Лето. Жара. Мертвецы. [Приостановлено]

  Послышались новые выстрелы. На этот раз стрелявших было несколько больше, и к стрекотанию автоматов добавились хлопки дробовиков. Каждый выстрел отдавался болью в перепонках и мозгах. Мне всё ещё нужен отдых.

Улучив момент, когда сразу у нескольких человек закончились патроны, и они стали перезаряжаться, я поднялся на ноги и перебежал за толстый дуб, укрывшись за его мощным вековым стволом. Далее – перебегая от дерева к дереву, я постепенно добрался до невысокого заборчика, ограждавшего территорию парка. Казалось бы – перелазь да беги, куда глаза глядят. Но когда на твоих руках лежит в полудрёме больная девушка, такие трюки попадают под разряд невозможных к выполнению.

- Чего встал? – послышался встревоженный голос Ланы откуда-то из-за спины. – Живо сюда!

Спорить или размышлять о правильности действий не было времени. Резко развернувшись и уклонившись от просвистевшей возле уха пули, я бросился туда, откуда предположительно звала Лана – в недостроенный универмаг. Окна, к счастью, вставить ещё не успели, и я, сгруппировавшись, одним прыжком влетел в здание.

- Что дальше? – в моём голосе слышались нотки паники. Не столько я волновался за свою жизнь, как за жизнь Фелиции. Её лицо побледнело ещё сильнее, словно из него выкачали всю кровь, глаза закатились, и веки стали медленно опускаться. Потеряла сознание.

- В кладовку! – бросила Лана и сорвалась с места, поманив рукой за собой.

Перехватив девушку поудобней, я последовал за Ланой. Петляя между ещё не распакованными от плёнки стеллажами и витринами, мы искали хоть что-то, что может быть похоже на кладовку. Время потекло в несколько замедленном темпе, словно в тревожном сне, когда пытаешься убежать от опасности, но ноги не поддаются, двигаясь так медленно и с таким трудом, словно вброд пересекаешь огромную лужу вязкой смолы.

И вот она – заветная дверь с надписью «Склад». Как и ожидалось, двери были открыты. Зачем запирать склад, в котором помимо ещё не установленной мебели нет ничего ценного?

Опустив девушку на копну сорванной с некоторой мебели плёнки и подложив ей под голову кусок пенопласта, я опёрся руками в колени, переводя дыхание. Лёгкие, готовые в любой момент разорваться от поступавшего в них большого количества кислорода, постепенно нормализовались, наконец предоставив мне шанс заговорить снова.

- Затаимся здесь? – спросил я, кивнув на Фелицию. – В таком темпе ей станет только хуже.

- Нельзя здесь оставаться, - Лана, вытирая со лба испарину, собравшуюся в бисеринки пота, медленно опустилась на пол. – Они видели, как мы сюда залезли. Как бы тихо мы не устроились, рано или поздно они найдут нас.

- Ты права, - неохотно признал я горькую правду. – Но что дальше.

- Я не знаю, - девушка шумно выдохнула себе под ноги, подняв с пола клуб пыли, блестящий в лучах солнца, неуверенно проникавших в помещение через крохотные оконца под потолком.

- А где Дима? – только сейчас я заметил отсутствие третьего товарища.

- Наверное, опять убежал. Наверное, это вошло ему в привычку.

- Кстати об этом... Почему он тогда убежал? Мы с ним знакомы не так долго, но за время знакомства он ни разу не показал себя трусом до того момента.

- Он боится смерти, - Лана хмыкнула не то от смеха, не то от сожаления.

- Но ведь там, в больнице. Он встал бок о бок со мной, отстреливая мертвецов, давая тебе некоторую фору для работы с ключами.

- А чего удивляться? Выбора всё равно не было. На окнах решётки, двери заперты, а единственный коридор заполнен мертвецами. Тут уж выбирать не приходится. А тогда, на заводе. У него был шанс сбежать, и он им воспользовался.

- Нужно найти его.

- Зачем? Рано или поздно он снова предаст.

- За тем, что он человек, - слова Ланы вызвали во мне сильное удивление. Неужели она готова так просто бросить того, кто был ей другом несколько лет подряд. Пожалуй, они с ним не сильно и отличаются.

- Такие как он не заслуживают жизни.

- Никто не заслуживает смерти! – я повысил голос, но тут же взял себя в руки. – Какой бы тварью ни был человек, он имеет право на жизнь.

- Ну давай, выходи прямо на линию огня этих головорезов и беги за Димой, - Лана неопределённо махнула рукой, сделав натужно ободряющий голос. – Брось Фелицию, брось меня и беги за тем, кто тебя предал.

- Если мы останемся здесь, то предадим его! Мы ни чем не будем отличаться от ему подобных трусов!

- Я же сказала, - беги. Никто тебя не держит.

В груди бушевал ураган эмоций. Злость – Лана так просто бросает своего друга, с которым знакома уже несколько лет. Смятение – если я не выберу что делать дальше в течение нескольких секунд, то будет уже слишком поздно. Страх – состояние Фелиции вкупе с охотящимися на нас психопатами не может пройти незаметно.

Но решение было принято. Приказав Лане затаиться, спрятаться и спрятать Фелицию, я, не дожидаясь ответа, выскочил со склада. Далее, продвигаясь к выходу проверенным путём, я выскочил из окна точно так же, как и запрыгнул через него сюда и пожалел о своём действии. Прямо под окном стоял один из амбалов с той общины, вооружённый охотничьим ружьём и одетый в грязную растянутую майку и камуфляжные штаны. Опешив от моего внезапного появления, мужчина едва не выронил оружие, а я, не теряя времени, выхватил ружьё у него из рук и наставил дуло прямо ему в лицо. Ранее пользоваться ружьями не приходилось, но принцип действия мало чем отличался от других оружий.

- Одно слово – и промеж глаз у тебя появится дырка. Всё ясно?

- Не совсем, - выдавил мужчина и резким ударом выбил оружие из моих рук.

Переглянувшись, мы почти одновременно бросились к оружию, плюхнувшемся в лужу дождевой воды, образовавшейся в яме в асфальте. Почти одновременно. Форы всего в четверть секунды амбалу хватило для того, чтобы оказаться у оружия быстрее, вынуть его из лужи и наставить на меня. Хитро ухмыльнувшись, он нажал на спуск. Послышался глухой щелчок, но выстрела не произошло. Патроны просырели! За несколько секунд в луже они бы вряд ли успели промокнуть, а это означает, что порох в патронах пришёл в негодность ещё до вылазки. Несколько раз я замечал, как к общине в Стадионе подъезжал грузовик. Из него вылезали люди со странными порезами на костяшках пальцев, дожидались Босса и, что-то неслышно обговаривая, отдавали им ящики с патронами взамен на еду. Они продавали им «варёные пули»? Весьма предусмотрительно с их стороны.

Ухмыльнувшись в мужчине в ответ, я стукнул кулаком в дуло его ружья. Не ожидая этого, мужчина не удержал оружие и его приклад с хрустом врезался ему в лицо. Воспользовавшись заминкой, я вырвал оружие из потных рук амбала и несколько раз ударил прикладом ему в затылок. Достаточно сильно, чтобы он потерял сознание, но недостаточно для того, чтобы проломить череп.

Не теряя ни секунды, я бросился на поиски Димы. И тут пришло осознание: где его искать? Я даже предположить не мог, куда он мог убежать в порыве паники перед смертью. Прикинув, что ближайшим относительно безопасным убежищем помимо универмага, в котором спрятались мы, является киоск с сувенирами в сотне метров от меня, я бросился туда в надежде, что не ошибаюсь.

- Вот один из них! – послышался грубый голос по левую руку от меня, и в следующее мгновение снова послышались выстрелы.

Прыгнув за белую цветочную клумбу с обшарпанной надписью растущего в ней растения, я затаился. Сердце колотилось с сумасшедшей скоростью, гоняя по вздувшимся от напряжения венам литры крови в секунду. Казалось, что вены готовы лопнуть, но этого, к счастью, не происходило.

У уха послышался душераздирающий хрип, заставивший колотящееся сердце на секунду остановиться. Машинально отпрыгнув и повернув голову в сторону хрипа, я увидел всего в метре от себя мертвеца, ползущего ко мне на коленях. Вот он хватает мою ногу, но в следующую секунду отлетает от меня с пробитой головой. Рядом с трупом стоит Дима, хрипло дыша и опираясь на кусок ржавой трубы, заострённой на конце.

- Ты как? – спросил он у меня, не поднимая головы.

- Сойдёт. Пригнись!

Не имея желания разбираться в моём приказе, он плашмя прыгнул на влажную брусчатку, и через мгновение на том месте, в котором ранее была его голова, просвистели несколько пуль, пролетев над нами и закончивших свой путь в твёрдой коре какого-то дерева.

Послышался протяжный стон ещё десятка мертвецов. Они сбредались на выстрелы со всех концов города, и уже через несколько минут это место превратится в огромную мёртвую зону.

Я помог Диме встать и буквально потащил его за собой в противоположную сторону от универмага, крепко вцепившись в его предплечье. Противники знают наше местоположение, и ни в коем случае нельзя сейчас бежать к укрытию девушек. Так я только рассекречу их, и тогда им точно конец.

Но планы мои прервал крик одного из «охотников». Судя по голосу, это был тот, которого я вырубил прикладом несколько минут назад. И голос этот оповещал товарищей о том, что некоторые из жертв укрылись «вот в этом здании». Аккуратно выглянув из-за очередного ствола, ставшего нам укрытием, я с ужасом заметил, что амбал лезет в окно универмага.

- Бежим туда! – я бросился в сторону магазина, но Дима крепко схватил меня за плечи и потянул назад.

- Нельзя, застрелят!

- Они сейчас доберутся до Фелиции и Ланы, я должен их остановить! – громким шёпотом сказал я.

- Ну и хрен бы с ними. Фелиция при смерти, Лану ты вообще почти не знаешь. Терять нечего!

- Мать твою, ты не исправим.

Я ударил его по лицу ладонью наотмашь, разбив губу. Парень схватился за неё грязными руками и вопросительно посмотрел на меня.

- Видишь тот киоск с сувенирными безделушками? – я показал пальцем в сторону ранее предполагаемого убежища Димы. – Сейчас они отвлечены на универмаг. Спрячься там, и через минут двадцать беги в сторону тех многоэтажек за стадионом. Забегай в первый подъезд и жди в любой из квартир. Встретимся там.

Не дожидаясь ответа, я со всех ног бросился к универмагу, окружённому несколькими людьми. Любое право на ошибку пропало в одночасье. Остановившись у живой изгороди, я разрядил негодный патрон из патронника, загнал новый и, нацелившись на одного из окружавших, нажал на спуск. Снова негодный патрон. Разрядив и зарядив снова, я, наконец, добился результата – пуля с грохотом вылетела из дула, попав в спину одного из окружавших. Быстро скрывшись за изгородью, я на карачках прополз до конца изгороди, оказавшись вне поля зрения противников, и по широкой дуге оббежал их, оказавшись на заднем дворе здания. Враги разряжали свои автоматы, дробовики и ружья в ту сторону, где по их предположениям скрывался я. Но на деле я уже лез в одно из окон здания, морщась от боли во всём теле. Далее, отыскав пересечённый дважды маршрут, я бросился к складу. У его дверей стоял тот самый, у которого я выхватил ружье. Услышав мои шаги, он повернулся ко мне всем корпусом, осматривая меня опухшим и заплывшим кровью глазом. Кажется, своим ударом мне удалось лопнуть один из сосудов на лице мужчины.

- Что ты тычешь мне в лицо этой дурой? – мужчина стал медленно ко мне приближаться, не показывая ни капли страха. – Мы ведь оба знаем, что с ней дерьмо.

Нужно было жать на курок. Но что-то не давало мне это сделать. Неужели, во мне снова проснулась человечность? Буквально минуту назад я прострелил спину одного из прихвостней Босса, а сейчас боюсь нажать на курок? Плевать на моральные ценности, от этого зависит жизнь как минимум трёх человек!

Переведя прицел мужчине в область паха, я выстрелил. Раздался громкий, закладывающий уши хлопок, отражающийся от голых стен здания и вырываясь через его пустые окна. Мужчина закричал от боли, сжал пах руками, сквозь пальцы которых тут же потекли струйки алой крови, упал на кафельный пол и разревелся в порыве чувств. Мне было жаль его. Я сохранил ему жизнь, но не дал возможности размножаться. Ну и чёрт с ним. Он будет жить, но не станет производить на свет себе подобных.

- Кто стрелял? – вразнобой закричали люди с улицы.

- Стасян, это ты?

- Почему молчит?!

- Чёрт возьми, заходим!

Послышалась возня, звуки трения ткани о бетон, глухие удары тяжёлых подошв о кафель, хруст пыли под ботинками. Они уже здесь. В оружии остался единственный патрон, но и то не факт, что он способен выстрелить. Даже если и выстрелит, что я могу сделать одним выстрелом против толпы людей?

Послышались новые раскаты выстрелов. Стреляли не по мне. Это и радовало и настораживало одновременно. Вряд ли Дима решил геройски выскочить на них, давая мне и девушкам фору для побега. И выстрелы точно не со стороны склада. Здесь есть кто-то пятый?

Мужчины взревели от боли, засуетились ещё больше, и всего через секунду из-за угла вытек ручеёк густой крови, скользящий между кусками бетона, плёнкой и прочим мусором, неся в себе частички пыли.

Стреляют по тем, кто охотится за нами. В голове моментально завертелись десятки, сотни мыслей, сводящиеся к одной простой фразе: что происходит?

Один из охотников выскочил из-за угла. Увидев меня, он поднял руку и открыл было рот, намериваясь что-то сказать напарникам, но в то же мгновение его горло насквозь прошила короткая автоматная очередь. Мужчина упал замертво, и его лицо навеки застыло с открытым ртом, из которого уже никогда не вырвется то, что он хотел произнеси перед смертью.

Вскоре выстрелы затихли. В городе повисла немая тишина, пронизывающая безмолвные стены домов и брошенных машин, с противным писком проникающая внутрь меня. Всё закончилось? Передо мной стоял сложный выбор: навестить Фелицию и Лану, или разведать обстановку? Немного поразмыслив, я выбрал первое.

Открыв двери одним пинком, я тут же направился туда, где оставил девушек. Лана по прежнему сидела рядом с Фелицией, прижимая к её руке кусок насквозь пропитанной кровью ткани.

- Что с ней случилось? – сердце словно застыло и ушло в пятки, не желая подниматься обратно. Я подбежал к девушке и упал перед ней на колени, разбив их в кровь о шершавую бетонную поверхность.

- Она проснулась и стала биться в эпилепсии. Рана раскрылась, из неё хлынула кровь. Она потеряла её слишком много, - девушка повернулась и посмотрела мне в глаза. – Она не выживет.

- Нет, нет, нет!

Я не верил её словам. Не хотел верить. Сердце сжалось до размера крохотной бисеринки, напрочь отказываясь разжиматься. Разум заволокло пеленой отчаяния. Неужели, всё напрасно? Всё наше выживание, все совместные решения? Мы держались за жизнь по возможности цепко, прекрасно осознавая, что после смерти одного из нас, второй просто не выдержит. Зачем я заботился о ней, когда она лежала в ступоре, зачем ходил на вылазки, зачем, в конце концов, сражался на арене? Это всё вело к тому, что она умрёт на куче пыльной оберточной плёнки, истекая кровью? Нет, я не могу допустить этого.

Подняв девушку на руки, я выскочил из склада, побежал на улицу. Лана бежала за мной, судорожно пытаясь спросить, зачем я это делаю, но не получала ответ. Я был слишком сосредоточен на деле. Пересиливая самого себя, я бежал с такой скоростью, с какой не бегал никогда в жизни. Стены здания, деревья, мертвецы, шастающие между ними, - всё это смазалось в единый серый поток, выстраивающий для меня коридор пути. Я бежал туда, откуда доносились крики. Кто-то, чеканя слова, громко отдавал приказы своим людям, и голос этот был мне не знаком.

И вот – цель моего марафона. Прямо посреди дороги стоит большой военный грузовик, готовый к отбытию. В его кузове – десяток солдат, вооружённые АК последнего образца, и дула каждого из них направлены на меня с Фелицией.

- Кто такой?! – крикнул один из солдат, выпрыгивая из кузова автомобиля.

- Денис Рубцов, двадцать два года, ученик кафедры журналистики, - машинально ответил я.

- Мне похер на имя! С ними связан?! – он качнул головой в сторону Арены.

- Никаким образом. Был у них в рабстве, но удалось сбежать.

- Девушка укушена?

- Нет, сильный порез, потеряла много крови.

- Точно?!

- Клянусь всем, чем можно.

- Заруби себе на носу – если обманываешь – тебе несдобровать.

- Понял. Пожалуйста, помогите ей, - я посмотрел на девушку. – Она же вот-вот умрёт.

- Залезай, - неохотно кивнул парень. Затем приказал остальным опустить оружие, помог поднять Фелицию и подал руку, намериваясь помочь подняться мне.

- Есть ещё один. Сидит в киоске неподалёку. Не заражён.

- У тебя минута.

Не теряя ни секунды, я бросился к месту укрытия Димы. Тот сидел на полу, зажав руками уши и что-то бормоча себе под нос.

- Дима! – я откинул одну из его рук от ушей, от чего тот вздрогнул. – Я нарвался на дружественную общину. Мы можем примкнуть к ним, но у нас меньше минуты!

Кивнув, парень перелез через стойку и, пропустив меня на пару шагов вперед, чтобы я принял роль ведомого.

Машина уже начинала тихо трогаться с места, когда мы с Димой влетели в кузов и заняли два свободных места. Фелиция лежала на нескольких сиденьях сразу, а её руку обрабатывал один из парней в военной форме, доставая различные препараты из сумки на поясе.

- Я не знаю, кто вы такие, - проговорил тот, что разрешил нам присоединиться к группе. – Но вам придётся рассказать о себе в мельчайших подробностях. Мы слишком строго относимся к приёму новичков, и взяв с собой раненную девушку уже нарушили одно из правил.

- Можете быть уверены – мы не сделаем вам ничего плохого, - попытался я успокоить парня.

- Буду надеяться. А теперь – расскажи о себе по порядку.

Набрав полную грудь воздуха, я наспех собрал в голове всю картину жизни с начала апокалипсиса и до последнего момента, и начал рассказ:

- Как было сказано ранее, меня зовут Денис...