8 глава «Диагноз, которого хватило»
Ну как вы уже поняли, Джокеру пришлось пойти к врачам. Которые должны были "помочь ему".
Он нашел какую-то больницу, где есть врач психолог и пошел туда.
Он нашел кабинет с табличкой «психолог» и постучал. Немного приоткрыв дверь он сказал:
- Здравствуйте, можно? В это время в руках он сжимал свой блокнот, в который записывал все, что только думал. Так он мог себя успокоить.
- Здравствуйте! Вы по записи?
- Нет, мне просто посоветовали пойти к психологу, и вот я тут.
- Ладно, присаживайтесь. И рассказывайте на что жалуетесь.
- У меня болезнь смеха, так называемая «эпилепсия смеха»
- Так. Допустим. А вы я смотрю ведёте дневник?
- Да, там все мои мысли. - сказал он сжимая дневник. Который был уже весь потрепанный.
- Можете мне его дать, ненадолго?
- Думаю, что да. Только если ненадолго.
- Хорошо, хорошо.
Доктор раскрыла его. Первые страницы — корявые шутки, как у подростка:
"Почему никто не смеётся, когда я шучу? Потому что это не шутка."
"Смех — это болезнь. И я — её носитель."
Дальше — хуже. Рисунки лиц с вырезанными улыбками. Слова, написанные крупно, с нажимом, словно царапины: "Убийство — это не преступление, если никто не заметил."
"Они хотят, чтобы я молчал. Но смех громче, чем крик."
"Я — хаос, я — финальный акт. Они просто не знают это ещё."
Доктор чувствовала, как сжимается грудь. Каждый новый лист открывал бездну.
На последней странице, как заглавие к чему-то новому, стояло одно слово, написанное красной ручкой:
"ДЖОКЕР"
Она подняла глаза. Он всё ещё смотрел в пол, но улыбался.
— Как вас зовут? — спросила она осторожно, будто только сейчас поняла, с кем говорит.
Он поднял взгляд. И с этой самой безумной, сломанной, почти детской радостью в голосе произнёс:
— Меня зовут Джокер.
Тишина. Холодная, тяжёлая, как перед бурей.
Она медленно закрыла блокнот и потянулась к кнопке тревоги под столом.
— Я думаю, вам нужно в место, где смогут вам по-настоящему помочь, — сказала она, с трудом сохраняя спокойствие.
Он усмехнулся.
— Аркхэм? Прекрасно. Там любят клоунов.
Спустя полчаса, когда санитар закрывал дверь машины, он снова тихо смеялся, глядя в потолок.
И в блокноте на самой последней пустой странице уже стояло новое предложение: «Джокер - это не имя. Это диагноз.»