Трансформеры Прайм: Стингер.

3– От прошлого не сбежать
1– Тот, Кто возвысится

Из Граундбриджа вышли трое автоботов: Ретчет и Балкхед, поддерживая и зажимая между собой, едва волоча серво, своего лидера, который был истощён не только битвой, но и от воздействия большого количества Тёмного энергона. Он тяжело постанывал от усталости и сильного головокружения.

— Держись, Оптимус. Судя по всему, тебя хорошо обработали Тёмным энергоном, —попросил медик, переживая за старого друга.

Для Прайма эти слова дошли, словно через толщу воды. Он приподнял голову и взгляд устремился на самого младшего человеческого друга, который ослабленный лежал на койке. Лицо мальчика закрывала женщина, которая осматривала состояние. Новость, что Рафаэль жив, неописуемо обрадовало предводителя автоботов. И всё же он понимал, что он пострадал даже похуже него самого. Тёмный энергон обработал ему все органы и тело, когда на Оптимуса повлияла только аура. Этот человек оказался даже сильнее.

— И я не один такой, —грустно ответил он.

Меха усадили на платформу. И взгляд того сразу же устремился на Рафа, которого он одарил своей радостной и нежной, хоть и измученной улыбкой. Мальчик сделал то же самое.

— Привет, —робко прохрипел он, хоть и был сильно уставшим, но ему хотелось показать, что с ним всё хорошо, и Оптимусу не нужно себя корить ни за что.

Но Мисс Дарби считала иначе. Как мед.сестра, она сильно переживала за своего пациента, а винить кого, как не главного, который умудрился допустить этот инцидент.

— Ему повезло, что он жив, —строго процедила женщина, сместив свои тонкие чёрные брови к переносице.

От этих слов бот почувствовал ещё больше вины, но не подал виду. За всеми этими разборками никто не заметил прибытие двух последних трансформеров. Разведчик, как только убедился, что фем вполне в состоянии стоять самостоятельно, направился к своим, тем временем, как нейтралка осталась стоять в стороне в роли наблюдателя.

— Мегатрон нашёл Тёмный энергон? —полюбопытствовал Джек, спускаясь с широкой жёлтой лестницы. За ним вальяжно следовала Мико.

— Целый вулкан.

— Вопрос в том: как? —воскликнул бывший разрушитель. Его перебил Ретчет.

— Нет. Вопрос другой: что? Вопрос в том, что Кровь Юникрона делает здесь, на Земле? —недоумевал медик автоботов. Он был явно даже напуган этим событием.

Стингер, стоящая у дальней стены впала в раздумья.
«Значит, они действительно не знали, что Юникрон — ядро Земли? Пусть я и сама узнала это за пару мгновений до пробуждения, мне это простительно, ведь я не их расы. Но неужели не было никакого продолжения легенды, где бы говорилось, что с ним стало после победы над ним?»
Пока она размышляла над этим, остальные сравнивали Юникрона с компьютерной игрой и Бугименом.

— Нет, мисс Дарби, Юникрон реален, —жестикулируя манипуляторами, ответил мех, а затем неуверенно добавил: —Был. И хотя, я верю в его существование, я не поддерживаю теорию о том, что его жизненная сила это субстанция, которая ранила Рафа.

От этой новости Сингер поперхнулась воздухом. Что он сказал? Тёмный энергон ранил Рафаэля? Как это произошло?

На этой ноте терпение Мисс Дарби подошло к концу.

— С меня хватит. Джек, помоги, отвезём Рафаэля к машине, —сказала Джун, выдвинув бортик и направив кушетку к своему транспорту. Её пытались отговорить, но женщина была непреклонна. Даже клятва Оптимуса не подействовала, хотя это бы неудивительно: материнский инстинкт превыше каких либо обещаний и слов. Если бы виновник был здесь, то есть сам Мегатрон, не удивительно было бы, что эта женщина сказала бы ему пару «щедрых» и «ласковых» фраз.

— Оптимус, они дети. Они не из вашего мира. Их должны волновать оценки, внешность, выпускные, а не выживание!

«Они не из вашего мира». Эти слова почему-то ввели фем в мрачные воспоминания. Она же ведь тоже не из мира трансформеров, но при этом сражается и живёт с ними бок о бок уже как четыре чёртовых года. Разлучилась с семьёй только потому, что её против своей воли сделали похожей на них. Но так или иначе в душе она человек и всегда им будет, даже если и не похожа на человека вовсе. Разные расы не делают нас чужими друг другу. Общие увлечения, похожее мышление, точка зрения даже пусть и наоборот разные, но они сближают, если научиться слушать и понимать. Точно так же как Раф и Бамблби: они любят гонки, развлечения, но не переходят рамки разумного; Джек и Арси, спокойные и рассудительные, но временами любят предаться свободе и пуститься по пустой трассе на максимум, чтобы очистить мысли и выпустить пар; Мико и Балкхед, страсть к разрушениям, крутой нрав, любовь к жёсткой музыке — всё это их сближает и даёт понять, что раса не имеет значения и то, что они с другой планеты не делает их автоматически врагами. Автоботы доказывали неоднократно, что готовы отдать искру ради спасения Земли и их жителей.

Стингер почувствовала, насколько всем обидно слышать слова женщины. Ребятам не хотелось покидать своих неземных друзей, которые им стали как вторая семья. Автоботам было больно осознавать, что они своим взаимодействием с детьми, подвергают их большей опасности, лишают их обычной подростковой жизни, какой они должны жить, но при этом команда Прайма твёрдо знала, что десептиконы могут легко нацелиться на ребят, и только они могут их защитить.

— Вы едите со мной. Все трое! И больше они не вернутся, —обвела указаных персон пальцем и резко отрезала воздух рукой, показывая, что настроена она серьёзно.

— Я понимаю, —всё что смог вымолвить Оптимус. Тут встряла Мико, возмущаясь ответом лидера.

— А как же свобода выбора?

— Это сработает на их планете, но не на Земле, —ответила за Прайма Мисс Дарби, помогая параллельно Рафу сесть в машину. Затем она выпрямилась и рукой указала на открытый салон, приказным тоном: — Залезай.

Тут Стингер решила вмешаться. Ей было обидно за юных друзей, которых разделяют со своими опекунами. Пусть в словах и переговорах она не сильна, как и действиями сейчас показать не в состоянии из-за заплатки, которая мешает даже нормально двигаться, не то, что трансформироваться.

— Как не красиво, мисс Дарби, —тут наконец все оглянулись на тайного наблюдателя, что всё это время стояла неподалёку и всё слышала. Внешне фем выглядела обычно, симптомы от воздействия Тёмного энергона прошли. Видимо, эта фраза оскорбила и больше разозлило названную персону.

— Что у вас на базе делает десептикон?

— Надо же, даже так? Вы определяете фракцию по цвету корпуса? Расизм вам не к лицу, — с губ слезла улыбка. Стингер, хромая пуще прежнего из-за резкой нагрузки, и боли в области пресса, приблизилась к машине, у которой находилась женщина. Её страх от незнакомого ранее трансформера ожидаем, хоть и пыталась скрыть серьёзностью своих действий. Автоботы напряглись. Всё ещё не доверяют ей, и не просто кому-то из нейтралов, а именно этой персоне. Фем как можно аккуратней опустилась на одно колено, спокойным выражением фейсплея и таким же тоном всё же решила попытать удачу и самой переубедить женщину. —Я понимаю, какой для вас это шок: видеть перед собой совершенно незнакомую и к тому же неземную расу; узнать, что на Земле между фракциями ведётся война и что планета, включая и её жителей оказывается под угрозой; понимать, что ваш сын и его друзья всё свободное время находились с ними, взаимодействовали и, как вы думаете подвергались опасности. Но при этом они все целы и не вредимы, —боковым зрением, увидела движение за стековом автомобиля, —Я не знаю, что произошло с Рафаэлем за то время, пока я была в коме, но уверяю вас, что больше такого не повторится. Знаю, что мои слова мало чем повлияют на вас, когда даже Прайм ничто не смог сделать. Но словами я просто так не разбрасываюсь, —мельком она взглянула на стекло, в котором виднелось лицо мальчика, что смотрел на неё грустным взглядом, и ей стало невыносимо обидно, что она так жалка, что не смогла ему ни чем помочь, когда ему это так нужно было, и не важно, чья помощь. Голос Стингер стал твёрже. —Вы не задумывались, хотя бы на мгновение, что сейчас чувствуют эти дети? Да, вы боитесь за них, и повторюсь, это прекрасно понимаю, ведь я переживала то же самое. Но они не хотят уезжать, и вы это видите, а знаете, почему?

От такой откровенности, брюнетка опешила. Она не ожидала, что кто-то пойдёт на подобный разговор, как женщина с женщиной... или не совсем женщиной.

— Ну я... — и замолчала, смотря то на Рафа, то на Мико, то на своего сына.

— Эти автоботы стали им не просто друзьями, они стали им семьёй, —на фейсплее появилась нежная улыбка, на которую фем была только способна. —А как говорится, в семье и за друзей, друг за друга горой, верно? Даже если они и поедут с вами, вы думаете они не вернутся? Они столько прошли вместе, что разлучить их будет не возможно. За всё то время, что я наблюдала за ними, поняла, что это та самая привязанность, от которой не избавишься. Поэтому, пожалуйста подумайте ещё раз, перед тем как принять решение, которое не заставит вас сожалеть.

Фем, кряхтя и скрипя деформированными частями корпуса, медленно встала и отошла на несколько шагов назад, где стоял Блейд, удовлетворённо смотря на неё: хоть где-то она смогла перебороть саму себя и свою гордость. Хотя его раздражение она почувствовала, даже не оборачиваясь, или точне злость за содеянное до этого: у вулкана.

— Какая ты у нас душка оказывается, —промурлыкал он, скрестив манипуляторы на груди и слегка наклонившись к ней.

— Не замолчишь — ударю, —шикнула она в ответ, отзеркалив действия друга. Её взгляд всё ещё был направлен на мальчика в очках, который смотрел на лучшего друга.
Неважен зрительный контакт. Это был психологический трюк: она пользовалась своим несчастным состоянием и печально смотрела на стекло авто, чтобы надавить и заставить женщину задуматься. Это низко, но на что не пойдёшь ради цели? Она чувствовала, что мама Джека смотрела на неё.

Мисс Дарби какое-то время растерянно смотрела в пол, иногда смотря на сына, всем видом показывающего, что никуда не поедет. Было видно, что она вот-вот передумает и никуда не повезёт Рафаэля. Но когда же женщина подняла взгляд на Оптимуса, в голове вновь возникли те ужасные кадры, которые ей пришлось увидеть, когда Раф был на волоске от смерти. Она винила Прайма, хоть тот и не был ни в чём виновата. Джун новой волной захлестнула ярость, и это стало толчком для того, чтобы следовать изначальному решению.

Она захлопнула заднюю дверь своей машины и села за руль. Стингер цыкнула, метод давления был провален. Чего она так прицепилась с физиономии Прайма? Будь другая ситуация, сказала бы «Красивый молодой человек, хоть тащи сразу в кусты», но, увы, не время для шуток.

— Ретчет, активируй мост.

— Ненадо, —зло кинула мисс Дарби, после чего развернулась и скрылась в тени туннеля, ведущего к выходу с базы.

***

Бамблби печально смотрел вслед удаляющейся машины, увозя с собой его друга.

И буквально через три секунды на экране показалась до боли знакомая рожа со своим привычным «Прайм!»

— Слушаю, агент Фоулер, —вернув к себе самообладание, ответил названный.

«Фоулер, давненько не слышала эту фамилию.» — как только прозвучал голос этого ублюдка, из-за боязни которого и пошло всё на перекосяк, моё настроение из грустного перешло в раздражение и гнев, как у Мисс Дарби, когда та посмотрела на Оптимуса.

Агент стал оповещать о погодных катаклизмах и подземных толчках на разных тектонических плитах в одно и то же время. Это служило знаком, что времени осталось не так много, как хотелось бы.

— Десептиконы что? Контролируют погоду? —взвыл агент.

— Контролируют? Нет, невозможно.

— Я не верю, что появление Тёмного энергона в это же самое время — это совпадение, —ответил Прайм.

А мой взор устремился на маленький экран телевизора, где показывали области, в которых будущуют ураганы и торнадо. И, каково было моё удивление, когда в эпицентр Хаоса приближался к Джасперу. А Рафаэль с Джун сейчас снаружи!

— Потом разберёмся с Юникроном, —Оптимус и остальные обернулись в мою сторону. В моих глазах отряжалось беспокойство.— Надо их вернуть, —и показала манипулятором на экран.

Первым естественно среагировал опекун мальчика, который тут же трансформировался и устремился в тоннель. А в этот момент, в груди несчадно закололо,-как раньше было: глотнёшь неправильно и вздохнуть не можешь от резкой боли, и сидишь не дыша до тех пор, пока этот ком не провалится. От внезапной жгучей боли, я пошатнулась вперёд, положив манипулятор на грудную клетку. Глаза расширились, а рот то открывался, то закрывался, как у рыбы.

— Что с тобой? —забеспокоился Блейд, стоящий слева от меня. Он поспешил взять меня под манипулятор, чтобы я ненароком не упала. Говорить ему о том, что Он снова хочет проникнуть в моё сознание не стала. По крайней мере пока не откроем этим автоботам-слепышам истину о внезапной находки Тёмного энергона из земли.

— Да так... Ерунда. Видимо просто устала, —подняла голову и взглянула ему в окуляры.

                              ***

— Тебе какое-то время придётся пожить в теле «Стингер», а об «Эмили» пока забудь, —только я хотела возразить, но затихла, уловив в свой адрес упрекающий взгляд. — Ты не в том положении, чтобы сейчас трансформироваться. Твои системы отвергают Земной металл и поэтому будет доставлять тебе массу неприятностей. Он не так прочен, а потому его легче пробить. —он щёлкнул когтистыми пальцами меня по лбу.

— Я понимаю, —положила ладонь на «ушибленное» место и понурила голову. —Но всё же обидно, что я не могу принять свой родной облик.

— Или это всё из-за детей? —грубо перебил лидера медик, что-то высматривая на мониторе. Я нахмурилась.

— Что ты имеешь ввиду?

— То, что ты за такое короткое время смогла привязаться к едва знакомым людям, да настолько, что готова жизнью рисковать! —огрызнулся мех, повернувшись наполовину корпусом ко мне. Его слова немного задели меня: я чувствовала обиду за... друзей? Странно. Но почему-то только сейчас я поняла, что не считаю их друзьями, а просто «заменой» моей младшей сестры. Я так привыкла нести ответственность за неё, что это стало моей привычкой по отношению к другим детям младше меня на несколько лет.

Я поморщилась и отвела взгляд. Возможно, я так была увлечена своими безумными и не совсем правильными планами, что не заметила, как эгоистично использовала их для облегчения моей личности старшей сестры. Но после слов Блейда, взглянула на всё это рационально. Как глупо.
Друг удручённо покачал головой и вновь всё его внимание было обращено на изображённые показатели на мониторе. Блейд перевёл тему.

— Найти подходящие материалы будет сложно, но возможно. Однако нам нужно либо парочку вехиконов: их корпус создаётся тонким слоем, оттого они не прочные, всё равно что Земной металл, но можно сделать сплав, который будет схож по прочности с качественным ресурсом с Кибертрона. —медик развернулся, облокотившись о стену и скрестив Манипуляторы на груди. Его взгляд смотрел куда-то вдаль, это означало, что Блейд о чём-то сильно задумался, но это никак не мешает ему говорить кратко и по делу.— Либо отцепить небольшой кусок от Отбойника.

— Кроссвар тебя живьём съест, если ты его хоть поцарапаешь, —усмехнулась я, вспоминая, как бывший разрушитель отметелил Вехиконов, что посмели тогда подбить его на корабле — одни только болты и остались! Мех махнул манипулятором.

— Да-да. Только он уже как год не активировался, вряд ли на этой развалюхе можно ещё летать. Он то и дело, что пыль собирает, —буркнул он, тоже припоминая отношение сокомандника к летающей железке. Нелюбовь к Отбойнику у Блейда связанно с тем, что наш дорогой медик боится высоты.

— Значит остаются Вехиконы, —я спрыгнула с платформы, по привычке решая разобраться самой и совсем забыв о своём положении. Вспомнила я это только когда получила очередную затрещину от меха.

— Ты останешься здесь под присмотрам меня и Ретчета, —констатировал факт. И это была явно не просьба.

С тяжёлым вздохом я вернулась на прежнее место.

— Запомни: ты не одна, и делать всё самой не обязательно. Не смотря на то, что ты наш командир — ты человек, а люди эмоционально нестабильны, если будешь делать всё в одиночку, то вскоре «выгоришь» и будешь сидеть запертой в своём отсеке и ныть обо всё на свете, как тогда, когда от тебя убежало то чёрное вечно орущее существо. —я посмеялась от того, как Блейд описал кошку, которую притащила на базу в тайне ото всех. Про неё конечно же узнали Афина и бывшие разрушители, которым очень понравилось ласковое животное. Позже об этом прознал и сам мех, от чего был очень зол. Кошка однажды убежала, а я уже успела тогда к ней привязаться и поэтому очень грустила. Улыбка непроизвольно тронула губы. Блейд нахмурился. —Я серьёзно.

— Не волнуйся, со мной всё будет хорошо. Я просто хочу быть полезной.

— Если хочешь быть полезной, то, пожалуйста, не лезь на рожон и не суйся лишний раз на Немезиду.

Я отсалютовала.

— Так точно, полковник-половник!

***

Блейд ушёл, оставив меня с моей шизофренией один на один. Голова болела, а сил сдерживать натиск тёмной энергии почти не осталось. Чем ближе становилось пробуждение древнего зла, тем сильнее я чувствовала его желание завладеть моим телом, сделав своим слугой. Если бы только я тогда не оказалась в очередной раз на волоске от смерти, то, возможно, и не пришлось терпеть чужое присутствие в голове.

Из главного зала послышались удивлённые голоса, затем наступила гробовая тишина. Однако, секунду спустя помимо неё стал слышен другой непонятный звук.

— Кх! —я резко схватилась за голову, сгорбившись на платформе.
«Как громко!» —скрипя дентопластинами, я сжала пальцы сильнее, пытаясь унять боль. «Они же не могли включить это на такой мощности, верно? Нет. Этот звук: биение сердца в моей голове!»

Перед глазами всплывает картина вулкана, что извергал Тёмный энергон. Я словно была наблюдателем и смотрела на развитие напряжённой линии сюжета на мониторе компьютера. И та самая камера словно ныряет в самое жерло! Всё обволакивает непросвещённый чёрный туман. Меня передёрнуло: оттуда на меня своим леденящим взглядом, словно в самую душу, смотрел Юникрон, сказав одно единственное: «Я проснулся.»

Картина резко исчезает и яркий свет в мед отсеке меня ослепляет. Головная боль мгновенно прошла и я почувствовала облегчение. Пока он далеко ему меня не достать и не завладеть моим телом. Не стану марионеткой в чужих руках. Юникрон сначала придушит во мне человечность, убив моими же руками всех дорогих мне трансформеров, включая людей, соответственно. Не меняя положения, пальцы с отвратительным скрипом поцарапали едва уцелевшую краску на шлеме ещё хуже.

— Уж лучше бы Лунтика спародировал и сказал, «Я родился». Оба же фиолетовые...

...