Ангел мести

Вот уже сутки, как Мари дежурит около Даниэля Миллера — своего врага, которому во что бы то ни стало нельзя дать умереть сейчас. И она не дала ему этого сделать. Он пришел в сознание и первое, что увидел, как Мари регулирует его капельницу.

— Вот вы и вернулись, Даниэль, поздравляю, — сказала она, поворачиваясь лицом к мужчине, который хотел что-то сказать, но Мари дала ему понять, что стоит помолчать. — Из ваших людей двое были ранены, но их врачи этой больницы подлатали. Так, что не волнуйтесь. Они в соседней палате. А теперь отдыхайте, — после этого она вышла и сказала охране, что их босс пришел в себя, но пока лучше его не беспокоить.

Через три часа она вышла на ступеньки больницы, вдохнула воздух и закрыла глаза.

— Устали, доктор? — послышался незнакомый мужской голос.

Она обернулась и увидела рядом анестезиолога, с которым оперировала Даниэля.

— Меня зовут Александр Гальяно, — он протянул ей руку, она ответила на рукопожатие.

— Мари Росси.

— Мне понравилось с вами работать в одной бригаде, Мари. Вы же не из Франции, как я понимаю?

— Из Америки. Здесь временно. А вы неплохо говорите по-английски.

— Стажировался в США.

— А я вот совсем не знаю французского.

— Мари, можно вопрос? Как давно вы оперируете? Вы очень молоды для хирурга.

— В 15 лет уже ассистировала.

Мужчина удивленно поднял брови вверх и уставился на нее. Девушка решила сменить вектор диалога и спросила:

— Сколько операций в сутки проводит ваша больница?

— С учетом того, что она частная, 3-4.

— И большинство такого плана, что проводили мы с вами? — усмехнулась она.

— Угадали. Хотя иногда бывают и рядовые.

Их разговор прервал главврач: «Доктор Мари, вас настоятельно просит подойти Даниэль Миллер».

— Извините, я пойду, — сказала Мари своему новому знакомому, он только кивнул и изучающее посмотрел на девушку.

Даниэль полностью пришел в сознание, к приходу Мари успел пообщаться с начальником своей службы безопасности и знал детали произошедшего по пути к нему в больницу.

«Она поразительная девушка. Моя Зефирка великолепна. Хорошо, что она не знает правды обо мне, иначе убила бы на операционном столе. Она должна быть моей. Я подарю ей весь этот мир», — про себя думал Даниэль. И в этот момент в палату вошла Мари.

— Вы просили зайти к вам, что-то беспокоит? — сказав это, она посмотрела на показатели на мониторе, проверила капельницу, попросила медсестру, которая заглянула, взять анализы у пациента.

Все это время Даниэль не спускал с нее влюбленных глаз. Мари при этом сохраняла спокойствие и явно была в нем не заинтересована.

— Мари, спасибо, что спасли меня и помогли моим людям.

— Не стоит. Спасать людей — мой долг.

— Поезжайте с моей охраной домой и отдохните.

— Хорошо, только дождусь результатов анализов. Завтра буду у вас.

В особняк Даниэля Миллера она приехала в сопровождении троих охранников и сразу пошла в свою комнату, где разделась, забросила в стиральную машинку белье и встала под теплый, расслабляющий душ, чтоб смыть с себя все то, что произошло.

«Вода, действительно, творит чудеса», — подумала девушка, выходя из ванной с распущенными, мокрыми волосами, которые тут же стали завиваться в локоны. Она их начала сушить полотенцем, стоя перед окном, глядя вдаль. Ей вспомнилось, как Мартин сушил ей волосы, и она непроизвольно улыбнулась.

— А я по нему скучаю, — сказала Мари вслух, улыбнувшись.

В это время в дверь постучали, и голос снаружи передал приглашение повара на ужин. Мари поблагодарила и сказала, что спустится. Она почти досушила волосы феном, оставив их досыхать распущенными, переоделась в джинсы, майку и рубашку и спустилась на первый этаж, где в столовой был сервирован стол только для нее одной. Стоящего охранника она спросила, где ужинают остальные обитатели дома. На что ей ответили, что на кухне. Тогда Мари взяла свои приборы и сказала: «Ведите меня к ним».

Мужчина опешил, но спорить с этой особой не стал, провел ее на просторную кухню, в которой было очень уютно и вкусно пахло. Здесь готовились ужинать человек 8 охранников, был повар и, видимо, его помощник.

— Всем добрый вечер, примите меня в свою компанию? — с улыбкой спросила она, при этом выглядя очень забавно, держа в руках тарелку и приборы.

— Конечно, мисс Мари, — одновременно сказали несколько парней.

Девушка посмотрела на мужчину в фартуке и обратилась к нему:

— Скажите, вы повар?

Тот вытер руки о полотенце и ответил по-английски:

— Я.

Мари пожала ему руку.

— Вы потрясающе готовите! Спасибо, — на ее слова повар как-то растерялся.

— Благодарю за похвалу, мисс. Но господину Даниэлю не понравится, что вы едите вместе с нами. Вы здесь почетная гостья.

«Знали бы вы правду, не гостья, а заложница», — подумала девушка.

— Но это проблемы господина Даниэля, а не наши с вами. Мне нравится ваша компания, а мнение других не интересно, к тому же он знает мой характер. Мне не перечат, — она рассмеялась так искренне, что ее смех подхватили остальные.

Сначала среди присутствующих чувствовалась некоторая неловкость от того, что среди них девушка, да еще гостья самого босса. Но Мари искусно разрядила ситуацию, и ужин продолжался уже в непринужденной атмосфере.

Девушка даже попыталась «повоевать» с одним из охранников за булочку с маком, и получилось очень забавно: они на вилках, как на рапирах, отвоевывали свое право на вкуснятину, при этом Мари маленькая, с распущенными волосами, то убегала, то нападала на парня, который гораздо выше ее ростом, до тех пор, пока повар, сделав наигранно грозный вид, подбоченившись, не сказал: «Прекратить бой! Замрите!»

Мари и парень замерли, остальные просто давились от смеха.

«Победила гостья!» — таково было решение этого судьи. Он протянул ей булочку, а Мари театрально произнесла: «Нет, мой господин, победила дружба», разломила булочку напополам и протянула своему «противнику».

Этот ужин напоминал театральную постановку. Весело и все втянуты в представление.

Пока пили чай, один из парней спросил:

— Мари, где вы научились так драться и владеть ножами?

— Метать ножи и драться на них, если честно, моя слабость с 16 лет. А потом, я же хирург, поэтому острые предметы — моя тема, — она загадочно улыбнулась, приподняв одну бровь.

— А драться?

— Это тренировки в течение многих лет. Девушка же должна уметь за себя постоять, — все после ее фразы как-то на несколько минут замолчали.

— А ваши подружки такие же, как вы? Я бы познакомился с одной, — мечтал вслух самый молодой из охранников.

— У меня никогда не было подруг, как-то по жизни общаюсь только с парнями и выросла среди них. Понятие женской дружбы в моем лексиконе отсутствует.

— Все хотел спросить вас, Мари, — начал тот охранник, который на мотоцикле сопровождал девушку по городу, — почему вы заступились за африканцев в том конфликте. Не боитесь осуждения и критики?

— Для меня нет отличий в людях по их расовой принадлежности. Если бы на их месте оказались другие, я бы все равно защитила тех, в отношении которых несправедливо поступают. Мне безразлично, что будут обо мне говорить, писать, думать.

— Вы необычная, я таких раньше не встречал, — сказал парень.

— Вот и радуйтесь. С такими опасно рядом, — и она очень мило улыбнулась, встала из-за стола. — Спасибо всем за компанию.

Потом девушка подошла к повару и персонально поблагодарила его за приготовленную вкуснятину, что снова вызвало его смущение, а затем ушла в свою комнату.

Для присутствовавших на ужине компания Мари стала чем-то невероятно добрым, душевным и семейным, чего им всем не хватает в жизни.

«Она как солнышко: может приласкать, обогреть, а может и оставить ожоги, даже испепелить. Теперь понятно, почему босса к ней так тянет», — подумал про себя один из тех, кто был с Мари в городе.

***

Даниэль Миллер хорошо шел на поправку, Мари контролировала и корректировала по мере необходимости схему его лечения, прекрасно сработалась с командой врачей и медсестер этой больницы.

Главврач продолжал лоббировать свой интерес в получении хотя бы на время в свою больницу такого чудного доктора. Он даже с этим вопросом обратился к господину Миллеру, но тот сказал, что решение будет за мисс Мари Росси.

И вот в один из дней, когда Даниэль уже мог самостоятельно вставать, к нему осмотреть рану пришла Мари, сняла с него повязку, убедилась, что все в порядке, сделала перевязку и собралась уходить, как ее за руку взял ее пациент.

— Мари, вы так со мной холодны. В чем причина?

— А сами как думаете, Даниэль? Есть разумные варианты?

— Вы злитесь.

— Конечно. Я была похищена и неизвестно сколько времени буду находиться с вами. Я хочу вернуться в Лос-Анджелес.

— Исключено.

— Почему?

— Я вас люблю и не отпущу от себя. Хочу представить вас своему обществу.

— А мое желание кого-то интересует, мне нужно ваше общество? Учтите, Даниэль, я не пляшу под чужую дудку и бываю очень злой девочкой.

— Когда вы такая, я хочу вас еще больше.

— Хотеть не вредно.

Даниэль зло посмотрел на Мари, она его взгляд хорошо считала и смотрела на него в упор серыми глазами, полными ненависти.

— Я пойду, дежурный врач сможет без меня проследить за вашим выздоровлением, — сказала Мари и вышла из палаты.

Даниэль дал распоряжение своей службе безопасности пристально следить за девушкой, чтоб не сбежала.