Лето. Жара. Мертвецы. [Приостановлено]

Моя квартира

17 мая 20хх года

15:30

Следующие два дня я провёл словно в ужасном сне. Жители, охваченные паникой, пытались уехать из города в сельскую местность, что, как мне кажется, было разумно – население в сёлах намного меньше, чем в городах. Если всё население и превратится в зомби, то обороняться от них лучше там, где их меньше.

Расцвет волнений и паники – любимое время мародёров и мелких преступников. Всего за 48 часов они успели разграбить большинство ювелирных магазинов, магазинов техники, спортивных принадлежностей, автосалонов. Наверное, они считали, что когда всё наладится, они смогут поднять на украденном целое состояние.

С каждым часом мародёров становилось всё больше. Появились стычки группировок, заканчивающиеся резнёй или перестрелками. Это, конечно же, увеличило количество живых мертвецов в городе.

Всего за два дня мертвецы заполонили город. Из окна своей квартиры я мог наблюдать за ними. Одни из них были совсем как люди, но отличала их эта странная походка – медленная, спотыкающаяся, неровная.

Всё чаще встречались знакомые, обратившиеся в зомби. Вон прошла бабушка с соседнего подъезда, любезно угощавшая весь дом выпечкой по воскресеньям. Вон местный бомж, просящий милостыню в подземном переходе.

Интернет продолжал работать, но доступ к большинству сайтов был закрыт. Как сказали по телевизору, это делалось для того, чтобы уменьшить распространение паники среди населения. Но было это, как минимум, бессмысленно, так как паника уже объяла всю страну.

А ведь всего несколько лет назад, когда мне было около тринадцати лет, я, начитавшись комиксов про зомби-апокалипсис, мечтал о нём. Я представлял себя воином, обвешанном тяжёлым оружием, обмотанным лентами патронов для пулемёта. В своих представлениях я кромсал живых мертвецов налево и направо, при этом спасая каждого, кто в этом нуждается.

А что на деле? Я заперся в квартире, боясь показаться наружу. Я много раз слышал крики о помощи, вопли, полные боли и отчаяния. Но каждый раз я боялся выйти. И не столько я боялся за себя, как за Фелицию. Она всё так же пребывала в ступоре, изредка отвечая мне односложными фразами.

Так же я не понимал, почему в комиксах мир впадает в хаос так долго. Проходят недели, месяцы, годы перед тем, как мертвецы захватят мир. Сейчас же прошло всего три дня, а правительства нескольких стран признали себя бессильными в борьбе с мертвецами и распустили армию. Россия пока держалась, но делала это из последних сил.

Порывшись в кухонных шкафчиках и холодильнике, я понял, что настал тот день, которого я так боялся – у нас закончилась еда. Так как я жил один, да и дома ел только раз в день, я не имел привычку закупать еды на несколько дней вперед. Прошедшие два дня мы с Фелицией питались одними только макаронами – единственным, что я покупал больше одной пачки за раз. Но теперь закончились и они.

Приглядев из окна небольшой магазинчик, который ещё не успели разграбить мародёры, я прикинул примерный план действий. Хоть по сути и сводился он к «бежать как можно быстрее и тише», но это уже лучше, чем ничего. Тем более, я отметил несколько мест, за которыми можно прокрасться и не быть замеченным мертвецами.

Несмотря на жару, царящую за пределами квартиры, я накинул на себя куртку из коричневого кожзаменителя. Всё-таки она довольно прочная, и мертвецу, чтобы её прокусить, придётся приложить некоторые усилия.

Поиск в квартире чего-то, хотя бы отдалённо напоминавшее оружие, не увенчался успехом. Значит к основной задаче – раздобыть еду, прибавилась ещё одна: сбегать до сараев и достать там оружие.

Я зашёл в комнату. Фелиция лежала, укрывшись одеялом с головой, и тихо сопела. Тихо разбудив её слегка потрепав по плечу, я сообщил ей, что меня не будет некоторое время. В квартире было два комплекта ключей – основной, который я всегда носил с собой, и запасной, на случай, если основной комплект потеряется. Запасные ключи я вручил девушке. Она, кивнув, сжала их в руке и отвернулась от меня к стене. А я, вздохнув, вышел из комнаты.

***

На улице было непривычно тихо. Листва на кронах старых деревьев тихо шелестела под потоком горячего воздуха. Птицы щебетали, весело перепрыгивая с ветки на ветку и кружась в причудливом танце. Происходящее в мире их никак не коснулось, и я, чёрт возьми, завидовал им. Им не придётся прятаться от мертвецов, спать вполглаза в обнимку с оружием, днями голодать и каждую секунду бояться быть заживо съеденными.

Солнце, нещадно палящее своими лучами три дня назад, поубавило свой пыл. Ветер нёс с запада тяжёлые дождевые тучи. Уже отсюда в них были видны вспышки молний и едва уловимые раскаты грома. Ведущий прогноза погоды, кажется, не обманул. С завтрашнего дня всю неделю дожди будут лить практически без остановки, а затем на смену им снова придёт нестерпимый зной.

До сараев в конце двора дошёл без каких-либо приключений. Один из них, к счастью, был открыт и, порывшись в нём, я вооружился небольшим топориком. Владелец сарая, судя по всему, пользовался им крайне редко, так как тот был почти новым и совсем не затупленным. Сделав пару ударов, рассекающих воздух, прикидывая его удобность, я поправил прихваченный из дома рюкзак и двинулся в сторону магазина.

На выходе со двора меня поджидали два мертвеца. Завидев меня, они издали тихий хрип и пошлина меня с вытянутыми руками. На руке одного из мертвецов красовался укус. Он был обмотан бинтом, изодранным и насквозь пропитанным кровью. Вены мертвеца, необычайно сильно набухшие, пульсировали чёрной жидкостью, выплёскивая на место укуса всё новые потоки крови.

Его спутник выглядел похуже его. Кажется, он был одним из «нулевых» мертвецов. На нём совершенно не было одежды, а в области живота зиял большой разрез. Наверное, в момент его воскрешения ему проводили вскрытие.

Оттолкнув ногой одного из них, я обогнул второго и побежал дальше. Живых на улице не было совсем. Только мертвецы, бродившие в поисках пропитания.

Перебежав дорогу и перепрыгнув низкий заборчик, я ползком добрался до его конца, а затем встал и уже через несколько секунд бега оказался у магазина.

Главный вход был заперт, решётки на окнах оказались достаточно широкими, чтобы я смог в них пролезть. Подобрав камень помассивнее, я бросил его в окно. Камень отскочил от стекла, оставив на нём несколько трещин. Бросив его еще несколько раз, я наконец достиг желаемого результата – стекло разлетелось на мелкие кусочки, усыпав осколками некоторое пространство вокруг.

Шум привлек нескольких мертвецов, и они, обернувшись, неровной походкой направились в мою сторону.

Медлить было нельзя.

Закинув сначала рюкзак, а затем пробравшись внутрь сам, я расстегнул молнию на рюкзаке и стал скидывать в него всё, что может храниться продолжительное время – макароны, консервы, лапшу и пюре быстрого приготовления. Так же в рюкзак полетели несколько пачек соленых сухариков и банок газировки.

Когда со сборами еды было покончено, я хотел вернуться к окну, но было уже поздно. Через решётку тянулись несколько мёртвых рук. Остальные два окна так же были окружены мертвецами.

Один из тех, что стоял у разбитого окна, оказался достаточно умён и тощ, чтобы пролезть между прутьев решётки. Торчащие осколки стекла прорезали ему брюхо, и из него прямо на пол вывалились некоторые органы. Крови не было, а сам мертвец гнил в нескольких местах. Ногти на его пальцах были содраны, а сами пальцы стёрты до костей. Костюм на нём был испачкан комьями грязи, в которых копошились черви. Такое чувство, будто в момент Начала он вылез прямо из своей могилы.

Вытянув руки, он, не обращая внимания на кишки, что волоклись за ним по полу, пошёл на меня. Я понимал, что сейчас мне нужно всадить топор ему в голову.

Пятнадцать шагов.

Я сотни раз видел это в фильмах. Я сотни раз представлял, как крошу мертвецов.

Десять шагов.

Но сейчас что-то мешало мне это сделать. Страх? Волнение? Наверное, каждый волнуется перед тем, как совершить своё первое убийство. Даже если твоя жертва уже мертва.

Пять шагов.

Дыхание сбилось. Вот он уже совсем близко. Я чувствую его отвратительный запах, проникающий в каждую клетку моего тела.

Четыре шага.

Перед глазами возникло лицо Фелиции. Что с ней будет, если я не вернусь? У неё никого нет кроме меня. Она шла на красный диплом, и из-за учёбы у неё не хватало времени на друзей. Вскоре они предпочли «умненькую девочку» более интересным людям и покинули её. А семья... Кто знает, что с ними стало под влиянием пастыря.

Три шага.

Или сейчас, или никогда.

Замахнувшись, я наотмашь ударил мертвеца в челюсть тыльной стороной топора. От удара он упал на белый кафель, но тут же поднялся на ноги и снова пошёл на меня. Тогда я замахнулся ещё раз.

Лезвие топора с отвратительным чавканьем вошло в голову мертвеца аккурат промеж глаз. Из его глаз, белёсых, запавших, пропали остатки жизненного огня, и мертвец грузно свалился мне под ноги, словно мешок с песком.

Вытерев испарину со лба рукавом куртки, я осмотрелся. Двое мертвецов, последовав примеру своего уже окончательно мёртвого товарища, пытались пролезть между прутьями, но их плечи были слишком широки для этого.

Мертвец у второго окна раздобыл кирпич и пытался разбить им стекло. Хоть удары его были совсем слабыми, но рано или поздно они приведут его к желаемому результату.

У третьего окна собрался уже десяток мёртвых. Решётка на этом окне отличалась от двух остальных: она была сварена вручную и имела, по крайней мере, в полтора раза больше прутьев. Мертвецы пытались её вырвать, но попытки были тщетны. Собравшись с духом, я подошёл к тем мертвецам, что пытались протиснуться между прутьями. Замахнувшись, я по очереди рассёк им головы и скинул туши с подоконника.

Вдруг сзади послышался треск. Обернувшись, я застыл в ужасе, глядя на мертвецов, выходящих откуда-то из-за стеллажей. Наверное, где-то там был чёрный вход, дверь которого была настолько слаба, что не выдержала напора полудюжины мертвецов.

Они приближались ко мне неровным строем, петляя между полками с продуктами.

Я рванул в сторону, чтоб хотя бы рассредоточить их и убить по отдельности. Но они, словно понимая мой план, не расходились больше, чем на два метра.

Тогда я увидел то, что показалось мне светом в конце туннеля – дверь. Рядом с ней стояли несколько пустых коробок, что говорило о том, что за дверью находится кладовка.

Перепрыгивая стеллажи и полки, и роняя их за собой, чтобы задержать мертвецов, я сломя голову бежал к заветной двери. Если закрыться там, то открывая дверь понемногу, можно перебить всех шестерых.

И вот я у двери. Потянув за ручку и распахнув дверь, я чуть не вскрикнул от неожиданности. Из-за неё вышли еще двое зомби. Худая невысокая женщина с порезанными венами на запястьях и пожилой мужчина с перерезанным горлом. Они были несколько быстрее тех, что мне удалось встретить. Если обычно мертвецы передвигались спотыкающейся походкой, то эти, скорее, медленным бегом.

Дальше всё происходило словно в страшном сне. Я бегал по магазину, уворачиваясь от цепких лап мертвецов. У окон собралась ещё большая толпа зомби. Те, что стояли у разбитого окна, по одному пролезали между прутьев решётки. Если это не получалось просто так, то они прилагали усилия, и лезли, ломая себе ключицы.

Второе окно тоже сдалось. Осколки стекла усыпали затоптанный несколькими парами ног пол, и вскоре на его месте появились ещё двое мертвецов.

Теперь уже бежать в кладовку не было никакого смысла. Мертвецы были буквально в трёх шагах от меня и я бы просто не успел закрыть за собой дверь. Вступать с ними в бой было так же бессмысленно: я один не смог бы справиться с дюжиной зомби. Оставалось только надеяться на то, что одно из окон будет свободно, и я смогу выкрутиться так, чтобы выскочить из здания в один прыжок.

И так, бегая по магазину круг за кругом, силы стали покидать меня. Я скинул рюкзак – сейчас главное выбраться. А в поисках еды можно будет пройтись по соседним квартирам. Чёрт возьми, квартиры! Почему я сразу не додумался обчистить их? Насколько я слышал из-за зарытой двери, соседи не стали сидеть и чего-то ждать как я, а разъехались кто куда. Идиот.

Мой бег несколько замедлился. Даже скинув рюкзак, я продолжал уставать. Колени стали дрожать от усталости, а в пятку на левой ноге воткнулся осколок стекла. И вот, наконец, перепрыгивая через очередной стеллаж, я поскользнулся на крови того зомби, что распорол живот пока влезал в магазин. Потеряв равновесие, я упал на живот. Попытался встать, но руки скользили по крови, и мне не удалось опереться.

Перевернувшись на спину, я хотел было всадить топор в голову одного из мертвяков и прятаться под его тушей, но было уже слишком поздно. Мертвецы склонились надо мной и тянули ко мне свои противные скользкие руки.

Набрав полные лёгкие воздуха, я закричал что есть мочи:

- ПОМОГИТЕ!

И помощь прошла.

Послышались выстрелы. Хлопки дробовика и стрекотание нескольких автоматов.

Головы склонившихся надо мной мертвецов разлетелись кровавым фонтаном. Чтобы не нахлебаться мёртвой крови, я перевернулся на живот, и через мгновение на мою голову полился поток холодной чёрной слизи.

- Тебе что, мать твою, жить надоело? Живо вставай!

Чья-то сильная рука схватила меня за ворот куртки и рывком поставила на ноги.

- Стрелять умеешь? – высокий коротко стриженый мужчина с поседевшей в нескольких местах щетиной протягивал мне пистолет Макарова.

Я отрицательно помотал головой. Мужчина что-то неразборчиво пробурчал, а затем, приказав прятаться у него за спиной, спрятал пистолет в карман растянутых на коленках джинсов и открыл огонь по мертвецам из автомата.

Помимо него в здании были еще четверо: три мужчины сорока лет и женщина в военной форме и берцах.

Стрельба, вой мертвецов, крики моих спасителей, -- всё это слилось в единую симфонию, написанную самой жизнью.

Когда всё закончилось, мужчина приказал своим напарникам собирать еду, а сам повернулся ко мне.

- Имя?

- Денис.

- Возраст?

- Двадцать два года.

- Есть с тобой ещё выжившие?

- Есть. Девушка, находится в доме через дорогу.

- Если хотите выжить, живо беги домой. Собирай документы, еду, огнестрельное оружие если есть. Затем бери девушку с собой и живо сюда. На всё около десяти минут. Ждать не будем. Всё ясно?

- Вполне.

- Тогда беги.

Подняв свой рюкзак, я кивнул мужчине и бегом отравился домой. На стрельбу сбредались мертвецы со всей округи. Они окружили магазин, даже не обратив внимания на меня, выбравшегося через чёрный ход.

Когда я вбежал в подъезд, снова послышалась стрельба. Наверное, мертвецов стало слишком много и они стали мешать сборам продуктов пропитания.

Дверь в квартиру была открыта, а на пороге стояла Фелиция.

Не объясняя ситуации, я крикнул ей, чтобы она достала из сумок свои документы. Не говоря ни слова, девушка скрылась в квартире.