Озвучивание не поддерживается в этом браузере
ЧАСТЬ XXVIII - ЗАПАХ ЖЕЛЧИ И РЕВНОСТИ
От лица Саки Уэхара
В кабинете было душно. Не от температуры — от тишины. Она звенела в ушах, как накануне выстрела.
Саки сидел за столом, уткнувшись в экран. Читал одно и то же предложение третий раз, а в голове — пусто. Или наоборот, слишком шумно.
Она где-то там. Снова одна. Снова идёт на бой, будто ей жить надоело. И ведь ничего не скажет. Ни «жди», ни «вернусь». Просто исчезает в пламени своих приказов, будто он — пыль под её подошвами.
Он вздохнул и закрыл ноутбук. Бесполезно. В голове только она, эта холодная стерва с глазами цвета темного леса.
И он ведь знал — ей плевать на него. Абсолютно. Но всё равно...
— О, ты тут. — в кабинет вошёл Чисэцу Гокусай. Его голос, как обычно, был ленив и с оттенком насмешки.
Саки не сразу поднял взгляд. Он этого типа с первого дня не переносил. Слишком самодовольный. Слишком... непонятный.
— Работаем? Или размышляешь о высоком? — продолжал Чисэцу, подойдя к столу и небрежно опираясь о край.
— Что тебе нужно? — сухо спросил Саки.
— Пришёл по делу. Есть обновление по недавней зачистке в секторе G. Босс просил передать, что тебя могут назначить на зачистку вместе с отрядом N-4.
Саки кивнул, но было видно, что ему не до работы. Он прищурился, будто разглядывал Чисэцу под микроскопом.
— Слушай, — начал он вдруг, — а чего ты всё время рядом с ней крутишься?
Гокусай приподнял бровь, усмехнулся.
— «С ней» — это ты про Рэну?
Саки медленно кивнул, сжав кулаки.
— Ты же видел, она ни к кому не подпускает. Не разговаривает, не делится. А ты — всегда рядом. Это почему?
Чисэцу задумался на мгновение, затем сделал шаг ближе. Его улыбка осталась, но взгляд стал острым.
— Потому что мне интересно, как долго человек может оставаться ледяным. — Он склонился чуть ближе, понизив голос. — А ты, Уэхара, сгораешь от ревности, как бумага на солнце. Её это не остановит.
Саки встал. Между ними — напряжение, как перед взрывом.
— Ты думаешь, ты особенный? Думаешь, она тебя выберет?
— О, нет, — усмехнулся Чисэцу. — Я думаю, она никого не выберет. Но мне не нужно, чтобы она выбирала. Мне нужно, чтобы она посмотрела. Хотя бы один раз — по-настоящему.
Саки хотел что-то сказать, но промолчал. Сел обратно, словно сдерживая что-то внутри.
Чисэцу направился к двери, но перед выходом остановился.
— И да, Уэхара. Если ты действительно хочешь её понять... перестань быть щенком. Она не гладит собак.
Дверь закрылась.
А в кабинете снова осталась тишина. Но теперь она пылала, как бензин на раскалённой плите.
Комментарии