Пролог
Высокие куполы замка отсвечивали холодный лунный свет, отчего в отражении озера, названного Слезой Рулы, Богини света, была не одна, а несколько маленьких лун, сопровождающих главную принцессу ночного неба.
Королевский двор был погружен в глубокую ночь, лишь навязчивый стрекот певчих цикад нарушал общее умиротворение. Они перелетали с дерева на дерево, исследовали все нескончаемые тропинки и лабиринты, лицезрели красоту моря спящих роз, чем бесили дежурных гвардейцев, и тем самым были королями среди королевских просторов. Казалось, что так будет вечно, что их правление никогда не закончится. Но прилетели другие создания.
Сыны и дочери ночи, со сшитыми из чернильного неба крыльями, появлялись незаметно. Незваные гости порождали страх, навевали ужас блеском своих клыков, после которого рождалась нескончаемая тишина. Тяжелая, угнетающая, всепоглощающая тишина.
Выжившие короли улетали, прятались меж колючих стеблей роз, пышных крон деревьев в ожидании света, что должен был стать убийцей убийц.
За ночной жатвой утонувшего в мраке королевства пристально наблюдал силуэт, покрывшийся всевозможными оттенками семи цветов радуги. В узких зрачках отражались кровавые сюжеты пестрых фресок, полностью покрывающих зал Верховного совета. Под пристальным надзором сыновей и дочерей Элласа Богородного, отца всего живого и неживого, в этом месте решалась судьба королевства.
В том месте, где братья и сестры сходились в жестоком сражении оставалась одна чистая, нетронутая часть стекла. Днем, когда все живое и неживое грелось в теплых лучах солнца, луч спускался с вершины купола, проектируя еле зримый отрезок на середину круглого стола Монарха и Семи слуг королевства. А когда царила тьма, то почетное место обжигающих рук брата занимали холодные концы волос сестры.
В воздухе витал приятный аромат дорогих сигар. Тонкие, изящные, как дамы в корсетах без пышных юбок, струи дыма сбивались в плотные клубни и вились вокруг копны темных волос, порожденных той же тьмой, что и крылья ночных кровопийц.
Двери открылись. Мягкий желтый свет, исходящий от искусственных огней, влился в зал. Сотни мелких факелов зажглись, разойдясь тонкой нитью по круглым каменным стенам, приглушив радугу озарявших пол фрезок.
Силуэт отошел от разноцветного стекла. Карие глаза, с редкими золотыми прожилками, — единственное отличие тени и владельца, которая казалась продолжением его тела.
— Себастьян, как всегда первый. Кто бы сомневался, — в зал вошли двое мужчин, две противоположности друг другу, запечатанные в стальных доспехах.
— Алларик, Вильгельм, я тоже рад вас видеть, — протяжно произнес высокорослый парень, переходя из пестрого царства красок в теплые объятия холодных огней. — Сегодня послы мне привезли отборный харфейский виски. Не желаете ли отведать?
— Я думаю, что уже слишком поздний час для распития подобных напитков, принц, — мужчина с длинными волосами цвета спелой сливы занял свое место слева у малой копии трона.
— Вы можете не пить, Капитан. Я с радостью выпью за вас, — второй спутник подошел к маленькому комоду, где стояли грубоватые фужеры и стеклянные бутылки с жидкостями всех оттенков красного, оранжевого и желтого цветов. Темноволосый парень наполнил два стакана, протянув один из них рыжеволосому мужчине. — Благодарю.
Двери вновь открылись. Четыре мужчины поочередно вошли в круглый зал.
— Себастьян, — мужчина одетый в белую альбу с пестрой алой моццеттой на плечах, слегка кивнул в сторону принца, полностью одетого в черные, как сама тьма, одежды. — Генерал, капитан, рад вас видеть после столь долгой разлуки.
Патриарх, самый пожилой человек из присутствующих, занял свое место возле Капитана королевской гвардии, который также служил Королевским защитником.
— Позвольте поинтересоваться о цели столь позднего собрания, — златовласый мужчина занял свое место, отчего стул издал неприятный скрип. Расшитый золотыми нитями камзол, в переплетении с самыми дорогими камнями, еле держался на упитанном теле. Казалось, что в момент дорогая ткань может пойти по швам, пуговицы отлетят, пришитые рубины рассыпятся по полу.
Карие глаза темноволосого парня, тень которого питалась окружающим светом, обвели пестрый силуэт министра финансов, по совместительству главного скупердяя всех четырнадцати королевств Антары.
— Очень интересно узнать, по какому же поводу мне пришлось вылезти из своей кровати и Эллас знает во сколько ехать сюда, — высокорослый, худощавый мужчина с прической, больше похожей на цветок огурца, занял место, громко протащив стул по полу.
— Терпение, господин Луи, а вам, министр образования, я советую тщательней подбирать слова. Не забывайте, что вы здесь лишь по доброте душевной Королевы, — он сделал паузу, приподняв стакан, — и моей. Мой брат может в любой момент занять свое место.
Мужчины слегка усмехнулись, смерив взглядом новичка. За высокой дверью послышался монотонный стук. Как по приказу присутствующие поднялись с мест. На сей раз, когда двери открылись, все взгляды были прикованы к ним.
Женщина, сотканная из грации, вошла в комнату, окинув Совет холодным взглядом красных, как кровь, глаз. Подол переливающегося гранатового платья, покрытого сотнями рубинов, блестел ярче правящей на небе принцессы Луны. Шелковые волосы завивались в крупные локоны, спадая на мраморно-белые плечи. Казалось, что все пантеры мира принесли в жертву мягкую походку и чернь своей шерсти восхваляя красоту волос и изящество этой женщины.
— Тетушка, — Себастьян слегка наклонил голову, остальные повторили за ним. Королева слегка кивнула, давая понять, что приветствие окончено. Мужчины вновь сели на свои места, когда женщина заняла место на троне. — Итак, смею огласить заседание открытым.
Темноволосый юноша остался единственным, кто продолжал стоять по правую руку от королевы.
— Сегодня меня посетил харфейский посол и передал письмо от лица правителей королевств блока западного побережья, — голос королевы был отстраненным, холодным, практически стальным. — Они предлагают провести ежегодную торговую конференцию на территории Дорланда, так как на протяжении четырнадцати лет мы отказывались быть ее гостями. На предложение я пока не ответила.
Королева слегка кивнула в сторону Себастьяна, предоставив племяннику слово.
— Вполне очевидно, что они хотят добиться от нас снижения цен на пропускных пунктах для торговых кораблей. Однако я все же предполагаю, что главной целью конференции будет являться открытие границ королевств восточного побережья и доступ к гавани, — бархатный голос иногда прерывала прокуренная хрипота, в корне меняя голос говорящего. — Мы хотели бы услышать ваше мнение насчет подобного хода событий.
Тишина, поглощаемая тенями, повисла в зале совета. Мужчины заметно напряглись. Первым начал министр финансов:
— Я считаю, что на данный момент нам будет невыгодно открывать торговым суднам королевств западного побережья речные границы. Большую часть нашей казны занимает выручка от торговли с соседними континентами и островами. К тому же могут возникнуть разногласия в Белом заливе, а мы этого допустить не можем. Дружба с Иреей и Алхаем более выгодная, нежели со странами Западного блока, поэтому я против.
Королева кивнула, одобрив рассуждения министра.
— Луи, ты слишком узко мыслишь, — патриарх прокашлялся. — Моя Королева, я считаю, что нам следует выступить лишь в качестве принимающей стороны, отдалившись от всех дискуссий, при этом показав гостеприимство. И, как говорит дорогой Вильгельм, слегка ослабить их бдительность. Пусть считают, что за четырнадцать лет боль наших сердец за погибших сыновей и дочерей слегка спала. Это будет хорошим шагом на пути к нашей цели.
Отец церкви, достопочтенный сын Элласа, закончил. Королева вновь кивнула, облокотившись на изящную кисть руки.
— Я согласен с Отцом. Нам это будет выгодно, если не будем соглашаться на их условия. Мы должны максимально оставить Дорланд закрытым, а границы восточного побережья неприкосновенными, — генерал все еще держал стакан с алкоголем в руке, не забывая увлажнять горло. — К предположениям Себастьяна могу добавить, что они просто хотят разведать внутреннюю обстановку в королевстве. Ибо после нашего с Вильгельмом вылова их шпионов они остались без глаз и ушей, а любопытство же зашкаливает. Не так ли?
Генерал склонил голову в сторону королевского защитника, негласно передав свое слово.
— Мы должны показать нашу полную боевую готовность, если их так интересует наша внутренняя обстановка. Стянуть все силы армии к границам, дабы отслеживать шпионов, так же выделить несколько отрядов на сопровождение гостей и полностью закрыть столицу. Но при этом им не следует все видеть. Если решат, что мы их боимся, то это приведет не к лучшим последствиям. Поэтому все следует замаскировать под их сопровождение, — он закончил, но спустя пару секунд добавил: — Мое мнение таково. Организацию конференции следует хорошо продумать с политической, финансовой и стратегической стороны, но это может сыграть на руку, если короли сами соизволят нас посетить. Однако пока наша армия все еще слишком мала, чтобы обеспечить безопасность всему королевству.
— Полность поддерживаю все вышесказанное, — речь министра иностранных дел отдавала нотками языка южных стран, что, как и смуглый цвет кожи, свидетельствовало не о дорландском происхождении. Из всех присутствующих, мужчина выглядел проще всего. Простенький камзол и близко не стоял с одеждой других членов Совета. Но длинные русые волосы, связанные в плотный хвост, обладали той красотой, которую не мог себе позволить ни один бедняк. — Мою позицию я уже объяснил Королеве. За все время путешествия по континентам мне удалось хорошо ознакомиться с другими королевствами. И знаю все, что потребуется во время приема. Дорланд готов к принятию гостей.
Единственным, кто не произнес ни единого слова, оставался министр образования. Он метался взглядом от одного говорящего к другому. После своего глупого поступка Винсент всячески избегал диалогов и взглядов со стороны других членов Совета. Затишье вечно продолжаться не могло. Присутствующие перевели взгляд на худощавого мужчину, который с последних сил сдерживал волнение, застывшее в груди.
— Моя Королева, моя идея может вам показаться слегка безумной, однако можно совместить два события. Как вы знаете ежегодный отборочный турнир в Королевскую академию самое масштабное событие во всем Дорлада после Парада памяти. Турнир требует ничуть не меньших мер безопасности, поэтому я предлагаю совместить два события. К тому же помимо гвардейцев мы по традиции отправляем в патруль студентов академии. На протяжении недели ребята полностью оберегают столичные улицы, — голос министра слегка подрагивал. Он первый раз так близко находился возле королевы имея право голоса. Это вызывало страх и в тот же момент гордость.
Королева заметно прищурилась, прислушавшись к идее. По ее лицу читалось одобрение, хотя и единственный, кто мог понять чувства этой холодной женщины, был стоящий рядом племянник.
— Винсент, при всем уважении к нашим детям, но я считаю, что прием вельмож враждующих государств и турнир — слегка разные вещи. С трудом верится, что ученики способны в случае чего отбить атаки. Оставлять защиту столицы на неопытных детей — опасная вещь, — министр финансов продолжал крутить на пальце огромный золотой перстень и осуждающе наблюдая за новичком.
— Господин Луи, с детьми работают лучшие педагоги, обучают защищать свою страну. Они гораздо сильнее, нежели вы можете предположить. Послевоенные поколения обучаются совершенно по другой программе. Любая будущая знахарка, финансист, химик, физик способны за себя постоять так, как в наши годы не могли мы. Вы можете в любой момент это проверить на дочери, — министр знал, о чем говорит. Слова порадовали министра финансов и тот едва смягчил свой пристальный взгляд. Генерал приподнял кончики губ, тихо хмыкнув.
— Я поддержу Министра образования. Наши дети уже давно выше нас наголову, поэтому я считаю, что какую-то часть столицы вполне можно возложить на их плечи. Тогда многих гвардейцев мы можем стянуть в замок, обеспечив наблюдение за приезжими. Но я предлагаю к ученикам академии добавить ребят из одиннадцатого класса Королевской школы. Они тоже могут оказать помощь, — генерал окончательно осушил бокал, тихо поставив его на стол.
С правой стороны послышалась сдержанная насмешка. Королевский защитник совершенно не был удивлен таким предложением. Генерал был слишком тщеславен, дабы не задействовать их сыновей в таком событии.
— Не поймите меня неправильно, но ребята еще слишком юны, к тому же поиск квалифицированных тренеров займет слишком много времени, — господин Винсент очень аккуратно подбирал слова. После королевы за столом следовало бояться трех человек — главных и самых верных псов короны: генерала Фортенхайма, королевского защитника Льойха и принца Себастьяна. Он словно готовый к охоте хищник, внимательно наблюдал за дискутирующими, считывая с лица каждую эмоцию и подмечая все телодвижения. Его темный силуэт, поглощенный тенями, внушал куда больший страх, нежели мужчины в стальных доспехах с ножнами на поясе.
— Не волнуйтесь, у меня уже есть подобная кандидатура. После собрания я вам предоставлю их данные, — после этих слов господин Винсент не смел спорить и принял это как должное.
Королева облокотилась о мягкую подушку малого трона. Мужчины перевели на нее взгляд, ожидая вердикта.
— Я выслушала вас. Вопрос с конференцией закрыт, с завтрашнего дня приступаем к организации всех мероприятий. Сперва проведем в замке приветственный бал, после которого последует конференция, через день — турнир и прощальный бал. Дети пусть патрулируют улицы на протяжении всех мероприятий, нам более важна безопасность замка и строгий режим на границах, — алые глаза королевы обвели каждого из присутствующих. — На сегодня все свободны. Господин Винсент, дайте указание в школу и академию. С пятницы дети должны начать обучение. Луи, согласуй все требуемые расходы. К концу недели отчет должен лежать у меня на столе. А вы, дорогой Отец, просите людей не забывать о тех ужасах, которые породили страны западного побережья во время войны.
Мужчины поклонились, отодвинув свои стулья. Как только двери открылись, они покинули зал совета.
— А сейчас я хотела бы обсудить недавнее восстание на северной границе и почему головы организаторов еще не лежат у моего трона? — королева посмотрела на генерала пробивающим в дрожь взглядом. — Я надеюсь, что в этот раз к приграничным деревням будет направлено достаточное количество военных для поочередного обезглавливания каждого нарушившего устав.