17 глава: Отец...
POV: Евгений.
— Идём скорее!
Мы шли на сторону врага, когда вдруг услышали знакомый голос:
— Выходила на берег Катюша…
— Неужели это…
Я бросился на звук и увидел свою дочь. Она была не одна — рядом с ней стоял враг.
— Люба!
Она обернулась и с шоком увидела меня.
— Папа!
— Люба, доченька… ха-ха-ха?
— Папа, Боже! Живой? Слава богу, что живой!
— Да, дочь, я тоже рад тебя видеть.
Когда я посмотрел вперёд, я заметил его взгляд. На лице Альберта читалась грусть.
— Люба, кто это? И почему ты с ним гуляешь? Он тебе ничего плохого не сделал?
— Нет, пап, это Альберт Джеймс Гофман, лейтенант немецкой армии.
— Немецкой?!
Я резко взял дочь за локоть и прижал к себе.
— Не подходи, чудовище! Ты убил мою жену и теперь хочешь лишить жизни моей дочери!
Он стоял спокойно, как будто готов умереть. Но Люба меня остановила.
— Нет, пап, стой! Не делай этого!
— Что? Но Люба… он наш враг! Мы воюем, и из-за этой войны погибло столько людей!
— Я знаю… но его не убивай, пожалуйста.
В этот момент услышался знакомый голос:
— Ну наконец-то, догнали тебя, Женка… ЛЮБА!
— Дядя Лёша?
— Любочка, дорогуша моя! Ты живая?
Лёша крепко обнял Любу, и она чуть не задохнулась. Мне же было интересно, почему она не хочет, чтобы я убил Альберта.
— Люба, как же я скучал. Теперь ты успокоишь своего отца? После смерти твоей матери он совсем сошёл с ума.
— Ха-ха-ха, хорошо, дядя Лёша.
Но Лёша мгновенно скомандовал:
— Богоди, это… немец!
Он вытащил пистолет и направил его на Альберта.
— Нет, дядя Лёша! Не убивай!
— Почему?
— Weil ich Sie liebe. (Потому что я его люблю.)
Альберт осторожно схватил Любу, но всё равно смотрел на нас с грустным взглядом.
— Альберт!?
— Отпусти мою дочь!
— Nein! (Нет.)
— Пап, не бойся… он меня не ранит?
— Любочка?
— Люба!
— Альберт, пожалуйста, отпусти. Я не сбегу, обещаю.
Он отпустил её, и я выдохнул.
— Tut mir leid, ich wollte sie einfach nicht gehen lassen. (Простите, я просто не хотел её отпускать.)
— Что?
Лёша был в шоке. Да, мы знали немецкий, а Люба понимала немного.
— Люба, пойдём домой, девочка моя?
— Нет, пап, прости… я… не могу.
— Что? Люба? Я долго шёл, чтобы найти тебя, прошу, пойдём со мной.
Она подошла ко мне и обняла, шепнув на ухо:
— Я сбегу с остальными, не переживай.
Моя дочь слишком храбрая. Она рискует жизнью ради других. Хорошо, я поверю ей и дам шанс действовать.
— Хорошо, как хочешь, моя дочь, оставайся.
— Спасибо, пап, я тебя люблю. Не переживай.
— Хорошо, Люба.
Я крепко обнял её и ушёл к остальным. Лёша всё ещё был в шоке, но я ему объяснил:
— Значит, есть и другие заложники.
— Да, нужно действовать, Алексей.
— Хорошо, Жень. Сделаем всё, чтобы спасти Любу и остальных.