Ангел Черного Дьявола [18+]: «Любовь, рожденная во тьме» Мафия!

«Каким бы светом я не была, я всё ровно рождена во тьме» © M.A.S

     ***Арслан 
 

      Первые несколько секунд мой мозг обрабатывал то, что он сказал, А после когда до меня дошло весь смысл его сказанных слов, я начал смеяться. Мне было действительно смешно от его требований.

     — Кое-что спрошу, Арык, когда тебе в голову пришла эта идея, ты был под чем-то? — я всё ещё смеялся, Арык смотрел на меня с ухмылкой, а Арман переводил взгляд с меня на Арыка и обратно. — Что ты ожидал от меня услышать? Что-то вроде: «Да, конечно, Арык, забери мою жену, ради которой я пошел на чёртов договор о мире, переступил через свою гордость и встал на колени. Можешь её забрать и оставить мне место за столом?»

     — Я откажусь не только от место босса, но и от всех своих права на «Babilon Construction» и конечно основой доли в «Emirkhan Empire Group».

     — С каких это пор у тебя есть дол в моей корпорации? — только сейчас Арман подал свой голос, когда была затронута тем с законной части нашего бизнеса. — Арслан является председателем правления «Babilon Construction», а «Emirkhan Empire Group» полностью под моей властью. К ним ты не имеешь никакого отношения, Арык! — он говорил спокойно, но я прекрасно знал что скрывается за этой маской.

     Арман в основном занимался всеми делами Корпорации, он был тем кто все контролировал, пока я был занят делами мафии. Мы разделили между собой эти обязанности, пока я был королем мафий, судей жизни и смерти, а Арман был тем кто управлял нашим законным бизнесом, и мелькал в прессе как конгломерат. Эта была его роль и его империя, а не моя.

     — Как старший Эмирхан я имею право на них как по нашему закону так и по гражданскому закону.

     — Мне плевать на что ты имеешь права! — я резко поставил бокал на стол. — Ты, блядь, не имеешь никакого права вмешивать во все это дерьмо мою жену! Она не трофей для мирных переговоров! — я слышал как мои зубы скрипят от того, что я их сжал.

     — Так ли это? — он издает смешок. — Ты попросил её в замен на мир в свое время. Она была трофейной женой для тебя. Руя это разменная монета в твоих изощрённых играх, Арслан! 

     Это последняя капля в чаще моего терпения. Безумная ярость накрывает так, что в глазах темнеет. Я встал на ноги, а потом схватив его за шею полня и впечатал в стену за его спиной.

     — Не. Смей. Блядь. Произносит. Имя. Моей. Жены! Ты не имеешь понятия о том, кто она. Она, блядь, никогда не была трофеем. Это гребенные мир был трофеем, чтобы она стала моей. Это мирный договор был взамен на то, что она станет моей, а не наоборот! Никогда больше не смей оскорблять мою жену в моем присутствии, или я вырву твое сердце, — он улыбается как сумасшедший от моих слов. — Ты даже грязи под её ног не стоишь, так что знай свое место! Ты меня понял? — ударив его об стену, я отпустил его.

     — Значит приму эта за отказ от моего приложения, — держась за горло, проговорил он. Чёртов псих!

      — Никакого мира не будет. Мне плевать, сколько мне придётся отдать чтобы уничтожить тебя, я это сделаю. После сегодняшнего, после того как ты оскорбил мою жену, ты не жилец, Арык. Ты подписал себе приговор.

     Я до последнего пытался сохранить в себе прошлое в котором этот человек был моим старшим братом. До сих пор я не решился его убить только по тому что все ещё сохранял те воспоминания и не мог их уничтожить. Но сегодня, когда он произнес имя моей жены, когда он захотел самое дорогое что у меня есть, я не могу его оставить в живых. Он покусился на то, что принадлежит мне, и это, черт возьми, не мой трон, а моя семья. Моя жена, моя женщина и мать моих детей. Это я так просто не оставлю.

     — Держись, блядь, подальше от моей женщины. Руя моя, тронешь её, и ты труп!

     Внутри всё горит гневом. Хочется взять и вырвать ему сердце, я ели переборол это желание. Ни здесь, ни тогда когда он находится на моей территории для якобы перемирия.

     — Я получил свой ответ, — он поправил свой костюм. — Ты прав эта была просто проверка, я хотел убедиться в кое-чем.

     — Что ты несёшь? — сквозь зубы прорычал я.

     — Я хотел узнать, что мне нужно забрать у тебя, чтобы ты потерял все как и я. Сначала я думал, что это будет твоя империя, но сейчас…— его улыбка, от него остался какой-то горький след в моей груди. Мне это чёрт возьми не нравится. — Значит я заберу то, что являетесь твоим сердцем!

     — Покажи мне свое самое худшее, и я покажу тебе своё! — и это была чёртово обещание. Если он хочет умереть от моей руки, то я с радостью ему эта представлю.

     ***Руя

     Я ходила из одной стороны в другую сторону, как зверь загнанные в угол. Прошло больше нескольких часов, но Арслан не отвечает на мои звонки, как и Арман. Мысль о том, что с ними могло что-то случится леденела мою кровь. От этого ублюдка Арыка все можно ожидать. Пока я пять месяцев была в его руках, я поняла одно; этот человек сначала играет с тобой как кошка с мышкой, а потом когда ты совсем не ожидаешь он нападает со спины. Он не любит играть по правилам, ему чужда такие понятия как честь и достоинство. Он все может сделать с моим мужем и это пугает меня до чёртиков.

     Один из малышей слишком резко поворачивается, снова задевая чувствительную точку, я шумно выдыхаю, сажусь на диван, пытаясь пережить неприятный импульс. Но боль не уходит, я с трудом дышала.

     — Руя? — рядом раздаётся обеспокоены голос Арий и Лайи, но я не могу сосредоточиться, малыш давил на мое ребро, решая меня возможность дышать.

     — Мамочка, больно…— вздыхая шепчу я.

     — Руя? Руя, милая, посмотри на меня, — я слышу голос мужа, а секунду позже чувствую его ладонь на своем лице.

     Слава Богу он здесь, он в порядке, тяжёлый груз падает с моей груди, и только сейчас я могу не переживать за него.

     — Что? У тебя боли? Живот болит? — его голос был таким обеспокоенным, а глаза разбегались по моему лицу. — Милая, скажи что-нибудь.

     — Малыш уперся пяткой в ребра и не хочет убирать…— всхлипываю показывая на ножки малыша.

     — Тебе так сильно больно. Давай поедем в больницу, — я смеюсь сквозь боль.

     — При беременности это нормально. Если мы сейчас поедем в больницу, они все равно ничего не смогут сделать, — говорю я, но муж упрямо качает головой.

     — Давай все равно съездим. Они врачи, они должны что-то сделать, чтобы помочь тебе. Не знаю, может дадут тебе обезболивающие средства, — я снова рассмеялась, хотя это получилось нелепо.

      — Скоро пройдет, твои дети всегда так делают, это не в новинку.

     Его густые черные брови хмурятся, и он смотреть на мой живот, а потом кладет руку на круглый живот, начинает водить по нему успокаивающими движениями. Я прикрываю глаза и откидываю голову на подушку.

     — Малыш, давай ты будешь себя хорошо вести? Маме очень больно, не нужно так капризничать, — успокаивает он своим голосом нашего ребенка, и малыш наконец-то затихает, и убирает свою ножку, я с облегчением вздыхаю. — Прошло? — спрашивает муж, я киваю и слабо улыбаюсь.

     С каждым днём мне становилось все труднее, я уже была на 28 неделе, до родов была ещё много, но малыши слишком активничали.

     — Почему ты не отвечал на мои звонки? — спрашиваю я, когда уже прихожу в себя и мне становится лучше. — Знаешь как я волновалась?

     — Извини, я оставил телефон в машине, — виновата говорит муж, и я перевожу взгляд на деверя.

     — Ты тоже оставил свой телефон? — Арман вытаскивает свой айфон из кармана пиджака и показывает мне.

     — Извини, но мой был на беззвучным режиме, — я закатываю глаза.

     — Вы меня сведете с ума когда-нибудь, — говорю я, Арслан смотреть на Армана, а тот на него.

     — Хорошо, всё уже прошло. Тебе не о чем переживать. Мы здесь, в полном порядке, — говорит муж и берет мою руку в свои ладони. — Пожалуйста подумай о себе. Тебе нельзя переживать, ты беременна.

     — К тому же тройней, — напоминает Амиран, и я косо смотрю на него. Это ещё одна его тем для шуток. — Ну, что, Барби? Тебе нужно себя беречь, чтобы мои племянники родились здоровыми.

     — Амиран? — сухо сказала я.

     — Да, Барби?

     — Отъебись, пожалуйста! — Амиран рассмеялся, Арслан покачал головой.

     — Как скажешь, моя розовая принцесса, — пропел он в своем репертуаре, а я лишь закатываю глаза. Как и всегда.

     Арслан перевел меня в нашу спальню, помог мне принять душ, а потом переодет, но за все это время он не проронил ни слова. Молчал будто воды в рот набрал.

     — Арслан? — коснулась я его руки, когда он расчёсывал мои волосы. Это был обычный ритуал, которые он делал каждый день.

     — Да, мой ангел? — всё ещё продолжая расчёсывать, ответил он.

     — Как прошла ваша встреча с Арыком? Что он потребовал взамен на мир? — спрашиваю я, и рука Арслан в которой была расческа застывает в воздухе, я смотрела на него через зеркало, его глаза темнеют, и мне становится не по себе. — Арслан? — снова позвала я, и муж взглянул на меня, натягивая на себе улыбку.

     — Ничего о чем ты можешь переживать. Просто забей на это.

     — Просто забей? — переспрашиваю, и поворачиваюсь к нему лицом. — Что это значит?

     — Это значит, что ты не будешь вмешиваться, Руя, — его голос стал резким и холодным.

     — Арслан, ты отказался от мирного договора?

     — Да, — просто отвечает он, и я вздрагиваю.

     — Но..

     — Никаких но, Руя. Никакого мирного договора не будет, я не буду заключать с ним соглашения. Он просто то, что я никогда не смогу отдать! — от его тона по моему позвоночнику пробегает мурашки.

     — Что он попросил, что ты не готов отдать за жизнь своих людей? Чтобы он не попросил, лучше будет если ты это дашь ему. Это же будет во благо всем.

     — Не нести чушь! Я ничего этому ублюдку не дам! — муж так вскрикнул что я от страха отошла назад и больно ударилась об столик. Тихий стон вырвалось с моих губ. — Руя?...— его голос и выражение лица тут же меняется. — Любимая, я не хотел. Прошу прощения, ты ударилась.

     — Нет-нет, я в порядке, — я покачала головой, а потом снова посмотрела на мужа. — Что происходит с тобой, Арслан? Почему ты так себя ведёшь? — Арслан вздыхает, а потом прижимается лбом к моему плечу.

     — Прости меня, я не должен был срываться на тебя, Ангел. — он целует мое плечо, а потом проводит ладонями по моей спине. — Могу сказать тебе лишь одно: то, что попросил этот ублюдок, это невозможно. Я не могу отказаться от этого. Никогда.

     — Он хотел твое место, да? — тихо шепчу я, и муж взглянул на меня, как-то странно улыбнулся.

     — Если бы, — он с какой-то тоской смотреть на меня, а потом проводит большим пальцем по контуру моих губ. — Он хочет самое дорогое и ценное, что у меня есть в этой жизни. Я не могу это отдать, ни за что, ни за какой-нибудь мир, или богатство этого мира. Я лучше умру, чем отдам это ему.

     Я лишь смотрела на него, и не могла понять, что Арык такого попросил, что мой муж отказался. Что может быть важнее чем его трон? Если даже это не место босса, тогда что?

     — Не думай об этом, — будто прочитав мои мысли, сказал Арслан. — Тебе не о чем переживать. Я всё решу. Я с корнями вырву эту опасность по названию Арык! Даю слова!

     Будет глупа если я буду и дальше давить на него, чтобы он рассказал. Если он что-то скрывает значит на то, есть свои причины. Поэтому я ничего не говорю, а лишь обнимаю его, прижимаясь к его груди.

     — Я тебя люблю, к тому же очень сильно люблю, мой Ангел, — я слегка подняла голову и посмотрела на него с улыбкой.

     — Я тоже люблю тебя, Арслан. Очень сильно люблю, — муж улыбается и целует меня в губы.

     ***Арслан

     Прошла неделя с нашей встречи с Арыком, и за эту неделю потери как и с нашей стороны, так и с его были колоссальный. После того как он не получил то, что хотел, он устроил засаду моим людям, и украл мой товар прямо перед посадкой. Оружия должны были выехать из порта в сторону Ирана, но этот ублюдок все разрушал, убил моих людей, и украл мой чёртов товар. И в отместку за его поступок, я взорвал три его склада с наркотиками на приличную сумму. Если кто-то что-то заберёт у меня, я заберу в три раза больше. Таковы мои правила и это не конец. Арык заплатить за смерти моих людей, ещё большую цену.

     — Ты уверен в своем решение? — спрашивает Арман, опираясь на перила. Мы стояли на мостике над озером.

     — Да, уверен. После того, что случилось это будет самое лучшее для него, — положив руки на перила, я склонил голову и посмотрел на свое отражение в воде. — Мы чуть не потеряли Адама, больше я не буду так рисковать. Пусть он выберет где хочет учиться. Великобритания, США, Азия, Европа, без разницы, только пусть эта будет безопасное место. Найди ему самый лучший учебный центр, апартаменты в безопасном районе, и отправь с ним несколько человек, чтобы следили за его здоровье, питанием и домом. И да, — я посмотрел на брата. — Поставь наших лучших людей, которые будут за ним наблюдать на всякий случай.

     — Хорошо, я с этим разберусь, можешь не переживать. Но что будет с советом кланов? Адаму уже 14, они все говорят, что пришло время перенести присягу и сделать его частью мафий.

     — Исключено, — я качаю головой. — Адам не будут частью мафий. Никогда. Он не будет давать присягу, и не будут убивать. И его никогда не заставит, даже я.

     — Это может дать им новый повод для бунта, — озадаченно сказал Арман, и я кивнул соглашаясь с ним.

     — Да, у них появиться новый повод, чтобы взбунтоваться, но окончательно решение будет лишь за мной. Если я сказал, что Адам уйдет учиться и будут заниматься тем что хочет, так том и быть. Никто не смет идти против моего слова, или же подвергать сомнению мое решение. Они либо примять это, либо будут нести ответственность за последствия, — Арман несколько минут о чем-то задумался, а потом согласился со мной.

     — Хорошо, значит будем действовать соответственно с этим. Я поговорю с Адамом, и мы начнем процесс его приезда, — Арман только хотел уйти, как я его остановил.

     — Арман?

     — Да?

     — Ты же близок с Адамом, — он кивает. — Он не говорил кем он мечтает стать? — было странно спрашивать о таком, мы почти вообще не мечтали о чем-то. Я не понимаю, чтобы я сам мечтал кем-то стать. У меня не была выбора и времени на это.

     — Мы с ним однажды говорили на эту тему. Он хочет стать врачом-хирургом, — сказал Арман, и его губы растянулись в улыбке.

     — Это прекрасно. Надеюсь хоть бы один из нас сможет исполнить свою мечту, — я улыбаюсь, и чувствую как моя грудь стиснулась от этих слов.

     — Да, будем надеяться, что он будет хорошим Эмирханом, — Арман посмотрел на меня в последний раз, а потом направился в сторону сада.

     Я присел на перила, и потёр лицо руками. Я хотел, лишь защитить своего младшего брата, но защищая его я упустил его психическое состояние и чуть не потерял из-за этого. Адам был другим, он отличался от нас, а может мы тоже были такими в детстве, но обстоятельства вынудили нас стать теми кем мы стали. Но с Адамом все будет по другому. Если он хочет свободную жизнь, если хочет жить как все нормальные люди, я сделаю всё возможное, чтобы так оно и было.

     Поток моих мыслей прервал мобильный звонок, вытащив телефон из кармана, я посмотрел на экран.

     Арык.

     Какого черта он мне звонит? Отвечать на его звонок я не хотел, но и игнорировать его была глупо. Тяжело вздохнув, я поднял звонок.

     — У тебя тридцать секунд, — отвечаю я.

     — Мне хватит, — я не видел его лицо, но точно знал, что сейчас этот ублюдок улыбается.

     — Так, что у тебя там?

     — Ты снова помешал моей поставке товара, братец.

     — На моей территории ты не можешь продавать эту отраву. Это мои правила, но твой товар я скинул в Босфор не из-за этого, а просто потому что ты меня бесишь, — ухмыляясь говорю я, я прекрасно знаю, как сейчас он злиться. Ну, что поделать, нужно была думать до того, как раздражать меня. — У тебя всё? Твои тридцать секунд закончились, — я только хочу сбросить звонок, как он говорит то, что заставляет мое сердце замереть.

     — Ты забрал мой товар, в замен я заберу то, что тебе очень и очень дорого, дорогой братец. До встречи, — отключился.

     Вроде бы его стандартная процедура угроз, но моё шестое чувство говорила мне, что что-то не так. А она никогда не обманывала меня.

     Я только хочу засунуть телефон обратно в карман, как он снова зазвонил.

     Мой Ангел.

     — Руя? — я тут же понял вызов от жены.

     — Арслан…— я слышу её тяжёлое дыхание, и у меня сердце сжалось внутри.

     — Что с тобой? Где ты? Почему с таким трудом дышишь? — направился в сторону дома, спрашиваю я.

     — Арслан, у меня сильный боли… Кажется это схватки..— я замер на месте.

     Схватки? Какого черта? Она же ещё только на 30 неделе. Эти же рано. Слишком рано.

     — Арслан, ещё слишком рано… Мне страшно, — я слышу как жена плачет, и прихожу в себя.

     — Успокойся, я иду. Я сейчас буду! — сорвавшись с места, я бегу в сторону дома. — Кемаль, заводи машины. Живо! — прежде чем войти в дом, кричу я.

     — АРСЛАН!!! — крик Руи раздался по всему дому.

     Я застыл в холе у лестницы. Её крики эхо отдаются в ушах. Сердца перестает биться. Я поднял голову, Руя скатывается по лестнице и падает перед ногами.

     — РУЯ?! — мой собственный голос оказался слишком оглушительным для моих ушей. — РУЯ? Руя, милая, открой глаза.

     Она была без сознания и едва дышала, но самое страшное была в другом. Её платье молочного цвета в мгновение ока стала красным.

     Кровь.

     У неё открылась кровотечение. И в этот момент все мой мир рухнул. Рухнул до самого основания.

     — Нет-нет, — я поднимаю жену на руки и выбегаю на улицу, где меня уже ждала машина.

     Положив её в машину, я сел с другой стороны и взяв её голову положил на свои колени.

     — Быстрее! Жми на газ, Кемаль, — приказываю я, и машина выезжает с огромной скорости. — Потерпи немного, прошу тебя, — сжимая её руку, говорю я. — Умоляю тебя, не оставляй меня, мой ангел…— Руя слабо сжимает мою руку и одна слезинка скатывается с ее глаз.

     По дороге успеваю связаться с её   врачом, они все уже подготовили и ждали нас. Нас уже встречают в холле, куда я заношу жену на руках, Рую тут же укладывают на каталку, но она хватается за мою ладонь. И я не отпускаю её руку, бегу за ними.

     — Руя, не оставляй меня, слышишь? Не смей уходить. Борись, ты же борец. Ты самая сильная женщина, которую я знаю. Прошу тебя, не сдавайся. Вернись ко мне. Прошу…— держась за её руку, говорю я, жена была без сознания, но мою руку не отпускала. Но вмешивается врач и настойчиво оттесняет меня.

     — Господин Арслан, дальше вы уже не можете идти. — На автомате киваю, так и не отводя взгляда от жены.

     — Спасите её. Спасите её и моих детей, или же я вас всех убью! Клянусь, — смотря на жену прошептал я.

     Только когда она скрывается за дверями, я вдруг вспоминаю, что надо дышать. И задышал, задыхаясь, прислонился к стене.

     Минуты растягивается в резиновое нечто. Кажется, с того момента как забрали мою жену проходит целая вечность. На деле же – не больше часа. Я понятия не имею, как там обстоят дела. Моя семья уже была здесь, а семье Руи Арман уже сообщил, они были в пути.

     Я как зверь, загнанный в угол, шел из стороны в сторону. Собственное бессилие вымораживает. Я бешусь, что ничего не могу проконтролировать. Что я здесь, а она – там. Одна. Черт возьми, совсем одна. Я не могу контролировать ситуацию, не могу вмешаться и что-то сделать. Не могу забрать её боль себе.

     — Будь всё проклято! — закричал я, а потом несколько раз ударил кулаком по стене.

     — Арслан, успокойся, сейчас ты нужен ей. Держи себя в руках, — где-то сзади раздался голос Армана, и я кивнул.

     Он прав. Мне нужно контролировать свой гнев, я нужен своей жены. Сейчас ей страшно и она одна. Моей женщине черт побери страшно. И мне тоже. До чертиков. До мозга костей. Ещё никогда раньше меня не колотило этим гадким чувством настолько сильно. Но я не имею права показать это. Ни малейшего. Она – моя жена. И я должен быть для неё опорой. Я должен всё держать в себе, чтобы быть рядом с ними.

     — Господин Арслан? — из палаты выходит врач.

     — Что? Как она? Как мои дети? — тут же спрашиваю я.

     — К счастью кровотечение мы остановили, она уже пришла в себя, но нам придется сделать кесарево сечение, — моё сердце замирает внутри.

     — Но как? Ещё слишком рано.

     — Знаю, но ситуация экстренная. Один из малышей, а вернее ваша девочка запуталась в пуповине.

     — Что это значит? — я вообще не мог ничего сообразить, но звучало эта ужасно.

     — Её шея обвитии пуповины, что привело преждевременной отслойки плаценты. У вашей жены снова может начаться кровотечение, а малышка может не выдержать. Если вы не дадите разрешение на операцию то исход может быть летальным. 

     Я почувствовал как в ушах начинает звенит, моя грудная клетка сжималась, а кислород не поступает в лёгкий.

     — Руя? Что она говорит? Я могу её увидеть? — мне была настолько трудно дышать, что я ели говорил.

     — Хорошо, но только на пять минут. И решите быстрее, мы теряем время.

     Ничего не сказав я вхожу в палату, Руя лежала вся бледная и плакала. Увидев меня она ещё сильнее разрыдалась.

     — Арслан, они говорят про операцию, но я не хочу. Ещё рано, слишком рано. А вдруг с ними что-нибудь случится? Я хочу сама их родит, они говорят я могу не выживет…— моё сердце сжалось от её слов.

     — Тише, успокойся, — я взял её руку, и пытался говорить как можно спокойнее. Я не могу показать свой страх. — Всё будет хорошо. И ты, и малыши будут в порядке.

     — Пообещай, — хрипит она, не давая отстраниться. — Пообещай, что я не потеряю их как нашего первого малыша. Я не выдержу эту боль снова. Я до сих пор не смирилась, я не смогу эта снова пережить.

    — Нет-нет, ничего не случится. Все будет хорошо, родная, — тихо говорю, склоняясь над ней. — Не волнуйся. Тебе помогут. Вам помогут. Обещаю. —Она моргает, даже расслабляется, кажется.

     — Врач сказала, что исход может быть любым. Прошу тебя… Умоляю, между мной и ими выбери их. Прошу. Пообещай мне…что если вдруг что-то случится, ты выберешь их…ㅡ у меня дыхание перехватила. ㅡ Ты выберешь их…

     Я замерзаю, качаю головой. Нет, такого исхода не будет!

     — Прощу, я умру если с ними что-нибудь случится.

     — А я не умру если с тобой что-нибудь случится? — с болью выдаю я, а потом сжимаю челюсть.

     — Прошу, если меня не станет, не бросай их.

     Сама мысль о таком исходе парализует меня. Будто наживую весь воздух выкачивают. Даже не сразу вспоминаю, как вдох сделать.

     — Руя, не неси чушь! Ни с тобой, ни с нашим детьми ничего не случится. Врачи уже здесь, и они помогут тебе, — говорю я и направился обратно к выходу, я не могу дышать.

     Мысль о том, что такой выбор будет разрывал меня на части. Я не могу её потерять. Не после того как только нашел её. Я не могу…

     — Госпожа доктор, — я хватаю врача прежде чем она входит в палату. — Если будет выбор между Руей и детьми…— я взглянул на свою жену, она с надеждой смотрела на меня, чувствую как задыхаюсь, не могу черт возьми потерять её. — Если будет выбор, выберет Рую. — Руя качает головой и по её глазам стекают слезы. — Спасите её жизнь любой ценой. Прости меня, но я не могу тебя потерять, мой ангел, — говорю в последний раз и выхожу.

     — АРСЛАН!!! — кричит жена, а я выхожу и сползаю по стене.

     Пусть лучше она ненавидит меня, пусть признает, но я не могу ей позволить умрет. Она была для меня важнее моих детей.

     — Простите меня, — я склонил голову, и одна слеза упала на мою щеку.

     Я предписал смертный приговор собственным детям…

     Четыре часа.

     Четыре долгих часов длилась её операция. И как только врач вышла и позвала меня внутри, я на секунду замер в дверях, а потом вошёл. Руя была полностью без сознания, куча врачей крутились вокруг неё. Моя такая хрупкая и такая сильная жена.

     — Господин Арслан, раздевайтесь и ложитесь, — скомандовала врач, и я растерянно посмотрел на нее.

     — Раздеваться? Зачем?

     — Вам нужно снять рубашку и лечь там. Вашу дочку нужна положит вам на грудь.

     — Дочь? Моя дочь родилась уже? Она в порядке? — спрашиваю я, лихорадочно расстегивал пуговицы.

     — Да, поздравляю вас. Эта ваш первенец, — говорит медсестра с свертком.

     — Это она? — тихо шепчу, со страхом глядя на сверток. Совсем маленький, будто там игрушка, а не ребенок. Разве дети бывают такими маленькими? Или с ней что-то не так?

     — Давайте, — говорит она, и я сажусь на кушетку, смотря на неё. — Малыши привыкли слышать мамино сердечко, и когда рождаются им страшно из-за звуков и света. Ваша жена не может приложить её к своей груди, так что вы и возьмете ее к себе, чтобы она ваше услышала и тепло ваше почувствовала. Можете ей что-нибудь сказать, она узнает ваш голос.

     Девушка аккуратно уложила мою крохотную дочку на мою грудь и черт возьми в этот момент что-то пронзила мою грудь. Я ещё никогда в жизни не чувствовал себя так. Я ещё никогда так не боялся что-то сломать или причина кому-то боль.

     — Принцесса познакомься эта твой папа.

     Я затаив дыхание, смотрел на лежащего на своей груди это маленькое чудо. Она была такой крохотной, такой маленькой, совсем крошечной, настолько хрупкой, что я боялся пошевелиться, даже дышать боялся, казалось, стоит неправильно задышать и это моет навредить моей маленькой девочке.

     Я осторожно извернулся и посмотрел на свою дочь. Моё сердце замерло, а дыхание перехватило. Это была любовь, любовь с первого взгляда, любовь с первого стука сердца, любовь с первого дыхание. Стоило только мне посмотреть на неё, как мое сердце, душа и тело переполнилась любовь к этому созданию. 

     Я поднял руку и осторожно коснулся её щёки, и в этот момент весь мой мир стал другим. Когда моя малышка открыла свои глазки и посмотрела на меня, моё чёртов сердце забилось с такой скоростью, что я думал она сейчас остановится. Она смотрела на меня, а я только натужно дышал, не в силах совладать с нахлынувшим неведомым чувством.

     Боже… Господи, эта маленький человечек мой… эта маленькая кроха моя плоть и кровь. Когда она смотрела на меня, та глыба лыда что появилась в моем детстве начал таять под взглядом её синих глазок. Эти прекрасные глаза смотрели на меня так будто эта маленькое создание заняла меня.

     — Эй, — я осторожно снова коснулся её щёки, и тут моя дочь взяла мой палец своей крохотной ручкой, и мой сердце сжалось. — Ну привет, моя принцесса, — шептал я, сглатывая раздиравшие горло жгучие комки и улыбнулся. — Добро пожаловать в этот мир, ангел. Добро пожаловать в мою жизнь, моё чудо. Хорошо, что ты пришла, хорошо, что ты родилась моей дочерью.

     Дочка так крепко сжимала мой палец, что это заставила мое сердце ёкнуло.

     — Ты даже представить не можешь как я долго ждал твоего появления, — шепнул я девочке, поглаживая ее по малюсенькой ручке. — Моя Айяра. Айя…— я осторожно взял её и прижался щекой к крошечному личику. — Айяра Эмирхан, моя принцесса.

     Моя дочка ещё несколько минут была в моих объятиях, а потом её взяли и унести, как и моих сыновей, на которых я не успел посмотреть.

     — Как она? — проводя пальцами по щеке жены, спросил я.

     — Её состояние стабильно. Она проснется как только действия лекарств закончатся, — сообщила врач, и я кивнул, а потом склонившись прикоснулся губам к её лбу.

     — Спасибо за дочь и сыновей. Спасибо, что ты подарила мне семью, мой прекрасный ангел, — шепчу я и закрываю глаза.

     Стоило мне только выйти как раздались поздравления, я лишь улыбаюсь, никогда раньше я ещё так не улыбался как сейчас. Я был так счастлив.

     — Поздравляю, — последним меня поздравил Арман.

     — Спасибо, брат, — я обнял его, и вздохнул с облегчением.

     Четыре часа назад я думал, что умру, но сейчас я думаю, что никогда ещё раньше не был таким живым.

     — Освободите весь этаж где будет палата Руи, соседнюю палату рядом с Руей организуйте для малышей. Поставьте все оборудование и все необходимое для них. Что касается персонала: на этот этаж без моего разрешения никто не будет подниматься. Переносил которые будет следить за Руей и малышами будут отобраны тщательно. Врачи медсестры лишь те у кого есть доступ могут входить и выходить из палаты. У палаты и во всем этаже постав охрану. Даже птица не войдёт сюда без моего разрешения, ты меня понял, Кемаль?

     — Понял, Арслан. Оставь эта на меня, я все проконтролирую, — я кивнул соглашаясь с ним.

     Теперь когда мы находимся за пределами дома, на территории больницы, я не могу рисковать жизнью жены и своих детей. Арык не будет сидеть сложа руки, и не только он, теперь весь мир узнает, что у меня родились дети, а это угроза со стороны всех моих врагов. Я не могу так рисковать, и если понадобится не только один этаж, но и всю больницу освобожусь.

     Я стоял у окна и смотрел на своих детей, это была удивительно, но мои сыновья были крепкими и не такими маленькими как их сестра. Моя дочь сейчас находилась в кувез, после её рождения обнаружили проблемы с её дыханием. Сейчас она дышала с помощью аппаратов, но даже в этот момент она была такой сильной. Моя дочь борец как и её мама. Руя все ещё была без сознания, но её состояние была хорошим.

     — Который из них старший? — спрашивает Адам, и я улыбаюсь.

     — Вот тот, видишь какой он активный, — я показал на старшего сына, он был действительно слишком активным по сравнению своего брата и сестры. Уровень именно он был тем футболистом в животе у мамы.

     — Почему они такие идентичные? Как их потом различать? — в недоумение говорит Амиран, и я смеюсь.

     Он был прав в отличие от моей дочери которая имела светлые оттенок волос, мальчики были черноволосым, и такими похожими, будет их делали по одному шаблону.

     — Каран старший, а Архан младший.

     — Значит Айяра твой первенец? — спросила Ками, и я киваю. — Значит наша принцесса первая.

     — Да, она первая, — смотря на свою маленькую девочку, с улыбкой проговорил я.

     Когда Руя их увидеть то будет в восторге как и я. Наши дети были такими красивыми. Наша дочь была так похожа на свою маму, полностью, такая же красавица, но вот сыновья внешности пошли в меня, кроме глаз, сейчас они были синего цвета, но могу измениться.

     — Мне имена очень нравятся, когда вы их выбрали? — сказала Ария и я посмотрел на сестру.

     — Мы долго искали, все эти месяцы, мальчиками выбрали сразу, а вот дочери не смогли. Но сегодня, когда я её удивил, мне в голову почему-то пришла именно эта имя. Айяра, или же коротко Айя. Ей очень идёт.

     — А что оно означает?

     — Айяра означает «луна, свет.» А вот её короткое Айя означает «чудо, изумительная, прекрасная, восхитительная, замечательная, особенная». Поэтому когда я её увидел, я понял, это её имя.

     Я смотрю на свою дочь, и не могу на неё насмотрится. Она была такой красивой, такой милой, такой чудесной, что мне не верится, что она моя. Моя дочь. Маленькая копия моей любимой женщины.

     Я никогда не задумывался о детях настолько, чтобы представлять, как это  — держать младенца на руках. Я был уверен — этого мне не испытать. Я не то что думать о мечтать, я даже не хотел детей иметь. Я был уверен, что я стану плохим отцом, который не сможет оправдать надежды своих детей. Поэтому запретила себе мечтать или хотеть иметь детей или семью. Но кажется у судьбы были свои планы, потому что вот я стою и смотрю на кроху в кувезе и своих сыновей испытываю такую гамму эмоций, для которой не хватает слов.

     Я был безумно благодарен Богу за то, что хотя бы с моими сыновьями все было в порядке. Они могли самостоятельно дышать и не быть в кувезе. Но моя дочка… Айя была такой маленькой, такой крохой, но отчаянно цепляется за жизнь. Ей был всего пара часов от роду, но моя крошка не сдается, бьется за свою жизнь и учится дышать сама.

     ***Руя

     Когда я открыла глаза, первый несколько секунд не могла понять где я нахожусь, а потом когда все вспомнила, меня передёрнуло. Я вдруг вспомнила как Арслан сказал врачам выбрать меня, а не наших детей. А что если?...

     — Нет…— я попыталась встать, но тело была настолько слабым.

     — Осторожно, тебе ещё нельзя так разок двигаться, — рядом раздался мягкий голос мужа, а потом он присел рядом с мной. — Как ты себя чувствуешь? Есть боли?

     — Арслан, где наши дети? Где они? Что с ними? Если с ними что-то случилось, я не переживу. Не смогу, — комом появился в горле, и я была на грани того, чтобы разрыдаться.

     — Эй, тщщ, всё хорошо, — мужа взял моё лицо в свои ладони. — И ты, и наши дети в полном порядке. Я же обещал, что с вами ничего не случится, — с мягкой улыбкой проговорил он.

     — Арслан, прошу тебя, не ври мне. Скажи правду.

     — Руя, клянусь, они в порядке. Они сейчас в соседней палате, — уверенно сказал он, и я вздохнула с облегчением.

     — Я хочу их увидеть. Сейчас же, — я снова хочу встать, но Арслан останавливает меня.

     — Сейчас тебя сначала осмотреть врач, и только после мы пойдем навестить малышей, — я только хочу возразить как он прижимает свой палец к губам. — И это не обсуждается. Сначала осмотр, а потом дети, — я вздыхаю и киваю.

     Когда доктор осмотрел меня и сказал, что всё в порядке, только тогда я смогла пойти и посмотреть на своих детей. И муж ведет меня в специальную палату, которая обустроили для наших малышей. Когда я наконец-то наших детей, слезы сдержать не выходит. Мои сыновья были в кроватках, а вот моя маленькая малышка была в кувезе. Она была такой крошечный, что это невероятно, что она выжила.

     — Моя малышка….— Всхлипываю, пытаюсь встать, но ноги почти не держат. В итоге снова оказываюсь в объятиях мужа.

     — Осторожнее, — он прижимает меня к своей груди, чтобы я не упала.

     — Почему она такая крошечная? — шепчу я, смотря на свою принцессу.

     — Она маленькая, но такая же сильная, как и ты, — целуя меня в висок, отвечает муж.

     — Она такая слабенькая, — выдыхаю, глядя во все глаза на неё. — Такая маленькая…

     — Врачи сказали, что у нашей малышки высокие шансы. Они помогут ей. Наша принцесса справится, — твердо произносит Арслан и я всхлипываю. — Видишь как она пытается дышать, как бороться за свою жизнь? Наша Айяра боец, — моё сердце замирает и я уставилась на мужа.

     — Как ты её назвал? — губы Арслана растянулись в нежной улыбки.

     — Айяра, или Айя. Как тебе?

     — Айяра Эмирхан, звучит красиво, — я снова посмотрела на нашу малышку, она была такой красивой, и была так похожа на меня, но со смесью красоты её отца.

     — Она такая же красавица как и ты, — Арслан осторожно приобнял меня за плечи, и сейчас он выглядит таким гордым.

     — Твоя взяла, я думала, что у неё будут твои глаза и цвет волос, но…

     — Но она твоя копия, — он берет мою руку и целует. — Моя мечта сбылась, теперь у меня есть твоя маленькая копия.

      Он только хочет поцеловать меня, как раз даётся детский плач. Мы оба поворачиваемся.

     — Он и в твоем животе всегда нарушал все мои планы, — показывай на нашу старшего сына Карана, сказал он, я рассмеялась, а потом осторожно подошла к своим сыновьям.

     Стоило мне только посмотреть на них, как моё сердце затрепыхалось в грудной клетке. Мои сыновья были точными копиями своего отца, они были почти идентичны. Такие же черные бровья, цвет волос и ресницы. Но сейчас их глаза были тёмно синим, может в будущем они поменяю свой цвет, но они были прекрасными.

     — Наша сыновья твоя копия, — От моих слов его губы растянулись в гордой улыбкой.

    — Да, они очень похожи на меня, только у них цвет кожи светлый и глаза, — уточнил он, я ухмыляюсь.

     Действительно у Карана и Архана цвет кожи были как у меня, белоснежный, в то время как у их отца смуглый. Я только хотела наклониться и взять своего сына, как муж опередил меня.

     — Ты только после операции, тебе нельзя наклоняться, — он осторожно вложил в мои руки нашего старшего сына.

     Именно в этот момент в эту секунду все остальное перестало иметь значение. Я столько месяцев мечтала об этом моменте. О том, как возьму своего сына на руки. Он смотрел на меня таким взглядом, что мое сердце, переполнилось такими эмоциями, который я никогда не представляла.

     Я мама… Я стала мамой, мои дети наконец то родились и сейчас рядом со мной. Своих сыновей я взяла на руки и даже накормила, но вот дочку мне нельзя была брать. Врачи сказали, что необходимо некоторое время, чтобы она окрепла. И я буду ждать. Буду ждать сколько понадобится, лишь бы взять её на руки и прижать к груди.

     ***Неделю спустя.

     Ночь сменилась днем, день ночью и так прошла целая неделя. Каран и Архан была в полном порядке, они с каждым днём набирали весь и активничали, но моя малышка все ещё была в кувезе. Мне всё ещё не разрешают брать её на руки, и дают молоко через специальные аппарат.

     Наша безопасность в больнице была на высшем уровне, наш этаж был полностью закрыть от других, сюда никто без разрешения не мог подняться, и я была благодарна мужу за это. Я могла спокойно спать, зная что мои дети в безопасности, под наблюдением охраны, хоть и Арслан вообще не оставляет нас и ночует с нами.

     Я никогда не видела его таким счастливым, он светился, и всё время улыбался, а это была редкость. Моя семья не на секунду не оставляла меня. Мои братья, мой отец, кружились вокруг меня, будто боялись, что что-то случится со мной.

     Приняв душ и позавтракав я пришла в палату малышей, чтобы покормить их. Но только стоила мне войди, как воздух испарился. Каран и Архан были в своих кроватках, а вот Айяри не была.

     — Где? Где моя дочь? — я выхожу обратно и спрашиваю охрану. — Где мой ребенок?! — в панике закричала я.

     — Руя? — сзади раздался голос мужа и я резко повернулась, у него на руках была наша дочь.

     — Айя? — я быстро пошла к ним, и взяла её из его рук, прижала к груди. — Я так испугалась когда не увидела тебя…— из глаз хлынули слезы, и я посмотрела на мужа. — Я так испугалась, Арслан.

     — Всё хорошо, наша дочь была со мной, — его лицо выражает боль. — С ней всё хорошо, ничего не случилось. Пока я рядом с вами ничего не случится, поняла? — обнимая меня за плечи, твердо произносит Арслан.

     Только спустя несколько минут я понимаю, что в моих руках сейчас находится моя дочь.

     — Постой, — Я посмотрела на мужа а потом снова на нашу малышку. —  Почему она в твоих руках? Ей же нельзя было.

     — Теперь можно. Наша принцесса справилась, она дышит самостоятельно, — с гордостью, говорит он, и моё сердце сжимается.

     — Это правда? — С надеждой спрошу, я, взглядывая в глаза своего мужа. Он с улыбкой кивнул, и я снова посмотрела на нашу дочь. — Ну привет, маленькая принцесса. Я твоя мама, — Малышка смотрел на меня своими прекрасными глазками и будто понимала то, что я говорю.

     — Она твой голос всегда узнает, — говорит муж, и я улыбаюсь.

     Моя дочь была такой красивой и такой сильной. Очень сильной. И я так горжусь ею. Она настоящая дочь своего отца. 

     — Спасибо большое, — говорит Арслан, когда мы уже были в палате, я кормила нашу дочь.

     — За что? — Удивленно спрашиваю я.

     — За все это. За наших сыновей за нашу дочь и за нашу семью. Спасибо тебе за все это. Этот самый ценный подарок, который я мог, когда либо получить, — Шепчет он и целует меня в лоб, я закрыла глаза и просто насладилась этим моментом. —  Спасибо тебе, мой прекрасный ангел.

     —  И тебе спасибо за то, что выбрал меня. Сделал меня самой счастливой женщиной на этой земле, — Я поднимаю головы, смотрю в его черный глаза.

     Когда впервые я увидела эти глаза, мне было настолько страшно, я настолько боялась их. Но сейчас я смотрю на них и понимаю эти глаза мои самые любимые. Эти глаза моего любимого мужчины, человека, который подарил мне всё самое прекрасное в этой жизни. Глаза моего мужа, моего мужчины. Отца моих детей. Я даже представить не могла, что моя история с Арсланом может быть такой. Он был моим врагом, но сейчас он был самым дорогим человеком для меня. В данный момент он смысл моего существования и источник моего счастья.

     ***Арслан

     С рождением моих детей прошел целый месяц. Первые недели была безумно трудно. Страх за жизнь нашей дочери была такая большая, что мы не могли сосредоточиться ни на чем. Но мы перешли эту фазу, и сейчас она была в полном порядке. Хотя врачи сказали, что в будущем есть вероятность последствий.

     Детскую мы выбрали комнату рядом с нашей спальней, где когда-то жила Руя. Всю детскую Руя сама выбрала и установила, Айя была очень капризной, почти все время плакала, а по ночам почти не спала. Она лишь в моих руках или в маминых руках успокаивалась. Руя из-за этого была слишком измотанной, но все равно делала всё возможное для наших детей. Блага наши сыновья были не такими капризными как наша принцесса, и их могли успокоить каждый.

     По ночам я смотрел за нашей дочкой, чтобы Руя могла отдохнуть, а днём она сама, пока я был на работе. Я хотел и днями быть рядом с ними, но нынешние обстоятельства не позволяли мне такую роскошь.

     Моя война с Арыком достигла пика, каждый день были новый жертвы, и нападения. Последняя нападения была на машину где была Камилла. План Арыка заключался лишь в том, чтобы напугать меня, он не хотел убивать Ками, поэтому пулы были резервами. Но от этого Камилле не стала легче, её психическое здоровье была снова под угрозой, она закрывалась в своей комнате, и никого не подпускала к себе кроме Амирана. Весь дом был как на игроках, приезд Адама был отражен, а все домочадцы были заперты в доме как в тюрьме. И обстановка с каждым днём накалялась.

     — Почему вы до сих пор не нашли его? — ударив одного из парней, закричал Амиран.

     В последнее время, а вернее после нападения на Ками, Амиран как с цепы сорвался. Ему нужно была кровь Арыка, как и нам, но тот скрылся так, что мы не могли его найти. Кто-то помогла ему, и это кто-то были из внутри моего клана. Я прекрасно знал, что у него есть свои сторонки, но не знал, что настолько сильный. Ему помогла тот у кого была действительно огромная власть, что он мог спрятать Арыка у меня под носом.

     — Вы все бесполезные кусок дерьма, — в гневе закричал Амиран. — Зачем вы нужны, если вы не можете выполнить простой приказ? — Он снова попытался, его ударили, но Арман подошел и схватил его за руку.

     — Хватит, — спокойно сказал Арман.

     — Не хватит, я не остановлюсь, пока не убью их, — В ярости прошептал Амирана.

     — Довольна, я сказал, — резким и холодным голосом отрезал Арман, а потом посмотрел на парней. — Выйдет, — те тут же вышли, и Арман посмотрел на Амирана, схватила его за шею сзади и прошептал ему в лицо. — Когда я говорю, что ты останавливаешься, ты останавливаешься, черт побери, ты меня понял? — Это были редкие случаи, когда Арман поддавался своим эмоциям. — Не заставляй меня что-то повторять дважды. Ты меня понял?

     — Понял, — отвечай Амиран, а потом бьёт по руке Армана, чтобы тот тут убрал свою руку.

     — Оба успокоились, у меня без этого нервы на пределе, — они оба посмотрели на меня, а потом сели по своим места. — Арык хочет рассорить нас и вы даете ему то, что он хочет. С каких пор вы перед нашими людьми ссоритесь?

     — Прошу прощения, я действовал на эмоциях, — сказал Амиран, и Арман кивнул. — Но почему мы до сих пор не нашли его? Как такое вообще возможно?

     — Ему кто-то помогает и помогает кто-то очень сильный, — Арман озвучил мои мысли, и я кивнул, соглашаясь с ним.

     — Но кто? Кто может идти против нас на нашей же территории?

     — У Арыка были сторонники, в том числе и в совете старейшин. Ему самого начала, кто-то помогал и кто-то помогал изнутри кланы. Пока мы не знаем, кто это. Но выясним, — Раздраженно говорю я и закрываю глаза.

     Этой ночью я вообще не смог сомкнуть глаз. Айя не спала всю ночь, капризничала, и плакала.

     — Ты снова ночью не спал? —  Спрашивает Амиран, и я поднимаю голову, смотрю на него. — Все из-за нашей принцессы?

     — Да, Айяра все ночь капризничала, ни я смог уснуть, ни Руя.

     — Да быть папой оказывается трудно, — Сказал он и мои губы дернулись.

     — Да это нелегко, но это самое прекрасное чувство, которое я когда-либо испытывал, — стоило  только вспомнить о своих детях, как в моей груди появляется эта чувство теплоты.

     Арман был поглощён полностью своими мыслями, что даже не замечал нас. Он о чем то глубоко думал, сжимая свою переносицу.

     — Ты тоже ночью не спал? —  Спрашиваю я и он сфокусировать свой взгляд на меня.

     — Я почти не сплю есть ты не забыл, — Глухо, говорит он и я киваю. Это правда, мой брат почти не спит. А вернее не может спать.

     — Ладно, я пойду и посмотрю как там Руя, — Я встаю на ноги, беру свой телефон и выхожу из кабинета, направляюсь в нашу спальню.

     Когда я пришел в нашу спальню, я не нашел свою жену, значит, она в комнате детей. Я тут же направилась оттуда.

     — Почему ты снова плачешь? У тебя где-нибудь болит? — Спрашивает она у нашей дочери, которая безустанно плакала. — Айя, что мне делать с тобой? — Руя была на пределе, это было видно, потому, что секунду после она начала плакать вместе с ребенком.

     — Эй, ты чего плачешь? — Я тут же подхожу к ним и беру нашу дочку на руки.

     — Я такая плохая мать, — плеча говорит жена. — Я пытаюсь ее успокоить, но не получается, я не справляюсь, что я вообще за мать такая? Я подвожу собственного ребенка, — С каждым словом ее слёзы становились все больше и больше.

     — Это совсем не так. Ты прекрасная мама, — Я убираю ее слезы. — Ты просто устала, ты тоже человек. Уставать это нормально то что ты мать это не означает что ты робот.

      — Я не могу ее успокоить, я же ее мать. Я подвожу её, и ненавижу себя за это, — Ее голос дрожит, говоря о том, что она снова хочет заплакать.

     — Ты никого не подводишь. Ты просто устала, вымоталась. Ты только после родов и операций, по ночам нормально не спишь, не ешь и малышка изводит тебя. Ты устаешь и это нормально, — Мои слова не приносят никакого эффекта.

     — Я просто ужасная мать.

     — Не говори всякой глупости, —  Я осторожно уложил дочку на кровать, а потом взял жену за плечи. —  Сейчас ты идешь в нашу спальню, принимаешь душ, переодеваешься. Девочки принесут тебе что-нибудь поесть, поешь, и отдохнёшь.

     — Но как же дети? Айя? — Она смотрит на дочку, которая играет с пустышкой в руках.

     — С детьми я сам справлюсь, я их отец, если ты не забыла. А ты идешь отдыхать, и это не просьба, а приказ.  Давай, Руя, — я толкаю ее к двери.

     — Но…

     — Я говорю тебе, иди! — уже в приказном тоне, сказал я. — Любимая, просто доверься мне, я справлюсь со своими детьми. И у меня есть батальон людей, которые мне помогут. — жена смотреть на меня, а потом улыбается.

     — Я тебе говорила, что ты самый лучший муж?

     — Только, что сказала, — улыбаюсь я. — А теперь иди отдыхать. Мы справимся, — она еще несколько секунд смотрит на нас, а потом уходит. Я поворачиваюсь и смотрю на свою дочку, а потом на своих сыновей, которые играли в своих кроватках. — Ну что ж, дети готовы провести сегодняшний день с папой?

     ***Руя

     Я приняла теплую ванну, переодевшись, я немного покушала, а потом просто вырубилась. И спала я никаких то один два часа, а до самого вечера. Когда я проснулась была уже темно, первая мысль была о детях. Я тут же вскочила на ноги и вышла из комнаты, направилась в спальню детей. Но не нашла их там. От девочек с кухней я узнала, что все сейчас находятся в саду.

     Когда я вышла в сад передо мной встала такая прекрасная картина: Наша семья сидит на мягких диванах вокруг очага, дочка лежала на груди у папы, который что-то ей говорил, а она внимательно слушала, Каран был на руках Армана, а Архан играл с Амиран, как играл? Амиран каждый раз строил разные рожицы, а мой сын смеялся в голос. Сердце переполнилась такими нежными чувствами.

     — Они вас не утомили? — Подходя ближе к ним, спрашиваю я и взгляды всех направляются на меня.

     — Ты проснулась, — муж протягивает мне свою ладонь, я тут же беру его и подхожу, сажусь рядом с ним. — Как отдохнула?

     — Прекрасно, — улыбаюсь я, и целую дочку в лобик, она играет с большим пальцем своего отца. — Прошу прощения, что так нагрузила вас, — смотря на парней, сказала я.

     — Ничего страшного, нам только в удовольствие, — играясь с Арханом, отвечает Амиран.

     — Амиран хоть в чем то полезном пригодился, — сказал Кенан, и я рассмеялась, Амиран показал ему средний палец.

     — Спасибо большое, мальчики за помощь, — Я действительно была им очень благодарна.

     — Если тебе нужна помощь, просто скажи, мы всегда можем помочь, — Спокойно, сказала Арман. Это было удивительно, но в его руках такой даже такой активной ребенок, как Каран, стал таким спокойным.

     Пока мы говорили на телефон Арслан пришел какой-то смс. Когда он открыл его взгляд, стал каким то странным. Он несколько секунд просто смотрел на экран телефона, а потом посмотрел на меня и улыбнулся. Эта его улыбка не понравилась мне. В нем было что-то тревожное, это беспокоило меня.

     — Что-то случилось? — Спрашиваю я и все смотря на Арслана.

     — Нет ничего, всё в порядке. Можешь её взять? — он отдал мне нашу дочку, и я тут же взяла её на руки. — У меня появилось кое какое срочное дело, мне нужно уехать.

      — Куда? — спрашивает Арман, он редко интересовался делами Арслана, но кажется его тоже что-то беспокоит как и меня.

     — Ничего важного, — отмахнулся он, а потом склонившись, поцеловал меня в лоб. — Я скоро вернусь.

     — Арслан, действительно все в порядке? — Я не могу понять, но это чувство беспокойство не покидает меня.

     — Конечно, тебе не о чем переживать. Я очень скоро вернусь, одна нога здесь другая там, ты не успеешь уже опомниться, как я буду рядом. Хорошо? — он целует Айяру, а потом снова смотреть на меня. — Я люблю тебя, мой ангел.

     — Я тоже люблю тебя.

     — Я скоро вернусь, — сказал он и ушел, я же все ещё смотрю ему в след.

     — Он вернётся, не переживай так, — вдруг говорит Арман, и я смотрю на него.

     — Да, вернётся, — повторю, и снова смотрю в след мужу, которого уже не была.

     У меня на сердце не спокойно…

     ***Арслан

     «Давай встретимся. Приходи в наш старый дом, один. Нужно закончить то, что мы начали.» — Именно так было написано в сообщении, которое отправил Арык.

     Наверное, я должен был отказаться от этой встречи, но не мог. Нам действительно нужно было все уже заканчивать, потому что пострадали слишком много людей. Я не хочу, чтобы жертва этой войны стал один из моих родных.

     И вот сейчас я стою перед двух этажным старым домом. Я здесь больше 15 лет не был. Прошло долгих 15 лет с того самого последнего раза, как мы были здесь, всей семьёй.  Кажется, после этого мы никогда уже не были счастливы. Или я просто уже не помню.

      Проглатывая неприятное чувство горечи я вошёл в дом. Здесь была пыльно, грязно и слишком пусто. Когда-то этот дом был переполнен смехам и воспоминаниями о детстве.  А сейчас он казался каким то странным и страшным домом из фильмах ужасов.

     Шагая в глубь дома я направился в сторону гостиной, где и нашёл Арыка, который стоял спиной ко мне.

     — Помнишь тот день, когда мы в последний раз сюда пришли? — Не поворачиваясь в мою сторону, спросил он.

     — Да, — глухо роняю я и вспоминаю те дни.

     Тогда мы были такими счастливыми, тогда мы были семьёй. В тот момент человек, который сейчас стоял спиной ко мне, который был моим врагом, тогда он был моим старшим братом. Братом, на которого я равнялся, братом, которого я считал своей семьёй. Он был моим братом, и я думал, что он защитит меня от всех. Но когда мои иллюзии закончились, я понял, что мой брат оказался моим палачом. Я прекрасно помню тот день, когда отец запер меня в той клетке с волками, а потом отправил туда Арыка, чтобы тот убил меня.

     В тот момент, когда он вошел в клетку, я думал, что он пришел, как всегда, спасать меня. Но реальность оказалась слишком жестокой для меня. Арык в тот день пришел не спасти меня, а убить. Он увидел во мне соперника, Он считал меня камнем на своей дороге к престолу. И вместо того, чтобы выбрать своего младшего брата, он выбрал власть…

     — Почему ты вдруг заговорил об этом? — смотрю ему в спину.

     — Тот день был моим последним счастливым днём в этой жизни, — мои губы сжались в тонкую полоску, пальцы стиснулись в кулак до побелевших костяшек.

     — Зачем мне эта информация? — Я пытался говорить спокойно, чтобы мой голос случайно не дрогнул.

     — Когда был твой самый счастливый день? — спрашивает он, и я вспоминаю рождения своих детей, тот как Айяру положил мне на грудь. — А, это кажется рождения твоих детей? — Поворачиваюсь в мою сторону, прошептал он.

     Челюсти самовольно стиснулись, я буквально чувствовал, как перекосилось всё лицо от напряжения.

     — Не втягивая их сюда. Мы не будем говорить о моих детях и моей жене, — холодно говорю я, давай понять, что не желаю слушать их имена из его рта.

     — Я никогда в жизни не видел, чтобы ты кого то настолько сильно любил, как любишь её, — Все мои внутренности напрягаются от того, что он всё ещё говорит о моей жене. — Интересно, что в ней такого? Я 5 месяцев пытался понять, но не смог. Я хотел понять, как она вскружила тебя голову, что она сделала такого, что ты встал на колени перед своим врагом. Когда отец поставил тебе условия, либо ты встанешь перед ним на колени, либо смерть, ты выбрал смерть, но не склонился. Но почему ради неё склонился, проглотив свою гордость и гордыню?

     — Даже если я скажу, тебе этого никогда не понять, — подхожу к камину и беру старую фотографию, которая была покрыта пылью, провел рукой по стеклу, вытирая пыль. 

     Это была одна из редких фотографий, где мы были всей семьей. На ней мы казались, как настоящая счастливая семья. Но были ли мы такими?

     — Как думаешь, все могло быть по-другому, если бы в тот день отец не убил его? — Ему не нужно было произносить имя. Я прекрасно знала, о ком он говорит. Арас…

     — Прошлое уже не имеет никакого значения. Его невозможно изменить и невозможно понять другой исход, — Мой голос был холодным и отдаленным, а это было очень редко, когда речь заходила о смерть Араса.

     — Иногда я думаю, как бы все сложилось, если бы отец принял решение в тот день убить тебя, а не его, — Мои губы изогнулись в жестокой улыбки. Я повернулся и посмотрел на него.

     — Почему ты настолько ненавидишь меня?

     Меня этот вопрос волновал все эти годы. Я все думал, где я совершил ошибку, что мой брат настолько меня ненавидел. Что я такого совершил, что моя мать меня ненавидела, мой старший брат, мой отец. Я действительно не мог понять, в чем была моя вина.

     — Потому что ты так похож на него, — отвечает он, и я снова горько улыбаюсь.

     Потому что ты похож на него…

     На него…

     На своего отца, на Малика Эмирхана…

     Я всю жизнь ненавидел этого человека, и мое сравнение с ним. Почти каждый уже говорил мне это: ты похож на своего отца. А я, черт побери, не хотел быть похожим на него. Никогда ни на одну секунду у меня не было желания стать сыном своего отца.

     — Глаза, внешность, характер, упорство, ненависть, гнев, ярость, у тебя всё это от него, — Арык прошел и вальяжно сел на кожаный диван. — Когда ты был маленьким, наш покойный дедушка восхищался тобой. Он сказал, что именно ты должен стать следующим главой нашего клана. Пока у него были сыновья, был я, но он выбрал тебя. Он говорил, что именно ты истинный Эмирхан. С того дня отец ненавидел тебя, а я завидовал. Проходили годы, а ты всё больше и больше становился похож на отца, но со смесью хитрости нашего дедушки. Такая безграничная любовь старика к тебе заставила его сыновей чувствовать себя неполноценным, недостойным. Что бы они ни делали, старик никогда не любил и не восхищался ими, так как тобой. И вот с годами ненависть и жажда власти в груди нашего отца становилась всё больше и больше. Он уже выделил в тебе не своего сына, а своего соперника. Он давно уже принял решение убить тебя.

     Слова насчёт мой смерти неожиданно отозвались в груди – сердце как-то стиснулось и ворохнулось. Мой отец еще в раннем детстве решил, что убьет меня.

     — Он был почти уверен, что именно ты в день присяги откажешься, ему приносит клятву. Бунтовать была в твоем характере. Но, к сожалению, это сделал Арас, А ты чтобы защитить его от гнева отца, убил того человека. Но это еще сильнее разозлило его. Потому что он видел восхищённую блеск в глазах нашего дедушки. Он убил Араса, но тебя не мог, потому что ты был под защитой старика. Именно до того момента, пока он не умер, а вернее отец его убил. И вот тогда начался твой ад. Сначала он хотел просто склонить тебя и сломать, но ты даже будучи ребенком не сломался. Он дал это задание мне четко дав понять, если я сломаю тебя, то я буду тем, кто унаследует его трон. Но и я не смог. Ты был как кошка с 9 жизнями. Ничего тебя не брало ни огонь, ни вода, ни собаки, ни волки, ни клетка, ни мучения, ни издевательства. И когда я не справился, отец отрекся от меня из за тебя.

     — Отец отрёкся от тебя? — Я удивленно взглянул на него.

     — Да он отказался от меня и все из за тебя.

     — Я бы сказал, что мне очень жаль, но это будет ложь. — Я прохожу и сажусь напротив него.

     — Ты всегда был высокомерным ублюдком, — он вздыхает до потом достает из своей кобуры пистолет, ставить его на столик. — Достань свой пистолет.

     — Почему? Решил дуэль устроит? — С издёвкой проговорил я, но все же вытащил пистолет из кобуры и поставил его на стол. — Зачем ты меня сюда позвал Арык? Что ты хочешь?

     — Честно сказать, я уже устала, Арслан. Устал от бессмысленной борьбы. Поэтому хочу закончить это. Когда ты сюда шел, ты же знал, что только один из нас отсюда живым выйдет? — я ухмыляюсь.

     — Я же не глупый.

     Я прекрасно знал, чем это может закончиться. Когда я покидал дом, свою жену с семьей, я догадывался, что могу больше не вернуться. Но боятся последствий и испугаться было не в моем характере.

     — И что будет теперь? — спрашиваю я, а Арык смотреть на нашу фото, я тоже посмотрел, и что-то внутри меня сжалось.

     Человек, который сидел напротив меня с пистолетом, когда-то был моим настолько любимым братом, что я не мог и жизни без него представить. Но все меняется. Жизнь сделала нас врагами, и теперь мы стоим друг против друга.

     — Я, черт побери, восхищался тобой. Ты был тем, на кого я равнялся, и на кого хотел быть похож, — Я не узнавал собственный голос, когда говорил.

     Меньше всего мне хотелось излить душу этому человеку, но все эти годы внутри меня копилось эта боль, что я хотел это всё высказать уже.

     — Я любил тебя сильнее всех, больше, чем с отца больше, чем свою мать. Я ставил тебя выше, чем своих братьев. Может, на тот момент я не знал, что я не родной сын, но ты для меня был больше, чем Арман или Арас. Ты был моим чертовым героем, но в реальности ты оказался моим палачом.

     — Что поделать? Судьба была такова.

      На мгновение мне показалось, что я увидел боль в его глазах. Но это было только мгновение.

     — Я с самого детства знал, что ты не родной сын. Я думал, что из всех них ты меня поймешь больше всех. Но жизнь устроила все по своему, так что мы с тобой стали злейшими врагами, — его серии глаза темнеют, и я сразу понимаю, что он хочет сделать.

      Он хватает свой пистолет со стола, как и я, и вот секунду спустя дул наших пистолетов, были направлены друг на друга.

     — Ты вырос, братик, — почти с гордой ухмылкой говорит он, и я улыбаюсь.

     — Я перестал быть ребенком, когда меня заперли в клетке. Если я сейчас такой сильный, могущественный, то это только благодаря тебе и отцу. Как говорит Арман то, что меня не убивает, делает меня лишь сильнее.

     — Хочешь сказать, один монстр создал монстра еще хуже? — сжимая пистолет, спросил он.

     — Хочу сказать, что каждый монстр создает свой конец сам, — я снял пистолет с предохранителя, как и Арык.

     — Может быть в другой жизни, когда-нибудь мы действительно сможем быть настоящими братьями, — его слова должны бить по самом больному, но я лишь жестоко улыбаюсь.

     — Хорошая попытка, но недостаточно, чтобы выбить почву из под моих ног, — он встаёт на ноги, а я за ним.

     — Я всегда знал, что рано или поздно эти день настанет. Нам придется встать друг напротив друга, и тогда выживет только один, — Вот сейчас вот в эту секунду я увидел действительно боль в его глазах. —  У меня кроме отца никого не было. Но ты забрал его у меня. Ты забрал самого дорогого для меня человека. Оставил меня одного в этом мире.

     — Нет, черт побери, у тебя был я. — закричал я. Во мне кипел жуткий гнев, мои зубы стиснулись так, что стали крошиться. — Если бы ты после всего этого просто бы вернулся и сказал, что действительно хочешь быть моим старшим братом. Я бы принял тебя.

      Это была правда. Я все эти годы я ждал момента, когда он вернется в мою жизнь. Я хотел, чтобы он вернулся, но никак мой враг, а как мой брат. Я хотел его возвращения, возвращение моей матери. Они оба вернулись, но оба стали моими врагами куда хуже, чем в прошлом.

     — Я хотел лишь свою семью. Я хотел защитить их. И ты должен был быть на моей стороне. Ты должен был быть моим братом, а не моим врагом. Но ты поступил так же, как и наш отец, ты оставил меня, ты бросил меня на растерзание волкам. 

     Сейчас я чувствовала, как и внутри меня все бурлило. Все те эмоции, которые я все эти годы хранил внутри себя, сейчас выровались наружу.

     — Но даже вопреки всему, что ты сделал даже спустя столько лет, я ждал твоего возвращения. Только из за этой надежды я не приказал убить тебя, когда нашёл много лет назад. Я не убил ни тебя, ни женщину, которую считал своей матерью. Я вас обоих ждал и готов был простить, несмотря ни на что, потому что хотел стать семьёй. Но я так чертовски ошибался вас, — Мой голос вздрогнул.

      Это было больно. Говори то, что я чувствовал вслух было больно. Но такова была правда, я не хотел их смерти. Я не хотел убивать свою мать и своего брата.

     — Прости меня, братишка, — одно единственное слова, и на три удара сердца мир замер.

     Я столько лет ждал этих слов. Я ждал, что он скажет это попросите у меня прощения, и я был готов его простить. А сейчас, когда я их услышал, почему то мой мир кажется перевернулся. Я смотрю в его глаза, а сердце внутри сжималось.

     И вдруг раздался выстрел. Я замер, смотря на своего брата. Оглушающий и… Боль пронзила мою правую руку. Я посмотрел на свою руку, кровь… в меня выстрелили, и сделал это мой брат, которому я поверил.

     — Ты снова меня предел, — я пошатнулся и схватился за руку в попытке унять боль.

     Руку жгло так, что, казалось, её вот-вот оторвет. Горячая липкая жидкость окрашивала новую рубашку в красноватые оттенки. Черт, как же я облажался. Я как дурак поверил ему. Как спустя столько лет ребенок внутри меня всё ещё верил этому человеку?

     — Почему ты стоишь? У тебя в руках пистолет, стреляй же! — в гнев сказал он, а я не мог черт возьми.

     Не могу нажать на курок. Я не хотел убивать его, и сейчас только понял, что все это время я с лёгкостью мог отнять его жизнь, но не делал лишь по той причине, что до сих пор любил его как своего брата. И осознание этого куда больнее, чем та пуля, что задела мою руку.

     — Стреляй! — в этот раз он закричал во весь голос, а я лишь улыбаюсь, и блядь, это чертовский больно.

     Я не могу его убить, я не хочу убивать своего брат. Не хочу забирать жизнь у человека который научил меня ходит, не хочу забирать жизнь того, кто поднимал меня когда я падал, человека который впервые научил меня говорит, играть в футбол, я не хочу убивать своего брат, который защищал меня от гнев отца в детстве. Я не могу…

     — Арслан, блядь, выстрели, или же я тебя убью! — я почему-то почувствовал в его голосе боль…

     — Я не могу, брат…— тихо говорю я, и мое сердце ёкнуло.

     Брат…. Я впервые после стольких лет называл его братом.

     — Арслан…— я слышу тоненький голос и вздрагиваю, смотрю за спину Арыка, там стояла Руя!

     — Руя…— моё сердце упало, когда Арык повернулся в её сторону, а потом направил на неё пистолет.

     — Если ты настолько слабый, тогда я заберу то, что тебе дороже всех! — сказал он, а после раздался резкий звук выстрела.

     Мой мир в этот раз не замер, а рухнул до самого основания, когда тело Арыка упала на пол, а за ним и мой пистолет и я сам. Я упал на колени и зарыдал, я впервые плакал так, мои внутренности разрывались. Я убил своего брата…

     — Арслан? — Руя подбежала ко мне и какой-то тряпкой перевезла мою рану, пока я смотрел на тело своего брата. — Арслан, ты меня слышишь? Скажи что-нибудь. Арслан?!

     — Руя?? — откуда-то раздался голос Армана, и когда он появился и увидел тело Арыка, замер, он смотрел то на тело, то на меня.

     — Я его убил… Я убил нашего брата, Арман…— из моей груди вырвались рыдания, мне была так чертовский больно, но я не мог позволить чтобы он убил мою жену.

     Его глаза были широко раскрыты, а одна слезинка скатилась по его щеке. Он умер, и с ним одна часть меня, та самая часть меня которая все ещё была жива с детства.

     «— Тебе больно? — поднимая меня с земли, спросил брат, я лишь всхлипывая смотрел на него. — Всё хорошо, не плачь. Я здесь, твой брат рядом. — он вытер мои щёки, а потом щёлкнул по носу. — В следующий раз слушай меня. Тебе опасно одному идти сюда. 
— Но я не боюсь, у меня же есть старший брат. У меня есть ты, — улыбаюсь, а потом обнимаю его за шею, мой брат прижал меня к себе, а потом погладил по спине.
— Да, я всегда с тобой. Чтобы не случилось твой старший брат будет с тобой, братишка, — клятвенно произнёс он.»

     Но он не сдержал его. Он оставил меня.

     — Ты обещал, что не оставишь меня, — шепчу я.

     Арман присел перед ним, а потом провел рукой по его глазам, и закрыл их. Руя плакала, прижимая меня к себе, а я лишь смотрел на тела брата, и разрывался изнутри. Я даже не представлял, что его смерть будет такой больной. Я не думал, что я буду сгорать от его потери. Мой брат умер, я убил его… Я убил своего брата.

     — Брат…

     ***Руя

     С похорон прошло больше недели, но Арслан не приходил в себя. Он потерялся в своем горе, настолько, что не проронил ни слова за это время. Между ними была такая высокая стена, что чтобы я не делала, как бы не пыталась, не могла достучаться до него. Он словно стал телом без души. Я впервые видела его таким. И это так пугала меня.

     Я теряла своего мужа, он ускользал из моих рук, а я ничего не могла сделать с этим. Я даже и не подозревала, что у него была такая сильная связь и привязанность к его старшему брату. Только после смерти Арыка и его потери я подняла. Арслан все эти годы не ненавидел Арыка, а лишь хотел, чтобы он вернулся. Он хотел стать семьей. Но его снова разбили.

     Я нашла своего мужа в комнате наших детей. Склонишься над колыбелькой, он что-то шептал нашей дочери, а она внимательно слушала его.

     ㅡ В последнее время она слишком часто капризничает из за того, что не видит тебя, ㅡ заходя в спальню, сказала я и закрыла дверь за собой.

     ㅡ Мне очень жаль, что я стал причиной ее слез, ㅡ не отрывая взгляда от дочери, сказал он, и моё сердце сжалось. ㅡ Я пойду, ㅡ он снова избегал меня.

     ㅡ Прости меня, ㅡ вдруг сказала, я ему, оностановился, а потом посмотрел на меня вопросительно, и я продолжила: ㅡ Если бы я тогда не пришла, ты бы не был вынужден его убить. Мне жаль, что я стала причиной его смерти. Я не хотела, чтобы тебе было так больно. Я знаю, что я виновата, но я боялась. Я испугалась, когда ты вдруг ушел и поэтому забрала Армана и переехала за тобой. И если бы я не приехал, он мог тебя убить.

     ㅡ Что это за глупости? ㅡ Он подошел ко мне и взял меня за плечи. ㅡ Твоей вины в этом нет. Да, когда он выстроил меня и сказал, чтобы я стрелял в ответ, я не смог. Чтобы защитить себя, я не смог его убить. Но когда речь зашла о твоей жизни, я это сделал. Я не сожалею об этом. Я бы сделал то же самое и снова. Я могу потерять свою жизнь из за любви к брату, но не могу потерять тебя. ㅡ Он провел костяшками своих пальцев по моей щеке. ㅡ Я выбрал тебя, я буду тебя выбирать всегда. Ты мой первый выбор и мой приоритет во всем. Потеря Арыка нанесла мне слишком сильный урон. Но это все пройдет, я переживу все это и вернусь. Тебе не о чем переживать, ты меня никогда не потеряешь.

     ㅡ Я люблю тебя. ㅡ прошептала я, потом обняла его и поцеловала его в грудь.

     ㅡЯ тебя люблю, мой ангел. Люблю тебя всегда и навечно. И буду любить до самой бесконечности. Ты мой свет во тьме этой жизни.

     Моя любовь к этому человеку была рождена во тьме. Моя любовь к нему появилась как солнце среди самый темные ночи. Это любовь осветила не только его жизнь, но и мою. Я знала какая бы тьма не была вокруг нас, наша любовь это то, что будет спасать нас. Всегда и навечно.