Глава 429. Вот что значит «хороший друг»! (4)
"Благородный Клинок Цветущей Сливы?"
Услышав неожиданные слова, Пэк Чхон вопросительно посмотрел на старца.
'Нет, с чего вдруг старику говорить такое....'
"С кем вы сейчас говорили?"
"Это же Чон Мён, не так ли?"
"А?"
Пэк Чхон оглянулся на Чон Мёна и склонил голову набок.
'Тогда почему его вдруг прошиб холодный пот?'
Он никогда не видел Чон Мёна в таком состоянии.
Разве Чон Мён не из тех людей, которые спокойно провернули бы очередную махинацию, даже если бы оказались рядом с Королём Ёмрой (1)?
(1) Король Ёмра (кор.염라대왕) – Один из царей ада в буддизме. На санскрите его называют Яма или Ямараджа.
'Что происходит?'
Пэк Чхон с любопытством смотрел на Тан Чжо Пёна.
"Цве...Цветущая слива....".
Глаза старика, которые, казалось, уже угасали, вдруг наполнились пылом, а в морщинистых уголках даже выступили слезы.
"Благородный Клинок...."
Старик, по лицу которого текли слезы, на мгновение застыл, а затем нахмурился:
"А?"
"......."
"Разве это не ......?"
"......."
Атмосфера разрядилась.
"Ха, ха-ха. Ха-ха......." – Чон Мён издал несколько неловких смешков, а Тан Чжо Пён покачал головой:
"Я прав?"
"......"
"Или нет?"
Чон Мёна шокировало каждое его слово.
'Должен ли я плясать под его дудку?'
Чон Мён был бессилен перед человеком, который не был в здравом уме. Он мог бы что-то предпринять, но для этого нужен был конструктивный диалог.
"Цветущая слива..... А? О ком это я?"
Сидевший рядом с ним Тан Гунак, тяжело вздохнув, решил, в конце концов, вмешаться:
"Прадедушка. Благородный Клинок Цветущей Сливы скончался сто лет назад".
"....Неужели?"
Услышав его слова, слезы на глазах Тан Чжо Пёна мгновенно высохли.
"Точно, точно. Он не выглядел так. Он, скорее, был похож на афериста, чем на даоса......".
'Нет, какого хрена?'
"И все же, познакомившись с ним поближе, становилось ясно, что он был очень хорошим человеком. Сильным и благородным".
"Хе-хе-хе. Точно."
"......У него был скверный характер, но....... Нет, он был плохим. Очень."
"......."
Чон Мён нахмурился.
"Мне его не хватает. Кажется, только вчера Благородный Клинок гладил меня по голове, но прошло уже столько лет"
С тоской пробормотал Тан Чжо Пён и устремил взгляд на далекое небо. Видя его ностальгический образ, лица всех присутствующих стали торжественно-серьезными.
Кроме одного человека.
'Кто это?'
Чон Мён немного порылся в своей памяти, а затем криво улыбнулся.
'Понятия не имею....Да и какая разница. Как я могу помнить все, что происходило сто лет назад. Должно быть, мы столкнулись с ним по дороге в дом Семьи Тан, когда меня притащил сюда этот ублюдок Тан Бо, чтобы пропустить с ним пару стаканчиков. Судя по тому, что я погладил его по голове, он был ребенком, а сейчас это седовласый старик. Непонятная ситуация.....'
"Так кто ты?"
'Я не......'
Тан Гунак вздохнул и перешел к делу.
"Уважаемый прадедушка. Сейчас это не важно. Нам нужно выковать мечи из Вечного Железа, а также изготовить несколько кинжалов золотого класса."
"Мечи из Вечного Железа и золотые кинжалы......".
Тан Чжо Пён, рассеянно повторявший слова Тан Гунака, запнулся.
Внезапно затуманенные глаза старика ярко засияли.
"Глава слишком многого требует от умирающего старика".
"Я понимаю, что это непростая задача, прадедушка. Но я совсем не разбираюсь в Вечном Железе, да и изготовление золотых кинжалов боюсь оставлять на младшее поколение. Надо отдать им должное, ребята способные, но как они могут сравниться в навыках со своим великим прадедом?"
В ответ на искренние уговоры Тан Гунака Тан Чжо Пён ничего не ответил, лишь взглянул на мастерскую за его спиной.
"Вы достали Вечное Железо?"
"Верно".
Тан Чжо Пён покачал головой.
"Не думал, что мне еще когда-нибудь в жизни доведется брать в руки молот, но.... Но я тоже член Семьи Тан. И если сам Глава обращается ко мне, как я могу отказать".
"Спасибо. Спасибо, прадедушка".
Тан Чжо Пён энергично замотал головой:
"Оставим ненадолго золотые кинжалы, что ты собираешься делать с мечами, выкованными из Вечного Железа? Слабо верится, что Семья Тан решила учиться фехтованию".
"Семья Тан поддерживает дружеские отношения с Горой Хуа. Люди, которые принесли метал – представители этой секты, и они попросили меня сделать для них мечи".
"Что?"
Глаза Тан Чжо Пёна, которые все это время были спокойны, внезапно вспыхнули:
"Кому ты отдашь Вечные Мечи?"
"Хуашань....".
"Ты собираешься отдать мечи из Вечного Железа, изготовленные по технологиям Семьи Тан, в другую секту? Какой в этом смысл? Оружие, изготовленное Семьей Тан, может использоваться только её членами. Что за чушь ты несешь!"
Казалось, что у Тан Чжо Пёна вот-вот пойдет пена изо рта:
"Только через мой труп! Я могу сделать для тебя сколько угодно золотых кинжалов. Но о мечах из Вечного Железа и речи быть не может!"
"Пр-прадедушка! Хуашань и Семья Тан уже давно заключили союз...."
"Меня не волнует, прекрати болтать и возвращайся!"
Тан Гунак нахмурился и отступил назад.
Бушующая ци, исходившая от всего его тела, мужчине столь почтенного возраста была несвойственна. А тот факт, что Тан Гунак являлся внуком родной племянницы Тан Чжо Пёна, еще больше усложняло ситуацию.
'Как же тяжело.......'.
В этот момент к нему подкрался обеспокоенный Чон Мён и дал понять, что хочет что-то сказать.
Тан Гунак слегка поклонился Тан Чжо Пёну.
"Прадедушка, я на минутку.......".
"А кто ты?"
"......."
Тан Гунак на мгновение задержал грустный взгляд на старике. Затем, оставив Тан Пэ с Тан Чжо Пёном, он удалился.
Чон Мён и ученики Горы Хуа поспешили следом и спросили:
"В чем дело?"
"Уф... Похоже, наш прадед не захотел ковать для вас мечи".
На сдержанные слова Тан Гунака Чон Мён сурово ответил:
"Дело не в том, что он не хочет делать нам мечи, скорее всего он просто не в состоянии, не так ли?"
"Ну, по крайней мере один раз в день он хорошо себя чувствует".
".....Об этом я и говорю!"
Чон Мён больше не мог сдерживаться, и из его глаз полетели искры.
Он просил сделать мечи из Вечного Железа, но не ожидал, что в конечном итоге его притащат к старикашке, который не понимает ни слова из того, что ему говорят.
"Тогда я попрошу кого-нибудь другого изготовить их для нас. Он здесь не единственный мастер".
Но у Тан Гунака, похоже, было иное мнение на это счет.
"Вечное железо – не тот материал, с которым можно легко справиться. Даже чтобы просто нарезать его на куски, требуется очень высокий уровень мастерства".
"Хмм......"
"Конечно, как ты и сказал, другие тоже смогут выковать мечи из Вечного Железа. Но если вы собираетесь использовать такой драгоценный материал, не лучше ли изготовить мечи лучшего качества?"
"Однако...это будет долго?"
"Мне просто нужно убедить его. Если я смогу каким-то образом уговорить своего прадеда, то.......".
"Нет, это бессмысленно. Как можно убедить старика, с которым невозможно вести диалог! Даже Конфуций забросал бы его камнями, не дождавшись ответа!"
"......Что-то мне подсказывает, что ты не даос."
"Если бы Лао-Цзы (2) увидел это, он бы просто сказал нам все бросить! Это бесполезно!"
(2) Лао-Цзы – древнекитайский философ VI-V веков до н. э., которому приписывается авторство классического даосского философского трактата «Дао Дэ Цзин».
Чон Мён стиснул зубы.
Наблюдая за ним некоторое время, Чон Мён видел, как старик смотрел в пустоту и говорил всякую ерунду, а потом вдруг начал кричать и вести себя до смешного упрямо.
Именно с такими людьми Чон Мёну было сложнее всего иметь дело.
Если бы им удалось поговорить, он бы в лепёшку расшибся, но сделал все, что в его силах, однако, что можно сказать человеку, который едва соображает? С таким же успехом можно читать священное писание в ухо корове.
Пэк Чхон, слушавший его, тяжело вздохнул.
"Чон Мён, похоже, это не такая простая задача. Очевидно, что он не в лучшем состоянии духа, раз назвал тебя Благородным Клинком Цветущей Сливы. Он даже не в состоянии отличить людей друг от друга"
Затем Юн Чжон заметил.
"И ладно, если бы он просто перестал узнавать людей, мне кажется, он уже потерял чувство времени. Прошлое и настоящее перемешались в его голове, такого человека ни за что не переубедить".
"...Я и правда думаю броси..."
Чон Мён, который уже собирался ворчать, мгновенно замолчал.
"А?"
Когда Чон Мён внезапно умолк, Пэк Чхона охватило зловещее предчувствие.
'Всякий раз, когда у него такое лицо, в его голове рождается плохая идея'.
Но Чон Мён уже начал о чем-то усиленно размышлять, бормоча себе под нос:
"Он не узнает людей........ Прошлое и настоящее перепутались.......".
А через мгновение захихикал.
"Верно. Он сошел с ума, не так ли?"
От этой ехидной улыбки Пэк Чхон напрягся и, немного нервничая, спросил.
"......Что ты опять задумал?"
Чон Мён лишь пожал плечами и рассмеялся.
"Очередная афера?"
"Афера?"
Чон Мён на мгновение задумался, а затем весело ухмыльнулся:
"Ну, в глазах сасука это будет выглядеть как афера".
"....Как это понимать?"
'Но это не афера.'
Хи-хи-хи-хи-хи.
Чон Мён рассмеялся и посмотрел в сторону. Тем временем глаза Тан Чжо Пёна снова потускнели, он рассеянно смотрел в пространство:
"Так кто же ты?"
".....Тан Пэ".
"Куда ушел Мён?"
"......."
Вздохнув, Тан Пэ посмотрел вдаль на небо:
'Ад какой-то. Только бы время прошло побыстрее.......А?'.
В этот момент он заметил приближающихся Тан Гунака и остальных учеников Горы Хуа.
'А?'
Но что-то было не так. У всех на лицах было одинаково неловкое выражение. Как будто они задумали что-то.....плохое.
"Глава, что вы дел...."
"Т-с-с-с-с."
Тан Гунак сделал жест указательным пальцем у губ, как бы говоря ему замолчать.
"......."
В этот момент.
"Кх-кхм!"
Громко кашлянув, Чон Мён вышел из задней части мастерской и встал спиной к двери. Он двигался необычайно бодро.
'А?'
Выйдя на середину двора уверенной походкой, он остановился, заложил руки за спину и громко закричал:
"А-Пён! Где А-Пён!"
'А-Пён? Так обращаются к знакомому ребенку. Но где он его тут нашел...'
"Ах!"
Тан Пэ резко обернулся.
Тан Чжо Пён, еще недавно находившийся в полудрёме, подскочил от удивления и посмотрел на Чон Мёна:
"К-кто ты такой?"
Чон Мён посмотрел прямо на Тан Чжо Пёна и кивнул.
"Вот ты где!"
"К-кто вы?"
Тан Чжо Пён продолжал смотреть на Чон Мёна тусклым взглядом.
Тогда Чон Мён схватился за эмблему цветка сливы, вышитую на груди его одежды, показал ему, а затем воскликнул:
"Ты, ублюдок! Хочешь сказать, не узнаешь меня? Это я, Благородный Клинок Цветущей Сливы!"
"Бла...Благородный Клинок Цветущей Сливы......?"
Глаза Тан Чжо Пёна сузились, он снова и снова разглядывал Чон Мёна. Чон Мён сделал шаг вперед, словно вбивая клин, испуская при этом мощную ци.
"Ста-Старейшина!"
Тан Чжо Пён вскочил со своего места и бросился к Чон Мёну. Он дрожал всем телом, сжимая его руку, а по лицу струились слезы:
"Старейшина.... Старейшина, где вас черти носили? Сколько времени прошло. О Боги...."
На лицах учеников Горы Хуа и Тан Гунака, наблюдавших за этой сценой, читалось выражение опустошенности.
'Ух ты, сработало.'
'Это точно мошенничество.'
'Никогда раньше не видел, чтобы кто-то обманывал старика'.
В этот момент Юн Чжон оглянулся на Чо Голя и шёпотом спросил:
"Разве этот ублюдок не ужасный актер?"
"Глаза б мои этого не видели."
"Тогда почему сейчас он выглядит так естественно?"
"Откуда мне знать, что у него на уме?"
Они оба одновременно вздохнули.
И.......
'Пра...Прадедушка....'
Танг Гунак смотрел на эту сцену со смешанными чувствами. Поскольку лучшего решения не нашлось, ему пришлось согласиться, но наблюдать, как нечистый даос врывается в его дом и измывается над старшим членом семьи, было невыносимо.
"Хватит болтать! Где Тан Бо?"
"Дедушка........ Что? Сейчас.....".
"Эээх! Бесполезный болван!"
Щеки Тан Гунака покраснели.
'Этот ублюдок? Мне кажется, или он уже перешел черту дозволенного?'
Он просил его действовать аккуратно, но, похоже, Чон Мён очень увлёкся своим спектаклем. Можно было подумать, что Благородный Клинок Цветущей Сливы действительно ожил.
"Я слышал, что ты отличный мастер, а у нас как раз недостаточно мечей, чтобы сражаться с Демоническим Культом. Я принес немного Железа, сможешь ли ты выковать из него мечи для меня?"
"О Боги, Старейшина. Кто я такой, чтобы ослушаться вас!? Если я ослушаюсь, и мой дед узнает об этом, у меня будут неприятности".
"Тогда оставим разговоры и за дело!"
"Да! Да! Я начну прямо сейчас.......".
Тан Чжо Пён кивнул и уже собирался встать, но внезапно повернул голову:
"Кстати.....Кажется, вы стали немного ниже?"
"...... С ростом боевого мастерства меняется и внешность".
"А, точно. Я тоже об этом слышал. Хи-хи. Вы выглядите очень красивым. Намного лучше, чем раньше".
"......."
'Это.....Хоть это и комплимент, но почему-то подбешивает.'
"Я сейчас разожгу печь, подождите минутку!"
"...Да."
Тан Чжо Пён повернулся и, встретившись взглядом с Тан Гунаком, спросил.
"Кто ты?"
"Я...."
Тан Гунак открыл рот, чтобы объяснить, но Тан Чжо Пён покачал головой прежде, чем услышал ответ.
"Забудь об этом. Я тороплюсь, так что, если умеешь обращаться с металлом, приходи в мастерскую. Мне понадобится двадцать человек для того, чтобы раздувать меха, и двадцать человек для ковки. И позови старейшин! Нужно растопить печи!"
"Да, я сейчас же это сделаю".
Тан Чжо Пён расправил плечи. Его сгорбленная спина выпрямилась, а тело начало излучать невиданную ранее энергию ремесленника.
"Поддерживайте температуру в Белой Печи! Металл должен быть расплавлен!"
"Ого!"
Усмехнулся Чон Мён, уверенно входя в мастерскую.
"Думаю, все прошло отлично, правда?"
"......."
Тан Гунак посмотрел на Чон Мёна с лицом, выражающим одновременно отчаяние, гнев и раздражение.
"Чего радуешься?"
"Хе-хе. Это было несложно"
"...... Если бы кто-нибудь увидел тебя, то подумал бы, что ты и есть Благородный Клинок Цветущей Сливы".
"Ха-ха-ха, ну, не совсем так."
"Оохх."
Тан Гунак покачал головой.
"В любом случае, я рад, что проблема разрешилась. Я буду помогать нашему прадеду, а ты пока побудешь в роли Благородного Клинка".
"Да, так и сделаю".
'Побудешь в роли....' – подумав об этом, Чон Мён горько усмехнулся.
Когда Тан Гунак направился в мастерскую, ученики Горы Хуа уставились на Чон Мёна и начали возмущаться.
"Ну и дела. Этот ублюдок выдает себя за мастера и использует старика".
"Ведет себя как настоящий мошенник".
"Мерзавец".
Под шквал обвинений Чон Мён слегка поднял голову и посмотрел на небо.
'Глава Секты, мой сахён. Меня критикуют за то, что я притворяюсь самим собой. Разве такое возможно?'
- О чем ты? Ты настоящий мошенник!
'Серьезно! Да что ты понимаешь, ты! Эх!'
______________________________
Перевод: Сонпён ( 송편 )
Редактура: That_Devil_Thing