Глава 322: Попытки убедить учителя
Глава 322: Попытки убедить учителя
У людей есть естественный страх заболеть. Врач сказал медосмотр, многие не хотят. Я боюсь, что если узнаю, то умру. Таких мыслей много в толпе.
Врачи тоже ничего не могут сделать с этим типом пациентов. Мы можем только ждать болезни и потом лечить ее. Независимо от того, можно ли ее вылечить или нет, врач может только сделать все возможное.
Выслушав жалобы членов семьи, Се Ванин вспомнил предложение Учителя Суня, но не ответил ни слова и подчинился указаниям Учителя Таня.
Увидев, что осмотр закончен, Тан Келин подошла и ощупала массу тела пациентки.
По сравнению с движениями ее ученика, учительница очень искусна. Она нажимала пальцами прямо и тут же отпускала, когда касалась уплотнения. Физическое обследование было закончено за считанные секунды, и в конце она сказала: «Вставай».
Г-н Тан — старший врач, поэтому она должна чувствовать то, что чувствует, в отличие от нее, студентки, которая дорожит возможностью попрактиковаться в использовании мобильных телефонов. В любом случае, окончательный результат будет известен после операции.
Двое больных сыновей помогли старой матери подняться и надели на нее одежду и брюки, что было поистине очень любезно.
Время уходит, первый пациент уже десять минут как выведен. Поэтому Се Ванин снова получил краем глаза от учителя: что ты скажешь?
Г-н Тан собирается ее проверить. Пока пациентка и члены ее семьи возились у смотровой койки, Се Ванин тихо ответила учителю: «Я думаю, все в порядке. Обследование, проведенное другой больницей, пока не было передано. Я не думаю, что оно было передано. Более того, если его не сделать, если у пациентки не будет никакого перевода. Было бы очень больно умереть от непроходимости кишечника».
Иногда врачи делают операции, чтобы учесть боль пациента перед смертью. Может быть, это и нелогично — говорить, что пожилые пациенты проходят операцию, но те, кто изучает медицину, также знают, как больно пациентам, которые умирают из-за кишечной непроходимости. Казалось, его желудок был заблокирован большим камнем, и он мог только ворочаться на кровати до самой смерти.
На самом деле, самым большим препятствием для операции этого пациента была не опухоль, а плохая кардиопульмональная функция, которая не могла выдержать долгое время операции, и страх не встать с операционного стола. Хирург должен был быть очень быстрым, чтобы сделать эту операцию. Поэтому другая больница рекомендовала пациентке обратиться к ее учителю Тану.
«Кардиологическое отделение нашей больницы очень хорошее, поэтому мы можем пригласить вас на консультацию». Се Ванин продолжил: «Однако я лично не думаю, что у этой пациентки есть проблемы с органической функцией сердца и легких. Это можно сделать, чтобы отрегулировать физическое состояние до и после операции. Сначала поговорите с семьей. Очевидно, что ее ситуация стоит дорого. Но я думаю, что сыновняя почтительность ее сына должна быть отдана ей».
Закончив выступление, Се Ваньин и другие преподаватели решили, что она является стажером без права принимать пациентов.
Слушая ее слова, Тан Келин пролистывал медицинские записи и закрывал их руками. Никто не мог видеть, о чем он думал в его полуприкрытых глазах.
Двое сыновей помогли старой матери сесть обратно в кресло и спросили доктора: «Доктор Тан, как поживает моя мать?»
Тан Келин поднял глаза, его взгляд был немного холодным, а тон мягким и профессиональным: «Сначала я вам объясню. Она, скорее всего, не сможет встать с операционного стола, и она, возможно, не сможет пережить две недели после операции».
«Мы это знаем, мы все это знаем. Врач в больнице нам уже говорил». Двое сыновей пациента подчеркнули, что он не ответит: «Все в порядке, доктор, мы на свой страх и риск».
«Когда придет время подписывать форму согласия на операцию, вы должны четко ее видеть, прежде чем подписывать». Тан Келин не изменил своего отношения из-за слов другой стороны.
«Конечно». Пациент и его семья кивнули: «Не волнуйтесь, доктор, мы никогда не доставим неприятностей доктору».
«Вы звоните и спрашиваете, когда освободится палата?»