Бармен

В то ясное и, как обычно в Британии, туманное утро, когда Эмма ушла, Сангстер сразу же поехал к себе домой. Его друг и по совместительству коллега Мич сообщил, что нужно собраться в шесть, но Томас знал, что нужно ещё составить план, поговорить с боссом и узнать о самом задании. А потом уже собраться в шесть.

Выехав из Лондона, шатен думал, что им предстоит делать. Он всегда старался проанализировать возможные сценарии. Если их наймут для одного человека, то достаточно будет двоих, если же что-то серьёзное, то нужна вся команда.

Томас припарковался возле своего дома. Это был шикарный двухэтажный особняк с панорамными окнами, обделанный мрамором и внутри, а снаружи — иранским травертином.

Как только хозяин вошел в дом, свет в коридоре зажегся. Сангстер направился в свой кабинет, по пути читая новости в телефоне. С утра он этого не сделал, а это был его один из утренних ритуалов.

Открыв бронированную дверь, он подошел к стене и, отодвинув картину, вставил ключ в маленькое отверстие под ней. Стены сразу раздвинулись, и его взору предстала его тайная комната. Рабочая комната.

Свет комнаты падал на стеллажи с прозрачными стёклами, заставленными тяжелым арсеналом: пистолеты, обрезы, гранатомёты, автоматические карабины, хладнокровные тесаки и мачете. На более крупных стеллажах, которые были на стене красовались ружья и броневеки. Также, в левом углу лежали различные гаджеты и аксессуары, которые были очень важны. От GPS до шокирующих колец и неприметного  бронированного зонтика. Это был мир, о котором большинство предпочло бы не знать, а Томас воспринимал его так же, как выбирал костюм — с внимательностью и внутренним напряжением. Он был джентельменом с оружием — холодным, резким, носящим в себе запах крови, но одетым в выглаженный классический костюм.

Томас Сангстер жил в мире криминала — его жизнь и связи тщательно скрывались под маской обычных реалий. Они были вовсе не преступниками, а справедливостью. Они было исполнителями казней, хладнокровными карателями, способными в любую минуту стереть чью-то жизнь с лица земли. Но никак не преступниками.

Даже имидж бармена был лишь прикрытием. А парфюмерия — была лишь мечтой. Хобби. Гаснущим хобби.

Томас ограничился четырьмя обрезами, броневиками, костюмом с туфлями и очками со встроенным диктофоном.

Сбросив всё в черную сумку, он направился к выходу. Сегодня ему предстоит вновь сбегать от обычной жизни, и попасть в неприятную, опасную, смертную реальность.

***

— Как дела?

Шатен зашел в большое здание, поднялся на восемьдесят второй этаж и зашел в кабинет Гарри — его друга.

— Нормально, Том. Жру.

— Я вижу. Собирайся давай.

Парень кинул на стол броник и оружие.

— Так выходной же.

— Да что ты говоришь! Среда! Работать пора, Гарри! Мне Мич звонил. Ты разве не в курсе?

— Ну То-о-ом, я болею. У меня кашель! И вообще, мне ничего не говорили. У меня ещё нога от того задания не отошла!

— Гарри, на улице 30 градусов. 30 градусов по Цельсию, по Фаренгейту где-то 90. Какой нахер болеть? А с ногой у тебя всё нормально, раз ты вчера бегал по этажам.

— Вообще-то на улице осень, если ты не заметил.

Гарри замолчал на минуту, но потом спросил:

— А какое задание хоть?

— Я ещё сам не знаю.

— Том?

— Что?! -он уже начал беситься.

— А мы выживем?

— 50 на 50, Гарри. Всегда 50 на 50.

Сангстер расслабленным шагом пошел к мистеру Спарксу, тихо напевая мелодию из «101 далматинец». Он никогда не паниковал на счет того, что на этот раз ему скажут делать. Даже сам он не понимал, почему в душе так спокойно. Или сумасшедший, или бесстрашный, или ему просто нечего терять...Нет, последнее, пожалуй, откинем. Ему есть кого терять.

— Здравствуйте, мистер Спаркс. Можно зайти?

— Заходи, Томас.

Сев на стул возле круглого стола, парень вздохнул. Большие часы над боссом возвышались как что-то святое и громко тикали, действуя на нервы.

— Это непростое задание, Том.

Всё. Этими словами сказано многое.

— Убийство. Но это не просто человек. Это миллиардер, в прошлом вассал. В прошлую пятницу он убил несколько человек и скрылся. Его никто не видел, и все, собственно, покушаются на нас. Мы находимся под угрозой.

Томас сидел и оттягивал свою бровь. Казалось, после слов о задании, время всегда останавливалось до момента его выполнения. Оно просто замирало.

— Ему нужен личный водитель. Я подготовил тебе поддельные документы, резюме и рекомендации. Встреча сегодня вечером.

Грудь Томаса поднималась и опускалась на протяжении всего времени, пока говорил босс. Планы хорошо отдохнуть на выходных закрылись бетонной дверью на крепкий замок.

— Почему вы не дали это Гарри? Он же ведь мастер заговаривать зубы.

Тяжело вздохнув и взяв в руки какие-то бумажки, босс сказал:

— Я хочу, чтобы ты выполнил это задание. Никто другой. Будешь постоянно на связи. Возьми чип и прикрепи к воротнику рубашки.

Сказав "хорошо", шатен хотел выйти из кабинета, но услышал:

— Возьми с парковки бронированный Mercedes.

Закрыв дверь, парень пошел в свой кабинет, слыша крик мистера Спаркса.

— А где все? Как только им скажешь слово "задание", так они разбегаются все! Как тараканы! Настоящая анархия!

***

— О боже, пап, что ты делаешь?

Эмма убрала с плиты сковородку с подгоревшим блинчиком, который хотел приготовить отец на обед. Он хорошо готовит, просто блины у него никогда не получались.

— Так, не кричи там. Я старался.

Эд Свон подошел к дочке и взял сковородку. Миранда уехала по магазинам, и лишь тогда девушка могла провести хоть немного времени с отцом. Подойдя к окну, Свон начала смотреть на большое дерево на заднем дворе. Листья яблони покачивались на утреннем ветерке с такой царственностью, что она ощутила желание сделать перед ним почтительный реверанс. Летом можно было сидеть под ним и кушать яблоки. У них с мамой была традиция делать яблочный пирог. К обеду все собирались на заднем дворе возле дерева за маленьким столиком и обсуждали то, куда они завтра поедут. Увы, то время не вернуть, и яблочный пирог теперь делала только Эмма. Каждый летний месяц она рвала свежие яблоки и запекала их в духовке с щепоткой корицы и лимонным джемом.

Когда отец улыбался хотелось трубить в саксофоны, хотелось кричать в рупор о том, что он радуется. После сметри мамы отец очень редко улыбался. Он очень редко был счастлив.

— Давай я что-нибудь приготовлю? Хотя, наверно, надо сходить на рынок.

Девушка не особо любила ходить по магазинам. Лучше сходить на рынок и купить свежие продукты, попробовать их, ощутить их запах.

— Давай вместе сходим? У тебя же нет дел, — предложила Эмма и вытерла руки о полотенце.

— А поехали. Сядешь за руль?

Эмма ходила по рынку, бросая взгляды на овощи, фрукты, зелень и мясное. Она решила приготовить сегодня рагу с куриным супом. Эд ходил за своей дочкой и мысленно отдыхал до того момента, пока ему не позвонила Миранда и не спросила, где он.

— Что эта женщина хотела?

— Кто? Миранда? Ох...спрашивала где мы.

Эмма пошла в мясной отдел, выбирая курицу.

Тем временем, на рынке был Томас. Так как собеседование у Сангстера вечером, он поехал на рынок купить хоть что-нибудь себе домой. Он не нанимал домоправительницу, потому что предпочитал делать всё сам. Зайдя в мясной отдел, Томас пошел к курице.

— На бульон большая не нужна. Можно маленькую?

— Пойдёт? -продавец взял маленкую курицу и покрутил в руке.

— Да. Давайте.

— С вас 6 фунтов.

Взяв пакет с продуктом, Эд рассплатился и они пошли дальше.

Том подошел к продавцу, который отдавал пакет с курицей девушке и остановился рядом. Когда она обернулась и прошла прям рядом с ним, он замер, как восковая статуя, которая застыла на солнце. Его сердце сначало со всей силы ударилось об грудную клетку, а затем замерло в ожидании. Она прошла мимо, даже не заметив его. А у Томаса в горле пересохло. В таком домашнем свиттере, широких штанах и дульке на голове она была по-особенному прекрасна. Она что-то говорила отцу и смеялась, как самая простая, домашняя девушка на свете. От неё веяло чем-то иным, уютным и теплым, когда от тех, которых знал Том, веяло легкомыслием и неумением даже держать в руках половник.

— Куда дальше? -спросил отец.

— За зеленью, -ответила Эмма и улыбнулась.

В это время, когда они вместе, Эмма чувствовала себя дочкой, а Эд чувствовал себя отцом. Когда же между ними Миранда, это совершенно не так.

— Эмми, я пока картошку куплю, ладно?

— Хорошо, пап!

Сангстер наблюдал из-за стелажа с фруктами за Свон, пока та крутилась возле петрушки с кинзой.

Ему уже хотелось сесть в машину и поехать домой, но желание понаблюдать за ней оказалось куда сильнее.

Плечо парня кто-то одернул и он повернулся, увидев перед собой Тайлера. Тай - его старый-старый друг.

— Что, за той цыпочкой наблюдаешь? Наверняка она... — его перебил Сангстер.

— Так! Закрыли рот, тему, кругом шагом марш, — развернув друга в противоположную сторону от стелажа, парни пошли прочь. — Ты что тут делаешь?

— Что может делать человек на рынке? Еду покупать! А тут тебя увидел и решил подойти. А ты тут делом занят...наблюдательным, — друг залился громким смехом и сщурил глаза.

— Заткнись, Тайлер, — злобно шикнул Томас и сунул руки в карманы, сгорбившись.

— Ладно, давай, рассказывай. Что тут такого? Я твой старый друг, Том.

Шатен прокашлялся и хотел что-то сказать, но блондин его опередил:

— Она тебе нравится?

Томаса пробрала дрожь.

— Да есть немного... просто виделись с ней один раз, — сказал он.

Больше информации Тайлер выбить не смог. Даже себе самому Томас не мог признаться, что она ему понравилась. В первую очередь, он знал, что отношения в его жизни — это табу. Но после той ночи в клубе, Томас не переставал о ней думать. Он представлял то, как прикасается к её руке, как в тот вечер прикасался к её губам...

— А вы хоть общаетесь?

— Ну...Она...Мы с ней встретились в клубе. Я в тот вечер работал барменом. И-и-и...после той ночи мы не общались.

— Оу, после ночи...Так почему бы тебе не подойти к ней и не сказать: "Привет, давай сходим в ресторан?" И всё!

— Я так не могу.

— Тогда давай, прикинемся кавказцами и украдём её.

— Это будет план Б.

Парни подошли к выходу из рынка.

— Слушай, я могу тебе кое-чем помочь.

— Чем? -резко спросил Том.

— Я ж работаю шерифом, поэтому могу пробить по базе их номер машины и узнать, где водитель живет.

— Это было бы прекрасно, только надо узнать, какая у них машина.

Парни сели в свои авто и выслеживали Эмму. Томасу же пришлось спуститься на сидении вниз, чтоб не сверкать лицом.
Сангстер увидел девушку и посмотрел через окно на друга. Тот кивнул и начал следить, в какую машину они садятся.

***

— Спасибо дружище, — Томас пожал Тайлеру руку и они стукнулись плечами.

— Сочтемся.

Друг пробил номер машины и они узнали, что её владелец: Эд Свон, 42 года, есть дочь, не женат (вдовец). Адрес проживания: район Кенсингтон, дом 32.

За слежением Томас и забыл про время. Было уже 4 часа, когда он добрался домой.

Выложив продукты на стол, парень пошел к телевизору, налив воды в стакан. Есть и готовить что-либо перехотелось, потому что осталось два часа до задания, и "думками" о еде здесь даже не пахнет. Когда Сангстер нервничает, он никогда не ест. Он может сутками не есть, пока не выйдет стресс. Сегодня он нервничал. Почему? Он не знал сам. Вообще, перед заданием шатен был спокойнее всех, как обкуренный, а сейчас его теребило так, будто на улице была зима и холод пробрался внутрь и устроил заморозки. Томасу уже начало казаться, что сегодня что-то плохое должно случиться. Будто интуиция.

Спустя два часа.

— Господи, Мич, какого хрена так холодно?

— Ты не заболел часом, друг?

— Нет. Не знаю что-такое.

Томас сидел в машине возле элитного коттеджа за городом. Команда была готова к экстренному реагированию, но их машина была скрыта из вида камер, которые были установлены по периметру дома.

На Томасе была черная рубашка, пиджак и брюки. Парень разговаривал с другом по рации. Назначенное время пришло.

— Ладно, я пошел.

— Том, чип на тебе?

— Да. Я сейчас выключу рацию и что-то скажу, послушаете, работает или нет.

Проделав это всё, он снова включил рацию и спросил:

— Слышно?

— Да. Всё. Иди.

Погасив фары и выключив зажигание, шатен вышел с машины, пару раз проверил, закрыл ли он автомобиль, несколько раз одернул костюм и подошел к забору, обтянутому поверху железной проволокой.

Дом огораживал высокий забор. Сангстера не особо напрегло то, что если что-то пойдет не так, то перелезть через забор будет не легко. Одно неверное движение и всё, ты не человек, ты кусок мяса на шампуре. Сангстер не боялся проволки. Он столько раз перепрыгивал через такие штыри, что стал в этом деле настоящим мастером. Томас позвонил в звонок и к нему сразу подошел охранник, который грозно посмотрел на него, но пустил.

Зайдя в дом, охранник сказал сидеть здесь, на что Томас покорно сел и начал ждать. По лестнице спустились два мужчины, а за ними шел, видимо, самый главный.

— Вы на собеседование, верно?

— Да, — отчеканил шатен и пожал мужчине руку.

— Ну что ж, — сев на стул мужчина взял с рук Томаса документы и начал их рассматривать.

— Я надеюсь, вы умеете держать язык за зубами.

Мужчина посмотрел на парня. Одна его сторона лица была со шрамом на щеке. Руки были все в татуировках, а на шее красовалась метка. Метка лондонской мафии.

Осторожно кивнув, парень нахмурился.

— Хорошо. Испытательный срок: три дня.

Мужчины встали и пожали друг другу руки, но в доме раздался резкий звук, как будто что-то упало. Сангстер посмотрел себе под ноги и увидел рацию с карманным ножом. Он разве не в машине его оставил?

— Так ты из этих...Взять, — сказал босс, и как голодные псы, охранники побежали на него.

Томас резким движением развернулся и побежал к выходу. Слава Господу что дверь была не заперта. Вылетев пулей из дома, шатен бежал с такой скоростью, что казалось, что он ягуар. Посмотрев вперёд в глаза бросился забор. Сзади давили охранники, которые не отставали. Длинные ноги и руки, которые помогали бежать, сыграли на руку парню. Все нервы улетучились и инстинкт самосохранения выключился, а школьные уроки физкультуры и адреналин включились. То, что сзади бежали два амбала, которым даже усилия прикладывать не надо будет, чтоб сжать одной рукой хилого Томаса, его никак не успокаивало.

Сангстер со всей силы забрался на забор и от страха перепрыгнул его за секунду. Не обошлось без травм. Он случайно зацепился за штырь и порвал штаны, порезав ногу и неудачно приземлившись на землю. Быстро достав ключи от машины он прыгнул в неё и втопил педаль газа. Не зря он нервничал и думал, что что-то должно случиться. Рацию он оставил там, поэтому набрал Мича по телефону.

— Мич...

— Я уже всё знаю. Он говорил по твоей рации. Как я понял, ты её оставил там.

— Да. Я не знаю, что говорить Спарксу.

— Он ничего не скажет. Убьём так. Ты ж у нас хороший снайпер, верно? — усмехнулся друг.

— У него охрана на каждом шагу.

— А когда нас это останавливало? — хихикнул Мич.

— Нет. Просто...Ладно. Боссу я не нужен?

— Нет. Все уже разошлись. Можешь ехать домой. Кстати, может вместе посидим сегодня? У тебя планов нет?

— Нет, давай. Я не против. Прихвати с собой Гарри.

— Хорошо. Мы через час будем, заедем в магазин за рыбой и пивом, и будем у тебя.

Положив телефон, Томас схватился за ногу, ведя машину. Снова шрам. Еще один.

Сангстер набрал Тайлера и предложил ему приехать к нему, на что друг энергично согласился. Ему сейчас не хотелось оставаться одному.

Доехав до дома, парень вышел из автомобиля и сразу завыл от боли. Дойдя до двери и открыв её ключем, шатен завалился в гостиную и достал из шкафа перекись водорода. Сняв брюки и переодевшись в спортивные штаны, закатив ткань на большой ноге вверх, парень начал обрабатывать рану, которая оказалась довольно глубокая.

— А завтра как на зло ещё в бар вечером идти работать, — прошипел он.

Промыв всю рану, Том похрамал на кухню, находу включая телевизор в гостиной. Нога сильно ныла, но через два дня это должно было пройти.

— Том, открывай! — послышался голос на улице.

Этот голос принадлежал Тайлеру.

— Привет, — сказал Том и закрыв за парнем дверь, прошел к столешнице.

— На работе что-то случилось? — спросил Тай и положил на стол пакет с чипсами, пивом и мороженым.

Друг всегда забывал, что у Сангстера никого нет из женского пола, но каждый раз покупал мороженое. Тайлер каждый день покупает мороженое своей дочке и жене, каждый божий день, и, наверное, он уже не может зайти в магазин и не купить мороженое.

Он знал о работе Томаса. От него Сангстер не скрывал ничего. Ничего, кроме любовных историй. Потому что сам не знал, что чувствовал.

— Ничего такого. Через забор перепрыгивал и зацепился о проволку.

Друг вздохнул и открыв две бутылки пива с чипсами, отпил пол банки.

— Ещё Мич с Гарри должны приехать. Ты ж знаешь их?

— Да. Надо чипсы прятать, а то Гарри только зайдет в дом, и их уже не будет.

Томас рассмеялся и взял банку, сделав глоток. В дверь постучали.

— Тай, открой пожалуйста, а то я не дойду.

— Конечно, — подорвавшись с места, Уайт открыл дверь и впустил парней.

— О, инвалид, привет, — поздоровался Гарри и посмеялся.

— Да он сегодня сам не свой! То ему холодно пиздец как, то у него рация выпадает из штанов, то через забор неудачно перепрыгнул, — начал Мич и залился смехом.

И правда, Томас всегда выполнял задания идеально. Идеальный убийца, шпион, и...друг. Идеальный друг.

— Да я сегодня чуть дважды не сдох, я бабушку видел! То эта рация гребаная, то охранники побежали за мной, как бешеные. Ты б знал как у меня сердце билось. Если оно вообще тогда билось.

Парни засмеялись и открыли банки пива с сушеной рыбой и чипсами. Сангстер же открыл вторую.

— Кстати, что там с той девушкой, Эммой? — спросил Тайлер.

Мич с Гарри сразу посмотрели на Томаса и округлили зрачки, посвистывая и ухмыляясь.

— Так, это просто девушка с клуба, — начал оправдываться Том.

— И ты просто сказал мне пробить по базе её номер машины? — вставил блондин.

— Приглянулась она ему, — смолвил Мич.

— Бьюсь об заклад, что приглянулась.

— Так, хватит! Ну и что с того? — вспылил Томас.

— Да ничего, просто. Как ловить будешь? Живой или мертвой? — усмехнулся Гарри.

— Для начала приглашу её куда-нибудь, — ответил Том и перевёл тему.

Теперь парни разговаривали о бейсболе и о том, что надо как-то выехать на выходных вместе на отдых. Сангстер иногда кивал и старался придерживаться разговора, но мысли его заняты были совершенно другим. Эммой. Как её пригласить на свидание? Визитка была с ним, и он обдумывал предстоящее сообщение.

Томас вздохнул, и открыл уже третью банку. Сегодня разговоры о рыбалке, бейсболе и пиво. Никакой Эммы.

***
ты будешь скрываться от всех, отрицая то, что тебе кто-то нужен...