"Хранитель"

Это была уже вторая пачка сигарет. Я, вроде бы, и бросил курить более 6 месяцев назад, но "курить" меня "не бросило". Да и сложившиеся обстоятельства буквально принуждали меня не бросать старую привычку. Это ж надо было, из всевозможных вариантов службы, попался именно этот "захолустный" форпост! Мало того, что дальше от всех остальных, так ещё и почти на передовой...
- Мда..., - задумчиво протянул я, и рука на автомате отправилась за очередной сигаретой.
Никто уже и не помнит, как началась эта война. Да и в историю я никогда особо не углублялся. Известно только, что наши противники, это гуманоидная раса, называющая себя преторианцами (будто выходцы из древнего Рима), намного более высокоразвитая, чем мы, иначе как объяснить то, что менее чем за 30 лет человечество потеряло более 90% всей территории? Стыдно признавать, однако сейчас мы находимся на краю гибели, ведь день за днём сотни людей умирают от обморожения в полярных мерзлотах Антарктики, а армия, из за наплыва национальностей, стала похожа на неорганизованную толпу. Да и "полноценных" городков осталось только два, а население в них чуть более десятка тысяч человек в каждом. За каких то 3 десятилетия человечество претерпело самый массовый геноцид в истории, забравший жизни 99% населения. Да и выжившим осталось недолго.
Я хмуро посмотрел на сигарету у меня в руке. На ней виднелись потускневшие буквы CD. Сидишки, как их шутливо "обзывали" русскоязычные солдаты, были единственным куревом, увезенным вместе с последним провиантом в Антарктику. Омерзительные сигареты, честное слово. Но приходилось довольствоваться, чем есть. Не лучше дела обстояли и с продуктами. Об урожае в полярных мерзлотах можно было только мечтать, поэтому мы фактически доедали последнюю в мире провизию.
В металлическую дверь постучали. Сразу после этого в плохо освещённую будку 2 на 2 метра, где я в просторном кресле нес свою вахту как регистратор, один из низших офицерских чинов нового времени, вошёл прыщавый пацан лет 17, в невыглаженном полузимнем камуфляже и с осунувшимся лицом.
- Здравствуйте, там инцидент один случился... Серьезный - не подумайте, что я вас просто так отвлекаю. Идёмте покажу, - парнишка указал в сторону казарм.
- Ну-ну, здрасьте, - нездорово ухмыльнулся я, судя по тому, как сменилась гримаса на лице парня, - Секунду...Филипп! Филииипп!
Через минуту из обшарпанной двери сзади меня высунулась заспанная бородатая голова:
- What the hell is going on? (Какого черта тут происходит?) Im already checked all...(Я уже проверил все...)
- Филипп, - укоризненно посмотрел на него я с докуренной сигаретой в зубах, - Shut up. (Заткнись.) You - stay here for 5 minutes. I will be back soon. (Ты останешься здесь в течение 5 минут. Я скоро вернусь.)
-Идём, - обратился я уже к парню, слыша за собой кряхтение и причитания, - глянем, а попутно объяснишь, чего в такую рань людям отдыхать не даёшь.

Быстро накинув пошарпанный пуховик, я выполз из своей обители, попутно прислонив к постоянно открывающейся двери кусок кирпича. До казарм было не более 300 метров, однако приходилось идти по глубоко протоптанной тропе, чтобы не заблудиться и не сдохнуть от переохлаждения в каком-нибудь сугробе. Полярная ночь не давала шансов что-либо развидеть, а фонари потушили, дабы не привлекать к себе возможного врага. Снег приятно "шуршал" под относительно новыми ботами, попутно смешиваясь с речью парня, которого я почти не слушал. Нужно было спланировать рабочий график на завтра, ведь ежедневная коллективная работа над обустройством форпоста не прекращалась ни на минуту. Напряжённая работа помогала людям забыть о предстоящем конце света.
- ...ну и потом мы дока позвали. Сейчас он над ним работает, - закончил свою речь солдат.
- Подожди, над кем док работает? - непонимающе уставился я на парня.
- Ну над передовиком раненым, я ж вам говорил.
- Погоди, так это значит...
Я мигом сорвался и добежал оставшиеся 20 метров до края одной из казарм, откуда уже виднелись несколько солдат, помогающих раненому.
Подойдя ближе, мне представилась нелицеприятная картина: нога дезертира с передовой была разворочена так, будто ее прокрутили на мясорубке. Кровь фонтаном расходилась по чистому белому снегу. Рядом, по колена в сугробе, сидел запачкавшийся в крови доктор и вкалывал стонущему солдату какие-то препараты.
- Ты откуда?- повис я прямо над молодым опухшим лицом, выражающим всевозможные мучения.
- Они зажали нас в "котел"...
- Ты? Откуда? - голосом, не терпящих возражений, спросил я.
- Ш-шестой полк...двадцать второе...нет двадцать первое подразд...АЙ БЛЯАААА.
- Болевой шок прошел. Да и слишком быстрая потеря крови. Тут и пытаться было бессмысленно, - погрустнел полноватый доктор лет 35. Уставшее лицо выдавало тяжёлый рабочий день. Инциденты на службе не были редкостью, даже летальные, - Все, он 200-тый.
- Понятно..., - ответил я. Мне было мало той информации, что оставил умирающий дезертир, - Вы понимаете, что значит то, что он с шестого полка?
- Да...дела наши хреновы, - задумчиво высказался один из помогавших доктору солдат. В темноте я не сумел разглядеть его лицо.
- Со штабом связывались?
- Та когда мы успели, только вот с ним провозились и все, - ответил док.
- Рации надо носить с собой...Ладно, дело неотложное, пойду загляну в штаб, а вы пока уберите тру..., - я не успел закончить как сильная звуковая волна прошлась по округе.
Мгновенно прижавшись телом в сухой снег, я спиной почувствовал мощный гул сверху, расдававшийся отовсюду, отчего кровь застыла в жилах. Вскоре появились и "причины" этого гула.
- Твою мать, - только и смог выговорить я, когда развернулся в сторону звёздного неба. На горизонте показались огромные крейсеры преторианцев - основа их боевого флота. Сколько человечество не создавало космических кораблей, а огневой мощи этих монстров никому так и не удалось достичь. А сейчас они плотными рядами закрывали небесное пространство, своими вычурными корпусами освещая его в неестественно темный, зелёный цвет.
Пацан, что привел меня к раненому, сдуру пустил несколько зарядов из своей непонятно откуда взявшейся короткоствольной винтовки по одному из крейсеров, будто это смогло бы хоть как-то навредить ему.
- Так нечестно! - "на адреналине" выпалил он, - спуститесь и сразитесь с нами в открытом бою! Крысы!
Спустя несколько секунд из казарм стали выбегать ошалевшие солдаты, то и дело в испуге указывающие друг другу на небо, попутно надевая экипировку и проверяя оружие.
Ещё один взрыв раздался, но уже намного ближе. Ударная волна снесла меня и стоявших рядом людей на несколько метров, заставив окончательно прийти в себя. На месте, где когда то был 4-х этажный штаб командования, единственное хорошо освещённое здание в округе, и высокая титановая стена, которая вполне могла выдержать взрыв термоядерной боеголовки, остались одни лишь обгоревшие руины. Крейсерские орудия не давали шанса никому и ничему.
Солдаты, увидев это, вошли в ступор, медленно "переваривая" картину происходящего. Мгновение - и вышедших из ступора солдат охватила настоящая паника - самое, страшное, что могло произойти за это злосчастное утро. То тут, то там, они толпами прыгали в первую попавшуюся технику, заводя ее и выпихивая лишних пассажиров. Я понял, бездействовать не выход, и поспешил к внушительному по размерам грузовику, стоящему в ближайшем ангаре в ста метрах на северо-западе от меня. В ботинки предательски залетал липкий снег, обжигая холодом и без того окоченевшие от страха ноги. Благо, что ангар был хоть немного освещен, что помогало бежать в более-менее верном направлении. На полпути к спасительному грузовику, почти набитому набежавшими солдатами, грянул третий взрыв, заставив меня дёрнуться от увиденного. На сей раз взорвалась небольшая фабрика в 500 метрах от периметра форпоста, которая должна была доставлять материалы для расширения базы.  Она всполыхнула словно огромный фейерверк и теперь уже освещала ярким синим огнем и без того не в меру яркое ночное небо.
"Издеваются, гады. Для них это лишь развлечение", - злобно подумал я и нестерпимо сильно захотел пустить очередь по крейсерам, как это сделали до меня, но вовремя пришел в себя. Грузовик, в который я так стремился попасть, уже заводился и начинал направляться к аккуратно проложенному выходу из форпоста. Обрадовавшись временному спасению, я рывком пропихнулся в него, заняв единственное свободное место в столпившейся куче народа.
Армированный грузовик с тентом уже вовсю набирал скорость, как вдруг сзади показалась знакомая фигура. Парень, пожаловавший ко мне в будку этим роковым утром, теперь изо всех сил пытался нагнать грузовик. И, как ни странно, у него это получалось.
- Проваливай, мест нет, - огрызнулся один из солдат.
- Под...тесь, я вас прошу, - жалостливо прозвучал голос парня под шум двигателя и звон запоздавшей сирены, которая теперь заливала весь форпост своим пронзительным визгом, - В..вы...вы ведь поможете мне? П..пожалуйста, меня мама дома ждёт...
Узнав меня, он продолжал "давить" на жалость, напористо прося меня подвинуться и помочь ему взобраться. В его блеклых глазах читалось нескрываемое отчаяние.
- Мест нет, - тихо ответил я, малодушно отвернувшись. Тогда в голове звучала лишь одна мысль -"Выжить".
Одного из солдат эта не в меру затянувшаяся драматичная сцена достала и он сильным ударом приклада лупанул отчаявшегося парнишку, оставив того неподвижно лежать в снегу. Практически в то же время, грузовик с грохотом врезался в алюминиевые ворота форпоста, вырвав те вместе с остовом. Из-за этого удара ещё несколько человек, включая ударившего, потеряло равновесие и кубарем вылетело из кабины. Матерясь и крича, они пытались догнать спасительный транспорт, но безуспешно.
Грузовик лишь набирал скорость, оставляя за собой догорающее людское кладбище, некогда бывшее нашей базой. Грянул ещё один взрыв - и падающая пятидесяти метровая антена дополнила собой дикую палитру красок умирающего форпоста...