MURMUR OF BLOOD

от лица Рэны Куроянаги

Я вошла в кабинет первой. Как всегда — бесшумно, быстро, без эмоций. Пальцы привычно щёлкнули по замку ноутбука, я включила экран, мельком окинула взглядом чертежи, и, ничего не говоря, села на своё место у окна.

Чисэцу и Саки пришли почти одновременно. Оба — вечно с напряжёнными лицами, будто за кулисами драмы, которую никто, кроме меня, не собирался смотреть.

— Садитесь, — бросила я, не поднимая взгляда от ноутбука.
Мой голос, как стекло. Прозрачный. Острый.

— Ого, ты даже здороваться начала, — усмехнулся Чисэцу, занимая место справа. Его голос был будто скальпель, которым ты играешь слишком близко к коже.
— Не льсти себе, — коротко отрезала я.
— А я и не льщу. Просто рад, что сегодня ты не вонзаешь нож словами, а мягко подаёшь. —
Он смотрел на меня так, будто хотел понять, из чего я сделана.

Саки сел слева, молча, но я чувствовала, как его глаза пронизывают. Не в первый раз. И, как обычно — проигнорировала. Его ревность, его взгляды, его желания — всё это было чем-то... чужим. Ненужным.

Вошёл босс. Как всегда — без стука, без предупреждения. Его голос, хоть и с налётом усталости, всё ещё оставался твёрдым:

— Новая миссия. Сложная. Возможно — смертельная. Но выбора нет.
Он выложил на стол несколько фото: изуродованные тела, поломанные стены, тёмные пятна на полу, будто само место пропитано смертью.

— Что мы знаем? — спросила я, глядя на снимки.
— Почти ничего, — пожал плечами босс. — Группа исчезла. Последняя передача была об искажении реальности. Визуальные галлюцинации, паника, затем — тишина. Сигнал оборвался.

— Опять чертовы искажения, — проворчал Саки. — Сколько ещё это будет продолжаться?
— Пока кто-то не положит этому конец, — спокойно сказала я.
— Именно поэтому ты поведёшь отряд, Рэна, — сказал босс. —
— Кто в отряде? —
— Трое. Ты, Саки, Чисэцу.

Я подняла взгляд.
— Я против.
— Почему? — спросил Чисэцу, его улыбка была на полтона тише, чем обычно.
— Потому что я не работаю в детском саду.

Молчание.
Саки напрягся, Чисэцу хмыкнул.
— И всё же, — продолжил босс, — у тебя не спрашивают. Это приказ. Все трое. Через два часа — выезд.

Я встала, закрыла ноутбук.
— Тогда не мешайте мне готовиться. И постарайтесь не умереть за первые десять минут.
Я прошла между ними, как лезвие между плоти. Ни один не осмелился заговорить. Даже Чисэцу. Даже он, со своей вечно язвительной ухмылкой, смотрел мне в спину в молчании.

А я...
Я просто чувствовала, как по комнате расползается их одержимость.
И презрение.
И любопытство.

Пусть продолжают.
Пусть смотрят.
Пусть ждут чего-то от меня.

Я не дам им ни капли.
Ни тепла.
Ни правды.
Ни шанса.

Потому что я — не их игрушка. Я их смерть. Если потребуется.