25.
Врач спокойно, но уверенно подошёл к Мадонне, заметив её напряжение, и мягко сказал:
— Ложитесь на бок, постарайтесь расслабиться. Через двадцать минут, когда схватки станут менее интенсивными, начните ходить по кругу, это поможет ускорить процесс.
Мадонна кивнула, чувствуя, как её тело реагирует на каждую волну боли. Она устраивалась на боку, прижимая подушку к животу, в надежде на хоть малое облегчение. Дима, сидящий рядом, бережно держал её за руку, пытаясь поддержать её в эти мучительные моменты.
— Хорошо, — прошептала она, несмотря на тяжёлые схватки, — я постараюсь.
Доктор, проверив монитор, снова взглянул на Мадонну:
— Когда почувствуете, что можете встать, аккуратно встаньте и начните делать лёгкие круги. Это поможет малышу опуститься и подготовит вашу шейку матки.
Мадонна закрыла глаза, пытаясь собраться с силами. Боль была невыносимой, но она знала, что ей нужно следовать указаниям врача. Тело наполняло напряжение, но Мадонна чувствовала, что это всё нужно пережить ради её детей.
Мадонна, преодолевая каждую волну боли, медленно поднялась с кровати. С каждым шагом её тело сотрясала боль, но она сдерживалась, не давая воле своих чувств. Дима внимательно следил за ней, поддерживая её на каждом шагу, как бы она не кричала, как бы не вздрагивала от новых болей.
Она сделала несколько шагов, постепенно начиная двигаться по кругу. Ходить было тяжело, но она понимала, что это необходимо. Шаг за шагом, она пыталась сосредоточиться на дыхании, вспоминая слова врача о том, как важно двигаться, чтобы ускорить процесс.
— Ты справишься, — шептал Дима, поддерживая её за плечо, — я с тобой.
Мадонна пыталась улыбнуться, но боль снова накрывала её, заставляя её снова и снова делать шаги, несмотря на всё. Весь мир вокруг становился туманным, но она чувствовала, как её дети становятся всё ближе к тому моменту, когда они появятся на свет.
С каждым шагом её тело постепенно расслаблялось, несмотря на острую боль. Все мысли сосредотачивались только на родах, на том, чтобы привести детей в этот мир, как бы тяжело ей ни было.
Когда боли стали невыносимыми, медперсонал немедленно переместил Мадонну на родильную койку. Врач быстро проверил её состояние и подтвердил, что она готова к родам. Дима не отходил от неё ни на шаг, держась за её руку и поддерживая на каждом вдохе. Он знал, что это нелегкое испытание, но был уверен, что она справится.
— Всё будет хорошо, — шептал он, гладая её руку, — я рядом.
Мадонна сжала его руку, пытаясь сдержать крик, но это было всё сложнее. Она чувствовала, как тело подготавливается к следующему этапу, и сразу же пришла волна сильной боли. На лице появился лёгкий страх, но она сосредоточилась на дыхании, пытаясь контролировать свои ощущения.
Врач указал на позицию для парных родов, давая ей понять, что теперь она должна работать с дыханием и напряжением мышц в нужные моменты. Это было нелегко, но с каждым вдохом и выдохом она чувствовала, как её тело начинает работать в унисон с процессом.
Дима встал рядом с ней, не отрывая взгляда, и всё время повторял, что она сильная. Он знал, как тяжело ей сейчас, но видел, как она справляется с болью, не сдаваясь.
— Я горжусь тобой, — шептал он, когда она снова схватилась за его руку, в очередной раз ощущая непередаваемую боль.
Врач и медсестры занимались своим делом, готовя всё необходимое для родов, но все внимание было на Мадонне, которая с каждым моментом всё ближе подходила к кульминации этого невероятного и болезненного, но невероятно важного процесса.
Когда раздался первый крик девочки, в комнате воцарилась напряжённая тишина, и Дима почувствовал, как облегчение наполняет его грудь. Мадонна лежала, выдохнув, а её лицо отражало усталость и счастье. Она сделала короткий взгляд на Диму, который крепко держал её руку, но на его лице не было ни слёз, ни паники. Он был сосредоточен, полностью поглощён тем, что происходит.
— Ты справилась, — сказал он с лёгкой улыбкой, его голос был спокойным, уверенным. — Молодец.
Девочку увезли на осмотр, и Мадонна с тяжёлым дыханием приготовилась к следующему этапу. Она почувствовала, как сила и выносливость покидают её, но уже через несколько секунд, когда врачи начали готовиться к родам второго ребёнка, она снова собрала все свои силы.
Дима не отходил, его взгляд был твёрдым и спокойным. Он понимал, что нужно быть рядом, поддерживать её, но слёзы не были тем, что ему нужно было показывать. Он смотрел на неё, и в его глазах горела решимость — он был уверен, что они справятся, как и всегда.
Мадонна снова почувствовала эту адскую боль, которая пронзила её тело. Её тело напряглось, она сжала зубы и попыталась справиться с этим ощущением. В этот момент ей казалось, что каждый сантиметр её тела горит, а кости ломаются. Она инстинктивно сжала руку Димы, на мгновение забыв обо всём остальном. Она не могла не кричать, её тело вновь выворачивало от боли.
Дима, заметив её состояние, сжал её руку, пытаясь дать ей поддержку. Он смотрел на неё с твердой решимостью, но в глубине души чувствовал, как тяжело это даётся ей. Он был рядом, его дыхание становилось всё глубже, но он понимал, что должен быть сильным, как и всегда.
Мадонна снова почувствовала, как боль накрывает её, как бы пытаясь вырвать из неё все силы. Она не могла сдержаться, и крик снова сорвался с её губ.
— Дима... — выдохнула она, пытаясь перевести дух.
Врач снова подошёл к ней, подбадривая её и инструктируя, как правильно дышать и пережить эту боль. Мадонна с трудом сдерживалась, её лицо и тело были измождены, но она продолжала бороться. В этот момент всё казалось невыносимым, но она знала, что должна пережить это ради своих детей.
Когда боль, наконец, отступила, и усилия Мадонны достигли своей цели, раздался громкий, жизнеутверждающий крик — мальчик. Мадонна, все еще охваченная усталостью и болью, почувствовала, как ее сердце наполнилось любовью и гордостью. Врачи быстро положили малыша на её грудь, и она с трудом, но с невероятной радостью приняла его, поглаживая его маленькие ручки.
Дима стоял рядом, смотря на сына с невероятной гордостью. Его глаза были полны восторга, но он оставался сдержанным, не показывая эмоций, хотя внутри его сердце переполнялось. Мальчик был таким маленьким, таким хрупким, но невероятно живым и ярким.
— Мы сделали это, — тихо сказал он, его голос дрожал от волнения.
Мадонна, несмотря на усталость и физическую боль, с любовью смотрела на Диму, а затем на малыша, понимая, что теперь их жизнь изменилась навсегда. Это было только начало, но впереди их ждала целая жизнь, полная любви и заботы о новых маленьких сердечках.