Побег
Я очнулся на кухне. В доме звучал ужасный, животный вой, исходящий откуда-то из коридора. Зажмурился, и пытаясь унять головную боль, прижимал ладони к вискам. Подняться получилось не сразу, я видел лишь через размытую пелену: опираясь слабой рукой на скрипящий стул я резко встал, ударившись спиной о стену. Завывания стали громче и невыносимее, сквозь боль я попытался оглянуться вокруг: кухня была разгромленна. На полу , среди разбросанных черных и белых осколков, я увидел какое-то багровое пятно, лежащее прямо у моих ног. Наклониться обратно я не смог, а разглядеть тем более.
Тяжело переставляя ноги, я поплелся в коридор прямо к источнику ужасного крика. По пути я наступил на что-то: по хрусту стекла и скрипу железной оправы, я скорбно понял что это были мои единственные очки.
Крик исходил из запертой ванной комнаты.
--Брук?-- сощурившись, я распознал брата, подпиравшего дверь ванной. Он стоял ко мне спиной, усиленно обороняясь.
--Морган, прошу тебя, собери наши паспорта, они в моей комнате!-- он дрожащим голосом пытался перекрикивать стенания,-- ТОЛЬКО УСКОРЬСЯ, ЧЕРТ ПОБЕРИ!
Я лихорадочно протер глаза, и насколько это было возможно, побежал в комнату старшего брата. Прощупав стол, я обнаружил две небольшие книжечки, одну побольше и черную пластиковую карту. Найдя под столом рюкзак я положил все документы в него, и наглухо застегнув, закинул его за спину. Случайно оглянувшись, я увидел светлую записную тетрадь, и недолго думая, спрятал ее за пазуху.
Выбежав в коридор, я схватил запасные ключи и стул с железной спинкой, ранее стоявший в прихожей. Брук, все еще держа колотящуюся дверь, немного подвинулся, и я поставил стул спинкой за ручку, что бы ее невозмоно было повернуть первые минуты две.
Распахнул входную дверь, впопыхах взял теплое пальто и кожаную куртку с вешалки, и выйдя за пределы квартиры выразительно взглянул на фигуру брата- Брук недоверчиво взглянул в сторону ванной, и спустя секунду, быстро выбежал ко мне, с ужасно громким стуком захлопнув стальную дверь. Неловко перекинув ему пальто, я провернул ключи в двух замках, и мы пустились в бега вниз по лестнице. В квартире еще звучали надрывные крики матери, и скрежет железных косяков.
При уличном свете я наконец-то смог увидеть лицо Брука: через правую сторону лица проходила неровная кровавая трещина, доходящая до середины верхней губы. Одежда и остальное тело вроде были в порядке, не считая избитых рук:
--Это он сделал?
--Она.
Весь остальной путь мы прошли в тишине, до того как встретили возвращающегося из школы Матео. По началу он обрадовался, завидев нас издалека, но подбежав ближе, радость с его лица очень быстро спала. Младший брат испуганно посмотрел на нас, силясь задать хоть какой то вопрос, но Брук схватил его за руку и стремительно потащил к автобусной остановке. Было около трех часов дня, все обычные люди были на работе, лишь некоторые прохожие испуганно косились на двух искалеченных, стремительно куда-то идущих подростков, и неуспевающего за ними ребенка с слишком большим рюкзаком.
Ехали мы примерно часа четыре на межгороднем автобусе, за окном уже была темень. Матео, так и не получив ответы на свои вопросы, положил голову на плечо Брука и уснул.
Только когда мы уже подъезжали к поселку, я спросил:
--И что дальше будем делать?
--Пойдем к бабушке с дедом.
--А если они откажутся нас принимать?
--Значит отдадим Матео,-- он тяжело взглянул на меня.-- И пойдем бомжевать.
Брук тихо рассмеялся, а я пихнул его в плечо.
--Шутки твои ублюдские сейчас вообще не к месту.-- прошипел и поправил лежащий на коленях рюкзак с документами.-- А если им правда некуда нас принять?
--Не беспокойся, на первую неделю мы точно сможем у них остаться, а там решим.
За окном начали проглядываться освещенные желтыми фонарями пейзажи сельской местности.
--Когда ты предложил сбежать, я поначалу думал что как обычно испугаюсь и испорчу весь план,-- я прокашлялся и глянул на ворочавшегося во сне Матео,-- Но это было легче, чем казалось.И я рад, что убежал вместе с вами.
Брук отвернулся, и накрыл коричневым пальто сопящего брата.
--А бабушка знает о том что мы приедем?
--Я ей не успел позвонить.-- он достал из кармана раздолбанный телефон,-- Трэвис увидел как я набираю ее номер, и раздолбал его об стену...-- В автобусе резко начало холодать, и Брук осторожно приобнял Матео,--Ну, а дальше и ты сам знаешь.
--Да в том и дело, я помню только с того момента, когда ты уже удерживал их в ванной. -- я потрогал свой затылок,--Меня видимо вырубили.
Брук грузно выдохнул:
--Я потом тебе расскажу.
Вскоре, мы уже были возле остановки в поселке. До дома было идти всего-ничего, поэтому мы не стали сидеть до конечной. Брук поудобнее ухватил Матео, и мы медленно двинулись вперед.
Ночь на удивление была теплой, как для конца ноября, поэтому мы не спешили. Я нервничал и чувствовал как Брук волнуется тоже. Ветер стих, ночное небо заполонили мерцающие звезды и яркий полумесяц. Улица была не такой, как обычные улицы в городе: никакого мусора, снующих выпивших людей, нет привычных светящихся вывесок магазинов и, на мое удивление, даже в полных потемках чувствовалась безопасность. Обычно, идя ночью по улице, я опасался того что скрывается в черноте, которую не освещают фонари- но здесь я кожей ощущал обвалакивающее спокойствие. Я будто точно знал, что в этой черноте никого нет.
Я шел позади старшего брата, выглядывая из-за его спины на длинную дорогу, и не знал, что будет дальше.