Глава 7.
Наташа и Найля подошли к дому, обсуждая последние новости. Найля достала ключи и только собиралась открыть дверь подъезда, как внезапно раздались быстрые шаги. Через мгновение Валера буквально влетел в подъезд, его лицо было полным отчаяния и гнева.
— Найля! — закричал он так, что звук эхом отразился от стен.
Найля и Наташа резко обернулись. Найля застыла, её сердце забилось быстрее. Валера, которого она не видела так долго, стоял перед ней, его глаза метали молнии, а дыхание было тяжёлым.
— Валера? — прошептала она, не веря своим глазам.
Но Валера уже был рядом, схватил её за локоть, не давая возможности убежать от разговора.
— Как ты могла от меня это скрыть?! — его голос дрожал от гнева и боли.
— Что? О чём ты? — Найля пыталась отстраниться, но Валера держал её крепко. — Я ничего от тебя не скрывала!
— Не ври! — выкрикнул он, глядя прямо в её глаза. — Я всё знаю!
Найля, растерянная, бросила взгляд на Наташу, как бы говоря ей без слов, что всё под контролем, чтобы та ушла в подъезд. Наташа, хоть и удивлённая, подчинилась и исчезла за дверью, оставляя Найлю и Валеру наедине.
— Ты понимала, что я должен был знать! Почему ты молчала?! — Валера не мог больше сдерживать эмоции. — Я знаю про ребёнка! Знаю, что ты потеряла нашего ребёнка!
Найля побледнела, её глаза наполнились слезами. Она почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Валера, я... — её голос сорвался.
— Почему ты не сказала мне?! Почему я должен был узнать это от других?! — его голос срывался от боли. — Я должен был быть с тобой, поддержать тебя, а ты просто молчала!
— Я не могла... — Найля прошептала сквозь слёзы. — Я не знала, как сказать тебе... Я не хотела, чтобы ты переживал это вместе со мной...
— Переживал?! — Валера схватился за голову. — Ты думаешь, мне не больно было?! Я имел право знать, Найля! Это был наш ребёнок!
Слёзы текли по её щекам. Она пыталась найти слова, но всё, что она могла сказать, это:
— Прости... Я боялась...
Валера стоял перед ней, его гнев сменился глубоким отчаянием. Он не мог поверить в то, что всё это время жил в неведении.
— Найля, я бы никогда не оставил тебя одну... Никогда... — его голос стал мягче, но боль в нём была ещё сильнее.
Она посмотрела на него, не в силах больше сдерживать свои эмоции. Между ними повисла тяжёлая тишина, полная невыразимой боли и сожаления.
Валера стоял перед Найлёй, его гнев и отчаяние постепенно угасали, уступая место глубокой грусти. Его глаза, наполненные болью, теперь смотрели на неё мягче, хотя в них всё ещё был виден след того, что он только что узнал.
Не сказав ни слова, он резко подошёл ближе и обнял её, крепко прижимая к себе. Найля застыла в его объятиях, чувствуя, как он дрожит. Валера пытался сдержаться, но слёзы наполняли его глаза. Он держал её так, будто боялся снова потерять.
— Найля... — его голос был тихим, почти шепотом, и дрожал от эмоций. — Нам нужно всё обсудить...
Она почувствовала, как его руки слегка ослабли, но он всё ещё держал её, не отпуская. Он опустил голову, его лоб почти коснулся её плеча.
— Пойдём, сядем... Ты мне всё расскажешь... — его голос был мягким, но в нём чувствовалась настойчивость.
Найля тихо кивнула, её собственные слёзы ещё не высохли. Она чувствовала, что больше не может скрывать от него правду.
— Давай... — прошептала она, соглашаясь.
Валера осторожно отпустил её, но его руки всё ещё оставались рядом, как будто он боялся, что она исчезнет. Они медленно пошли к скамейке неподалёку, готовясь к разговору, который, возможно, изменит всё между ними.
Валера сидел напротив Найли, его взгляд был полон боли и растерянности. Он молчал несколько секунд, собираясь с мыслями, прежде чем задать самый важный вопрос.
— Почему ты мне не сказала? — его голос был тихим, но в нем чувствовалось напряжение.
Найля опустила глаза, не сразу находя слова. Она тяжело вздохнула, затем медленно подняла голову, глядя ему в глаза.
— Я узнала об этом после того, как мы расстались... — начала она, её голос дрожал. — Я не хотела нагружать тебя этим. К тому же, если бы я осталась здесь, я бы просто загнивала. Это место душило меня, и мне нужно было выбраться... Ты должен был понять, что мне нужно было уйти.
Валера сжал кулаки, его сердце сжималось от её слов.
— Почему ты мне не сказала? — повторил он, на этот раз с чуть большим нажимом. — Мы могли уехать вместе... Мы могли справиться с этим вдвоем.
Найля грустно покачала головой.
— Мне нужно было побыть без тебя. Постоянное недопонимание между нами... оно только всё ухудшило бы. Я не могла больше так жить.
Валера на мгновение замолчал, пытаясь переварить её слова. Затем он осторожно задал следующий вопрос, боясь услышать ответ.
— А как ты... — он сделал паузу, тщательно подбирая слова. — Как ты потеряла его? Нашего ребенка?
Найля глубоко вдохнула, её глаза наполнились слезами, но она не позволила им пролиться. Её голос стал холодным, словно она пыталась отстраниться от боли.
— Я работала... Надорвалась. — её голос был тихим, но твёрдым. — Я не знала, что это произойдет. Я просто... это случилось.
Она отвернулась, стараясь скрыть свои эмоции. Валера смотрел на неё, его глаза были полны сочувствия и горя. Он хотел что-то сказать, но слова застряли у него в горле.
Спустя несколько минут тишины, Валера поднял голову, его глаза были полны решимости. Он глубоко вдохнул и нарушил молчание:
— Давай попробуем всё сначала. Только ты и я, никаких ссор, никаких обид. Мы больше не будем скрывать ничего друг от друга, не будем врать. — его голос звучал искренне, почти умоляюще. — Я клянусь, Найля, всё будет по-другому. Я люблю тебя.
Найля смотрела на него, её взгляд был холодным, отстранённым. Она спокойно, но твёрдо произнесла:
— Нет, Валера. Мы не будем вместе.
Валера ошеломлённо моргнул.
— Почему? Что-то не так? — спросил он, пытаясь понять её слова.
Она глубоко вздохнула, её голос был пропитан болью:
— Наши отношения только всё губят, только всё рушат. Они тянут нас на дно, и я так больше не могу.
Валера отчаянно покачал головой.
— Нет, всё получится, мы справимся, всё у нас будет хорошо. У нас будет ещё один ребёнок, Найля. Мы справимся.
Каждое его слово было для неё как новый удар. С каждым разом её сердце сжималось всё сильнее, словно кто-то раз за разом вонзал нож в её душу. И когда он произнёс последние слова, это стало последней каплей.
Найля резко встала, её лицо исказилось от боли и ярости. Она начала кричать, её голос был полон истерики и горечи, атело всё трясло:
— Да я больше не могу иметь детей, Валера! Всё! У меня не будет больше ребёнка! Я столько лет хожу по врачам, и ни один из них не сказал, что я смогу снова стать матерью! Всё кончено, Валера! Между нами всё кончено! Я не буду с тобой! Это невозможно!
Её слова эхом разносились по комнате, её слёзы лились потоками, а крик был полон отчаяния. Она обхватила себя руками, словно пыталась защититься от боли, которая разрывала её изнутри.
Валера сидел в шоке, его лицо побледнело. Он не знал, что сказать, его мир рушился прямо перед ним. Он хотел утешить её, но слова застряли у него в горле. Всё, что он мог, это сидеть и смотреть, как человек, которого он любит, разваливается на части.