Особенные: Проявление Этергена

Эрик присел перед ней, бережно взял её руки. Они дрожали, как листья на ветру.

— Мика, ты не виновата, слышишь? — он говорил мягко, но напряжение пробивалось в каждом слове. — Мы уже несколько дней бегаем, и это изматывает. Я чуть не забыл рюкзак с ноутом, когда мама нас забирала из участка. А ведь там все данные, которые я вытащил из их системы.

Ким слушал молча. Его лицо немного смягчилось, тревога сменилась тяжёлым пониманием.

— Простите, — произнёс он, отворачиваясь. — Я ошибался. На мне слишком много ответственности, и я привык видеть угрозу во всём. Надеюсь, вы не держите зла.

Он подошёл к окну, глядя в темноту улицы.

— Лия, наверное, не рассказывала вам всего... — его голос стал низким, глухим. — Но мы с командой уже проходили через ад. АКП давно ведут на нас охоту.

— Мы тоже столкнулись с ними, — хмуро сказал Эрик. — После взлома в Биомедцентре нас засекли. Стоун поймал нас, и только чудом мы вырвались. А Лия тогда помогла...

— Она сказала, что заметает следы, — добавила Мика, устало потерев виски.

Ким тяжело выдохнул и провёл рукой по волосам.

— Да. После моего побега моё лицо появилось в новостях и на камерах. Без Лии я бы уже сидел в лагере или... хуже. Она стирала все записи, заметала всё так, что даже их системы не всегда улавливали пропажу. Но это всегда было риском. Каждый раз мы знали — она ставит себя под удар ради команды.

Мика кивнула, в её голосе прозвучала тихая благодарность:

— Она спасла нас. Если бы не она, нас уже не было бы здесь.

Ким замолчал. Его взгляд затуманился, плечи поникли. Он опустился на стул и сжал кулаки так, что костяшки побелели.

— Я лидер. Но сколько раз мои решения ставили команду на грань... — его голос дрогнул, в нём звучала злость, обращённая внутрь. — Этот мой пыл... он не раз чуть не погубил их.

— То, что ты здесь и помог нам, уже многое значит, — мягко сказала Мика. — Ты смелый. И если бы не ты, Стоун повязал бы нас прямо на улице.

Эрик кивнул, глядя на него серьёзно:

— Да. Ты вытащил нас. Но я не понимаю, как они всё время находят нас. Я чищу хвосты, скрываю следы, но всё равно...

— Может, дело не в тебе, — хрипло сказал Ким. Его глаза полыхнули ненавистью. — Это Итан.

Он сжал кулаки, его голос стал твёрдым, как раскат грома:

— Итан и Илона — брат и сестра. Они хорошо обученные агенты, профессионалы в своём деле. Выслеживать «особенных» их главная задача.

Он шагнул ближе к ним, словно хотел, чтобы они запомнили каждое слово.

— Илона управляет воздухом, но не просто воздухом. Она соединяет его с холодом. Может вызвать ветер, снести человека с ног... а может заморозить всё вокруг до костей. Когда её сила выходит из-под контроля, её тело становится полупрозрачным, почти невидимым — она сливается с потоками воздуха, как призрак. Ты ищешь её глазами — а её уже нет.

Он сжал кулаки ещё сильнее, дыхание его стало тяжелее.

— А Итан... его сила страшнее. Он тоже управляет воздухом, но превращает его в сеть. Он видит через него. Чувствует малейшие колебания. Ему достаточно дуновения, чтобы знать, где ты, даже за несколько километров. Воздух для него — глаза и руки одновременно. Он может поднимать, швырять, ломать на расстоянии. Это агент, которому не нужно оружие.

Ким резко отвернулся, ударил кулаком по стене, и на его лице мелькнула тень боли.

— Они идеальный союз для охоты. Один прячется, другая выслеживает. С ними невозможно чувствовать себя в безопасности.

— Теперь всё ясно... — Эрик задумчиво провёл рукой по волосам. В воздухе едва уловимо запахло озоном, когда тонкий разряд прошёл по его пальцам. — А я-то думал, что это невозможно... — он взглянул на сестру, в его глазах мелькнула тревога.

— Управление воздухом, точнее телекинез, встречается чаще других, — Ким говорил ровно, но его голос звучал так, будто каждая фраза резала изнутри. — Но воздух это основа многих наших сил. Мы с ним теснее связаны, чем кажется... — он на миг замолчал, будто сдерживая воспоминание.

— У тебя столько знаний... — в голосе Мики прозвучал искренний восторг.

— Пришлось многому научиться, чтобы выжить. — глухо бросил Ким. В его глазах мелькнула тень, но он быстро отвёл взгляд.

— Энергия... — Эрик прошептал, подняв руки. По коже пробежала искра, воздух задрожал.

Мика распахнула глаза:

— Ты тоже её чувствуешь?

Эрик кивнул, его дыхание стало неровным.

— Странно... — Мика подняла ладони, кровь будто отзывалась в венах, становясь живой. — Она прямо внутри меня... будто в самой крови...

Ким и Эрик переглянулись.

— Твоя сила редкая, — голос Кима дрогнул, в нём звучало холодное предчувствие. — Управление жидкостями... не только вода. Это опаснее, чем кажется.

— А я, выходит, ходячий электрошокер, — усмехнулся Эрик, стараясь разрядить напряжение.

Ким коротко ухмыльнулся и протянул руку:

— Добро пожаловать в команду.

Мика невольно глянула в окно. В памяти вспыхнуло лицо Лии, и тревога сдавила грудь.

— Нужно предупредить их, что Стоун рядом, — её голос стал глухим, почти отчаянным.

— Кристофер... — Ким выдохнул, и в этом вздохе слышалась давняя ненависть. — Этот ублюдок всегда лип, как тень.

— Ты явно знаешь его лучше нас, — заметил Эрик, пытаясь разрядить обстановку.

— Да, просто... — начал Ким, но дверь с треском распахнулась.

— А вот и вы, — прошипел Стоун, взгляд его хищно скользнул по ним, останавливаясь на Киме. Улыбка была жестокой. — Я знал, что они выведут меня именно на тебя.

— Крис, ты как пиявка, — холодно бросил Ким. — Не устал ещё присасываться?

Мика вздрогнула — за окном мелькнули силуэты агентов. Сердце пропустило удар: Лия и Бен оказались в ловушке.

— Фарли, твои трюки на этот раз не спасут, — голос Стоуна был как сталь, обжигающий и ледяной одновременно. Он достал пистолет и навёл его прямо на Эрика.

В тот миг у Кима перехватило дыхание. Металлический блеск оружия врезался в память, и в голове вспыхнули чужие крики, запах горелой плоти, холод лабораторных стен. Он будто снова стоял в стерильной камере, где пули служили инструментом давления.

Воздух наполнился напряжением: электрические искры вспыхивали на пальцах Эрика, жар от Кима становился всё плотнее, а Мика уже краем глаза прикидывала расстояние до мойки.

— Чего съёжились? — Стоун ухмыльнулся. — Кудрявый, вперёд.

— Вообще-то, я Эрик, — с вызовом ответил он, хотя холодок пробежал по позвоночнику.

— Ещё слово — и прострелю тебе ногу, посмотрим, как побежишь, — ледяным тоном произнёс Стоун, качнув пистолетом к двери.

Эрик шагнул, но Ким не двигался. Его плечи дрожали, взгляд метался между пистолетом и лицом Стоуна.

— Внизу агенты... — прошептала Мика, предупреждая его.

— Тихо. Ты выйдешь последней, — злобный взгляд Стоуна пронзил её.

— Псих... — выдохнул Ким, но в голосе слышалась не только ярость, а и то, что он с трудом удерживает себя от срыва.

Мика заметила, как он побледнел. Взгляд Кима стал острым и пустым, словно он стоял не здесь, а в том проклятом прошлом. Она видела, как он почти теряет контроль, и сердце сжалось от тревоги.

— Следуй за кудрявым, — рявкнул Стоун, бросив на него презрительный взгляд.

Ким сделал шаг, но его походка была неуверенной, будто каждый шаг приходилось вырывать у самого себя. Жар вокруг стал тяжелее, удушливее. Казалось, он вот-вот сорвётся, и тогда больница превратится в факел.

И именно в этот момент Мика рискнула. Она метнулась к крану, ладони дрожали. Вены на руках пульсировали так сильно, что боль отдавалась в висках. Кровь внутри будто жила собственной жизнью, стучала, давила, требовала выхода. Она впервые ощутила её так ясно — как будто чужая сила шевелилась прямо в сосудах, болезненно и настойчиво.

Она рванула рукой. Вода взвилась из крана с неожиданной яростью, закручиваясь в плотный поток. Струя, словно подчинённая её сердцу, ударила Стоуна в лицо. Холодные брызги разлетелись по комнате, звонко ударяя о пол. Мика даже почувствовала, как вода на миг соединилась с её пульсом, словно отозвалась на ритм крови.

Стоун зажмурился, выругавшись, и этого хватило.

— Бежим! — выкрикнула Мика, сорвавшись с места к повороту коридора, где темнели ступеньки вниз.

Ким и Эрик рванули следом. Но Эрик внезапно замер, сердце ухнуло вниз:

— Ноутбук!..

Перед глазами вспыхнула картинка — рюкзак на диване. В нём были все записи, шкатулка бабушки, их единственный шанс понять правду. Если Стоун доберётся до него — конец.

— Ты его оставил?! — голос Кима сорвался на злую ярость, но в глазах мелькнуло и отчаяние.

— Он слишком важен, — Эрик почти задохнулся. — Если Стоун получит его, АКП узнает всё: и о нас, и о...

Он запнулся, не решаясь упомянуть о бабушкиных записях.

Мика резко обернулась, глаза расширились от ужаса.

— Вы что, с ума сошли?! У нас нет времени!

— Беги, предупреди Лию и Бена. Скажи: «код красный». Они поймут, — Ким стиснул зубы и резко повернулся к Эрику. — Я прикрою тебя.

— Ты уверен? — голос Мики дрогнул, в нём слышался страх потерять сразу обоих.

— Теперь защищать вас — моя работа, — его голос прозвучал, как удар клинка, твёрдо и бесповоротно. — Доверься.

Мика колебалась только миг. Она чувствовала, как её кровь бьётся больно и неровно, как будто тело подталкивало её к бегству. Она кивнула и сорвалась с места. Её шаги быстро стихли за поворотом.

Эрик и Ким рванули к комнате. Дверь была приоткрыта. В полумраке виднелся рюкзак на диване. Эрик бросился к нему, схватил ноутбук и проверил молнию.

— Они не обыскали всё, — с облегчением выдохнул он, запихивая технику обратно. Руки тряслись, дыхание сбивалось.

Ким заметил небольшую шкатулку, выглядывающую из кармана рюкзака.

— Что это?

— Шкатулка от бабушки. Тут также её записи. Она многое пыталась рассказать в них, — голос Эрика сорвался на шёпот. — Я думаю, это ключ. И ещё... это защита для Мики. Если мы поймём всё вовремя... Кто-то там, кто знает обо мне и о ней...

Ким положил ладонь Эрику на плечо, и в его глазах впервые вспыхнула теплота:

— Ты хороший брат, Эрик. Уверен, она гордится тобой, — он чуть заметно улыбнулся. — Ради таких, как вы, стоит рисковать.

Эрик замер, и по его телу разлилось тёплое чувство благодарности. Он не привык к подобным словам, но сейчас они согрели его сердце. Он кивнул, на мгновение ощутив прилив сил, как вдруг громко хлопнула дверь.

Стоун стоял в проёме. Влажные волосы прилипли к его вискам, глаза горели звериным злом. Пистолет блеснул в его руке.

— Сдружились, значит... Отлично.

Тем временем Мика, сбежав на первый этаж, заметила, как коридоры уже прочёсывают агенты. Каждый их шаг отдавался эхом, и казалось, что стены сжимают её в капкане. В груди пульсировала кровь — тяжело, больно, словно сама пыталась предупредить её о грядущей опасности. С каждым ударом сердца в висках раздавался тупой стук, и этот ритм сводил с ума.

Она рванула к окну, прижалась к холодному стеклу и, затаив дыхание, толкнула раму. Ветер ударил в лицо, обдал ледяным холодом, будто сама ночь предупреждала. Она неловко выбралась наружу, соскользнула вниз и едва удержалась, чтобы не упасть. Спрятавшись в кустах, Мика чувствовала, как острые ветви царапали кожу и рвали рукава, словно живые руки, удерживающие её на месте.

Мысли о Лие кольнули сильнее, чем эти царапины. Состояние подруги было опасно истощённым. Если ей придётся снова использовать силу... что тогда? А если она не выдержит?

Тени агентов двигались по территории больницы, их походка была натянутой и настороженной, будто они чуяли добычу. Мика затаилась в кустах, сердце стучало так громко, что ей чудилось — его слышат все вокруг.

— Слушаю, — чётко произнёс один из агентов, поднося рацию к лицу.

— Одна убежала. Найдите её, но будьте осторожны, — голос Стоуна из динамика резанул по нервам, холодный и металлический.

Мика вжалась глубже в кусты, сжалась в комок. Мне нельзя попасться...

— Понял, — агент убрал рацию, его глаза блеснули в темноте. — За дело. Тех двоих, что спрятались в фургоне, поищут остальные.

Мика дождалась, пока они свернут за угол, и только тогда выскользнула из укрытия. Ноги её дрожали, земля казалась зыбкой под подошвами. Она почти вслепую побежала к парковке, каждый шаг отдавался в ушах эхом, а дыхание рвалось наружу хриплыми рывками.

— Мика! — раздался тихий, но полный облегчения голос.

Она резко повернула голову и увидела Лию. Девушка махала рукой, и в её лице читалась такая усталость, что сердце Мики болезненно сжалось.

— Как хорошо, что с тобой всё в порядке, — выдохнула Мика, крепко обняв её. В голосе звучало напряжение. — А где Бен?

— Я смогла сделать фургон невидимым, но ненадолго... — Лия тяжело дышала, её кожа была бледной, почти прозрачной. — Я сказала Бену перегнать его на соседнюю улицу, а сама пошла к тебе.

— Ты ведь не переусердствуешь со своей силой? — тревога в голосе Мики была почти осязаемой.

— Лиз всегда говорит мне об этом... — Лия тихо вздохнула, избегая её взгляда. — Но я много тренировалась. И вы с братом... вы даёте мне силы держаться дольше.

Её лицо внезапно исказилось от боли. Лия схватилась за голову и пошатнулась.

— Лия! — Мика подхватила её, испугавшись.

— Всё... хорошо, — выдавила та, но руки дрожали, ноги подкосились. — Мне лишь нужно... немного отдохнуть.

Мика с трудом довела её до скамейки и усадила.

— Всё, хватит. Теперь моя очередь защищать нас.

Лия протянула дрожащими руками рацию.

— Вот... свяжись с Беном или Кимом...

Мика взяла её и с благодарностью кивнула:

— Спасибо.

Она отошла чуть в сторону, всё время поглядывая на подругу, и быстро вызвала Бена:

— Бен, это Мика. Лие плохо, боюсь, что она потеряет сознание.

— Понял, — его голос прозвучал твёрдо, без колебаний. — Держитесь. Я скоро буду.

Мика вернулась к Лие и опустилась рядом, сжимая её холодеющую руку:

— Бен уже в пути. Держись, ладно?

Лия не могла ответить, но уголки её губ дрогнули в слабой улыбке. Этот крошечный знак согрел сердце Мики, но тревога не отпускала.

— Надеюсь, с Эриком и Кимом всё в порядке... — прошептала она, и голос дрогнул.

Лия, едва держась в сознании, коснулась её руки. Её прикосновение было хрупким, как тающий снег, но в нём чувствовалась поддержка.

Мика вздрогнула. По спине пробежал холодок, будто невидимая тень скользнула рядом. Она резко поднялась со скамейки, оглянувшись. Лия уже закрывала глаза, словно уходя в сон.

Внезапно чья-то рука стиснула локоть железной хваткой. Боль пронзила сустав. Мика резко обернулась и встретилась взглядом с Илоной, появившейся из воздуха, словно из самой темноты.

— Илона... — прошипела она, сжав зубы.

— А я-то думала, ты обрадуешься, — Илона ухмыльнулась, её пальцы врезались в кожу так, что кровь в вене болезненно пульсировала. — Мы ведь так мило поболтали в прошлый раз.

— Значит, Стоун приехал не один... — Мика едва слышно пробормотала, лихорадочно соображая, кто ещё рядом.

— А ты полагала, что улизнуть от нас будет так просто? — Илона с вызовом улыбнулась, вспоминая, как Мика вылила весь бензин из машин агентов. — Даже не мечтай. Если уж вами заинтересовался АКП, то до тех пор, пока всех не поймают, они не отступят.

Боль в руке усиливалась, и Мика вдруг почувствовала, как кровь под кожей будто начала биться громче, болезненно, с каждым толчком сердца. Взгляд её задержался на собственной руке, и Илона заметила это.

— Ты меня слушаешь вообще? — её глаза сузились, она встряхнула Мику сильнее.

В этот миг гулкий выстрел расколол тишину. Мика вздрогнула, холодный ужас прошил её насквозь. Лия вскочила со скамейки, шатаясь.

— Что случилось?.. — её голос дрожал, а взгляд метался между Илоной и Микой.