Искушение/18+

"Луна—отражение глаз. Когда двое смотрят на неё с разных концов земли, они непременно встречаются взглядами". (Эльчин Сафарли)

Земля была промерзлой, на улице стоял ужасный холод, ветер кусался. Я стояла около Эйдена, меня бросило в дрожь от холода, и он поспешил обнять мои плечи. Вокруг было пустынно, нас окружали лишь надгробия. Харви больше не плакал, он стоял и смотрел на гроб, который погружал внутрь вырытой могилы. Робертсы зарыдали, звучно, надрывно, Билл молча стирала слезы с лица, которые все катились и катились. Темпл обнимал ее за талию, положив руку на живот. Он хмурился, переминался с ноги на ногу, плечи его напрягались. Валери попыталась утешить Билл, но сама присоединилась к ней. Малышка осталась на попечении матери Зейна, которая болезненно переносила такие мероприятия и потому отказалась присутствовать здесь.

Люди выражали свои соболезнования, трогая Робертсов за плечи. Харви они не спешили трогать, ибо после первого же прикосновения, все поняли, что ему не нравится, когда его трогают посторонние. Зейн стоял рядом на случай, если что-то произойдет, но все было спокойно. Вот на могилу опустилась последняя горсть земли, и мы все медленно пошли в сторону выхода. Когда миссис Робертс чуть не упала от пережитого эмоционального потрясения, Джейми подхватил ее под руки и повел к своей машине, чтобы отвезти домой. Я села в автомобиль Эйдена. Мы молчали, смотря на кладбище и испытывая чувство утраты. Хоть я и не была знакома с Лили, но то, как переживали ее уход все остальные, наложило на меня свой отпечаток.

Автомобиль тронулся, и мы покатились по дороге. Так как местность была мне неизвестной, я не понимала, куда мы двигаемся, но все же мы выехали на трассу, по которой два дня назад на бешеной скорости мчался Рафаэль. Она, кажется, вела к заброшке. Спустя несколько минут мы съехали с шоссе на дорогу, которая вела в лесную часть Хейтфорда. В последствии действия осени и зимы все деревья были обнажены, представляя собой толстые стволы, намертво вросшие в землю, извилистые толстые и тонкие ветви, которые тянулись к небу, такуму же серому и мрачному, как мы сегодня. Деревьев было так много, я даже удивилась, как не смогла заметить этого в день, когда мы искали Харви.

Эйден остановился у входа, ничего не говоря, вышел из машины и открыл дверцу с моей стороны. Я последовала его примеру, тут же почувствовав, как он берет меня за руку. Мы вместе вошли в заброшку, Эйден отошел куда-то и буквально через минуту в здании появился свет. Я увидела панельные стены, бар, заполненный алкоголем, диваны, образующие букву П, шкафы с книгами и настольными играми, шахматный столик и много всяких других развлекательных предметов. Появившись около меня, Эйден мягко улыбнулся и, взяв за руку, повел к извилистой лестнице, ведшей на второй этаж. Петляя по многочисленным коридорам, мы наконец остановились возле двери. Эйден толкнул ее вперед, включил свет, и я увидела небольшую комнату: стены были обклеены синими обоями, на которых в многочисленных местах висели картины, изображавших то людей, то пейзажи, то что-то, чему нельзя дать определение (что-то непонятное, но ужасно красивое). По разным местам были разбросаны кресла-мешки, около окна примостился желтого цвета диван, на подоконнике и и в углах на специальных поставках стояли многочисленные цветы. Чуть поодаль от дивана стоял стол с задачниками по алгебре, физике и геометрии. В центре комнаты расположился ковер в арабском стиле, на нем в раскрытом виде лежала какая-то странная игра: большая деревянная шкатулка в форме раскрытой книги, украшенная невероятно красивым орнаментом, с фишками бежевых и черных цветов. Книги стопками стояли вдоль стен, так как не поместились в небольшом шкафчике, стоявшем возле двери. Возле одной и стопок на подставке стояли гитара и синтезатор.

- Это наша комната, - наконец нарушил тишину Эйден.

Я повернула к нему голову.

- Кто из вас играет?

Эйден прошел вглубь, приглашая меня войти.

- Рафаэль искусно перебирает струны, а Зейн водит аристократичными пальцами по клавишам.

- Мудрено говоришь, - хмыкнула я, двигаясь осторожно, боясь задеть что-либо.

Эйден улыбнулся, подошел ко мне и заключил в объятия. В этой суматохе невозможно было понять одно: я так сильно соскучилась по нему, что сейчас, стоя вот так, я испытывала жуткое желание буквально упасть в его руки и вжаться в большое теплое тело.

- Моя звездочка, - выдохнул Эйден, прижимая меня сильнее.

Я улыбнулась, обхватив его за шею и оставив несколько поцелуев на впадинке между ключицами. Эйден поцеловал меня в макушку, а затем в лоб.

- Спасибо, что ты рядом, - сказал он.

Я взглянула в его глаза, испытывая к этому человеку столько любви, что мое сердце с треском разрывалось, не в силах уместить в себе столько чувств.

- Знаешь, в последнее время нам всем очень непросто, поэтому я привел тебя сюда, - проговорил Эйден, посадив меня на диван. Я сняла куртку, оставив ее рядом, Эйден сделал то же самое. - Это место, как я тебе говорил, очень много значит для нас. Здесь мы прятались от посторонних, находили утешение, погружались в свои мечты, проводили время друг с другом. Темпл и я обожаем читать, поэтому здесь так много книг; Джейми увлекается всем, что можно вычислить и частенько прибегает к решению задач, как к успокоительному, еще он круто играет в шахматы; Харви любит выражать себя через краски, благодаря картинам он может открыться тогда, когда ему это особенно сложно; Зейн предпочитает играть на фортепиано в зале, но так как там собираются люди, он чаще услаждает наш слух своими голосом и музыкой здесь, его пение и игра настолько проникновенны, что обычно мы все замираем в эти минуты; Рафаэль искусно играет на гитаре, особенно испанские и мексиканские напевы.

Я жадно слушала все, во что Эйден меня посвящал, смотрела на то, с каким одухотворенным выражением лица он все это рассказывал, и думала о том, как это классно, когда у тебя есть такие друзья. Мне моих не хватало. Разговаривая с Рейчел и Генри, я почувствовала такую тоску по ним, дому, по нашим эдинбургским улочкам, почерневшим от угля стенам, хмурым тучкам, мамину пирогу, папин объятиям, смеху братьев. Рейчел до сих пор не знала о том, что я встречаюсь с Эйденом, говорить ей это по телефону я не решилась, подумала, что будет лучше, если она сможет познакомиться с ним вживую.

- Когда я думаю о нас, о тех нас, которые были здесь, я испытываю такую грусть и тоску..., - печально произнес он, глядя мне в глаза, - потому что понимаю, что это время не вернуть. Мы разъехались, живем в разных странах, городах, стали реже видеться из-за этого. Харви, что бы я не был один в Эдинбурге, приехал со мной, бросив свой клуб в Нью-Йорке на попечение заместителей, но сейчас...Сейчас ему так плохо...И я не понимаю, что делать, не знаю, как ему помочь...Меня посещают мысли о продаже кафе..., - я напряглась, - потому что теперь я должен быть рядом с Харви, помогать ему, но с другой стороны мне не хочется бросать свое дело...Не знаю. Надо искать человека, который сможет заменить меня..., - Эйден отвернулся. - Я...я не могу просить тебя о таком...но просто....если я перееду в Нью-Йорк на некоторое время, то мы с тобой не сможем регулярно видеться, а заставлять тебя переезжать вместе со мной, поставить перед выбором...Даже не знаю, это ведь неправильно. Так не должно быть.

Он говорил сбивчиво, тряся головой, ходя размашистыми шагами туда-сюда, а я слушала его, пытаясь устаканить в своей голове все, что только что услышала. Остановившись, Эйден сел перед мной на колени, глядя прямо в глаза.

- Понимаешь, я не поклонник плохого отношения к женщинам, не люблю ставить их перед выбором, решать за них, что им делать и как жить. Я считаю, что всякий человек, вне зависимости от пола, религии, взглядов, должен быть свободен в отношении своих действий и мыслей, понимаешь? Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя несчастной, не хочу заставлять тебя делать то, что не нравится...Я хочу сделать так, чтобы тебе было комфортно...

- Эйден, - улыбнулась, смущенная страстностью его речи, - успокойся, все хорошо..., - я обхватила его руки, и он умолк.

Я наклонилась и мягко поцеловала его в губы, ощущая в груди любовь к этому созданию, столь высоко ценящему нас, девушек. Сколько мизогинии в этом мире, сколько презрения получает женщина за всю жизнь, как много раз ей приходится молчать и терпеть ради того, чтобы мужчина остался с ней. На Земле так много людей, которые осуждают нас за свободу выбора, действий и мыслей, которые навязывают всем, какими должны быть женщины, как им выглядеть, как говорить, как себя вести, а этот человек, этот мужчина...Как он мил с людьми, вне зависимости от пола, религии, взглядом, как он добр, справедлив,лишен всякой гордыни и высокомерия...Почему у нас принято, что мужчина принимает решение за женщину, не посоветовавшись с ней, - это мачо? Почему у нас считается, что человек, который чуть что везде применяет свою силу, является мужчиной?

- Я так сильно тебя люблю, - пролепетала я, чувствуя, как меня распирает. - Так сильно люблю...

Глаза Эйдена округлились, выражение лица стремительно менялось. пока наконец не появилась улыбка.

- Повтори это еще раз, Айрин, пожалуйста, - прошептал он, подползая ближе.

Я села перед ним на колени, почувствовала, как его руки обхватывают мои ладони.

- Я люблю тебя, мой Эйден. Люблю.

Его губы были мягкими, движения рук плавными, медленными, прикосновения нежными. Голос, вибрирующий, низкий, шептал то, что прямой стрелой попадало ровно в сердце. Наша одежда. как и мы сами, оказалась на полу. Два сплетенных тела. Две инструмента, что играли и соединялись в композиции, что проникала под кожу, растворяясь в нас самих. Два человеческих сердца, стучащих в такт друг другу. Два космоса, породивших еще одну, свою Вселенную.

Касаясь моего тела, Эйден был нежен, касаясь мое тела, он заботливо окутал его своим телом, касаясь моего тела, он погружал меня в жар нашего желания, касаясь моего тела, он открывал мне таинство нашего соития. Я желала соединиться с ним и вновь раствориться. Как было до этого. Как есть сейчас. Как будет потом.

Сегодня я пишу вам в связи с тем, что меня появилась мысль. Некоторое время я пишу свободные стихи, которые так и просятся наружу. Я думаю создать отдельный сборник моих мыслей и выставить здесь, на wattpad. Как бы вы отнеслись к такой идее?🥺🥹