ему в лицо.
-Очнулся! Что с тобой случилось? Что это за внезапный приступ? Почему ты не сказал, что болен? -вопросы лились из его рта рекой.
-Глава, сейчас со мной всё в порядке. -Сюй Юй медленно поднялся, придерживая голову руками.
-Нет, не в порядке! Мы съездим к государю, и я лично займусь твоим лечением! Так как мы уже уведомили государя о нашем прибытии, мы не можем вернуться назад! Потерпи немного…
-Я ведь сказал, что сейчас со мной всё хорошо. Спасибо за беспокойство, глава…
Голова и тело Сюй Юя перестали болеть так же резко как начали. Что-то странное с ним происходит. Такого никогда раньше не происходило и в воспоминаниях Бай Си Ченя такого события тоже нет.
Через какое-то время они оказались у огромных железных врат и красной крепости. Это был вход в императорский дворец. На вратах были вырезаны иероглифы стойкости и единства – полностью описывающие государство Тайлин. Какими бы методы Тайлин не казались кроваво-ужасными, смертоносными и жесткими – это не отменяло факт того, сколько всего оно сделало для своих граждан: уменьшило налог у крестьян, улучшило жилищные условия бедняков, их стало гораздо меньше, увеличило стражу, таким образом, преступность уменьшилась в разы, создали систему школ для низших слоёв населения, которые не могли отдать своих детей на обучение в частные школы, образование не только мужчин, но и женщин. Конечно, это был не идеал, но древнее государства не было, которые спустя тысячелетие находилось на плову, увеличивая свои масштабы.
Сюй Юй всей душой ненавидел Гуанши и Тайлин, хотел полностью уничтожить правящую семью, но тем не менее, в глубине его души он восхищался ими. То как они такое могущественное государство сохранили на плову тысячу лет, то как совершенствовалось военное дело и политические нравы, то как не прогнулись под могущественной сектой Гуанши, а сотрудничают с ней, то как государство Тайлин ещё называют империей Тай – заставит восхищаться любого.
Любой враг, что заставляет себя ненавидеть и уважать одновременно – является не просто сильным, а сильнейшим.
Зайдя во внутрь врат можно было увидеть роскошные здания, чистую землю, где не было ни одного сорняка, ухоженные растения, аккуратно постриженный газон. Идеально одетую прислугу, которые превосходно исполняли свои обязанности. Здесь жили военачальники и чиновники. За жизнь здесь можно было наблюдать вечно. Пока карета не проехала вторые врата, на которых был иероглиф процветания, и с такой же красной стеной, отделяющим первый круг императорского дворца от второго.
За вторыми воротами находились императорские наложницы и их прислуга, также здесь находились евнухи. Мужчин сюда категорически не пускали, за исключением государя и его семьи.
Когда карета проезжала через эти места, им закрыли затворки, чтобы находящиеся в карете не видели, что происходит во втором круге.
Через какое-то время затворки с окон были сняты, и они оказались во внутреннем дворце, где жил государь со своей семьёй и приближёнными.
Здесь всё было окутано в золото. Мраморной плиткой выложена дорога до дворца. Бамбуковые деревья вместе с аккуратно и ровно подстриженными кустарниками. Цветущие пионы и в маленьких озерцах прекрасные лотосы разного цвета. Также там были серые и чёрные цапли. На кустах в золотых клетках пели канарейки. В озерцах плавали красные и белые карпы. По мраморной плитке ходили ухоженные псы, которые проводили своими взглядами проезжающую мимо них карету.
Карета остановилась возле длинной лестницы, которая вела прямиком в зал для приёма.
Лихуа Фужун и Бай Си Чень вышли из кареты и пешком двинулись по лестнице.
На самой же лестнице были выставлены цветки в горшках, наполняя своим ароматом всё вокруг.
Поднявшись по лестнице, повернувшись, Сюй Юй увидел прекрасное незабываемое зрелище: под его ногами простирался прекрасный сад, который они проехали, у его подножья дома с красной крышей, с высоты крыши домов складывались в иероглифы «процветания» - второй круг, за ним ещё ниже стояли дома с чёрной крышей, с высоты крыши домов складывались в иероглифы «стойкость» и «единство» - первый круг, за ними ещё ниже простирался до горизонта огромный город, с разными вывесками и крышами домов. Город был построен так, что у ног государя находился целый мир. Столица была построена на горе и на её вершине восседал в своём дворце государь Тайлин – Тай Цин. Архитектор, создавший такую композицию был по истине гением. С места правителя можно было увидеть у своих ног «процветание», «стойкость», «единство». Будто сам Небесный Император смотрит на Мир Людей.
Сюй Юй так залюбовался этим зрелищем, что забыл куда шёл, его в чувства привёл тихий голос главы секты.
-Младший старейшина…