Молния бьет в обе стороны [ПРИОСТАНОВЛЕНА]

– А? – Я даже растерялся. – На кой вам понадобился человек? Заплатите – и дело с концом. Разве не так? 

Йозеф, жующий рыбу, весело посмотрел на Алекса и посмеялся, сказав:

– О, это особый случай!

– Как интересно!

Кросс кашлянул, строго глянул на приятеля и с несколько печальным видом начал рассказывать:

– Видите ли, в одном местном заведении...

– Борделе! - перебил Йозеф.

– ...есть женщина, – невозмутимо продолжил говорить мужчина в черном, – в которой я очень заинтересован. Будь она обычной работницей, я переманил бы ее деньгами. Даже проститутку я мог бы выкупить у кого угодно, но здесь все сложнее. Владелец публичного дома не хочет продавать ее ни за какие деньги, она у него кто-то вроде звезды, приносит огромный доход. Я несколько раз пытался договориться, но все без толку. Таких, как она, очень сложно найти, особенно с такой внешностью...

– Киборг, – легко догадался я.

– Хм, да.

– Как интересно!

– Пообещайте, что эта информация останется между нами, – серьезно сказал Алекс.

– Конечно, вы ведь сказали, что я не принадлежу к типу хитрых пиратов, с которыми не стоит иметь дело. Я никому не расскажу, что Алекс Кросс посещает бордели киборгов в Старом районе Вайлд-Сити, – заверил я, улыбаясь. – Обещаю.

Йозеф снова рассмеялся, и даже Кай наконец-то оторвался от созерцания занавесок и посмотрел на меня. Алекс сказал, вежливо кивая:

– Я вам верю. Рассказывать о таком действительно плохая идея.

Обменявшись угрозами, мы установили своеобразные деловые отношения.

– Но я никогда не воровал людей, – протянул я, выпрямляясь в кресле и рассматривая человека напротив, который оказался куда интереснее и отвратительнее, чем я его себе представлял.

– Почему бы не попробовать? Все бывает в первый раз.

– Вообще-то я знаю, о ком вы говорите. Украсть эту девушку из публичного дома будет неимоверно сложной задачей.

– Но ведь не невыполнимой?

– Вы сами сказали: я могу достать что угодно и откуда угодно. Хоть я не фокусник и не иллюзионист, но я все еще Лок. Но это будет стоить дорого.

– Сомневаетесь в моей платежеспособности?

– Вы ведь не смогли выкупить киборга из публичного дома, откуда я знаю, сколько вы сможете заплатить мне.

– А сколько хотите?

Другой разговор, упырь. С этого и надо было начинать.

Я хмыкнул, прикусил губу и с улыбкой назвал сумму.

Алекс Кросс остался доволен.

– Идет. Я могу чем-то помочь?

– Куда вы собираетесь перевезти девушку после?

– В личные апартаменты за городом, а что?

– Глупо. – Я вздернул брови. – Там будут искать в первую очередь. Вы сказали, что знаете не так много пиратов. Когда вы приходили к девушке в публичный дом, вам оказывали теплый прием, как дорогому гостю. Вы проводили переговоры с держателем ее контракта и владельцем заведения, но не имели дело с тамошними охранниками. Все они головорезы, вы должны это понимать, как и то, что я знаю этот мир гораздо лучше, чем вы и вам подобные. Поэтому я уверен, что владелец отправит на поиски такой драгоценной барышни все силы. Опасность еще и в том, что вы уже пытались ее купить.

– Он сказал, что я пятый, кто предлагал огромные деньги за нее, – вздохнул Алекс. – Я предложил больше всех, но он отказался.

– Хотя киборги и не считаются полноценными людьми, но иногда они могут стоить очень дорого. Дороже ваших апартаментов за городом. А иногда дороже множества жизней. Он ее так просто не отдаст, даже если я украду ее, а вы спрячете.

– Что предлагаете?

– Увезите еще дальше, а в доме оставьте обманку. Пустите по ложному следу, пусть ищет у кого-то другого. Тем более вы говорите, что были еще предложения. А сами немного измените ей внешность и сделайте новые документы. Полагаю, у вас хватит связей, чтобы аннулировать прошлый контракт и сделать ее свободной. Или вы хотите заключить новый?

– Я думал об этом, но...

– Если не заключите, она сбежит. – Я развел руками. – После того, что творят с ней сейчас, она захочет только одного – свободы. Все еще хотите украсть ее?

Прикрыв глаза, Алекс выдохнул и с легкой улыбкой снова открыл их. Он твердо сказал:

– Хочу. Вы согласны?

Я посмотрел на этого странного и упрямого человека. Либо он и вправду помешался на киборге из борделя и своих развратных мыслях, либо влюбился. Мог ли такой человек влюбиться в киборга? Почему бы нет. В любом случае, меня это не касалось. Может быть, девушке будет даже лучше под покровительством такого богатого гуляки, чем жить с насмешкой в виде звания «киборга-звезды» публичного дома.

– Согласен. Давайте обсудим, как будем действовать.

* * *

– Где ты был? – подскочил с кровати Джек, когда я поднялся на третий этаж и ввалился в предоставленный нам троим номер. – Мы ждали тебя почти три часа!

Я пьяно улыбнулся и со стоном упал на кровать в другой части просторной комнаты, которая была тускло освещена неоновым контуром под потолком и несколькими точечными светильниками в стене. Здесь была хорошая звукоизоляция, так что шум снизу и с улицы почти полностью поглощался стенами и полом из специального материала.

– Устал, – пожаловался я, блаженно прикрывая глаза и чувствуя, как напряжение в теле постепенно уходит.

Вознесенский, сидящий на подоконнике со сложенными на груди руками, что-то проворчал. Не сказать, чтобы я вообще его сейчас слушал. От нескольких стаканов виски в баре и тех, что я выпил во время знакомства с Алексом и дальнейшего обсуждения нашего дела с ним и его приятелем Йозефом, меня развезло. Я зевнул, сел, скинул ботинки и плащ, швырнул последний на крутящийся пластиковый стул и снова плюхнулся на кровать, но теперь уже на бок.

– Где ты был? – настойчиво повторил Джек.

– Выпивал с одним важным человеком, – похвастал я. – Теперь мы будем воровать ему невесту! Хе-хе!

– В смысле невесту? – опешил друг. – Что еще за «хе-хе»?

Но я не ответил. В голове шумело, глаза слипались, и через несколько секунд я уже тихо посапывал в уютном номере на третьем этаже ночного клуба, где частенько останавливался, приезжая в Дикий город.

Утро было болезненным. Не помню, когда в прошлый раз у меня болела голова от выпитого. Помятый и лохматый, я прошелся по пустой комнате, отыскал таблетки в сумке и запил две штуки бутылкой воды, что стояла на столе.

Дневной свет мягко струился сквозь серебристые занавески, через которые снаружи было невозможно увидеть хоть что-то происходящее в комнате, а я, в свою очередь, четко видел улицу, машины и спешащих по своим делам людей. Джека и Кирилла в номере не было, зато было сообщение на планшете: «Уехали в Торговый район. Встретимся завтра вечером здесь. Не сдохни к тому времени». И улыбающийся смайлик. Как мило. Судя по характерному слогу, это писал Вознесенский.

Надеюсь, ребята вернутся целыми и невредимыми. А еще я хотел, чтобы они помогли мне кое с чем. Если они задержатся, мне придется выкручиваться самому, а это немного опасно. Не хотелось бы вновь получать нагоняй от капитана по возвращении на «Адель».

А сейчас мне нужно было сделать то, о чем мы вчера договорились с Алексом и Йозефом, обсуждая план. Я не стал подробно объяснять им, как собираюсь проникнуть в самые охраняемые помещения огромного публичного дома, чтобы сохранить лицо непревзойденного Лока перед заказчиками. Но, прошу заметить, что такой херней я еще не занимался за всю свою жизнь...

* * *

Следующий день после инцидента на Гермесе. Поверхность. Независимые земли. Частная лаборатория по производству протезов «Xristofor Company». 9:45 по местному времени.

Два офицера Специального корпуса флота, одетые как гражданские репортеры, с бейджиками на шее и с камерой, висящей на плече у интеллигентного вида молодого человека, прибыли к входу в частную лабораторию по разработке уникальных протезов, чтобы «взять интервью» у работников. Многие приезжали сюда, стараясь урвать себе кусок очередной сенсации, но владелец лаборатории был довольно скрытным и строгим человеком, поэтому пускал к себе только некоторых из многочисленных репортеров.

Например, недавно здесь создали новый протез глаза, у которого был встроенный тепловизор ¹ и который был способен делать невероятные 3D снимки, менять цвет радужки по желанию, а также имел выход в Сеть. Именно этот протез был выставлен на аукционе в небесном городе Гермес, но оказался украден пиратом. Теперь ходили разговоры о том, что владелец лаборатории не хочет иметь дело с небесными городами и собирается продавать свои изобретения только на поверхности. Но подробности были никому не известны, так что репортеры денно и нощно посылали запросы на посещение лаборатории и интервью хотя бы с кем-нибудь, кто владел сведениями, но тщетно. Зато теперь двое мужчин так быстро попали на встречу с самим владельцем этого места! Журналисты рвали на себе волосы и разбивали об пол планшеты, но ничего не могли с этим поделать.

А Константин и Денис тем временем без проблем прошли два уровня проверки на входе и попали в огромный комплекс, где изготавливали одни из самых лучших протезов и прочих устройств для киборгов и полукиборгов на поверхности. Они какое-то время шли по коридорам в сопровождении сотрудницы в белом халате и тонких серебристых перчатках, которая вела их мимо небольших лабораторий и мастерских, где изготавливались детали и собирались уже готовые изделия.

За все время существования эта лаборатория одна из немногих смогла отстоять свою независимость и не стать частью большой корпорации или не попасть под протекцию Флота. Очевидно, ее владелец был влиятельным, ответственным и очень уважаемым человеком, которого называли гением и хвалили за его достижения в науке. Он даже жертвовал большие суммы денег на поддержку порядка в трущобах и гуманитарную помощь пострадавшим от бесчинств бандитов семьям. Воистину выдающийся человек.

– Чтоб тебя, твою мать! – громко орал мужчина, стоявший спиной к появившимся в большой мастерской «репортерам», в ярости размахивая руками. – Как ты это объяснишь, а? Я тебе говорю, бесполезный идиот!

– Ма... М-ма-ма-ма... – заикаясь и обильно потея, пытался что-то сказать стоявший перед ним парень в белом, как у сопровождающей мужчин девушки, халате и прижимал к груди планшет.

– Мама? Здесь нет твоей мамочки! Смотри-ка! Глянь сюда! Мм? Что это такое? Как думаешь, дорогой?

Под нос парню сунули планшет с изображением чего-то, что на таком расстоянии и под таким ракурсом было не разглядеть со стороны «репортеров».

– Э-это... – попытался ответить несчастный, с трудом складывая в голове мысли в предложения, но ему не дали их озвучить и продолжили орать:

– Это восхитительная хрень! – в голосе кричащего была даже некая торжественность. – Ты видел нечто подобное? Да? Нет? Отвечай!

– Н-нет, – сглотнул парень, качая головой. Человек напротив почему-то обрадовался.

– И я не видел! Представляешь? Невероятно, правда? – И снова разозлился: – А кто в этом виноват, твою мать?!

– М-ма... Пр-простите! Я не до-до-доглядел! Я!...

– Ты следишь за новостями и разработками конкурентов! Ты, скотина слепошарая! Тогда почему я узнал об этом только сейчас и не от тебя, а? Ты-ы! – палец ругающегося человека остановился на носу несчастного сотрудника лаборатории. – Уволен!

От испуга и осознания, что его увольняют, молодой человек обрел способность нормально говорить.

– Мастер! Не надо меня увольнять! Прошу, я так много старался ради этой должности! Мастер, послушайте! Эта информация только появилась, поэтому я...

– Выметайся отсюда! Разберусь с тобой позже!

– Да, как скажете!

Мастер развернулся вслед убегающему сотруднику и обнаружил Константина и Дениса с девушкой в халате, которые стояли у входа и наблюдали за шоу. Константин выглядел спокойным, словно каждый день видит что-то подобное, Денис удивленно округлил глаза и приоткрыл рот, а девушка со скучающим видом кивнула мастеру, махнула рукой в сторону посетителей и удалилась. Только что кричавший и размахивающий руками человек самым любезным тоном попросил:

– Дорогуша, пожалуйста, приготовь мне и господам журналистам ромашковый чай!

– Хорошо, мастер, – раздалось в ответ уже из коридора.

– Какая хорошая девочка! – ласково улыбаясь, словно и не было никакого скандала, сказал мужчина, зачесывая назад пятерней свои всклокоченные седоватые волосы.

– Доброе утро, Евгений Христофорович, – поздоровался Константин, вместе с Денисом проходя в лабораторию. Последний кивнул.

– Здравствуйте.

– Мать моя! – ахнул то ли возмутившийся, то ли обрадовавшийся мастер. – Котя, пожалуйста, называй меня дядя Женя! Не чужие же люди!

Дениса слегка перекосило, он пробормотал:

– Дядя... Женя? Котя?!

Константин покачал головой.

– Мы по работе, Евгений Христофорович, как же я могу.

– Тьфу! Вечно ты меня разочаровываешь. Вот скажи хотя бы, как твои дела?

– Хорошо, спасибо.

– А как поживает... он? – Ученый снял тонкие серебристые перчатки и зашвырнул в неизвестном направлении.

– Мы давно не виделись. Но я думаю, что тоже нормально.

– Ах, как жаль! – разочарованно вздохнул мужчина и тут же спохватился: – То есть, я хотел сказать – прекрасно! Кхем!

Константин и бровью не повел, а Денис очень удивился и шепотом спросил у него:

– Это он о ком?

– О моем отце.

– А-а?!

В этот момент зашла девушка с подносом и ароматным ромашковым чаем. Она поставила его на стол, над которым зависло несколько голограмм, и удалилась, не сказав ни слова.

– Такая хорошая! – гордо улыбнулся и отхлебнул из чашки мастер. – Все бы сотрудники были такими профессиональными, мы бы давно обогнали в производстве лаборатории Флота. Черт бы его побрал!

Денис хотел спросить, что такого профессионального в том, чтобы принести чай и проводить гостей, а еще возмутиться по поводу того, что о Флоте так нелестно выражаются в присутствии офицеров, но Константин оказался быстрее. Он сказал:

– Евгений Христофорович, мы здесь по делу и очень спешим. Вы уже получили данные?

– А то как же! – вскрикнул мастер, едва не опрокинув весь чай на себя. – Я по этому поводу и отчитывал того идиота! Как он мог не узнать раньше, это же его работа!

– Не злитесь так на него, парень ведь очень старается. – В ответ мужчина лишь фыркнул, и Константин вернулся к теме, ради которой они пришли: – Так что вы скажете?

– А что я могу сказать? Это чертовски дорогие протезы! Даже у меня нечто подобное заказывают раз или два в год.

– Так значит, вы видели или делали такие раньше?

– Да ни черта подобного! Чтобы титановые, черные, такие реалистичные да у какого-то пирата! Где это видано? Я такое даже местным чиновникам делать не стану. И не имею права, потому что титановые изготавливают только для Флота, а это вы и сами знаете.

– А кто мог бы их сделать?

– Никто. Сейчас уж точно. Разве что несколько лет назад, когда за этим не так следили.

– Мы не обнаружили эмблемы производителя на тех местах, где ее обычно ставят.

– И не найдете, не надейтесь.

Мастер усмехнулся и поправил халат на своей высокой худощавой фигуре.

Денис разглядывал лабораторию, в которой размещались множественные экраны, гудящие аппараты с манипуляторами, столы и части протезов. На всем здесь стояла синяя эмблема в виде стилизованных буков «ХC».

Константин взял с подноса чашку ромашкового чая, а другую сунул Денису. Несколько секунд последний задумчиво рассматривал заготовки, лежащие на столе на специальных подставках с креплениями. Все они были отмечены эмблемой «ХС» на видных местах. Каждая деталь в этих будущих протезах была отмечена ею, каждый болтик, каждая шестеренка и провод. Но на снимках с Гермеса, на которых были видны места на черных протезах пирата, где должна была стоять эмблема, ее не было.

– Возможно, ее просто убрали? – предположил Денис.

– Возможно, – почесав голову с торчащими во все стороны седеющими волосами, пожал плечами владелец лаборатории. – Многие пираты и контрабандисты так делают, но я узнаю работу любого из своих конкурентов даже по таким снимкам, что вы мне прислали. Эх, вот бы выведать об этих протезах хотя бы годик назад! Чертов бесполезный дурак! Он должен был найти мне их раньше! Какое упущение, что я не видел такую красоту еще до того, как ее коснулись придурки из Флота.

Денис нахмурился и открыл рот, но Константин снова его перебил:

– Евгений Христофорович, неужели нет предположений? Я не верю, что вы совсем ничего не знаете.

Ученый залпом допил чай. Не будь он ромашковым, мужчина проглотил бы даже заварку, не заметив этого. Он жахнул чашкой по подносу, раздраженно цыкнул и уселся прямо на стол. Правая рука метнулась в сторону и коснулась сенсорной поверхности. Голограмма сменилась на изображение протезов, которое по фотографиям и видео смогли воссоздать специалисты Специального корпуса Флота. Мастер потер колючий подбородок, его взгляд стал восторженным, словно он смотрел не на протезы, а на картину знаменитого художника. С завистью и восхищением он изрек:

– Охрененно...

Константин кашлянул.

– Да-да! Сейчас расскажу, Котя, имей терпение, – проворчал владелец лаборатории и поерзал задницей по столу, устраиваясь удобнее. Его рука шевельнулась, разворачивая голограмму. – Как ты знаешь, мой отец создал «Xristofor Company», когда еще не был принят Закон о киборгах. Это было маленькое предприятие, производившее протезы для местных. Я знал твоего старика еще в те времена, когда мы оба учились в школе. Потом, когда он наладил свое дело, мы сотрудничали. Но этот идиот решил работать на Флот, так что наши пути разошлись. Он еще и истерику устроил на прощание! Взрослый уже был мужик, а вел себя, как дите малое!

– Он говорил, что истерику устроили вы, – вспомнил Константин.

Стоявший рядом Денис чуть не подавился чаем.

– Да чтоб он сдо... Кхм! Здорово проводил время со своими дружками из Флота, мне все равно! – гаркнул мастер. – Так вот. Хм, о чем я? В общем, в то время, когда он ушел, а мой старик покинул нас и этот бренный мир, я искал новых работников. Отец раньше говорил, что знает молодого парня, у которого просто золотые руки, но тогда опять начались проблемы с пиратами, мне пришлось временно прикрыть лабораторию, чтобы все не разграбили. Так что связь с тем парнем прервалась, и он пропал. А когда все наладилось, появились слухи о человеке, который делал протезы только для пиратов. Да какие делал! Эти ублюдки, видать, доставали ему самые дорогие материалы! Даже Флот был в шоке. Но никто так и не узнал, кто он такой.

– Это мы тоже слышали, – покивал Денис. – Что был человек, который работал на пиратов, а потом, кажется, пропал?

– Я тогда нашел его, – ухмыльнулся Евгений Христофорович.

– Что?!

– Он не назвал настоящего имени, еще и встречу назначил в тихом месте. Он прятался, оно и ясно. Я пытался переманить его на свою сторону, предложить стабильную работу в лаборатории. Но он сказал, что ему это не нужно. И еще одну интересную вещь... Я тогда решил, что его каким-то образом завербовал Флот, но это оказалось не так. Эх, если б у меня тогда получилось!..

– Что он сказал? – снова вернул ученого к основной теме Константин, зная, что тот опять может пуститься в бурные рассуждения.

– Мы много говорили о работе на поверхности и в небесных городах. Но он умело уходил от опасных вопросов, а потом, когда я спросил, почему же он не работает здесь или наверху, а с пиратами, он сказал это. Вот бы вспомнить слово в слово. Хм... «Мне тесно на поверхности. Я хочу забраться так высоко, что меня никто не сможет достать. Но я достану всех», – вот его слова.

– Ха, многие из тех, кто хочет попасть в небесные города, так говорят, – сказал Денис, пожимая плечами. – Чего тут необычного?

– Ох, этот взгляд потерявшего все человека мне не забыть, – выдохнул мастер, поворачивая голограмму то влево, то вправо. – Я тогда так удивился, а он только рассмеялся и ушел, не сказав больше ни слова.

– Как любопытно. Вероятно, он переживал какую-то личную трагедию тогда, – пробормотал Денис. – Но вроде бы ничего такого особенного в его словах нет. А как он выглядел?

– Русый, рост выше среднего, не тощий, но и не такой крепкий, как пираты. Обычный механик, каких много.

– А лицо? Самое главное ведь лицо!

– Э, парень, – отмахнулся владелец лаборатории, почесывая косматую голову. – Неужели ты думаешь, что он был со своим настоящим лицом на той встрече?

– Фальшивое лицо? – вдруг встрепенулся Константин. – Уверены, Евгений Христофорович?

– Я еще не совсем из ума выжил! Маразмом не страдаю, знаешь ли! – обиделся мастер.

– Когда это было? Сколько лет назад?

– Ох, так сразу и не скажу, – задумался мужчина. – Думаю, двадцать один или двадцать два года назад. Ну да, двадцать два.

– Так давно? – Денис был очень удивлен. – Мог ли этот человек все это время и дальше работать на пиратов?

– Он пропал через несколько лет после того разговора. Ничего о нем не было слышно. Я думаю, либо пираты его тогда убили, либо он сам спрятался, чтобы к нему больше не лезли. Я пытался узнать о нем, но даже слухов не было.

– А какой был его псевдоним? – спросил Константин.

– Белый Ворон. Сказал мне тогда, что это из-за его отличия от всех. Потому что ему нигде нет места.

– Странный тип, – заключил Денис. – Много пафоса.

– Надо найти больше информации о нем, – подытожил Константин, делая заметки в планшете. – Евгений Христофорович, спасибо вам большое, но нам уже пора.

Мастер мгновенно соскочил со стола и начал возмущаться:

– Котя, ты так редко заходишь! Раньше мы так хорошо проводили время за чаем и болтовней, ох! А теперь я целыми днями только и делаю, что вожусь с тупоголовыми работниками, которые ни черта не понимают! – Тут на него снизошло озарение, и он вскрикнул, вытаращив глаза: – Кстати! Что с моим глазом? Вы нашли мой глаз?!

– Он у этого человека с титановыми протезами. Так что еще ищем.

– Вот говнюк! Это, интересно знать, для себя он украл или нет? Если для себя, то сколько ж у него процент замены? Уж не полноценного ли киборга вы ищете?

– Мы не можем сообщать такую... – начал Денис, но Константин без раздумий выдал:

– Тридцать восемь целых и двадцать пять сотых.

– Да разве можно!.. – дернулся Денис, гневно уставившись на друга.

– Все в порядке, – успокоил тот. – Это мой дядюшка.

Евгений Христофорович заулыбался, довольный таким обращением.

– Дя-дядюшка... – рассеянно кивнул офицер, не зная, чему удивляться больше: что Костя назвал кого-то дядюшкой, или что этим человеком оказался владелец самой известной компании по производству протезов в Независимых землях.

– Тридцать восемь, значит, – хмыкнул тот самый дядюшка. – Не киборг, но на грани. И такие шикарные протезы. Либо это очень богатый пират, либо он находится под покровительством кого-то очень влиятельного. Не факт, что эти протезы сделал тот самый Белый Ворон, но все возможно. Если это так, то это может быть как-то связано с Бризом...

– Бриз? – вскинулся Денис. – Тот самый город Бриз?

– Да, кто ж о нем не слышал.

– Что вы о нем знаете?

– Да то же, что и все: база пиратов, где они прятались и собирали оружие и корабли, а потом Флот ее разнес. И стало тихо и мирно.

– Белый Ворон работал с пиратами из Бриза?

– Понятия не имею. Уверен, он не настолько тупой, чтоб говорить об этом направо и налево. Но именно после того случая с пиратской базой он и пропал.

Денис и Константин переглянулись. Снова этот город и операция Флота восемь лет назад. Что же произошло, что даже Белый Ворон, о котором ходило столько слухов, после этого будто растворился, не оставив после себя никакой информации? И если он погиб в битве пиратов с солдатами Флота, то как у парня чуть старше двадцати лет могут быть протезы, возможно, изготовленные этим человеком? Да еще и взрослого размера. Этому полукиборгу ведь тогда было не больше четырнадцати!

Попрощавшись с продолжающим возмущаться и глотать недопитый Константином чай мастером, «репортеры» покинули лабораторию и направились в гостиницу, чтобы отдохнуть и обсудить информацию. Уже в номере на планшет Константина пришел отчет от других офицеров Спецкорпуса по поводу расследования проникновения пирата на Гермес. Молодой человек позвал Дениса и открыл файл.

Спецкорпусу удалось выяснить, что вор использовал какое-то устройство, чтобы обмануть сканер, который в итоге получил заранее заготовленное изображение человеческого тела без протезов. Чтобы взломать контейнеры с лотами во время перевозки, он использовал еще кучу всего, в том числе самые простые отмычки. Это была работа профессионала без единого отпечатка. Все лоты были заменены фальшивками, кроме батареи, которую должен был в тот вечер забрать Флот. Как этот человек умудрился украсть и ее, даже Спецкорпус толком не понял. Еще они обнаружили накрытый отражающей сигналы тканью магнитоцикл у планетария. Так что пирату, предположительно, кто-то помогал, но следов найдено не было. Зато удалось отыскать человека, место которого вор занял в группе охранников, перевозивших лоты. И этот мужчина был словно двойник того, кого оба офицера видели в тот вечер на Гермесе: темные волосы до плеч, карие глаза, все черты лица – все повторялось в мельчайших подробностях. А что самое интересное, нашли его на...

– Парадиз?! – вскрикнул Денис. – Че за хрень? Он отдал документы какому-то парню и свалил на курорт?

– Он не просто отдал документы, – сказал Константин, продолжая читать рапорт. – Ему заплатили, дали адрес того, кто сделает ему новые, помогли сесть на корабль до Парадиза и отправили отдыхать. Он жутко перепугался, когда наши нашли его и стали допрашивать. Сразу растрепал все, что видел и слышал от нашего пирата. Здесь есть его рассказ... Что?

Увидев, как округлились глаза всегда невозмутимого товарища, Денис поторопил его:

– Ну что он там сказал?

– Он дал подробное описание того человека: темные волосы в хвостике на затылке, рост такой же, как у него самого. Цвет глаз не запомнил, но отметил, что лицо очень красивое: аккуратные брови, длинные ресницы, глаза с приподнятыми уголками, а еще хорошая фигура. Из одежды черное приталенное пальто и перчатки.

– Он в него влюбился, что ли? – скривился Денис, слушая очень странное описание пирата, который шлемом разбил ему лицо и ни разу не показался симпатичным.

– Дело в том, что, по его словам, это точно была девушка.

– Что?!

За сегодня Денис, как ему казалось, уже утратил способность удивляться, но эта новость едва не заставила его свалисься со стула.

– Она заплатила ему, помогла с документами и поездкой на отдых в Парадиз. Он и сам толком не понял, зачем такой красивой девушке документы охранника, но ему дали столько денег, что вопросы отпали сами собой. Какая ему разница, что она там собирается делать.

– Погоди, – задумчиво произнес Денис. – Может, она просто купила документы, а на Гермес проник наш пират, а?

Константин покачал головой, говоря:

– Беглецу на Парадизе показали фоторобот, который восстановили наши специалисты, он сказал, что этот человек почти одно лицо с той девушкой.

Денис рассмеялся и откинулся на спинку дивана. Что это вообще за спектакль с переодеванием получается? Могли ли они на самом деле искать опасную красотку? Или все-таки оборотня с титановой рукой и ногой? Как вообще можно назвать такого человека? У офицера трещала голова от всего этого бреда. Как мог взрослый тридцатилетний мужик принять за красивую женщину какое-то «бедствие», дерзко ворвавшееся на аукцион и, чего уж там, надравшее задницу офицерам Спецкорпуса? Еще и такое описание...

«А вдруг это были близнецы?» – подумал Денис.

Все ведь может быть. Но тогда найти их будет еще труднее. Он озвучил свою мысль Константину, но тот возразил:

– Нет, он был один.

– Почему ты так уверен?

– Потому что если он способен так умело маскироваться, как на Гермесе, то и в женщину переодеться ему не составит труда. Тем более доверия к молодой красотке будет больше. Я уверен, что это не могут быть близнецы. Ты, видно, начитался каких-то детективов.

Денис обиженно фыркнул и отвернулся.

– Как думаешь, – после нескольких минут молчания спросил он, – знают ли о ком-то подобном здесь, в Независимых землях?

– Это мы и выясним, – согласился Константин. – Но местные так просто не выдают своих и не делятся информацией о необычных людях. Если этот пират действительно такой влиятельный, как сказал дядя Женя, то о нем нам будет сложно что-то узнать. Придется постараться.

– Слушай, а почему этот твой дядюшка так терпеть не может Флот и твоего отца?

К удивлению Дениса, его друг тепло улыбнулся и выдал совсем неожиданную вещь:

– В детстве, когда мне было три или четыре года, дядя Женя посоветовал взять вилку и ткнуть ею отца во сне.

– Чего?! Он совсем, что ли?

– Это было в то время, когда они поссорились и перед тем, как отец стал работать на Флот. А раньше они были лучшими друзьями.

– Твой дядюшка очень странный.

– Не страннее, чем остальные. Кстати, я тогда все-таки ткнул отца вилкой.

– И что?

– Ничего. Он проснулся, увидел торчащую в ноге вилку и сразу понял, кто подговорил меня это сделать. Но он ничего не сказал, только вздохнул, вытащил вилку и отправил меня спать. А потом мы переехали.

– Дичь какая-то.

Константин только улыбнулся и снова уткнулся в свой планшет, чтобы отправить рапорт из Спецкорпуса двоим своим товарищам и поискать информацию о том, где собираются местные информаторы. Им предстояло теперь найти не пирата, а оборотня, который мог скрываться в любом, даже женском обличье.

* * *

Побегав по городу, собирая необходимые вещи для задания от Алекса Кросса и разведывая обстановку в том самом борделе, я только поздно вечером наконец-то добрался до клуба напротив того, где остановился на третьем этаже. Это заведение было поменьше, спокойнее и не такое шикарное, как здание через дорогу. Здесь играл живой оркестр на настоящих, а не электронных музыкальных инструментах, а еще подавали замечательное фирменное пиво. С потолка свисали лампы с металлическими абажурами, а перед оркестром танцевали по большей части не толпы пьяных юношей и девушек, а парочки и небольшие веселые компании. Никакого неона, никаких полуголых танцовщиц, тайных комнат и информаторов.

Именно здесь меня и ждала Ева. Она сидела за столиком у кирпичной стены, на которой висели картины местных художников в дешевых рамках, слушала джаз и пила фирменное пиво из большой кружки. Она была одета не в строгий костюм бармена, а в обычное черное платье с длинным рукавом и высоким воротом, которое доходило ей до колена, аккуратными складками свисая со стула. Ее волосы все еще были собраны в высокую прическу, но на лице не осталось и следа макияжа, только пирсинг над бровью.

Еще с нашей первой встречи я понял, что, хотя Еву нельзя назвать неотразимой красавицей, она все равно будет притягивать взгляды из-за своего уверенного и элегантного вида. Ее непредвзятость, спокойствие, уверенность и остроумие нравились мне в ней больше всего. Именно к таким людям я всегда тянулся, сколько себя помню.

– Ты опоздал на полчаса, – сообщила Ева, когда я опустился на стул напротив нее, и подвинула ко мне кружку пива, в которой уже осела вся пена. – Что тебя задержало?

– Пришлось покупать косметику и шмотки, – ухмыльнулся я, отпивая из кружки.

Глаза девушки расширились, она осторожно поинтересовалась:

– Я хочу знать подробности?

– Не-а.

– Тогда ладно.

– Что по моему запросу?

– Вот. – Ева толкнула по поверхности стола в мою сторону крошечную карту памяти с маленькой цепочкой на ней. – Скинь на свой планшет.

Я кивнул, быстро скопировал информацию себе и вернул карту памяти Еве, которая тут же спрятала ее в потайной карман платья.

– Зачем тебе понадобилось столько титанового сплава? – поинтересовалась она.

– Не мне, а моей знакомой, – уклончиво ответил я.

– Спишь с ней? – бровь с пирсингом выгнулась изящной дугой. Иногда Ева отличалась особой прямотой в высказываниях.

В этот момент я представил, как Наташа швыряет увесистый гаечный ключ в того, кто мог ляпнуть перед ней что-то подобное.

– Нет.

Не надо быть детектором лжи, чтобы понять, что я говорю правду. Все было написано на моем лице.

– Хм-м, интересная у тебя знакомая. Кстати, советую тебе не соваться пока на арены.

– Почему?

– Недавно у них случилось какое-то происшествие, куча народу погибло. Теперь они ищут новых бойцов, а тебе с твоими протезами и процентами достаточно одной травмы, чтобы стать киборгом на арене. Не лезь туда.

– Ты так заботишься обо мне, – на моем лице расцвела довольная улыбка. – Это приятно.

– Не обольщайся, я только предупреждаю. У меня для тебя еще одна новость: сегодня к концу моей смены пришел парень и заплатил взнос на разговор. Он спрашивал о тебе.

Неужели я настолько популярен? Уже второй человек ищет меня. Конечно, есть немало людей, которые хотели бы заключить выгодную сделку с Локом, но не каждый же день им появляться. Или это Флот уже напал на мой след? Вполне возможно. Быстро же они работают.

– Что спрашивал? – поинтересовался я, поворачивая кружку на столе и наблюдая, как стекло и пиво внутри отражают свет.

– Нет ли в Диком городе такого человека, который часто меняет обличия и может даже переодеться в девушку. Он не говорил прямо, но все и так понятно. Я сказала, что слышала о таком, но не знаю, где он.

Это точно люди из Флота. Жители Независимых земель, которые могут искать меня для какого-нибудь задания, все знают о Локе.

– Как хорошо, что взнос не гарантирует правдивости слов информатора. – Я подмигнул.

– А я и не лгала, – ее взгляд стал хитрым, как у лисицы-оборотня. – Я действительно слышала о таком парне и в тот момент не знала, где ты находишься. Окажись ты тогда рядом за барной стойкой, я бы просто показала на тебя пальцем.

– Ты бы так не сделала.

– Кто знает? Проверить мы уже не сможем.

Музыка сменилась с энергичной на более медленную. К трио гитары, саксофона и барабанов присоединился рояль. Это была красивая импровизация. Здешний джаз-бэнд каждый раз поражал своей игрой, их мелодии почти не повторялись. Кто бы мог подумать, что напротив шумного ночного клуба может быть такое приятное и атмосферное место.

Я посмотрел на девушку напротив, с расслабленной улыбкой потягивающую пиво из большой кружки и с удовольствием слушающую старый добрый джаз. В клубе ее лицо казалось строгим и отчужденным в свете синих и фиолетовых ламп. А здесь, когда над головой болтались абажуры с теплым светом, ее черты выглядели мягче и привлекательнее. Темные глаза Евы блестели, обрамленные длинными ресницами. Больше всего мне нравилось, как в них загорался азарт, когда мы начинали спорить. Мне захотелось увидеть это сейчас, и я предложил:

– Потанцуем?

Ева перевела взгляд с музыкантов на меня, одетого в рубашку, джинсы, плащ и перчатки. На ногах у меня были не те удобные ботинки, в которых я обычно ходил на задания и вступал в драки с местными, а обычные кроссовки. Я подозревал, что она сомневалась в моих способностях танцора, поэтому хмыкнул, схватил ее за запястье и потянул из-за стола к танцполу, где уже покачивалось несколько парочек.

– Мы никогда не танцевали, – заметила Ева, когда я положил свои руки ей на талию, а ее закинул себе на плечи. – Ты разве умеешь?

– Есть что-то, чего я не умею? – притворно удивился я, наклоняя нас в сторону в ритм музыки. – Ну-ка, выскажи свои предположения.

– Я была уверена, что ты грубый и хитрый пират, который только и делает, что заключает сомнительные сделки с сомнительными личностями в нашем клубе.

– Грубый? Ты ранишь мне сердце.

– А потом выяснилось, что ты отличаешься от остальных пиратов.

– Чем же?

– Большинство из них стараются быть как можно более суровыми, выглядят опасно и дерзко себя ведут. А ты скромный и скрытный. Я знаю тебя уже три года, но все, что мне о тебе известно – это прозвище, возраст и то, что ты принадлежишь к пиратам. Ты никогда не рассказывал о себе.

Я в самом деле не понимал, почему пираты все такие из себя плохие ребята. Наверное, потому что некоторые из них действительно настоящие ублюдки, а другим просто удобнее таковыми казаться. Я же предпочитал вести себя тихо, если в определенных ситуациях от меня не требовалось устроить спектакль. Именно поэтому я был больше известен как вор Лок, а не как пират Лок.

Я притянул Еву поближе к себе и выдохнул ей в ухо:

– Я бы хотел рассказать, но не могу. Правда. Прости.

– Не извиняйся, – пробормотала Ева, положив голову мне на плечо. – И не делай так.

– Как?

– Не говори на ушко низким голосом в общественном месте.

В ответ я лишь посмеялся тем самым низким голосом, из-за чего девушка легонько треснула меня по руке.

– Дурак.

Я продолжил шептать ей что-то бессмысленное, пока мы медленно танцевали перед оркестром в окружении других пар, как молодых, так и в возрасте. Этот джаз-клуб был убежищем для многих, кому не нравился сверкающий миллионами неоновых огней город с его суетой и громкими басами ночных заведений, где тусовались, забывая самих себя, богатые развратники и гуляки. Здесь было уютно. Так уютно, что мне не хотелось возвращаться на третий этаж в свою комнату, где не было никого и ничего, кроме простой мебели, неоновой подсветки под потолком и мерцающего бездушного города, которому было плевать на меня так же, как и на всех остальных.

Я провел рукой по спине Евы, чувствуя, как она от удивления слегка дернулась. Она всегда была такой: сначала флиртовала, а потом возмущалась. Мне захотелось остаться с ней подольше, быть подальше от тех мест, куда мне вскоре предстоит наведаться.

Этот город принимал всех, впускал в свои улицы и переулки людей богатых и бедных, пиратов и киборгов, даже солдаты Флота часто зависали в местных заведениях во время отпуска или заданий. Но Вайлд-Сити никого не любил, ни о ком не заботился. Если ты попал сюда, то должен бороться за свою жизнь, свободу и деньги. Ты попадал в огромный механизм и либо становился одной из деталей, либо тебя перемалывали зубья шестеренок, измельчая в пыль.

Поэтому такие места, как этот клуб, в котором мы с Евой любили пить пиво и наслаждаться атмосферой, были редкостью. А такой человек, как эта девушка с острым языком и проницательным взглядом, – моим фонариком среди миллионов холодных огней. И сегодня я не собирался ее отпускать.

– Как тебе мои танцевальные навыки? – спросил я, касаясь ее уха кончиком носа. – Мы танцуем уже второй танец, а ты так и не вынесла вердикт.

– Сойдет, – усмехнулась она. – Мне даже нравится. Мне вообще нравится, когда ты приезжаешь в город, но ты бываешь здесь очень редко.

– В прошлый раз был три месяца назад, – припомнил я.

– Очень редко, – повторила Ева.

– Неужели ты скучаешь по мне?

– Скучаю среди идиотов. Ты же знаешь, я слишком умна, чтобы общаться с кем попало.

– А еще очень скромная.

– Скромность не красит человека, только в редких случаях говорит о низкой самооценке или чаще создает иллюзию, что кто-то считает себя не лучше других людей. Но это ложь. Все мы считаем себя лучшими. Необязательно самыми умными или самыми красивыми, но самыми достойными. Достойными власти, любви, заботы, сострадания. Поэтому я не скромничаю, чтобы не лгать себе и людям вокруг. Я не хочу притворяться.

– Притворяться... – прошептал я и добавил, совсем беззвучно, чтобы Ева не услышала: – Я тоже не хочу, но это моя жизнь.

Мы еще какое-то время в обнимку плавно покачивались в такт музыке. А потом Ева прижалась губами к моему уху и вместе с горячим воздухом выдохнула:

– Пойдем...

Я тепло улыбнулся, подхватил со спинки стула ее плащ, взял саму девушку за руку и вывел из бара. Почти бегом мы преодолели небольшое расстояние до комнаты на третьем этаже клуба напротив, зайдя с другого входа. У Евы имелась и своя квартирка неподалеку, но она была чертовски маленькой, а соседей вокруг слишком много. Хоть на что-то этот дурацкий огромный клуб сгодился.

Так, спустя всего три минуты мы влетели в комнату, хлопнув дверью. Я толкнул Еву к стене, прижавшись своими губами к ее, снимая свой плащ и бросая его рядом с плащом девушки, который она так и не надела. Мы не стали включать свет. Достаточно было мерцающих огней за окном.

За плащом полетела рубашка. Проведя рукой по моей спине, Ева удивленно выдохнула:

– Что это?

– Неважно. – Я качнул головой и тихо зашипел, когда ее пальцы случайно надавили на еще не до конца затянувшуюся рану. – Просто не трогай там.

– Л-ладно.

Из-за узкого воротника, когда я снимал ее платье, заколка с высокой прически слетела, а длинные растрепанные волосы упали на спину и плечи. Я стянул резинку со своего хвостика на затылке и собрал ею волосы Евы.

В темноте сверкнули глаза, в которых отражался свет от окна. Она сказала, улыбаясь:

– Пепельный тебе не идет.

– Знаю, – тоже улыбнулся я, наблюдая, как она расстегивает пуговицу на моих джинсах.

– Какого цвета они настоящие? Ты можешь сказать хотя бы это?

Она продолжала раздевать меня. Я посмотрел на ее брови и опущенные ресницы и прошептал:

– Каштановые.

Взгляд ее темных глаз встретился с моим. Губы изогнулись в мягкой улыбке.

– Красиво.

В полумраке комнаты я мгновение смотрел на нее, стараясь зафиксировать в памяти каждую черточку. Это был не первый раз, но почему-то именно эта ночь показалась мне особенной. Может, дело в том, что я находился на грани, когда любая моя ошибка могла стоить жизни не только мне, но и моим товарищам. Или дело в танце и маленькой раскрытой тайне. А может, причин не было вовсе, но мне все равно хотелось запечатлеть этот момент.

Повторяя за Евой, я выдохнул ей в губы, склоняясь для поцелуя:

– Красиво...

Она никогда не расспрашивала меня о протезах, никогда не интересовалась, почему я так часто меняю обличье. Наши отношения были предельно простыми с самого начала, когда я в первый раз заплатил взнос за информацию, когда мы впервые перешли грань между флиртом и страстью. И я не мог ничего изменить, даже если бы мы оба хотели этого.

Пальцы моей левой руки сплелись с ее. Когда правой я обнял Еву за талию, она вздрогнула от прикосновения прохладного металла, но только усилила напор, прикусывая мою губу. Настойчиво и уверенно, меня толкнули в сторону кровати. Возможно, не только мне сегодня немного снесло крышу.

* * *

Я никогда не любил просыпаться рано. Но звон в ушах от системы, которая активировала будильник в назначенное время, заставил меня открыть глаза в половине седьмого утра и сонным голосом пробормотать под нос:

– Угх, твою мать... Отключение будильника.

Звон в ушах прекратился. Если я засну в ближайшие пять минут, то будильник сработает снова.

Застонав, я перевернулся на бок, уткнувшись носом в чужое предплечье. Подняв взгляд, обнаружил пару темных глаз, смотрящих на меня сверху. Ева лежала рядом, вытянув руку над моей головой и играясь с моими волосами.

– Всегда удивляло то, как утром ты сам себе бормочешь под нос что-то про будильник, – сонно промурчала она, продолжая перебирать пальцами пепельные пряди. – Дорогая, наверное, штука.

– Голосовая система? – хрипло отозвался я. – Понятия не имею.

– У меня есть знакомый с подобной системой. Он сказал, что отвалил за нее целое состояние.

В ответ на это утверждение я усмехнулся:

– Поверю ему на слово. Мне ее подарили.

– Вот как? Это правда?

– Почти.

Ева цыкнула, перестала теребить мои волосы и провела кончиками пальцев по пластырю на плече, которым была заклеена вторая рана от стальной плети. Девушка не стала задавать вопросов, но вместо этого предложила:

– Хочешь, я поменяю его и здесь, и на спине? Ты ведь сам давно об этом не заботился, верно?

– Если тебе не трудно.

– Пф-ф.

Она быстро вылезла из-под одеяла и оделась, успев показаться мне со всех сторон. А потом с лицом заботливой старшей сестры достала из тумбочки рядом аптечку и сменила пластыри. Было ли что-то на свете, что Ева не может провернуть с выражением лица, будто делает мне, глупому мальчишке, великое одолжение? Хоть она старше меня всего на два года, иногда эта разница становилась уж слишком заметной.

– В следующий раз не лезь куда попало и не дерись с плохими дядьками, – наставляла она, словно нашкодившего ребенку, разглаживая пластырь на моей талии.

Я открыл рот и хотел обернуться, чтобы возмутиться, но в этот момент чужая ладонь звонко шлепнула меня по заднице.

Я растерянно замер.

– Умничка. А теперь беги умываться.

При этом она не двинулась с места, продолжая наблюдать, как я медленно оборачиваюсь, смотрю на нее наполовину с сожалением, наполовину с негодованием, а затем шарю вокруг в поисках одежды.

– Ты ведь в душ, – напомнила Ева.

– Угу, – кивнул я, поднимая глаза и обнаруживая свои вещи разбросанными по всей комнате.

– Иди так, в чем проблема.

– А? Ну, да.

Честное слово, этот шлепок выбил меня из привычного ленивого и уверенного состояния, превратив в зависшего андроида, чья система выдала «Error». Мне даже не хотелось снова оборачиваться, чтобы видеть насмешливое выражение ее лица.

Когда я вышел из ванной после прохладного душа, завернувшись в большое полотенце, Евы уже не было в комнате. Я протяжно вздохнул, обратив внимание на время, отображенное системой в поле моего зрения, и начал собираться. Сегодня мне предстояло наведаться в одно из самых охраняемых и самых омерзительных мест в Диком городе.

Прежде, чем приступить к делу, я оставил Вознесенскому сообщение: «Не смогу встретиться с вами здесь. Заберите меня в...» и написал время и место, откуда собирался бежать, когда помогу Кроссу украсть девушку. У меня был план на тот случай, если Джек и Кирилл не прибудут на место к тому моменту, но лучше бы они успели.

Разобравшись с этим, я достал вещи, которые купил вчера в городе, поставил перед собой зеркало и начал работу по превращению своего лица в лицо совсем другого человека.

* * *

Тот же день. 9:00 по местному времени.

К черному входу в большое девятиэтажное здание в Старом районе Вайлд-Сити, больше похожему на подворотню, где происходит большинство незаконных и неприличных действий, подошла небольшая группа из четырех человек. Среди них было два парня и две девушки. Парни и одна из девушек курили дешевые сигареты у входа, ожидая, когда кто-то выйдет их встречать. Прождать пришлось целых полчаса, пока железная дверь не открылась.

Пахнуло чем-то сладким, похожим на цветочные духи или освежитель для воздуха. Этот запах никак не сочетался с обстановкой в темной подворотне, которая аркой смыкалась над головами людей, превращая это место даже днем в мрачный вход в пещеру чудовища. Только неоновая вывеска в виде надписи «I love metal» бросала на лица людей тусклый розовый свет.

Однако человек, вышедший навстречу молодым людям, оказался высоким, стройным и хорошо одетым мужчиной лет тридцати, пепельные волосы которого были зачесаны на одну сторону. Внимательные глаза осмотрели четверку, молчаливо уставившуюся на него.

Одна девушка была высокой, стройной, с большой грудью и блестящими черными волосами, лежащими на ее плечах волнами. Она надела лишь короткое платье, туфли и маленькую серебристую курточка, которая в свете лампы казалась ядовито-розовой.

Другая девушка носила мешковатые штаны, толстовку и черную шапку, надвинутую на брови. Если бы не синие волосы, заплетенные в тугую косу, можно было принять ее за невысокого парня. Именно она не курила, в отличие от остальных в этой странной компании.

Один из парней оказался высоким мускулистым красавцем с полными губами и красивыми темными глазами. Но одежда его была из разряда самой дешевой, хоть и ухоженной. Выражение лица этого человека со стороны казалось отстраненным и в какой-то степени даже презрительным, словно не он сам пришел в подворотню с надписью «I love metal», а его притащили сюда силком.

Второй парень разительно отличался от первого: он был ниже него, худее и энергичнее. В его внешности и поведении проскальзывала даже некоторая женственность и манерность. Одетый в красную куртку и рваные черные джинсы, он стоял, засунув руки в карманы и зажав в зубах сигарету. Голубые глаза смотрели с прищуром из-под светлых бровей, а прямые волосы свисали на острые скулы пепельными прядями. На губах парня играла легкая игривая улыбка, когда он изящным движением левой руки вынул изо рта сигарету, выдохнул облачко дыма и лениво протянул:

– Уважа-аемый, мы вас заждались. Не пора ли впустить нас, м?

Голос черноволосой девушки оказался очень приятным, когда она согласно кивнула и проговорила, выражая недовольство:

– Время было назначено, а мы полчаса уже мерзнем.

Стоило отметить, что сколько бы времени не прошло, она в своей одежде мерзла бы в любом случае, но все в подворотне промолчали.

Мужчина в дверях не ответил. Он достал планшет, молча проверил удостоверения людей перед ним, сравнил их внешность с описанием в базе данных и перевел взгляд на девушку в шапке.

– Сними ее, – холодно потребовал он.

Синеволосая заколебалась, нерешительно протянув руку к шапке.

– У меня не так много времени, чтобы возиться здесь с вами. Снимай.

Трое других молодых людей внимательно смотрели на девушку, не скрывая любопытства.

Она кашлянула, отвела взгляд в сторону и стянула шапку, выставляя на всеобщее обозрение шрам, тянущийся от левого глаза к волосам через лоб. Сам левый глаз был дешевым протезом с яркой голубой радужкой и единственной функцией – заменять место глазного яблока. Вряд ли такая дешевка могла дать человеку возможность снова видеть мир двумя глазами, даже если ее усовершенствовать.

Мужчина с планшетом навалился бедром на косяк и вздохнул, потерев переносицу. Его ранее просто холодный тон стал резким:

– С таким шрамом пришла сюда? Совсем мозгов нет? Зря тратишь время, проваливай.

Единственный глаз девушки округлился, а брови надломились. Снова кашлянув, она прохрипела:

– Но ведь я отправляла заявку. Мне сказали, что у вас могут сделать операцию, и тогда...

– Зачем? Думаешь, у нас киборгов посимпатичнее не хватает? – скривился мужчина. – Еще и больная? Может, тебя примут в какую-нибудь дыру на окраине города. Туда и иди.

– У меня нет возможности поехать куда-то еще! – делая шаг вперед, воскликнула девушка и снова начала кашлять. – Это просто астма, ничего такого! Кха-кха! Если не хотите делать операцию, то в чем проблема? Некоторым ведь нравятся шрамы!

– Ха... – Мужчина выдохнул так, будто устал от повторяющейся изо дня в день одинаковой сцены. – Просто уходи. Я тебе все сказал.

– Пожалуйста, пустите меня на собеседование! – взмолилась девушка, из единственного правого глаза которой потекла дорожка слез. – Это все, что я могу! Меня больше никуда не берут!

Наблюдавшая за всем этим темноволосая красавица поджала алые губы и отвернулась. Высокий парень по-прежнему не менялся в лице, стоя чуть в стороне, словно мысленно находился не здесь. А молодой человек в красной куртке и рваных джинсах, который до сих пор не выпускал пор сигарету и периодически делал затяжки, выдыхая дым, наконец-то бросил ее на землю и затушил носком высоких кед.

– Ну-ну, успокойся, сестренка, – ласково улыбаясь, проворковал он и приобнял дрожащую и кашляющую девушку за плечи. – Повезет в следующий раз, м?

– Я-я... Я везде ходила, спрашивала про работу... Меня никто, никто... Кха-кха-кха!

Покачав головой, парень притянул девушку поближе, прошептав ей на ухо достаточно громко, так, чтобы услышали все:

– Астма, ты сказала? Знаешь, сколько твое тело выдержит здесь?

– Я не хочу умирать на улице! – продолжала рыдать девушка. – Я обещала маме выжить! Я... кха-кха, обещала!

– Недели две, – невозмутимо продолжал парень, не выпуская ее из объятий. – А потом ты все равно умрешь. Не на улице, конечно, а под кем-нибудь на кровати, на полу или привязанная к стулу.

От этих его слов вздрогнула не только девушка с косой, но и красотка в коротком платье. Мужчина с пепельными волосами и планшетом в руках вздернул брови и внимательнее всмотрелся в лицо парня, подмечая, что тот удивительно спокоен и расслаблен, хотя и говорит подобные вещи.

– Может, послушаешь уважаемого и пойдешь отсюда подальше? – улыбнулся юноша, поглаживая плечо девушки одной рукой, а другой в перчатке надевая ей на голову шапку, которую она до сих пор комкала в руках. – Давай, зая. Мы ведь тоже занятые люди, понимаешь? Вытри слезки, зая, вот так. И шапочку свою пониже натяни, чтобы не пялились.

Он сжал ее дрожащую руку в своей и погладил большим пальцем ладонь. Девушка уже не плакала, только дрожала и тихо кашляла. В конце концов она немного успокоилась и судорожно вдохнула.

Парень выпустил ее из объятий, легонько похлопал по плечу и отошел в сторону, чтобы одернуть куртку и пригладить волосы. На его губах снова играла легкая улыбка, когда он обратился к мужчине с планшетом:

– Уважаемый, мы заходим?

Тот хмыкнул и кивнул, жестом приказав следовать за ним, но в этот момент девушка в шапке всхлипнула и снова шагнула к входу в здание. Красотка в платье чуть не столкнулась с ней в дверном проеме и вскрикнула:

– Эй!

– Погодите! – закричала синеволосая, протягивая руку и хватаясь за рукав работника заведения. – Может, я смогу работать прислугой? Могу убираться, готовить или...

Ударом наотмашь девушку отбросило назад, и она врезалась в парня в красной куртке, который автоматически поймал ее за плечо.

– Достала, – скривился встречавший четверку мужчина и позвал в сторону коридора, откуда доносился приятный цветочный аромат. – Эй, охрана. Вышвырните ее, чтоб не надоедала.

В подворотню, освещенную тусклым розовым светом, тут же вышел коротко стриженный амбал в черных брюках и рубашке. Он молча схватил перепуганную до полусмерти девушку за руку и поволок мимо стоявших у входа людей на улицу.

– Уважаемый, может быть... – начал парень в красной куртке, но тут раздался короткий вскрик и болезненный стон.

Через несколько секунд вернулся охранник, засовывающий электрошокер за пояс. Он кивнул мужчине с планшетом и скрылся в здании.

– Забудьте об этом. За мной.

Девушка в платье прикусила губу, вздохнула и поспешила зайти внутрь. Высокий парень только нахмурился. А тот, что ранее улыбался и пытался вразумить девушку-киборга, которая сама не знала, куда лезла, теперь без тени улыбки посмотрел в ту сторону, куда ее утащил охранник.

– Выживи, как обещала, – прошептал юноша, и этот шепот отличался от того игривого, когда он, прислонившись к уху девушки, убеждал ее уйти. В нем была только печаль.

Когда дверь с надписью «I love metal» над ней с грохотом захлопнулась, девушка в черной шапке, съехавшей набок, открыла глаза и разжала стиснутые от боли зубы. Она лежала на пыльном асфальте безлюдной в такое время улицы в Старом районе города еще около пятнадцати минут, будучи не в состоянии нормально двигаться и не понимая толком, что произошло и где она находится. Когда паралич спал, девушка начала безудержно кашлять, почти задыхаясь. Дрожащими руками она достала из кармана почти пустой ингалятор и вдохнула.

Постепенно стало немного лучше. Вытерев лицо и навалившись на стену здания, она сидела на тротуаре еще какое-то время, провожая пустым взглядом малочисленных прохожих, которые и не думали ей помогать. Прожив в Диком городе несколько лет, девушка убедилась, что здесь никому и ни до кого не было дела. Особенно в Старом районе, где почти на каждом шагу можно встретить наркоманов, киборгов, пиратов или местных гангстеров, которым ничего не стоило прикончить человека и отправиться после пить дешевое пойло с дружками в баре.

Она и сама была киборгом с процентом замены сорок три целых и десять сотых, имея дешевые протезы вместо ног, глаза и левой руки почти до локтя. И теперь, когда других вариантов заработать деньги больше не было, она отправила заявку через информаторов в Старом районе и пришла на собеседование в публичный дом. До последнего она надеялась, что слова знакомых не окажутся ложью, и ей действительно сделают операцию, убрав ужасный шрам и позволив работать хотя бы здесь, навсегда связав себя контрактом. А вдруг в один прекрасный день ей удалось бы сбежать? Могло ведь невероятно везти другим людям, почему же так не может повезти и ей? Но суровая реальность била побольнее электрошокера.

Рассеянно дергая себя за кончик косы, девушка засунула руку в карман мешковатой толстовки и обнаружила там пластиковую карточку. Это оказалась полупрозрачная карта-кошелек, на которой хранили деньги жители Независимых земель, если боялись, что их онлайн счета в банке могут взломать. По сути, карты-кошельки были заменой бумажным деньгам, когда-то давным-давно бывшим в ходу на всей планете.

Вопрос был в другом: как эта карточка оказалась в ее кармане? Только чтобы приобрести такую, нужно заплатить немало коинов. Неужели тогда у входа тот парень?..

Девушка-киборг помнила, что он говорил ей на ухо и как обнимал за плечи, ведя себя дружелюбно и даже мило. Такое поведение не было чем-то странным, если к ней кто-то пытался пристать и, получив удар протезом, оставался валяться на земле и вопить, пока она в ужасе убегала. Но зачем тому кокетливому красавчику было так вести себя с ней?

Еще до того, как открылась дверь и вышел проверяющий, этот парень был слишком беззаботным, словно ему не впервой приходить в такие места. Тогда она подумала, что он, видимо, имеет большой опыт в этом деле и решила держаться от такого человека подальше, инстинктивно чувствуя от него опасность и то, что он с ног до головы казался фальшивым, как дешевая копия известного бренда. Таких вещей и людей было полно в Диком городе, и все они вызывали к себе пренебрежительное отношение.

Но эта карточка в кармане никак не могла появиться из ниоткуда. Единственный, кто мог ее туда положить, – тот ухмыляющийся парень в красной куртке и рваных джинсах. Тот парень, который, нежно гладя ее ладонь своей рукой в перчатке, аккуратно и незаметно вывел на ней два раза подряд «LOCK».

С трудом поднявшись на ноги, девушка побрела к ближайшему терминалу. Экран на здании банка, втиснутом между домами, ярко светился. Она приложила карточку к сканеру и плохо слушающимися пальцами набрала четырехзначный код, который мог состоять из букв или цифр. После недолгой загрузки на экране высветилась сумма, о которой девушка даже мечтать не могла. Она ахнула и закрыла рот ладонью.

Теперь можно уехать, начать новую жизнь! Возможно, даже купить нормальный протез глаза и увидеть мир таким, как когда-то раньше. Нет, что важнее – она сможет выжить! Выжить, как обещала своей матери.

Надежно спрятав карточку, синеволосая девушка-киборг направилась в сторону станции, откуда в любую часть Независимых земель можно было уехать на магнитном поезде. Сначала она покинет это прогнившее место, этот безжалостный город, а потом будет решать, что делать дальше.

Она не понимала, почему слово «замок» было кодом для этой карточки-кошелька, почему тот парень дал ее ей, почему пожалел и так активно отговаривал от работы в том месте, хотя сам пошел туда и выглядел спокойным и полностью уверенным в том, что делает. Она также понятия не имела, кто такой вор Лок или пират Лок, ей было неизвестно, для чего этот человек, замаскировался и проник в публичный дом киборгов. Но она была ему благодарна от всего сердца за подаренный шанс.

Примечания:

1. Теплови́зор — устройство для наблюдения за распределением температуры исследуемой поверхности. Распределение температуры отображается на дисплее как цветная картинка.

От автора:

Феликс Райс. Вор, гений, немножко волшебник и фея-крестная. И очаровательная мошенница в черном пальто. Запомните: если человек (или необязательно человек) элегантно носит черное пальто, это кто-то из моей книги.