Речи бунтовщика

я выкрашу мир для тебя в фиолетовый,
в цвет твоих питерских давних чаяний,
я буду с тобой с рассвета
неведомо
го ,
когда повстречались
мы

я хочу, чтобы ты стала маленькой,
как в детстве,
несъеденной мной горошинкой,
смотрела на мир как на безначальное
и бесконечное,

моя хорошая,

ведь ты же — море, ты — крики чаек
в глухой предутренней тишине;
я заколдую твое отчаянье,
мир начинается на тебе;

чтобы всегда тебе было зачем-то там
и чтобы любил тебя вечно (кто-то),
чтоб ты не боялась и не рассЫпалась
вдруг, случайно, из-за чего-то,
сережкой березы по ветру майскому,
я буду беречь твое сердце,
милая,
его сохраню,
и отдам лишь бабочке,
что чжуан-цзы задолбал(а) сниться;

наш нежный, утопленный в утре садик,
на листьях роса проступила, дух
укрылся в его самых мягких складочках
там я однажды тебя найду;

ты — моя вечная, над-случайная,
на совпадениях камень с плеч,
мы превратимся в реку хрустальную
и будем вместе
бежать
и течь...