Глава 30 - Нью-Йорк
США, Лас-Вегас.
Особняк Конте.
АРМАНДО КОНТЕ
Когда я вернулся в комнату, то увидел, как мой ангел сладко спала на нашей постели.
Я не мог ей налюбоваться. Ее прекрасные, белокурые волосы сейчас были раскинуты по подушке, лучики солнца освещали ее голову, делая ее волосы ещё светлее.
Она была моим подарком, посланными с небес, она была для меня всем.
Когда она вышла из машины в ту ночь и я услышал выстрел, то я сразу же рванул к ней, закрыв ее своим телом. Тогда я не думал ни о чем и ни о ком кроме неё.
Она заставила меня снова испытывать чувство страха за ее жизнь. Зачем она вышла из машины?
Я пережил многое за свою жизнь.
Но я никогда не испытывал такого, что испытываю к ней.
Я подошёл к кровати и лёг с ней рядом, продолжая разглядывать ее лицо. Затем я нежно и очень аккуратно дотронулся до ее щеки.
Зачем ты вышла из машины, ангел?
Ведь если бы с ней что-то случилось, если бы она умерла, то я бы умер вместе с ней.
Ещё тогда в клубе, когда впервые увидел ее, то я понял, что она будет моей, что я не смогу без неё.
И вот, судьба подготовила мне сюрприз, я действительно не ожидал, что она окажется внучкой Николая Соколова. Но моя душа ликовала тогда.
Я помню, с какой ненавистью она смотрела на меня тогда.
Однако, теперь все изменилось.
Как и в моем сердце, так и в её.
Вскоре, я тоже заснул.
Проснулся я посреди ночи, но не обнаружил свою жену рядом со мной, подумав, что она в ванной, я поднялся, дёрнув ручку, я понял, что дверь открыта и свет выключен. Я включил его, и увидел капли крови на раковине и полу.
Я сильно напрягся и быстро выскочил из своей комнаты. И я снова заметил капли крови на полу в коридоре.
Тогда я начал кричать:
— Виктория! — это было первое, что я прокричал.
Я начал, как сумасшедший, искать ее по всему дому. На мои крики тут же прибежали взволнованные Алесс и Адриано, но Калисто нигде не было и я тут же рванул в его комнату.
И там я заметил свежие следы крови, я тут же дёрнул ручку его двери, но она была закрыта, что удивило меня.
И тогда, я разозлился ударив кулаком по двери.
— КАЛИСТО! — прокричал я.
И дверь открылась.
Я был в ярости, но потом я увидел своего ангела, сидящего на кресле, ее нога была вся в крови, ее пижама тоже была в крови.
— Что тут, черт возьми, происходит? — спросил я своим властным голосом.
Она смотрела на меня испуганным глазами.
— Отвечайте мне! Что это? — начал кричать я на них всех.
Затем я быстро подошёл к ней и опустился перед ней на колено, и осмотрел ее рану.
Эта была рана от пули.
— Вы оглохли? — и я повернулась к Калисто. — Что это, мать твою? Когда это произошло?
— Вчера ночью. — вдруг ответил Адриано. — Мы вышли на улицу и по нам открыли огонь. Одна из пуль попала Виктории в ногу.
— И вы молчали? — и я посмотрел на них посто убийственным взглядом, а потом со всей силы ударил по полу. — Звоните нашему Доку! Пусть приезжает, сейчас же! — и Адриано быстро выбежал из спальни Калисто, Алесс последовал за ним.
— И ты брат, молчал об этом? Ты даже не сказал мне? И как после всего этого я могу тебе доверять? — сказал я, когда поднялся на ноги. — Как?
И он сглотнул.
Затем я повернулся к Виктории.
— Как ты могла молчать? Как ты вообще передвигалась с такой раной? Ты вообще думаешь своей головой? Что ты творишь, черт возьми? — начал кричать я на неё.
— Армандо, я... — и я тут же перебил ее.
— Закрой свои рот! Теперь вы все будете делать то, что говорю я. — затем я наклонился, подхватил ее на руки и понёс в нашу комнату.
Я был невероятно зол на них всех.
Выйдя из комнаты, к нам бежала запыхавшаяся Мэгги.
— Что случилось? — и она ахнула, увидев кровь.
— Не лезь, Мэг. — крикнул я на неё и прошёл мимо неё, неся на руках свою жену, которая только, что и делала, так врала мне.
Я зашёл в нашу комнату, с грохотом захлопнул дверь ногой и посадил ее на нашу кровать, затем отвернулся от неё и посмотрел в окно.
— Армандо, я думала, что так будет лучше. — услышал я за спиной ее голос, затем резко развернулся и посмотрел на неё убийственным взглядом.
— Лучше для кого, черт возьми? Для меня или для тебя? Для кого лучше, Виктория? — продолжил я кричать на неё. — Сколько ты ещё собираешься мне врать? Чего я ещё не знаю о тебе? — и я сделал паузу, тяжело дыша. — Лучше бы тебе рассказать обо всем сейчас, ведь потом будет поздно.
— Я не обязана перед тобой отчитываться! — повысила она голос и гордо задрала свою голову, показывая, что не боится меня.
— Я - твой законный муж и я имею полное право знать все о своей жене! — и я навис над ней. — Всё!
— Хочешь знать все? Хорошо! Тогда слушай! — теперь она начала кричать на меня, размахивая своими руками. — До девяти лет я жила вместе со своим отцом, мачехой и моими братьями. Отец ненавидел меня, как и моего брата-близнеца, так и нашего старшего брата от первой жены. Он издевался над братьями намного больше, чем надо мной, однако я не могла сидеть на месте, и всегда пыталась как-то их защитить, хоть и была малышкой. Однажды, отец пришел в ярость, когда узнал, что Лори, мой брат-близнец, взял из его коллекции кинжал. Он наставил на него дуло пистолета и был готов выстрелить в любую минуту, однако я закрыла собой брата и отец выстрелил в меня. Тогда мне было всего лишь пять лет, это была моя первая пуля. — и она сглотнула. — Я выжила. Пуля оставила лишь противный шрам на моем теле. С семи лет мой старший брат начал обучать меня стрельбе из пистолета и самообороне. Конечно же, это все делалось в тайне от отца. После того случая, когда отец буквально пристрелил меня, как какое-то животное, я забыла про игрушки, про платья, я думала лишь об оружии. — и она сделала паузу. — Не только отец ненавидел нас, но и его молодая жена. Именно от неё мы впервые узнали, что отец убил нашу мать. Больше всего она не могла терпеть меня, оскорбляла, хватала за волосы, давала пощечины. Говорила, что я слишком уж сильно похожа на свою шлюху-мать. — и она усмехнулась. — Когда мне было девять, то произошёл тот самый случай, который разрушил всю мою жизнь. Моего брата-близнеца убили на моих глазах, а я убила двух из четверых людей, которые находились в том подвале. Я стала убийцей. И я ненавидела себя за это, как и ненавижу до сих пор. — и она закрыла глаза, еле сдерживая слезы. Затем резко открыла их. — Мой старший брат вывез меня из этого дома и передал в руки русской мафии. Оказывается, он как-то смог выйти с ними на контакт и уже давно готовил побег, но только не было подходящего случая. Братва была уведомлена об этом и конечно же, они захотели вернуть себе наследников. Вот только, вернули они себе лишь одну маленькую девчонку, хотя очень сильно рассчитывали именно на мальчика. — и снова пауза. — Они подстроили мою смерть и отправили моему отцу «мой труп». Нашли очень похожую девочку, убили и немного изуродовали ее тело. И отец поверил, он забыл обо мне. — и она улыбнулась мне. — Вот только мой старший брат не пошёл со мной, он отдал меня русским и ушёл, ведь именно такая была договорённость. Он отдаёт меня им, а они ему новые документы и деньги. Мой брат продал меня. Он отдал меня в руки другого монстра. — ярость переполняла мое тело. — Этим монстром стал мой дядя - Григорий Соколов. Он годами издевался надо мной, пытал, держал в подвалах с крысами, а однажды, он поджег дом, где мирно спала маленькая я, чтобы проверить смогу ли я выбраться оттуда. Моим спасением стал Ричард Браун, который вскоре забрал меня в Лос-Анджелес, однако дядя продолжал навещать меня и играться со мной. Множество шрамов на моем теле и то самое слово на моей спине - это подарки Григория Соколова. — и она снова усмехнулась. А я сжал свои руки в кулаки так крепко, как только мог. Я хотел убить всех, кто причинил моей жене боль. — Григорий убил Нору - нашу помощницу по дому, Григорий убил Ричарда, чтобы наказать меня. И он убьёт Рида, если потребуется. Он никогда не оставит меня в покое. — пауза. — И знаешь, самое больное для меня из всего этого, что мой брат отдал меня ему, отдал на растерзание. Брат, которому я доверяла, которого я любила. — и первая слеза скатилась по ее лицу. — Боль стала моим другом. Я нашла утешение в гонках, боях и убийствах. Я нашла поддержку от Рида и Ника. Я нашла отца. Им стал Ричард. — и она замолчала. — Думаю, что это все. Все, что ты должен знать.
Я развернулся и быстро зашёл в ванную комнату, и посмотрел на себя в зеркало.
Мой бедный ангел. Сколько всего она пережила.
А потом, я разбил зеркало, ударив своим кулаком по нему, тысячу осколков разлетелось по всей ванной комнате.
Я вернулся в спальню. Взволнованная Виктория уставилась на меня, широко открыв свои глаза.
— Я убью его. Я убью их всех. — сказал я ей.
Затем быстро вышел из нашей комнаты и отправился искать Калисто. Мы больше не будем ждать, черт возьми. Мы убьём их всех.
Навстречу мне шёл Адриано с Доком.
Я резко схватил его за руку.
— Ты остаёшься дома вместе с Алессом! Присмотрите за Викторией и убедитесь в том, что с ней все будет хорошо! И если вы еще раз надумаете мне соврать, то вам же только станет хуже от этого. Ты меня понял? — он быстро кивнул головой. — Док, я надеюсь на вас. — старый мужчина кивнул мне в ответ и я последовал дальше.
Найдя Калисто в нашей гостиной, он расхаживал из стороны в сторону около камина.
— Собери всех наших людей! Сейчас же! — крикнул я на него и он обернулся.
— Зачем? Что случилось? — поинтересовался он.
— Мы едем к Братве и не вернёмся домой, пока я не получу голову Григория Соколова! — и глаза Калисто расширились.
— У нас же союз. — напомнил мне он.
— Союза больше нет. Мне нужна голова этого ублюдка, черт возьми! Поехали! — Калисто лишь посмотрел на меня, затем начал писать нашим людям.
Я развернулся и пошёл на улицу к одной из наших машин.
Сел за руль и вскоре, показался Калисто. Он открыл дверь и расположился рядом со мной.
— Тебе не стоит ехать, брат. У тебя ранение. — сказал он мне, я повернул свою голову и ответил ему:
— Мне плевать Калисто на эту очередную пулю. Я сказал, что мы едем, значит едем. Ты должен выполнять мои приказы! — повысил я голос на него, затем завел машину и рванул с места.
Ещё несколько машин с нашими солдатами последовали прямо за нами.
Мы поехали прямо в аэропорт, где нас уже ждал наш частный самолёт.
Спустя пять часов мы были уже в Нью-Йорке.
Когда я вышел из самолёта, то понял, что сегодня прольётся много крови.
Я убью каждого, кто был причастен к той боли, которая испытала моя жена. Убью всех, кто встанет на моем пути и осмелится мне помешать.
Если для этого потребуется сжечь весь город, то я сделаю это, не моргнув даже глазом.
Я сожгу Нью-Йорк дотла, потушив его руины кровью этих ублюдков.