Айсберг

9 апреля, 16 часов 55 минут

Ледовая станция «Грендель»

Аманда завороженно смотрела на вентиляционную шахту, в которой незадолго до этого исчезла Дженни. Остальные члены их небольшой команды собрались у входного отверстия, бросая нервные взгляды в обе стороны ледяного коридора.

Сейчас она с особой остротой ощущала, как ей не хватает слуха. Глухота была еще хуже, чем отсутствие зрения. Она чувствовала себя как в вакууме — полностью отрезанной от окружающего мира. Да, она могла наблюдать за всем, что происходит вокруг, но воспринимала это как картинку из немого кино.

В последние годы ощущение «присутствия» возвращалось к ней только в редкие моменты, проведенные в объятиях Грега. Тепло его тела, нежность прикосновения, вкус поцелуя, запах кожи — все это разрушало невидимую стену, ограждавшую ее от всего мира.

Но сейчас его не было рядом, и она понимала, что по-другому быть не может. Он прежде всего офицер, на плечах которого тяжелым грузом лежит ответственность за судьбы многих людей, а потом уже — любящий ее мужчина. И все же ей было больно и одиноко. Она нуждалась в его ласке, в его защите.

Подрагивая от холода и страха, Аманда обняла руками плечи. Прилив сил и мужества, который она испытала после первой встречи с гренделем, постепенно исчез, и сейчас ею двигало только желание выжить.

Том стоял неподалеку, поглаживая Бейна по загривку. Он и Ковальски охраняли подходы к лазу по обе стороны коридора. В их напряженных взглядах сквозило беспокойство.

Аманда не сомневалась, что ее лицо выглядит не менее озабоченно.

Ожидание и непредсказуемость тяжело давили на сознание. Каждую секунду на них могли напасть либо русские, либо грендели.

Она посмотрела в глубь темного коридора и припомнила недавнюю беседу с доктором Огденом.

Биолог поделился с ней своими догадками о социальной структуре необычных существ. Он предположил, что грендели проводят бо′ льшую часть своей жизни в ледяной спячке, чтобы сохранить энергию, пополнение запасов которой в суровых условиях Арктики трудное занятие. Но один или два гренделя всегда бодрствовали, бдительно охраняя территорию лежки всего стада. Они охотились либо в океане, пробираясь к воде из «подсобки» по ледяным тоннелям, либо на поверхности айсберга. В ходе исследований доктор Огден нашел в «подсобке» несколько мест, где, судя по характерным меткам во льду, грендели выцарапывали друг друга из спячки. Это навело его на мысль о том, что «стражи» менялись каждые несколько лет. Отстоявшие на посту засыпали, а проснувшиеся продолжали охранять территорию.

— Этим-то и объясняется, скорее всего, тот факт, что до сих пор об их существовании практически ничего не знали, — пояснял Огден. — Трудно сказать, сколько веков эти животные просуществовали рядом с человеком. Их редкие контак ты с людьми стали лишь источниками мифов о драконах или снежных чудовищах.

— Или прообразом Гренделя из легенды о Беовульфе, — добавила Аманда. — Но я все-таки не могу понять, почему они так долго прожили именно здесь.

Огден не задумываясь ответил:

— Ледяной остров — их родное гнездо. Я исследовал несколько небольших ниш в гранитной скале и обнаружил лежащих в спячке детенышей. Их было мало, но, учитывая огромную продолжительность жизни этих существ, достаточно, чтобы поддерживать репродуктивный потенциал. Поэтому, как и любые другие виды животных с небольшим приплодом, грендели будут всеми силами оберегать свое логово.

«Куда же они теперь делись?» — терялась в догадках Аманда. Огонь не мог надолго отпугнуть зверей, яростно защищающих свое потомство.

Том резко обернулся. Его внимание, вероятно, привлек какой-то шум.

Аманда повернула голову и увидела, что беглецы столпились у конца красной веревки, свисающей из отверстия вентиляционной шахты. «Дженни добралась до поверхности».

Крейг поднял руку, требуя внимания. Губы его были отчетливо видны в свете керосиновой лампы.

— Будем подниматься по трое, чтобы не перегрузить веревку. Я полезу первым с двумя женщинами. — Он показал на Аманду и Магдалену. — Затем — доктор Огден и два студента. Последними взбираются подводники и собака.

Он обвел взглядом группу в ожидании возражений. Никто не промолвил ни слова. Аманда уж точно не собиралась жаловаться — она была среди первых.

Крейг одобрительно кивнул и помог Магдалене вскарабкаться в отверстие лаза, а потом протянул руку Аманде.

Она жестом показала, что в помощи не нуждается:

— Я с детства занималась скалолазанием.

Он снова кивнул и, ухватившись за веревку, подтянулся к лазу.

Аманда последовала за ним. Подъем оказался тяжелым, но беглецы, подгоняемые страхом, быстро добрались до поверхности. Сделав последний рывок, Аманда выкатилась из тесного тоннеля на лед. Она никогда еще не испытывала такой радости при виде дневного света.

Однако стоило ей подняться, как ее чуть не свалил с ног порыв ветра.

Дженни подхватила ее за руку.

— Буря утихает, — сказала она, посмотрев на небо. Аманда с сомнением вглядывалась в плотную снежную пелену. Всего в нескольких метрах уже ничего не было видно. Лицо ее успело занеметь от жестокого мороза. «А что же здесь было, когда ураган бушевал в полную силу?»

Крейг склонился над лазом, крикнул ожидавшим внизу беглецам, что веревка свободна, выпрямился и повернулся к Аманде с Дженни:

— Нам надо торопиться. Чем слабее буря, тем больше вероятность, что нас заметят.

Вскоре на поверхность поднялась партия биологов. Крейг снова наклонился над отверстием тоннеля.

Аманда внезапно почувствовала знакомый зуд на шее и затылке и резко развернулась.

«Гидролокатор».

— Стойте! — прокричала она. — Грендели!.. Все повернулись на ее голос.

Крейг, склонившийся над дырой, выхватил из кармана куртки бутылку с зажигательной смесью. Аманда успела прочитать по его губам:

— ...Крики в тоннеле. Их там тоже атакуют грендели. Доктор Огден пытался подпалить фитиль «коктейля Молотова», но ветер задувал огонь его зажигалки.

— ...Скоординированная атака. Они переговариваются друг с другом с помощью ультразвуковых волн, — продолжал Крейг.

Аманда вглядывалась в снежную пелену. Одна за другой из плотной стены вихрящегося снега вываливались громадные тени.

Грендели устроили им засаду!

Огден поджег наконец масляный фитиль и бросил бутылку в сторону приближающейся группы гренделей. Бутылка приземлилась в сугробе. Слабо тлевший фитиль потух. Грендели продолжали приближаться.

Краем глаза Аманда заметила движение справа. Из-за ледяной скалы вывалился еще один грендель, потом еще...

Их окружали со всех сторон!

Крейг шагнул вперед, сжимая в поднятой руке «коктейль

Молотова» с горящим фитилем.

— Постарайтесь не попасть в сугроб, — предупредила

Аманда. — Снег еще свежий и мокрый.

Крейг кивнул и метнул самодельную бомбу в воздух. Бутылка пролетела по высокой дуге и разлетелась вдребезги, ударившись о стену ледяного тороса. Пламя преградило путь основной группе гренделей.

Звери в нерешительности остановились.

«Бегите отсюда», — мысленно умоляла их Аманда. Вопреки ее мольбам зуд от звуковых волн в затылке усилился, как будто грендели пришли в еще большую ярость. Похоже, на открытой поверхности огонь их пугал значительно меньше, чем в узких коридорах лабиринта.

Крейг обернулся к беспомощно стоявшим у дыры беглецам и прокричал:

— Всем обратно в шахту!

Аманда уже бросилась было к темнеющему во льду отверстию, но оттуда внезапно вылетел Бейн. Шерсть на нем стояла дыбом. Полуволк заливался яростным лаем. Дженни успела ухватить его за загривок, не дав броситься на гренделей.

Все вокруг что-то кричали в панике, но Аманда ничего не слышала и не могла понять, почему никто не нырял в тоннель.

Тут из отверстия показался Ковальски.

— Все назад! — прокричал он. — Они у нас на хвосте! — прочитала Аманда по его губам на раскрасневшемся от усилий и волнения лице.

За ним из тоннеля выкарабкался Том. Левый рукав его куртки дымился. Он прокатился по льду несколько метров и сунул руку в сугроб. Из дыры повалил едкий дым.

— Тоннель обвалился после того, как я бросил последнюю бутылку с горючей смесью. Обратного пути нет, — морщась от боли и холода, сказал Том.

Ковальски разочарованно уставился на языки пламени, пляшущие на снегу.

— Черт...

Аманда обернулась. Огни постепенно затухали. Оправившись от шока и, повинуясь какой-то неслышимой команде, грендели снова двинулись на них, бороздя снег и переступая через тлеющие огненные лужи.

Беглецы плотнее прижались друг к другу, отступив к самому отверстию вентиляционной шахты. Спасаться было негде.

«Нам конец», — подумала Аманда.

17 часов 3 минуты

Целясь в голову Мэтта, русский выстрелил из автомата с расстояния в один метр. Оглушенный взрывом гранаты, Мэтт увидел язычки пламени, вырвавшиеся из дула, но не услышал звука выстрела. Тем более того, который свалил солдата.

Падая навзничь, он почувствовал, что левое ухо обожгло огнем, и словно в замедленной съемке наблюдал, как череп русского разлетается дождем раздробленных костей и ошметков мозга. Мэтт больно ударился плечом о лед. По шее потекла тонкая струйка крови — пуля слегка задела ухо. Из-под полуприкрытых век он увидел, как к нему бегут Брэтт, Грир и Уошберн. Из ствола винтовки в руках Брэтта все еще струился дымок.

В глубине коридора второй часовой с запоздалой реакцией развернулся в сторону бегущих подводников. Грир и Уошберн выстрелили одновременно. От удара пули в плечо солдат закрутился на месте, как в пируэте. Вторая пуля попала в шею. Кровь брызнула на стену коридора.

Слух постепенно возвращался к Мэтту. Крики... стрельба. Взрыв. Двери кухни сорвало с петель и швырнуло в холл. Из дверного проема повалил дым. «Еще одна ловушка для русских».

Мэтт с трудом поднимался на ноги, когда к нему подбежали моряки. Брэтт схватил его за капюшон и рванул вверх, крикнув в здоровое ухо:

— В следующий раз я прилеплю гранату к твоему телу скотчем!

Всей командой они бросились к остову вездехода.

— Там еще солдаты! — попытался предупредить Мэтт, махнув рукой вперед.

Из-за обломков машины на них посыпались автоматные очереди. Они распластались на ледяном полу, прикрываясь корпусом вездехода. Пули с визгом рикошетили от металла.

Мэтт присел на корточки, прислонился спиной к вездеходу и окинул взглядом холл, наполнившийся клубами дыма. Оттуда им тоже угрожала опасность. Надо было торопиться.

В дыму на секунду промелькнул высокий седовласый человек в распахнутой шинели. Русский держал в руках завернутого в одеяло мальчика. Ребенок верещал, закрыв ладонями уши.

«А это еще откуда?» — подумал Мэтт, не веря своим глазам.

— Ложись!

Брэтт с силой пригнул его голову вниз.

Грир метнул гранату через обломки вездехода в сторону снайперов, а Уошберн катнула вторую по полу в глубь холла.

— Нет! — закричал Мэтт.

От раздавшихся взрывов Мэтт снова потерял вернувшийся было слух. От ударной волны вездеход накренился и со скрежетом проехал по льду сантиметров тридцать. На них посыпались ледяные осколки. Холл вновь наполнился клубящимся дымом.

Брэтт махнул рукой вперед — надо было прорываться к выходу, в надежде, что взрывом гранаты им удалось расчистить путь от назойливых снайперов. Выбора у них просто не было.

Брэтт выскочил из-за укрытия первым. За ним бежали Уошберн и Мэтт, а Грир замыкал группу, вслепую стреляя из винтовки в сторону холла. Выстрелы звучали в ушах Мэтта, как разрывы хлопушек.

Внезапно Грир налетел плечом на Мэтта, чуть не сбив его с ног. Мэтт с трудом сохранил равновесие и рассерженно оглянулся назад, подумав, что моряк пытается его поторопить.

Грир упал на колено. Лицо его исказилось яростью и болью. Под ним быстро растекалась лужа ярко-красной крови, бьющей ключом из ноги. «Артерия», — догадался Мэтт.

Он затормозил, проскользив по ледяному полу, и повернулся назад, намереваясь помочь подводнику.

Грир опустился на оба колена, положив на них винтовку, и что-то прокричал, слабо махнув рукой вперед.

Мэтт почувствовал, как Уошберн дергает его за локоть, заставляя бежать дальше. Она уже все увидела и поняла, что помогать Гриру бесполезно.

Взгляды Мэтта и Грира на секунду встретились, и Мэтт с удивлением увидел в глазах моряка какое-то непонятное смирение. Подводник лишь пожал плечами, словно выражая разочарование по поводу проигранного пари. Он развернулся в сторону холла, поднял винтовку и продолжил стрелять в дымовую завесу.

Хлоп... хлоп... хлоп...

Скрепя сердце Мэтт последовал за тянущей его Уошберн. Они рванули по коридору мимо останков вездехода в сторону развороченной входной двери станции, встретив по дороге распластанные на льду трупы солдат.

Путь к выходу был свободен.

Мэтт заметил знакомый предмет в оторванной руке, валяющейся на полу. Он на ходу схватил его из раскрытой ладони и запихнул в карман куртки. «Еще пригодится», — подумал он.

Тройка беглецов наконец выскочила на поверхность, где по-прежнему бушевал ураган.

По странному совпадению, слух вернулся к Мэтту, как только они окунулись в снежную пелену. Ветер пронзительно засвистел в ушах.

— Туда! — прокричал Брэтт, показывая на припаркованные у станции машины.

Они планировали захватить один из снегоходов и добраться на нем до передатчика, спрятанного среди торосов. Однако им предстояло еще пробежать метров сто до стоянки. Надеяться на то, что машины не охраняются, было по меньшей мере неразумно.

Беглецы метнулись через открытое пространство в сторону наполовину погребенных в снегу вездеходов. По ним тут же открыли огонь. Лед прочертили трассы пулевых разрывов. На них обрушились каскады ледяных осколков.

Все трое бросились плашмя на скользкую поверхность и укрылись за невысоким торосом. Стрельбу вели снайперы, надежно укрывшиеся в небольшой прогалине между двумя ледяными скалами. Там виднелись оранжевые палатки.

— Туда мы перетащили найденные на станции трупы, — прохрипела Уошберн. — Я знаю, как туда пробраться с другой стороны, и у меня еще осталась одна граната. Прикройте меня.

Она развернулась и поползла обратно к входу на станцию. Брэтт открыл огонь по палаткам. Мэтт откатился немного в сторону, сбросил с плеча АК-47 и тоже начал стрелять, стараясь целиться в любую движущуюся мишень.

Уошберн тем временем доползла до узкой расщелины в скалах, намереваясь зайти снайперам с тыла.

И тут, уже в который раз за этот проклятый день, все пошло не так, как они задумали.

17 часов 11 минут

Дженни замерла в напряженном ожидании вместе с остальными беглецами у отверстия вентиляционной шахты. Одной рукой она придерживала Бейна за загривок. Ветер по-прежнему дул с ураганной силой, хотя плотный снегопад уже почти рассеялся.

— По моей команде! — прокричал Ковальски.

Он и Том стояли впереди группы, подняв бутылки с зажигательной смесью над головой.

Перед ними возвышались массивные фигуры пятерых гренделей. Звери незадолго до этого прервали атаку, потревоженные эхом взрывов, которое донеслось откуда-то из-за соседнего ледяного хребта.

— Это со станции, — промолвил Том. — Там идет бой.

— Похоже на разрывы гранат, — согласился Ковальски. Недолгое замешательство гренделей позволило им подготовить «коктейли Молотова» и разработать незамысловатый план.

Ковальски шагнул в сторону ближайшего гренделя и помахал перед ним горящим фитилем бутылки. Огромный зверь отпрянул, оскалив зубы, как злая собака, но не сдвинулся с места. Остальные грендели осторожно отступили на шаг назад.

— Этот, похоже, самый здоровый, — прошептал доктор Огден, склонившись над плечом Дженни. — Я уверен, что это один из «охранников» лежбища. Он среди них наиболее агрессивный.

План беглецов как раз и заключался в том, чтобы обезвредить вожака, в надежде, что остальные грендели разбегутся, оставшись без лидера. Ковальски сделал еще шаг в сторону монстра. Том последовал его примеру. Внезапно зверь заревел и в стремительном рывке бросился на них.

— Мать твою! — заверещал Ковальски.

Почти не целясь, он швырнул бутылку в чудовище и отскочил назад, сбив с ног стоявшего за ним Тома. Оба кубарем покатились по льду.

К счастью, моряк не промахнулся. Бутылка попала прямо в морду гренделя, и через секунду из его раскрытой пасти вырвались языки пламени и клубы дыма. Завертевшийся в агонии и ярости зверь чем-то напоминал огнедышащего дракона. Остальные чудовища в панике бросились в бегство. Тесное ущелье наполнилось запахом горящей плоти.

— Кидай! — прокричал Ковальски, вскакивая на ноги вместе с Томом.

Матрос, который каким-то чудом не выпустил бутылку из рук при падении, размахнулся и, как профессиональный бейсболист, метнул зажигательный коктейль в проход между скал.

— Бежим! — скомандовал Ковальски и первым рванул с места.

Он с опаской обежал распластавшуюся на льду тушу гренделя, несмотря на то что поверженный зверь не подавал признаков жизни. В пасти и ноздрях монстра все еще полыхали язычки пламени.

Том махнул остальным рукой. Дженни отпустила Бейна и побежала вместе с Крейгом и Амандой. Полуволк, почувствовав свободу, огромными прыжками бросился вслед за Ковальски. Группу замыкали Том и команда биологов.

Ковальски время от времени останавливался и кидал бутылки с горючей смесью, прокладывая огненную дорожку на льду, чтобы отпугнуть упорно следующих за ними гренделей.

Внезапно сзади раздался крик...

Дженни на бегу обернулась и увидела, как Том и Зейн помогают Энтони выбраться из небольшой полыньи, куда тот провалился одной ногой.

Ковальски остановился в ожидании.

— Хреново, не правда ли? — сочувственно прокричал он студенту, а про себя подумал: «Надо бы с этими лунками во льду быть поосторожнее. Так можно ногу сломать... А то и шею».

Зейн помог другу подняться со льда.

— Черт, нога совсем заледенела, — пожаловался Энтони. За его спиной послышался треск ломающегося льда. Грендель вынырнул из воды, проломив тонкую ледяную корку, и схватил Энтони за ногу огромными челюстями. Зейн и Том отлетели в стороны от удара вздыбившихся льдин. Через мгновение огромный монстр исчез подо льдом, утащив с собой тело студента, который не успел даже вскрикнуть.

Беглецы в суматохе бросились прочь, то и дело останавливаясь, чтобы не провалиться в полыньи, затянутые тонким слоем льда. Таких лунок здесь было подозрительно много, и заметить их под снегом было трудно.

— Грендели следуют по нашим стопам под водой, — тяжело дыша, произнес доктор Огден после очередной остановки. — Они отслеживают нас по звуку шагов.

— Мы не можем останавливаться, — сказал Ковальски. Никто и не собирался этого делать. Ковальски отважно вызвался возглавить группу. Остальные медленно двинулись вперед, осторожно ступая по его следам.

Новая тактика гренделей напоминала Дженни повадки белых медведей, которые, охотясь на морских котиков, так же выскакивали из-подо льда и хватали ничего не подозревающую жертву. Похоже, что ледяная поверхность в этом районе была испещрена отдушинами, покрытыми тонким льдом.

«Нужно быть осторожнее», — подумала она.

Снег неподалеку от нее немного вздыбился, из-под него донесся треск крошащегося льда. Грендели продолжали их преследовать.

— Мы уже близко, — прокричал Том и показал рукой вперед. — Парковка вон там, за следующим торосом.

Группа ускорила шаг, и Дженни вскоре убедилась, что матрос прав. Впереди опасный лабиринт торосов обрывался у небольшой ледяной равнины. Цель их была близка.

Сквозь вой ветра до них вдруг донеслись звуки стрельбы. Ковальски осторожно приблизился к проходу между вздыбившихся льдин и поднял руку, заставив группу остановиться. Звуки выстрелов раздавались совсем рядом — похоже, в районе парковки шел настоящий бой.

— Кто-то решил побороться с русскими, — промолвил Том из-за его спины.

— Может быть, это «Дельта форс»? — спросила Аманда, повернувшись к Крейгу, но тот лишь отрицательно помотал головой.

Ковальски шепотом подозвал их поближе и показал на парковку. В десяти метрах от их укрытия на гладком льду выстроились вездеход, снегоходы и другие машины.

За парковкой две фигуры вели огонь в направлении ледяных пиков на противоположной стороне ущелья, укрывшись за невысоким ледяным гребнем. В ответ оттуда раздавались длинные автоматные очереди.

В снежных вихрях, поднятых с поверхности льда ураганным ветром, определить, где свои, где чужие, было невозможно.

Бейн внезапно бросился мимо припаркованных машин в сторону распластавшихся на льду фигур. Дженни рванулась было за ним, но Ковальски схватил ее за локоть и показал рукой на вход в базу, освещенный размытым светом фонаря. Оттуда одна за другой выскакивали фигуры в белых арктических куртках. На ледяном поле разыгрывалось настоящее сражение.

Дженни поискала глазами Бейна, но тот уже исчез за корпусами снегоходов.

Стрельба становилась все более интенсивной.

— Ну и что мы теперь будем делать? — спросил Том.

17 часов 14 минут

Мэтт наблюдал из-за гребня, как три солдата навалились на яростно отбивающуюся Уошберн и скрутили ей руки. Со станции к русским пришло подкрепление — солдаты выскакивали из темного отверстия входа и разбегались направо и налево, планируя обойти американцев с флангов. Огонь по ним со стороны станции тоже усилился.

«Еще немного — и нас сотрут в порошок», — подумал

Мэтт, выпустив короткую очередь по мелькающим у входа фигурам. Брэтт продолжал вести огонь по русским, укрывшимся среди палаток.

Боеприпасы подходили к концу.

— Я возьму огонь на себя, — прокричал Брэтт, — а ты постарайся добраться до машин и свалить со станции.

— А как же ты?

— Я попробую задержать их как можно дольше.

Мэтт колебался. Моряк резко повернулся к нему с горящими от ярости глазами:

— Это не твоя война!

«И не твоя тоже», — хотел возразить Мэтт, но передумал. Времени было в обрез. Он просто кивнул в знак согласия.

Брэтт вытащил из кармана гранату:

— Приготовились.

Мэтт набрал воздух в легкие и поднялся на четвереньки.

— Пошел! — прокричал моряк и изо всех сил метнул гранату в сторону палаток.

До вражеской позиции она не долетела, но, взорвавшись, подняла в воздух тучу ледяных осколков и снежной пыли.

Воспользовавшись моментом, Мэтт выскочил из укрытия и, как заправский спринтер, бросился к парковке. Брэтт развернулся и открыл огонь по русским, засевшим у входа на станцию.

Их план, возможно, и удался бы, если бы русские не успели к этому времени зарядить реактивный гранатомет. До Мэтта донесся звук выстрела и характерный свист ракеты.

Он бросился плашмя на лед, перевернулся на бок и проехал несколько метров по неровной поверхности, разодрав куртку об острые льдинки. Брэтт, очевидно, тоже услышал звук приближающегося снаряда и попытался выпрыгнуть из укрытия, но было слишком поздно.

Мэтт закрыл лицо ладонями, чтобы защититься от ледяных осколков.

Раздался оглушительный взрыв. Лед под ним содрогнулся. Мэтт приподнялся на руках и увидел, что от их укрытия осталась только глубокая воронка во льду. Брэтта нигде не было видно.

Внезапно в сугроб рядом с ним упал дымящийся армейский ботинок.

Мэтт в ужасе откатился в сторону, вскочил на ноги и бросился к машинам. В конце концов, моряк пожертвовал своей жизнью не ради того, чтобы он попал в плен к русским.

17 часов 16 минут

Дженни наблюдала за одинокой фигурой в белой парке, бегущей по льду. «Похоже, один из русских...» — успела подумать она, прежде чем клубы дыма и пара заслонили ей вид.

— Пора выдвигаться, — сказал Крейг, оторвав ее от мыслей. — Нужно использовать момент и попытаться захватить любой транспорт.

— Кто умеет водить вездеход? — спросил Ковальски, показывая на гусеничную машину, стоящую всего в десяти метрах от них.

Так близко...

Огден поднял руку:

— Я могу. Ковальски кивнул:

— Я и Том возьмем пару снегоходов, чтобы обеспечить прикрытие с флангов. Остальные должны поместиться в вездеходе. У меня еще остались два «коктейля Молотова». — Он передал одну бутылку с фитилем Тому. — Мы постараемся отвлечь внимание русских от вездехода.

— Так и сделаем, — согласился Крейг.

Все как по команде бросились к вездеходу. Том и Ковальски отделились от группы и рванули к снегоходам.

Огден добежал до вездехода первым и рывком открыл дверь. Зейн и Магдалена забрались на переднее сиденье, пока он пытался завести мотор. Движок кашлянул и заработал с громким ревом, который мог привлечь внимание русских. Беглецы надеялись лишь на то, что солдаты еще не оправились от суматохи недавнего боя и временно оглохли от взрывов. К тому же рев моторов мог легко затеряться в завываниях ураганного ветра.

Дженни внимательно следила за любыми признаками того, что их обнаружили, но за дымовой завесой ничего не было видно. Ветер сдувал облако дыма и пара ко входу на станцию. На короткое время они были в безопасности.

Она услышала, как один за другим заурчали моторы снегоходов.

Том и Ковальски достигли своей цели.

— Внутрь, быстро! — скомандовал Крейг, открывая заднюю дверь вездехода.

Аманда ухватилась за край входного отверстия, как вдруг откуда-то сзади гул мотора перебил яростный лай собаки.

Дженни резко обернулась на знакомый звук. «Бейн...» Она вгляделась в поредевшую дымовую пелену и заметила движение метрах в пятидесяти от вездехода. Одинокая фигура в русской парке тяжело ступала по скользкому льду. Дженни шепотом позвала Крейга. Аманда застыла в дверном проеме.

Дженни показала на солдата с автоматом в руках, который, похоже, не замечал их присутствия. Он был совсем недалеко от воронки, образовавшейся на месте взрыва ракеты.

«Наверное, потерял ориентацию и оглушен взрывом»,—

предположила она.

— Придется его убрать, — сказал Крейг.

Внезапно у самых ног русского мелькнула черная тень. Бейн...

Полуволк метнулся к солдату и повалил его на лед.

— Похоже, нам не придется с ним возиться. Ну и здоровенная же все-таки собака! Такую ничто не остановит, — промолвил Крейг.

Дженни с удивлением наблюдала за сценой. Бейн не стал бы без команды бросаться на кого попало.

Солдат немного повалялся в снегу с полуволком, потом встал на колени и притянул к себе пса. Дженни невольно сде лала несколько шагов в сторону обнимающихся человека и зверя:

— Это Мэтт!

17 часов 18 минут

Мэтт не удержался и всхлипнул, сжимая Бейна в объятиях. «Как он здесь оказался? Неужели сам прибежал с "Омеги"?» Поверить в это было трудно.

Ветер донес до него слабый окрик. Он поднял глаза. Окрик послышался снова. Кто-то звал его по имени.

Бейн сделал несколько прыжков в сторону, откуда доносился крик, повернулся и посмотрел на Мэтта, как будто призывая его последовать за ним. Мэтт поднялся и пошел за собакой, с трудом переставляя занемевшие ноги. Он все еще не мог поверить в свою удачу.

И правильно...

Сквозь завывание ветра в воздухе послышался знакомый свист ракеты. Русские, очевидно, догадались о его планах и решили уничтожить парковку с машинами, чтобы отрезать ему путь к бегству.

Мэтт бросился к собаке, пытаясь остановить ее, но Бейн снова рванулся и, добежав до стоянки, заметался между припаркованными машинами.

— Бейн! Стой!

Полуволк, повинуясь команде, остановился и преданно уставился на хозяина.

Через секунду раздался взрыв.

Ударной волной Мэтта швырнуло на спину. Он больно ударился о лед и почувствовал, как тело обдало жаром. Душа и легкие захлебнулись в протяжном крике:

— Не-е-ет!

Он приподнялся и огляделся. Парковка превратилась в нагромождение ледяных глыб и искореженных машин. В центре ее зияла огромная дыра, наполнившаяся водой.

Мэтт от безысходности уткнулся лицом в ладони.

17 часов 19 минут

Дженни показалось, что на долю секунды она потеряла сознание. Мгновение назад она стояла рядом с вездеходом, а сейчас распласталась на льду в двадцати метрах от перевернувшейся набок машины.

Она с трудом приподнялась. Голова шла кругом, а в ушах стоял звон. Она смутно припоминала, как лед под ней внезапно вздыбился и тело ее взмыло в воздух.

«Мэтт...»

В момент перед взрывом она наблюдала, как Мэтт приближался к стоянке. Страх за него, как вспышка, озарил сознание. Дженни попыталась встать на ноги.

В десяти метрах справа от нее Крейг тоже медленно поднимался со льда. Аманда, как это ни удивительно, уже успела оправиться от шока и стояла рядом с разбитым вездеходом.

За ними над огромной полыньей, образованной взрывом, поднимался туман. Вокруг нее, как поломанные игрушки, валялись искореженные остовы машин. Мэтта и Бейна нигде не было видно.

Под перевернутым корпусом одного из снегоходов Дженни заметила безжизненное тело Тома. Из-под него на снег вытекал красный ручеек.

«О господи...»

Перевернутый на бок снегоход Ковальски валялся на склоне соседнего тороса. Мотор продолжал тарахтеть, но сам матрос исчез из виду.

— Мы должны им помочь, — сказала Аманда.

Дженни направилась к ней, тяжело передвигая ноги. Аманда повернулась и сказала заплетающимся языком:

— Этот взрыв... Я думала, ракета упала прямо на меня. Она тряхнула головой.

Дженни положила руку ей на плечо. «Должно быть, невероятно страшно наблюдать сцену взрыва и при этом не слышать ни звука», — подумала она.

К ним подошел Крейг.

Сквозь лобовое стекло вездехода они заметили движение внутри кабины. Доктор Огден и Магдалена, похоже, пытались успокоить Зейна, который в полузабытьи панически размахивал руками. На лбу профессора кровоточила глубокая ссадина.

— Надо их вытащить оттуда, — сказала Дженни.

— Дверь заклинило, — промолвила Аманда. — Я уже пыталась... и не смогла... Может быть, все вместе попробуем?

— У нас нет времени. — Крейг отступил на шаг от перевернутого вездехода и посмотрел в сторону станции. За дымящейся воронкой к ним приближалась линия фигурок в белых парках с оружием наперевес. — Группа зачистки. Мы должны спрятаться, пока они нас не заметили.

— Но где? — спросила Дженни, окидывая взглядом остовы машин и отвесные стены ледяных скал. — Обратно на территорию гренделей?

Крейг покачал головой:

— Отряд «Дельта» будет здесь минут через двадцать... Нам нужно где-то укрыться до их прихода.

— У меня есть вариант получше, но мы должны поторопиться, — встряла в разговор Аманда. — Следуйте за мной.

Она развернулась и направилась в сторону ледяной гряды. Дженни посмотрела на фигуры в вездеходе, потом перевела взгляд на тело Тома, погребенное под обломками снегохода. Сердце ее разрывалось при мысли о том, что им придется бросить товарищей. Но другого выхода не было. Она провела рукой по пустой кобуре. «Спасти их все равно не удастся». С чувством вины и беспомощности она развернулась и побежала вслед за Крейгом и Амандой.

Где-то за спиной взревели моторы. Дженни оглянулась и увидела сквозь туман лучи мотоциклетных фар, движущихся по дуге вокруг воронки.

«Вездеходы на воздушной подушке». Она ускорила бег.

Метрах в тридцати впереди Аманда и Крейг уже исчезли за краем одного из торосов. Подбежав к ледяной скале, Дженни остановилась и еще раз взглянула в сторону остав ленных на произвол судьбы товарищей. Ее внимание привлекло движение под остовом снегохода. Том слабо поднял руку.

У нее перехватило дыхание:

— Том жив!

— Мы не можем возвращаться. Русские могут появиться здесь в любую секунду! — прокричал Крейг из небольшой ниши в ледяной стене.

Дженни оглянулась и увидела за спиной Крейга их средство к спасению. В нише были припаркованы парусные сани с длинными титановыми полозьями. Аманда топориком перерубала веревки, крепившие сани ко льду.

Дженни еще раз обернулась и посмотрела в сторону снегохода. Рука Тома безжизненно покоилась на снегу.

Сжав зубы, она приняла тяжелое решение и направилась к саням. Пойти на риск и оказаться в плену у русских они не имели права.

— По одному на каждую сторону, — скомандовала Аманда, заканчивая обрубать веревки. — Нам нужно вытолкать сани на ветер.

Гул русских вездеходов приближался. Дженни поспешила выполнить команду. Думать о спасении товарищей поздно, а промедление смерти подобно.

Аманда бросила топорик в сани и уперлась всем телом в носовую часть:

— Давайте выдвинем их метров на десять, а потом я подниму парус.

Они в спешке принялись толкать буер, но тот упрямо не поддавался. Времени оставалось в обрез.

— Ну давай же! — прокряхтел Крейг, надавив на сани изо всех сил.

Словно повинуясь его просьбе, примерзшие ко льду полозья наконец сдвинулись с места. Беглецы выкатили сани на обдуваемую ветрами ледовую равнину.

— Все на борт, ближе к носу! — прокричала Аманда, запрыгивая на корму. — По одному с каждой стороны, для баланса.

Дженни и Крейг взобрались на полозья.

Аманда точно выверенными движениями распустила парус, и через несколько мгновений широкое полотно уже развевалось на мачте под сильным напором ветра.

Буер рванулся кормой вперед, стремительно удаляясь от гряды торосов. Позади два мотоцикла на воздушной подушке сновали между искореженными остовами снегоходов. На каждом из них было по два солдата.

Внезапно обе машины резко развернулись в их сторону. Русские их заметили!

— Черт бы их побрал! — выругался Крейг.

Солдаты на ходу открыли огонь по буеру. Лед вокруг него запестрел фонтанчиками разрывов. Несколько пуль попали в парус, но серьезно его не повредили.

— Ложитесь на живот и не поднимайте головы! — скомандовала Аманда.

Дженни и без команды уже растянулась на полозе, Крейг быстро нырнул вниз. Над головами у них стремительно промелькнула балка гика, разворачивая парус на сто восемьдесят градусов. Буер встал на полоз и зашел в крутой вираж.

Дженни затаила дыхание, ожидая, что сани вот-вот перевернутся, но через мгновение буер со скрежетом опустился на оба полоза, и парус с оглушительным хлопком снова наполнился ветром. Дженни рискнула посмотреть назад. Теперь, когда буер развернулся в правильном направлении и скорость его стала стремительно нарастать, вражеским вездеходам за ними было не угнаться.

Она с облегчением перевела дух.

Неожиданно по обеим сторонам ведущего мотоцикла вспыхнули языки пламени.

«Мини-ракеты!»

17 часов 22 минуты

Мэтт, пригибаясь, бежал по скользкому льду под градом свистящих пуль. Движимый яростью, он отчаянно маневрировал между перевернутых остовов машин в поисках убежи ща, но вскоре понял, что спастись таким способом вряд ли удастся. Линия солдат неумолимо приближалась.

Впереди дорогу ему преграждала огромная воронка в центре парковки. Обегая ее, он терял время, но зато мог скрыться, хотя бы ненадолго, в плотных клубах пара, поднимающегося из полыньи.

Мэтт бросился к наветренной стороне, где туман казался плотнее. Но что делать дальше? Скрываться все время в тумане он не мог. Надо было оторваться от русских, сбить их со следа.

Краем глаза он заметил движение на ледяной равнине, простиравшейся за грядой торосов. Буер с голубым парусом скользил по гладкому льду. Его преследовали два мотоцикла на воздушной подушке. Внезапно рядом с парусником в воздух взлетел огромный фонтан раскрошенного льда и воды. Только резкий вираж в самый последний момент спас буер от неминуемого крушения. Град ледяных осколков обрушился на парусные сани. Движение их замедлилось, и дистанция между «охотниками» и «добычей» стала неумолимо сокращаться.

Из мимолетного забвения Мэтта вывел свист пули, впившейся в лед под ногами. Он отскочил в сторону как ошпаренный, вспомнив, что сам находится в смертельной опасности. Пули продолжали крошить лед со всех сторон.

Порыв ветра на мгновение рассеял клубы тумана. Впереди за дымящейся воронкой мелькнули очертания искусственной полыньи для всплытия подлодок. Мэтт остановился как вкопанный.

«Может быть...»

Мэтт попытался прикинуть дистанцию, а потом подумал:

«Хрен с ним... Уж лучше умереть в надежде на спасение, чем просто получить русскую пулю в голову».

Он резко изменил курс и бросился к воронке на виду у русских, не обращая внимания на свистящие вокруг пули. По нему теперь вели прицельный огонь.

Подбежав к неровному краю дыры, он широко раскинул руки и нырнул. На поверхности полыньи плавали огромные осколки льда. Изогнувшись в воздухе, чтобы не удариться об одну из льдин, Мэтт погрузился в океанские воды.

Обжигающий холод, как голодный хищник, яростно набросился на него, сковывая тело невидимой хваткой. Мэтт упорно боролся с инстинктивным желанием свернуться в комок и застыть на месте. Легкие разрывались в удушье.

Но он понимал, что следовать инстинктам в этой ситуации смерти подобно.

Сдерживая дыхание, он замолотил ногами и, широко раздвигая руки, нырнул под самую кромку ледяного покрова. Движение и тройной теплозащитный слой арктической куртки не давали мышцам занеметь.

В полной темноте он разглядел впереди столб света, падающего в океанские глубины из квадратного отверстия во льду. До цели, которую он определил еще на поверхности, было метров шестьдесят.

Искусственная полынья для русских субмарин. Преодолевая холод и тяжесть намокшей одежды, Мэтт с решимостью заработал руками и ногами — он должен был достигнуть цели.

План его был прост — после его самоубийственного прыжка русские подумают, что он утонул, и прекратят погоню. Убедившись, что на поверхности все чисто, он вылезет из полыньи и укроется в одной из ледяных пещер. В кармане куртки лежали пачка русских сигарет и зажигалка. Он найдет способ развести огонь и дождаться в тепле, пока солдаты не прекратят поиски.

Не самый надежный вариант... Но все же лучше, чем получить пулю в спину.

«Еще немного», — уговаривал он себя, продолжая упорно молотить руками и ногами по воде и временами отталкиваясь от неровных выступов в ледяном потолке.

Легкие разрывались от недостатка воздуха. В глазах бегали яркие искорки. Тело начинало неметь от проникающе го холода, а спасительный столб света, казалось, совсем не приближался.

«Может быть, это все-таки глупая затея?..»

Нет... Мэтт не позволит себе паниковать. В конце концов, он прошел суровую закалку в «зеленых беретах» и способен выжить в любых условиях. «До тех пор пока бьется сердце, я не сдамся», — подумал он и принялся работать руками и ногами с удвоенными усилиями.

Душа его вдруг сжалась в комок от наплывших воспоминаний.

«Тайлер... Он тоже погиб, задохнувшись подо льдом». Мэтт попытался отбросить от себя эту мысль, но охватившие его чувства страха и вины не отступали.

«Как сын, так и отец...»

Легкие свело, и из губ его вырвалась небольшая струйка воздушных пузырьков. В глазах потемнело.

«Может быть, я заслужил такую смерть за то, что не смог спасти Тайлера?»

Но в глубине души Мэтт отказывался верить в это и продолжал бороться за жизнь — настоящую и прошлую. Он не отдастся так просто в объятия смерти. И не позволит чувству вины, убивавшему его в течение трех лет, окончательно покончить с ним сейчас.

Последним усилием Мэтт оттолкнулся от воды и вплыл в столб света.

«Будем жить», — с облегчением подумал он, устремившись к светящемуся над ним отверстию полыньи. Кислорода в легких уже почти не осталось.

Он выбросил дрожащую руку к спасительному пятну света... И уперся в твердую стенку.

Поверхность полыньи затянуло льдом во время снежной бури.

Тело его по инерции продолжало всплывать, и он ударился головой об лед. Он забарахтался в воде, молотя кулаками по ледяной крыше толщиной не меньше трех сантиметров.

Всего три сантиметра отделяли его от спасения, но пробить эту стену он не мог.

«Как сын... Так и отец...»

Мэтт в отчаянии опустил взгляд вниз и с удивлением заметил какое-то движение. Одна за другой медленно выплывали из темноты океанских глубин тени. Одна, вторая... третья. Массивные, но грациозные, прекрасно вписывающиеся в этот адский пейзаж. Существа с белой и гладкой, как глянец, кожей медленно поднимались по спирали к загнанной в ловушку добыче.

Грендели.

Мэтт всем телом прижался к ледяному потолку.

«По крайней мере, я не умру, как Тайлер».

17 часов 23 минуты

Аманда резко наклонила парус вперед, увиливая от града ледяных осколков. Огромная синяя глыба свалилась на лед прямо на их пути, отскочила от твердой поверхности и покатилась перед носом буера.

Аманда всем телом надавила на киль, чтобы избежать столкновения. Буер накренился и стремительно пронесся мимо кувыркающегося ледяного обломка.

Обернувшись, она заметила сквозь пелену ледяной пыли, что русские по-прежнему преследуют их, объезжая с обеих сторон глубокую воронку во льду.

Она быстро заработала рулевыми педалями, беспорядочно меняя курс. Скорость буера упала, зато теперь в него сложнее было попасть неуправляемой ракетой.

Дженни и Крейг перевернулись на живот и наблюдали за действиями русских, чтобы быть готовыми сообщить Аманде о любой опасности.

— Ты классно управляешь санями! — прочитала Аманда по губам Дженни и ответила ей кривой усмешкой.

Расслабляться было рано.

Крейг вытянул из подкладки куртки проводок наушника, вставил его в ухо и прислонил к губам воротник.

Аманда не видела, о чем он говорил в микрофон, но предположила, что агент пытается связаться с группой спецназа и сообщить о ситуации заранее обусловленными фразами.

«Мы покинули станцию. "Футбольный мяч" пока в безопасности». Открытым текстом передавать сообщение он не мог, опасаясь радиоперехвата и утечки информации на завершающем и самом важном этапе операции.

Дженни замахала рукой, показывая назад. «Что-то не так», — догадалась Аманда и развернулась в своем тесном кресле. Один из мотоциклов, стремительно приближаясь, заходил им в хвост справа.

Она выпрямила курс. Парус наполнился ветром, и сани помчались быстрее. Расстояние между ними и преследователями стало медленно увеличиваться.

— Русские готовятся к стрельбе, — прочитала она по губам Дженни.

Аманда быстро оглянулась. Русские низко пригнулись к корпусу мотоцикла, похоже, выжимая из машины все, на что она способна.

Ей придется сделать то же самое.

Она посмотрела на спидометр. Стрелка приближалась к рекордной отметке в восемьдесят километров в час.

Аманда отогнала мысли об опасности и попыталась сконцентрироваться на своих ощущениях: пальцы на веревках, стопы на педалях, ладонь на рукоятке киля. Она слилась с буером в единое целое, «слыша» всем телом скрип полозьев на льду и пронзительный свист ветра, наполняющего парус. Глухота из недостатка превратилась в преимущество.

Буер стремительно набирал скорость.

...Девяносто... сто...

— Они стреляют! — прокричала Дженни.

...Сто десять... сто двадцать...

Справа по борту раздался взрыв; фонтан ледяных осколков метнулся ввысь. Аманда немного развернула парус, чтобы подхватить ударную волну.

...Сто тридцать...

Внезапно полозья налетели на небольшой выступ во льду. Буер взметнулся в воздух, как виндсерфер, подхвативший удачную волну. В этот момент под ними прогремел очередной взрыв.

Аманду подбросило в кресле, но она удержала сани в равновесии. Буер снова грохнулся на лед и помчался вперед с неимоверной скоростью, подгоняемый напором ударной волны.

...Сто сорок... сто пятьдесят...

На них обрушился град ледяных осколков, но самое страшное было позади. Слившись воедино с пилотом и ураганом, буер несся по льду, как стрела.

Крейг показал рукой назад:

— Они поворачивают обратно! Господи, вам это удалось! Аманда даже не оглянулась. Она и так знала, что добилась цели. Буер летел вперед, почти не касаясь полозьями льда. Стрелка спидометра подрагивала на отметке в сто пятьдесят километров в час. Аманда опустила руку на рукоятку тормоза...

К ее ужасу, сани на ее действия никак не отреагировали. Похоже, тормоз вышел из строя при ударе о лед.

Аманда снова и снова сжимала рукоятку тормоза. Бесполезно. Тогда она попробовала свернуть парус. Тоже безрезультатно. Напор ветра был слишком силен. Веревки напрочь застряли в кольцах и туго натянулись, словно превратившись в стальные канаты. Буер не был сконструирован для таких скоростей.

Почувствовав, что что-то неладно, пассажиры уставились на нее широко открытыми глазами.

Напор ветра усилился. Стрелка спидометра вновь двинулась вверх.

...Сто пятьдесят... сто шестьдесят... Спидометр зашкалило.

Буер несся по ледяной равнине, как ракета, повинуясь только ураганному ветру. На такой скорости малейшая ошибка в управлении грозила неминуемой гибелью.

У Аманды оставался еще один способ замедлить сани, которого она всеми силами пыталась избежать. Но другого выхода, похоже, уже не было.

Она прокричала:

— Доставайте топор!

17 часов 26 минут

Мэтт чувствовал, что теряет сознание. Стая гренделей медленно, но уверенно поднималась к нему из океанских глубин. Спешить им было некуда. Звери, как и Мэтт, понимали, что скрыться ему негде. Он попал в западню. Сверху был лед, а снизу — острые зубы монстров.

Он вспомнил рассказ Аманды о том, как она отвлекла от себя внимание гренделя, использовав шлем и нагревательную маску. Если бы только у него под рукой было что-то похожее... источник тепла... яркого света...

И тут его осенило... «У меня же есть...»

Мэтт судорожно похлопал по карманам куртки. «Только бы она не выпала!» — взмолился он.

Рука нащупала предмет, который он выхватил из оторванной руки русского солдата при побеге со станции.

С облегчением он вынул из куртки железную болванку, похожую на крошечный ананас. Зажигательная граната. Точно такая же, что испепелила Перлсона.

С помутневшим от недостатка кислорода сознанием Мэтт откинул крышку предохранителя, нажал на светящуюся кнопку и, не целясь, бросил гранату в сторону ближайшего гренделя.

Под тяжестью собственного веса железная болванка быстро закувыркалась вниз.

Мэтт закрыл уши ладонями, выпустил остатки воздуха из легких, оставив рот открытым, и сжался в комок в ожидании взрыва. Одним глазом он наблюдал за приближающимся монстром.

Грендель ткнулся носом в проплывавшую мимо гранату. Мэтт зажмурился. «Господи, помоги мне...»

Внезапно его окатило жаром. Сквозь плотно сжатые веки Мэтт увидел вспышку, и через секунду ударная волна врезалась в него, как тяжелый грузовик, сдавив череп и легкие, вырывая руки и ноги из суставов.

С огромной силой тело его швырнуло о ледовый потолок. Пробив слой льда, он взмыл над поверхностью полыньи, беспомощно размахивая руками, и судорожно втянул в себя глоток холодного воздуха.

Не успев опомниться, он снова погрузился в усеянную раскрошенным льдом и горящими масляными пятнами воду. Мэтт изо всех сил заработал руками и ногами, возвращаясь на поверхность. Краем глаза он заметил огромную белую тушу, покачивающуюся в толще воды в нескольких метрах от него. С гладкой кожи гренделя стекали потоки ледяной крошки и горящей жидкости. Мэтт на секунду встретился взглядом с темными глазами чудовища и невольно отшатнулся.

А затем тело монстра перевернулось и стало медленно погружаться.

Труп.

Дрожа от холода и пережитого страха, Мэтт вынырнул на поверхность. Над полыньей поднимались клубы пара. Его попытка скрыться от преследования незамеченным закончилась неудачей. Пока он оглядывался вокруг в поисках места, чтобы выбраться из полыньи, на берегу показались фигуры в белых куртках.

На него смотрели дула автоматов. Русские.

Мэтт обреченно ухватился за обломок льдины. Трюков в запасе у него не осталось.

t