Reflections.
Ён Джин мигом направилась туда.
Она увидела вывеску и метнулась в сторону входа. Когда Ён Джин забежала внутрь, ринулась вниз по лестнице в главный зал. Там были расположены столы и место для игры в боулинг.
Её взгляд коснулся Джун Тэ, который лежал у стены, весь дрожащий и тяжело дышащий. Она быстро подошла к нему, встряхнув за плечи.
- Джун Тэ, я пришла! Что здесь происходит? - протараторила Пак, в упор глядя на него.
Она вздрогнула, через секунду услышав разгром где-то в углу этого злосчастного места.
Ён Джин резко обернулась, заметив движение. Здоровенный тип в темном прикиде только что отпихнул Ши Ына, который пытался его зацепить.
Она тут же вскочила на ноги и развернулась.
- Эй, слышь, красотка, вали отсюда, пока цела, - рявкнул он, грубо толкнув её плечом.
Ён Джин и не думала сдаваться.
Парень скривился, когда понял, что она не собирается уходить, а стоит как вкопанная даже после его толчка.
- Сама виновата, - прошипел он и резко пошел в атаку.
Воздух свистнул рядом с её ухом, когда кулак противника пролетел в сантиметрах от виска. Ён Джин инстинктивно отпрыгнула назад, её мышцы напряглись от выброса адреналина. Она не думала, действовала на уровне рефлексов, выработанных на тех редких уроках самообороны, которые когда-то посещала. Его движения были грубыми, размашистыми, он полагался на силу, а не на скорость.
Её шанс был сейчас.
Перенеся вес тела на опорную ногу, она резко выбросила вперед правую, не стопой, а жесткой подошвой кроссовки, целиком в солнечное сплетение. Удар пришелся глухо, с противным хлюпающим звуком выходящего воздуха. Он ахнул, судорожно глотая ртом пустоту, и на мгновение согнулся пополам, глаза застилала влажная пелена шока. Это была её минута.
Дрожащими, но цепкими пальцами она выдернула из кармана джинсов свой телефон. Металлический угол торчал, как дурацкое, но единственное оружие. Противник, всё ещё давясь, уже пытался выпрямиться, его рука потянулась, чтобы схватить её за волосы.
Ён Джин не отбивалась, она атаковала. Рванувшись навстречу его движению, она уклонилась под его руку и со всей силы, используя импульс всего тела от пятки до плеча, вогнала острый угол телефона ему в глазную впадину. Не в сам глаз, а в кость над ним, с глухим, костяным щелчком. Боль была мгновенной и ослепляющей. Раздался нечеловеческий, хриплый вопль. Он отпрянул, прижимая ладонь к лицу, из-под которой уже сочилась алая полоска.
В голове мелькнула мысль о содеянном, но холодный, ясный страх оказался сильнее. Она отскочила, зажав липкий от крови телефон, понимая, что рана лишь взбесила его.
И это подтвердилось сразу. Сквозь боль в его единственном здравом глазу вспыхнула чистая ярость. С рыком он сделал новый выпад, более дикий и предсказуемый. Но этот рык обернулся стоном удивления. Сзади на него навалился Джун Тэ. Он вцепился ему в плечи и шею, пытаясь оттянуть назад, заставить потерять равновесие. Противник закачался, отвлеченный новой угрозой, яростно пытаясь сбросить со спины неожиданного груза.
Времени на раздумья не было. Взгляд Ён Джин метнулся по комнате и нашел его, черный шар для боулинга, неподвижно лежавший у стены, как сферический капкан. Она бросилась к нему, и её пальцы обхватили холодные, скользкие отверстия. Вес шара был чудовищным, неестественным для удара, он тянул её плечо к полу.
Она не размахивала им. Подбежав сбоку к мешавшимся фигурам, она занесла шар двумя руками, будто неся неподъемный чемодан, и с коротким, резким усилием всего корпуса врезала его в основание черепа нападавшего. Удар был не столько громким, сколько глубоким и окончательным. Глухой, костный стук, который отозвался вибрацией в её собственных запястьях.
Всё напряжение в огромном теле противника разом исчезло. Его колени подкосились, и он рухнул на пол как подкошенный, беззвучно и тяжело, лицом вниз. Джун Тэ, почувствовав, как тело в его руках обмякло, тут же отпустил захват и отпрыгнул назад, тяжело дыша. В комнате воцарилась оглушительная тишина, нарушаемая только их прерывистыми вздохами и тихим, жалобным стоном, доносящимся с пола.
Ён Джин разжала онемевшие пальцы. Шар с глухим стуком покатился по полу, оставляя за собой слабый след.
Она быстро оглянулась.
- Джун Тэ, не двигайся. Ты и так еле на ногах, - пробормотала она, быстро подходя к Ши Ыну.
Ши Ын уже более-менее пришёл в себя по сравнению с тем, что было минут пятнадцать назад.
- Ты можешь встать? - спросила она, и он начал подниматься, хоть и с трудом. - Ты что, пойдешь на бой? Но.
Он её мягко перебил.
- Я должен идти, - сказал Ши Ын, устремив на нее твердый взгляд.
Ён Джин уловила решимость в его глазах и всё же отбросила сомнения. Джун Тэ подал голос.
- Ён Джин, помоги ему добраться туда.
Она повернула голову в его сторону. В конце концов, ей же не драться велели. Просто провести Ши Ына, чтобы он точно явился и закончил часть плана.
Ён Джин кивнула.
- Хорошо, пойдём, - она взяла Ши На за локоть, помогая восстановить равновесие. Он всё еще пошатывался, довольно вымотанный от прежней драки с тем амбалом. Внутри неё шевельнулось беспокойство за его состояние перед предстоящим боем.
Ён Джин всю дорогу просто держала его за локоть, чтобы он шёл ровно и быстро. Ши Ын совсем не выглядел напуганным или беспокойным, что удивляло её. Даже если бы Ен Джин была парнем, она бы долго сомневалась, прежде чем драться с таким жутким человеком как Бэк Джином.
Они оказались на том самом месте, где в кругу скопились все ученики из школы Ынджан и участники Союза. Если школа победит, то им больше ничего не угрожает и ее брату в том числе. Поэтому она искренне желала им победы.
Чем ближе они стали, тем отчётливее услышали ругань Бэк Джина.
- Давайте, выходите кто угодно!
Это было последнее, что услышала Его Джин, после чего отпустила Ши Ына и встала за группой школьников в форме Ынджан. Она опустила голову, прикрытую капюшоном.
Она заметила, как Ши Ын обошёл Её Така, не дав ему вступить в бой с главой Союза.
Среди парней раздался шепот.
- Ён Ши Ын пришел. Гляди, Ха Джун тоже с ним! Он тоже пришел!
Ён Джин чуть отошла на шаг. Она увидела рядом с Бэк Джином лежащее на земле тело Ху Мина. Он был повержен.
Холодный дождь не прекращался, превращая пустырь за школой в мутное месиво из грязи, воды и пожухлой травы. Воздух гудел от ровного шума дождя, который заглушал всё, кроме хлюпающих шагов, тяжёлого дыхания и глухих ударов.
Бэк Джин был крупный, мощный, его удары, хоть и не слишком техничные, несли в себе всю силу его ярости. Ён Ши Ын, более лёгкий и подвижный, поначалу парировал, уворачивался, словно тень скользя по краю. Брызги грязи взлетали при каждом их движении, размазываясь по курткам и лицам. Собравшиеся парни молча наблюдали, вжав головы в плечи от дождя, их лица были напряжёнными масками.
Но выносливость брала своё. Очередной тяжёлый кулак Бэк Джина, пробив слабеющую защиту, зацепил Ши Ына по ребрам. Тот споткнулся, поскользнулся на размокшей земле и упал на спину в огромную лужу, подняв фонтан грязной воды. Он лежал, пытаясь отдышаться, дождь хлёстко бил ему прямо в лицо.
Среди наблюдателей пронёсся подавленный стон. «Всё... И он тоже», - прошептал кто-то. Взгляды, полные разочарования и страха перед задирой Бэк Джином, начали метаться в поисках последней надежды. Они остановились на Ён Джин, стоявшей чуть в стороне, закутанной в чужую, мужскую куртку, в которой её всё ещё принимали за парня по имени Ха Джун.
К ней придвинулся один из старшеклассников, его шёпот был слышен даже сквозь шум дождя: «Ха Джун... Ты же каратист, правда? Ты должен. Ши Ын... он ведь твой друг, разве нет?» В его голосе была мольба. Другой кивнул, глаза умоляли. Ён Джин чувствовала, как её сердце колотится где-то в горле. Она сжала кулаки внутри карманов, глядя на лежащего в грязи друга. Внутри всё кричало, чтобы бежать ему на помощь, но страх парализовал.
Он бы выполнил то, что планировал, она не сомневалась.
И в этот момент Ён Ши Ын пошевелился.
Он поднялся с каким-то новым, ледяным спокойствием. Струйки грязной воды стекали с его подбородка, но во взгляде, который он устремил на Бэк Джина, не было ни боли, ни отчаяния. Была лишь холодная, расчётливая ясность.
Бэк Джин, уверенный в победе, с рёвом бросился вперёд, нанося размашистый удар. Ши Ын не стал блокировать. Он резко сместился вбок, позволив кулаку пройти в сантиметре от виска, и тут же, используя импульс противника, нанёс короткий, точечный удар ребром ладони по предплечью Бэк Джина. Тот взвыл от неожиданной, пронзающей боли в нерв.
Разозлённый, Бэк Джин начал яростно молотить, пытаясь накрыть Ши Ына градом ударов. Один, второй кулак нашли цель, ударив по челюсти. Голова Ши Ына откинулась назад, из уголка рта брызнула алая струйка, тут же смытая дождём. Но вместо того чтобы упасть, он использовал силу удара.
Резко согнув ноги, Ши Ын буквально нырнул вниз, в грязь, уходя с линии атаки. Бэк Джин, потеряв цель, на мгновение замер в недоумении. И это мгновение стало роковым.
Из низкой стойки Ши Ын обрушил на ведущую ногу Бэк Джина шквал ударов. Не размашистых, а быстрых, жёстких, как удары молота, боковой ребро стопы в коленную чашечку, пятка в голень, колено в бедро. Каждый удар был точен, бил по мышцам и суставам, ломая ритм и лишая опоры. Бэк Джин закачался, лице его исказила уже не ярость, а гримаса боли и растерянности. Его мощная нога, которую он так уверенно втыкал в землю, теперь дрожала и подгибалась.
Ши Ын закончил серию резким подсевом, целясь не в ступню, а в подколенную ямку. Бэк Джин, пытаясь сохранить равновесие, поскользнулся на раскисшей земле и с тяжёлым плеском рухнул на колено в ту самую лужу, где минуту назад лежал его противник.
Тяжёлое колено Бэк Джина вдавило Ши Ына в ледяную грязь. Ён Джин, стоявшая в толпе, сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Каждый удар, который принимал на себя её друг, отзывался в ней физической болью. Шепот старшеклассника жёг её ухо: «Ты же каратист, Ха Джун! Он же твой друг!»
Это имя - «Ха Джун» - висело на ней тяжёлым, чужим плащом. Всё её существо рвалось вперёд, инстинкты кричали о помощи, мускулы помнили движения из додзё.
И вот Ши Ын лежал под противником, поверженный. И сквозь шум дождя и собственный стыд она услышала его голос, тихий и невероятно чёткий:
«Смотри... на меня хорошенько. Разве я... проиграл?»
В этих словах не было просьбы о помощи. В них была та самая сила, которой ей сейчас так не хватало - сила принимать удар, не теряя себя. И это парализующее чувство стыда внутри Ён Джин вдруг лопнуло, сменившись новой, ясной волной: он держался не за её спасение, а за их общую правду.
Бэк Джин медленно повернул голову, отвлечённый этим взглядом снизу. И в этот миг движение на краю поля зрения заставило дёрнуться и саму Ён Джин. Это был Ху Мин. Он выглядел так, словно прошел через мясорубку. Он уже шёл, лицо - маска холодной решимости. И в ней не было ни тени того страха, который сковывал её.
Всё произошло за секунды. Удар Ху Мина. Мощное, окончательное падение Бэк Джина в грязь. Гулкая тишина, в которой был слышен только дождь и тяжёлое дыхание.
И тогда Ён Джин сдвинулась с места. Не как «каратист Ха Джун», чтобы добить поверженного. А просто как человек. Она первой, опередив других, подошла к луже, где лежал Ши Ын. Сквозь грязь и кровь она увидела, как он пытается подняться на локти, и протянула ему руку - небрежно, будто так и надо, будто это просто друг помогает другу встать после падения.
Их взгляды встретились на мгновение. В его глазах она не увидела упрёка за её бездействие. Увидела усталость, боль и то самое глубинное понимание, которое было между ними с самого начала этой лживой игры. Он молча опёрся на её руку, и она, собрав все силы, потянула его вверх, чувствуя, как дрожат её собственные ноги - не от физической нагрузки, а от свалившегося груза эмоций.
Она помогла ему подняться. Не притворяясь героем Ха Джуном, а просто будучи рядом. И в этом жесте, в её крепкой, но скрывающей дрожь хватке, была её собственная, немая победа над страхом. Она не бросила его. Даже под чужим именем.
Все присутствующие начинали расходиться, что её радовало.
Они спустились с холма, скользя и цепляясь за мокрые камни и корни. Склон, размытый ливнем, стал treacherous грязной горкой. Ученики Ынджан сползали следом, галдя, крича, толкая друг друга в хрупком братстве людей, переживших одну и ту же войну. Адреналин ещё не отпускал, и он выплёскивался в диком, нервном веселье.
- Вы видели?! - Хё Ман орал громче всех, размахивая ссаженными костяшками. Он был в центре всеобщего внимания, его куртка была разорвана, но осанка победителя. - Вы видели, каким я был потрясающим?! Как я его уложил! Он думал, что я сломан? Ха!
Все засмеялись, кто-то хлопнул его по спине. Но тут взгляд Хё Мана, блестящий от триумфа, упал на Ён Джин, которая шла чуть в стороне, поддерживая под локоть всё ещё шатающегося Ши Ына. И его выражение на мгновение изменилось. Торжество сменилось показным, колючим упрёком.
- А ты, Ха Джун, - протянул он, и в его голосе появилась едкая нота, которую маскировал общий шум, но было слышно чётко. - Великий каратист. Весь бой отстоял как статуя. Красиво, конечно, в конце руку подал... герой.
Он фыркнул, ободряюще ткнув локтем соседа, как бы ища подтверждения своей «справедливой» обиды.
- Мог бы и встрять по-мужски, а не ждать, пока всё само рассосётся. У тебя же приёмы всякие. Или в додзё только на мягких матах драться учили?
Смех вокруг на секунду стал тише, неловким. Некоторые переглянулись. Ён Джин почувствовала, как её спина напряглась. Она не ответила, просто крепче сжала локоть Ши Ына, глядя себе под ноги на размокшую тропу. Внутри поднялась знакомая горечь от несправедливых слов, но также и усталость - от этой игры, от необходимости скрываться.
Ши Ын, почувствовав напряжение, медленно поднял голову и посмотрел на Хё Мана тем пристальным, уставшим взглядом, который заставлял людей замолкать.
- Хватит, - произнёс он хрипло, но твёрдо. - Иди уже, герой, не порти момент.
Хё Ман задержал взгляд на секунду, что-то бормоча себе под нос о «благодарности», но общий поток ребят, уже переключившихся на обсуждение деталей драки, понёс его дальше вниз, к школе, к теплу и сухости, унося с собой этот короткий, ядовитый всполек недовольства.
Ён Джин заметила Ху Мина впереди всех. Она нагнала его только тогда, когда Хён Так помог Ши Ыну вместо неё.
- Тебе придётся проверить руки, - указала она, идя рядом.
Взглянув на свои руки, покрытые синяками и опухшие, Ху Мин тихо, прерывисто вздохнул. Он вспомнил жар столкновения, прилив адреналина и тот прилив силы. Да, это было незабываемое ощущение, но теперь, когда его тело постепенно возвращалось к жизни и боль начала давать о себе знать, он понял, что это было глупо.
- Это всего лишь несколько синяков... Со мной все будет в порядке...
- Я заметила, - окидывая его взглядом, сказала Ён Джин. Он действительно выглядел как месиво.
- Ты всегда была наблюдательной.
- Тихо сказал Ху Мин, поморщившись, когда коснулся больного места на костяшках пальцев. Затем он поднял на тебя взгляд, и его глаза горели знакомым огнем. Улыбка заиграла на его губах, когда он продолжил.
- Как мило с твоей стороны беспокоиться обо мне, а?
Она закатила глаза.
- Я пыталась мысленно поддержать тебя, пока ты лежал в грязи, - с энтузиазмом произнесла Ён Джин.
Ху Мин не смог удержаться от смешка, услышав ее ответ. Даже в такой ситуации ты все равно знала, как вывести его из себя. Он скрестил руки на груди и приподнял бровь.
- О, так ты мысленно поддерживала меня, когда мне надирали задницу, да?
- Да, наверно, - кивнула она. Хотя она явилась немного поздно.
- И расскажи мне... что ты думала обо мне, когда я лежал в грязи и меня били, как собаку?
- Бедняга.
Ху Мин не мог не почувствовать смесь раздражения и теплоты от твоего ответа. Он покачал головой, тихо вздохнув, но в его глазах промелькнул намек на веселье.
- Это единственное, что ты могла сказать? Ни слова похвалы в адрес отважного воина, который храбро встретил врага и спас положение?
- Хорошо. На самом деле, я думала о многих вещах, но тебе необязательно об этом знать. Ты похож на фарш.
- Фарш?
- Повторил Ху Мин, и его улыбка стала чуть шире. Он оглядел тебя с головы до ног, и его глаза озорно заблестели.
- Я не знаю, чувствовать себя оскорбленным или польщенным...
Он покачал головой и издал тихий смешок.
- А я-то надеялся на восхищенный комплимент...
Ён Джин тихо рассмеялась. Они шли минуту молча, прежде чем она нарушила тишину.
- Куда ты теперь пойдешь?
- Честно? Я не знаю...
Настроение Ху Мина слегка изменилось, дразнящая улыбка исчезла с его лица. Он провел рукой по своим взъерошенным волосам, которые были растрепаны после драки, и пожал плечами.
- На самом деле я не в настроении что-либо делать. Так что я, пожалуй, пойду домой, приму теплый душ и постараюсь дать отдых своим ноющим мышцам. Что насчет тебя? Куда ты направляешься?
- Домой. Но если хочешь, ты мог бы пойти со мной.
Ху Мин был слегка удивлен её предложением.
- Ты уверена? Я не хочу доставлять тебе хлопот... И выгляжу я сейчас ужасно.
- Поэтому я предлагаю. Я хочу позаботиться о тебе.
Ху Мин слабо улыбнулся, чувствуя, как в груди разливается странное тепло. Хотя он был крепким парнем, который знал, как о себе позаботиться, ему показалось странным, что ты готова позаботиться о нем. Он снова провел рукой по волосам и пожал плечами.
- Хорошо... Я пойду с тобой.
Ён Джин отвела его в свой дом, находящийся недалеко от школы Ынджан. Он был расположен среди других домов.
Когда они вошли в уютную спальню, Ху Мин был поражен теплой, домашней атмосферой. Мягкое освещение, удобная кровать, уютные ковры на полу.
Прежде чем он пошел в душ, Ён Джин дала ему свою, на удивление, мужскую одежду, которую сама носила, притворяясь парнем раньше.
- У вас здесь славное местечко... - сказал он, присаживаясь на кровать и пробуя ее своим весом.
Ен Джин достала из комода аптечку первой помощи.
- А теперь мне придется тебя немного помучить.
Ху Мин не смог удержаться от смешка, услышав твои слова. Пытка, да? Он должен был признать, что мысль о том, что ты будешь лечить его раны, была одновременно забавной и несколько возбуждающей. Но он все равно решил поиграть в крутого парня и небрежно пожал плечами.
- Продолжай. Пытайте меня, доктор.
- Только не плачь из-за антисептика
Ху Мин усмехнулся, и в уголках его губ заиграла хитрая улыбка.
- Мне плакать? Ни за что. Я действительно крутой парень. Я могу справиться с небольшим жжением от антисептика.
Он слегка согнул ушибленную руку, слегка поморщившись от боли.
- У меня более высокая переносимость боли, чем ты думаешь.
Она села перед ним и взяла ватный диск, чтобы сначала промыть раны на его лице.
Ху Мину пришлось признать, что прикосновение прохладного ватного диска к его ранам было на удивление приятным. Он закрыл глаза, стараясь сохранить нейтральное выражение лица и не показать, как сильно на него подействовала боль.
- Так нежно... Ты настоящий профессионал в этом, да? - пробормотал он.
- Ну а после соревнований мне нужно было привести свое лицо в порядок.
Ху Мин не смог сдержать ухмылку, услышав это. Твой образ с несколькими синяками и пластырями на лице, когда ты его латала, был странно интригующим.
- Могу только представить... держу пари, ты выглядела ужасно.
- И все же, лучше, чем ты.
Он поморщился, когда Ён Джин приложила какое-то лекарство к особенно болезненному кровоподтёку на его ноге.
- Как больно...
Она положила ему на ногу теплое полотенце.
Ху Мин глубоко вздохнул, чувствуя, как волна успокаивающего тепла разливается по его ноге. Он открыл глаза и слабо улыбнулся.
- Это приятное ощущение...
- Он взглянул на тебя, заметив, что несколько прядей твоих волос выбились из прически.
Он протянул руку и осторожно провел пальцем по пятну на её щеке, слегка размазывая лекарство.
- Вот.
Баку на мгновение замер, его рука все еще лежала на её щеке, её кожа была теплой и гладкой. Он чувствовал, как под его ладонью учащенно бьется пульс на её шее. Его глаза встретились с твоими, и его улыбка стала чуть шире.
- Теперь все чисто...
- Тебе придется снять рубашку
Игривая ухмылка появилась на губах Ху Мина, когда Ён Джин обратилась к нему с этой просьбой. Он откинулся на спинку кровати, небрежно скрестив руки на обнаженной груди.
- О, это обязательное условие для такого лечения?
Его голос был низким и дразнящим, но в нем слышался намек на вызов. Он наслаждался игрой, мыслью о том, что ты прикасаешься к его обнаженной коже и ухаживаешь за ней. Он нисколько не смутился. Во всяком случае, мысль о твоих руках на нем вызвала в нем вспышку желания.
- Заткнись, - фыркнула Ён Джин.
Ху Мин тихо рассмеялся, его глаза заблестели.
- Ты всегда очень вежливая... - сказал он низким, хриплым шепотом.
Он немного приподнялся, его мышцы напряглись, когда он снял рубашку, открывая вашему взгляду свой обнаженный торс.
Ху Мин почувствовал, как в груди у него снова вспыхнула искра возбуждения. То, как она пыталась изобразить безразличие, но у неё ничего не получалось, её глаза постоянно возвращались к его торсу, то, как пылали твои щеки.
Он откинулся на кровати, его руки были опущены по бокам, обнажая мышцы груди и живота, и самодовольно улыбался.
- Видишь что-нибудь, что тебе нравится, док?
Она не ответила, просто села позади него, осторожно обхватив его за предплечья. Ее прикосновения были нежными, и она действительно заботилась о нем.
Ху Мин почувствовал, как тепло разливается по его груди. То, как она прикасалась к нему, как мягко держала его за руку, все это было так нежно и заботливо. Он никогда раньше не испытывал таких прикосновений, и это заставило его сердце затрепетать. Он всегда старался казаться сильным и непреклонным, но сейчас ему просто хотелось, чтобы его обняли и утешили.
Он закрыл глаза, легкая улыбка тронула уголки его губ. Ён Джин все еще сжимала его руку, и её пальцы нежно поглаживали его предплечье, когда она наматывала бинт. Он медленно и глубоко вздохнул.
Спустя двадцать минут оказания помощи Ён Джин пепедвинулась и села напротив него.
- Ты можешь лечь, у тебя остались только ребра.
Ху Мин кивнул и поерзал на кровати, положив голову на подушку. Его торс все еще был обнажен, мышцы живота и грудных мышц поблескивали в тусклом свете.
- Знаешь... - сказал он низким и хрипловатым голосом, - У тебя оттуда интересный вид.
Он посмотрел на тебя снизу вверх с хитрой ухмылкой на лице, наслаждаясь тем, как Ён Джин старается не пялиться на него.
- Ты прав, - улыбнулась она, складывая все обратно в коробку.
Ху Мин издал тихий смешок, почувствовав удовлетворение от ее ответа.
- Ты уверена, что сможешь удержаться от того, чтобы не посмотреть? Вся эта обнаженная кожа только для твоего удовольствия.
Он немного размял мышцы, отчего они напряглись и заиграли.
- Наслаждайся моими восхищенными взглядами, - ответила Ён Джин, легко улыбаясь.
Ху Мин ухмыльнулся, его глаза заблестели, когда он увидел, как вспыхнули её щеки, как почти незаметно приоткрылись губы. Да, она точно восхищалась.
- Они мне действительно нравятся... - сказал он, теперь его голос звучал тихо и вкрадчиво. Его глаза были прикованы к её, и он провел пальцами вниз по животу, обводя контуры мышц.
Ён Джин села обратно на край кровати после того, как положила аптечку на место.
- Как ты себя чувствуешь, парень?
- Я чувствую себя прекрасно... просто немного побаливает.
Ху Мин ответил с едва заметной улыбкой.
- Знаете, у меня бывало и похуже. Это всего лишь несколько синяков и ушибов.
Он размял особенно больную мышцу, слегка поморщившись, когда боль пронзила его насквозь.
- Осторожно.
Она аккуратно положила руку ему на плечо.
Ху Мин почувствовал разряд электричества от прикосновения твоей руки к своему плечу. Её прикосновение было таким мягким и ласковым, что у него по спине пробежала приятная дрожь.
- Я в порядке... правда.
Он снова открыл глаза, и его взгляд встретился с твоим.
- Отдыхай.
Ху Мин кивнул, глубоко вздохнув. Ощущение твоей руки, все еще лежащей на его плече, заставило его почувствовать себя странно расслабленным и комфортным. Он немного поерзал на кровати, меняя положение, прежде чем снова положить голову на подушку.
- Знаешь, это на самом деле приятно...
Сказал он, и легкая улыбка заиграла в уголках его губ.
- Ты настоящий профессионал во всем, что касается «заботы о моем теле».
Он взглянул на Ён Джин краем глаза, и в его взгляде была смесь признательности и немного озорства.
- Ох, даже весь побитый, ты такой наглый.
Ху Мин был удивлен, когда понял, что она встает, чтобы уйти. А он явно этого не хотел.
- Куда ты идешь? - Спросил он чуть более настойчиво, чем намеревался. Мысль о том, что он останется один, с ноющими мышцами и саднящими синяками, заставила его почувствовать острую боль одиночества.
- Ты уходишь?
Ён Джин обернулась, устремив глаза на него. Она просто уставилась на него.
- Ты хочешь, чтобы я осталась?
Ху Мин кивнул, выражение его лица было серьезным. Он не хотел показаться слишком нуждающимся, но в то же время ему не хотелось оставаться одному прямо сейчас. Он чувствовал себя уязвимым и немного потрепанным после драки, мягко говоря.
- Да... останься. Пожалуйста.
Он старался говорить непринужденно, но было трудно скрыть нотки усталости в голосе.
Ён Джин вздохнула, ещё раз окинув своим жалостливым взглядом и залезла на кровать. Она больше благодарна ему за то, что он вызвал Бэк Джина на бой и взял ответственность, хоть и теперь был изрядно покалечен.
Ху Мин почувствовал прилив облегчения и комфорта от ощущения её тела, лежащего рядом с ним. Её теплая, нежная кожа рядом с его, аромат её волос, тихий ритм дыхания - все это было так чудесно успокаивающе. Он испустил долгий, медленный вздох, его рука обвилась вокруг её талии, чтобы притянуть ближе.
- На самом деле, это довольно мило... - пробормотал он глубоким, низким шепотом. - Я мог бы привыкнуть к тому, что ты заботишься обо мне.
- Пока что привыкай к этому, - улегшись на боку, сказала девушка.
Мысль о том, что она всегда в его распоряжении, заботишься о его болях и ушибах, заставляла его чувствовать себя благодарным и озорным одновременно.
- Мне нравится, как это звучит... Я собираюсь воспользоваться этим, знаешь?
- Мечтай.
Услышав это, Ху Мин издал низкий смешок. Её вызывающий взгляд и дерзкий тон заставили его сердце биться чаще. Да уж, с Ён Джин не заскучаешь.
- Ты настоящая нахалка, не так ли? - сказал он, и его улыбка стала чуть более дерзкой. Он слегка наклонился, приблизив свое лицо всего на несколько дюймов.
- Мне это нравится в тебе. Это мило.
- Вот почему ты так быстро в меня влюбился.
При этих словах улыбка Ху Мина стала еще шире.
- Да... Я питаю слабость к дерзким девушкам.
Он шутил только наполовину. Определенно, какую-то часть его привлекала её смелость, её упрямство. То, какой целеустремлённой и сильной она была.
Ху Мин почувствовал желание защитить её, когда увидел усталость в её улыбке. Он знал, что Ён Джин храбрится, пытается быть сильной ради него.
- Похоже, кто-то немного устал... - сказал он, и его голос превратился в тихий, успокаивающий шепот.
Его рука, которая все еще обнимала её за талию, начала медленно и нежно водить пальцами.
- Знаешь, тебе самой нужно немного отдохнуть.
Он немного подвинулся, натягивая на них обоих одеяло и крепко прижимая Ён Джин своему телу. Он чувствовал, как её голова покоится у него на груди, чувствовал ровный ритм её дыхания, когда она расслабилась в его объятиях.
--
Вот события подошли к концу. Сегодня выпущу эпилог, и на этом, думаю, все.