Ночь лагеря.
Кацуки
Когда девочки покинули нас, в воздухе повисла тишина, только потрескивание костра разрывает её. Я сидел рядом с Киришимой и Каминари, наблюдая за тем, как Мия уходит. Она явно избегала нашего взгляда, и это раздражало.
"Она всегда такая," — произнес Каминари, обмахиваясь от дыма. — "Почему она такая отстраненная?"
"Она просто не понимает, как расслабиться," — ухмыльнулся Киришима. — "Все время пытается быть серьезной."
"Так они будут смеяться над ней, пока она не начнёт доверять," — заметил я, прокручивая в голове все ее взаимодействия с нами. Мне было интересно, как она отреагирует на провокации.
"Если она не перестанет дуться, то навсегда останется в стороне," — сказал Каминари, потирая подбородок. — "А знаешь, мне было бы интересно узнать, что она думает о тебе, Бакуго."
Я посмотрел на них с легким недовольством.
"Никакие уши не должны быть за пределами ничего," — проворчал я. — "Я не особо собираюсь разбираться в её мыслях. Она сама по себе."
"Да нет," — усмехнулся Сэро. — "Ты, наверное, не замечал, как она на тебя реагирует. Даже когда ты о чем-то говоришь, она прячет взгляд — как будто боится, что ты заметишь."
"Она просто хмурая, как обычно." — Я отмахнулся от их слов, меня это бесило. В то же время меня удивляло, что моя гневающая натура находит отклик в её холодной оболочке.
Каминари, видя, как я сдерживаюсь, продолжил с легкой насмешкой:
"Ладно, даже если ты этого не ценишь — она сильно выделяется. Прямо как лед на костре! Надо бы нам её как-то развеселить."
"Не умничай," — прошипел я. — "Она не способна поднять настроение."
"А кто вам нравится из наших девочек? Ну.. по внешности, по силе и так далее.. ну конечно в первую очередь из за внешности." - со слюнями произнес Минета.
"Мне Хагакурэ." - сказал Оджиро. - "Она милашка."
"Ах, мне тоже.. особенно зная, что она ходит голая из за того, что в одежде ее будет видно, прям грязные мысли напрашиваются в голову.." - тот уже витал в облаках своей испорченности.
"Какой же ты мерзкий.." - усмехнулся Сэро.
"Мне нравится Мия." - сказал Сэро. - "Она наблюдательна, сильна, красива. В общем, все лучшие качества."
Сато, Кода, Каминари, Шоджи, Иида кивнули.
"Мне Тсую." - сказал отстраненно Токоями.
"Мне Яойорозу." - спокойно сказал Тодороки, без объяснений, хоть все и ждали.
"Мина." - сказал Киришима. - "я с ней давно знаком, она по особенному мне нравится." - все ухмыльнулись.
"Ну...мне..эм.. Урарака" - сказал неловко Мидория.
Все посмотрели на меня. Я оскалил зубы. - "Че пялите, уроды?!"
"А тебе кто, Бакуго?" - ухмыльнулись Каминари и Минета.
"Никто! Нет ни одной, кто бы мне понравился!" - я фыркнул.
"Да ладно тебе, Бакуго! По любому кто то нравится!" - сказал Киришима.
Все начали поддакивать и капать мне на мозг. И в итоге я взорвался. - "Мия! Довольны, черти?" - я вскочил и указывал на них пальцем. - "Но только потому, что она единственная, кто может отвечать мне в бою среди девок!"
"Ну да да, конечно..." - Киришима и Каминари переглянулись и хихикали.
"Сдохните!!" - вопел я.
Парни продолжали смеяться, а я, обуреваемый злостью, злился еще больше на их дерзкие шутки.
"О, как мило," — произнес Каминари, указывая на меня, — "Бакуго, ты просто не можешь признать, что она тебе нравится!"
"Ты же сам говорил, что в бою она тебе составляет серьезную конкуренцию!" — подхватил Киришима, смех закинулся в голосе. — "Это, конечно, имелось в виду как комплимент, но..."
"Завалите хлебальники!" — почти закричал я, чувствуя, как щеки горят от стыда. — "Она просто занимается своей чёртовой работой!"
Смех продолжал нарастать. Парни, казалось, не собирались останавливаться.
"Бакуго, ты просто лукавишь! Ты просто не хочешь сказать, что у тебя есть слабость," — сказал Минета, скрестив руки на груди.
"Слабость?" — я с насмешкой посмотрел на него. — "Я и не знал, что у меня такая... "слабость"." - у меня дергалась бровь.
"Да ты просто смотри, как она на тебя реагирует! Даже когда ты на неё злишься," — произнес Каминари и подделал такой ужасный голос, имитируя Мию. — «Закрой рот и не тявкай!»
Произнося это, он разразился смехом, и все парни подхватили его восторг.
Смех продолжал разноситься вокруг, и я чувствовал, как моё терпение начинает иссякать. Каждый новый коммент только подстёгивал мою агрессию, и эта толпа парней начинала меня раздражать ещё больше.
"На что ты потратил все свои труды, Бакуго?" — прокомментировал Каминари с дразнящей усмешкой. — "На то, чтобы вредить другим, или может быть, тебе действительно нравится, как она ведёт себя?"
"Да тебе какое нахрен дело?!" — отрезал я, стараясь сохранять хладнокровие, но голос начинал срываться. — "Она просто сильная, и это единственное, что меня интересует!"
"Никто не спорит, что она сильная," — подхватил Киришима, делая вид, что глубоко задумался. — "Но кто бы не хотел иметь такое сочетание силы и красоты? Серьезно, ты не должен держать всё в себе!"
"Вижу, кто-то больно рисует свои фантазии в голове," — сказал я, сжимая кулаки. — "Это всё не имеет смысла! Между нами ничего нет! И она мне никто!"
"Да, да, но ты же сам это признал," — продолжал Каминари, как будто его это веселило. — "Ты не можешь отрицать, что она вызывает у тебя какой-то интерес, прямо как ты — для нее. Хоть вы и стараетесь держаться по две баррикады друг от друга."
Я чувствовал, как гнев накатывается на меня, как волна на бережок. Я рявкнул, обращаясь к ним:
"Всё это чушь собачья! Я буду делать своё дело, а не сосредотачиваться на этом дерьме!"
Парни, тем не менее, продолжали смеяться, но теперь они уже начинали раздражать меня не только своей болтовнёй, но и своей настойчивостью.
"О, не отказывайся от своей судьбы, Бакуго!" — сказал Оджиро, подмигивая. — "Ты не сможешь сдерживать свои эмоции вечно."
Я со злости переглянул остальных, увидев, как они явно наслаждаются дорогим моментом.
"Если вы все такие умные," — прошипел я, — "то почему бы вам не устроить свою собственную игру без меня?"
"Да уж, Бакуго, ты единственный, кто не хочет признаться!" — ответил Киришима, смеясь.
"это просто смешно!" — подхватил Минета. — "Отказаться от своих чувств — отважно!"
"Сдохните!" - я развернулся и ушел к себе в комнату.
Когда я вернулся в свою комнату, мир вокруг меня словно погрузился в абсолютную тишину. Я закрыл за собой дверь и рухнул на кровать, смотря в потолок. Все эти разговоры, смех и насмешки о Мие продолжали вертеться в голове, словно заедающее, раздражающее проклятие. Как же они могли так легко обсуждать это? Это же бред! Никакие чувства не могли меня тронуть. Это же опасно, это отвлекает от настоящего.
"Пожрать меня забыла, Эй, да ладно?" — шипел я, поворачиваясь на бок. — "Она — просто девка, а я — герой. Неужели мне, Бакуго, стоит на нее зацикливаться? Она лишь пыль на моем пути."
Сложно было удержаться от злости. Я знал, что в бою она способна противостоять, но это не означало, что я должен испытывать какие-то «переплетения чувств». Такие вещи были для слабаков, для тех, кто не мог держать свои мысли под контролем. Мия была просто еще одной ученицей, как многие другие, с которой я скорее разозлюсь, чем буду проводить время.
"Видимо, я должен резать лоб, вместо того чтобы опасно терять своё время," — произнес я в меланхолии, но в глубине – словно что-то тревожило меня.
Ночь окончательно поглотила комнату, став тёмным зевом, когда я снова начал обдумывать их слова. И, словно волшебный триггер, в меня закралась неуверенность: "А что если они правы?" Чертовы мысли! Как могли они это сказать?
Меня вдруг подбросила идея проверить, что же на самом деле я чувствую к ней. Не отступной, просто какая-то детская буря в голове. Поздней ночью, когда все вокруг дремали, я снова покинул свою комнату.
Я прокрался к её комнате, сердце тяжело стучало в груди. Я, казалось, параноил, крадучись к окну. На улице тихо, ночное спокойствие царит вокруг, но мне это было не важно.
Это окно было открыто, лишь занавески колыхались от лёгкого ветерка. "Боже... что я творю?" — эта мысль всколыхнула меня, и я хотел уйти, развернуться и скрыться в темноте. Но желание осталось, и, опасаясь быть пойманным, я тихо переполз внутрь.
Я вскользь выглянул в ее комнату и увидел её спящей на кровати. Мягкий свет из луны освещал её лицо, создавая полумрак. Как же она была беззащитна, а в тот же миг её спокойствие напоминало мне о том, что я хотел избежать.
С каждым мгновением, с каждой секундой, когда я смотрел на неё, мысли в голове становились всё туманнее. "Она действительно сильная." Каждый её порыв, каждый жест в бою, напомнил мне об этом. И в этот момент, когда я наблюдал за ней, она показалась мне не просто соперником, а кем-то более глубоко укоренившимся в моей жизни — хоть я и не хотел в этом признаваться.
Моя рука потянулась к ней, я неосознанно хотел прикоснуться к её волосам, вновь увидев их мягкость. Я не знал, что происходит, когда вдруг щупальца схватили мою руку, пронзили меня своими ощущениями.
Я замер. Она повернулась ко мне с холодным взглядом, который говорил о том, что она оказывается не меньше меня. - "Что ты делаешь здесь?" — произнесла она, тон её голоса отражал гимнастику гнева и неожиданного удивления.
Чёрт, сейчас моя душа играла со мной, не давая шансов ни капли разоблачить свои чувства. Я должен был что-то сказать, ответить, но слова застряли в горле, как будто они не могли пробиться через мою агрессивную маску.
"Эм..." — начал я, искав в разных уголках своей способности к сарказму и непринужденно сообщить о своей правоте. Но старался держать взгляд на её лице, не давал себе шанса отвлечься, колебался под тяжестью своих собственных эмоций.
И это было очень страшно.