По следам экзорциста

Руперт внимательно рассматривал создание перед ним: демон с одним рогом, который, опустив голову, перебирала пальцы.

— До сих пор не могу понять, зачем тебе это... — Он ткнул пальцем в голову Розы.

— Осторожнее! — Харт взял руку Розы за запястье и отвёл в сторону. Руперт лишь фыркнул и закинул руки за голову.

— Она же неполноценная! — Руперт отвёл от неё взгляд.

— Простите... — Тихо произнесла Роза.

— Так, ты не извиняйся по пустякам, а ты перестань её задирать. — Харт указал пальцем на Руперта.

— Да пожалуйста. — Руперт переместился к двери и тихо вышел в коридор. Снаружи было пусто и он уверенно зашагал вперёд. Спустившись на один этаж ниже, Руперт заметил распахнутую дверь в гостевую комнату. Демон заглянул внутрь и тут же поймал на себе взгляд незнакомца.

— Эй, постой-ка! — Юлиан махнул ему рукой, когда демон высунулся обратно в коридор. Алхимик появился в дверном проёме. — Невероятно. — Он протянул руку к голове Руперта, но тот наклонился назад, избежав его прикосновения.

— Прошу простить, но мог бы ты не касаться меня... — Руперт отошёл в сторону.

— Это научный интерес. — Юлиан пожал плечами. — Я никогда раньше не видел демонов.

— Тебе интересно? — Руперт переместился за спину алхимика и оказался в гостевой комнате. На столе стояли различные колбы с жидкостями и несколько раскрытых книг. Демон пробежался глазками по сторонам.

— Быстро ты сдался. — Юлиан закрыл двери и подошёл к демону. — Так, могу я прикоснуться?

— Только рога не трогай! — Руперт прикрыл ладонями два длинных выроста, что шли от лба и немного наклонялись назад.

— Хорошо. — Юлиан усмехнулся и протянул руку, тем самым дотронувшись до плеча, а затем до шеи демона. — На ощупь вроде ничего необычного. — Он поднял взгляд на лоб Руперта и, как только демон опустил руки, дотронулся до рога.

— Ах! — Руперт отшагнул назад, издав странный звук, похожий на тихий стон. — Я же говорил!

— Это ваше чувствительное место? — Алхимик задумался. — Как эрогенная зона?

— Что ты несёшь?! — Руперт снова прикрыл рога руками. — Собрался здесь всякий сброд...

— Ты меня "сбродом" назвал?! — Юлиан поднял одну бровь. — Маленький демон, следи за своим языком. — От слова "маленький" Руперт сморщился.

— У нас разница в росте не такая уж большая. — Руперт снова переместился за спину алхимика и тот резко обернулся. Демон высунул язык и исчез, что заставило Юлиана тихо усмехнуться.

— Очередное бесполезное существо...

Вскоре во дворце людей поубавилось, так как уехали Спрингфайр вместе с Лиором обратно в поместье. Теперь им стоит подготовиться к встрече с графом.

Рэйнхарт закончил прописывать символы на клочках бумаги и, сложив талисманы в ровную стопку, потянулся. Время было между утром и обедом, когда ты только отходишь от раннего пробуждения. Фрея часто проводила время на тренировках рыцарей и участвовала в дуэлях, а Вайн наблюдал за этим, так как делать талисманы вместе с Хартом ему не сильно хотелось. Решив отвлечься, Рэйнхарт вышел в коридор. У двери в комнату Фреи экзорцист заметил Эстер, что тут же отвела взгляд и положила руку на ручку двери. С её волос друг за другом бежали капли воды, так как она снова не потрудилась высушить волосы.

— Эстер подожди. — Как только девушка вошла в комнату, Харт выставил руку перед дверью, не дав ей закрыться.

— Что случилось? — Эстер впустила его в комнату, хоть и чувствовала небольшое волнение где-то между животом и лёгкими.

— Снова ты не сушишь волосы... — Харт дотронулся до кончика пряди её мокрых волос. — Где у тебя полотенце?

— Я и сама могу.

— Я всегда это делаю. — Харт скрестил руки на груди и улыбнулся, но эта улыбка не излучала дружелюбия.

Эстер села на стул и Харт накинул ей на голову полотенце. Сам он таким не выглядел, но его действия были довольно аккуратными и нежными, от чего Эстер даже немного расслабилась. Пальцы прошлись по шее девушки, и она вздрогнула.

— Тебе со мной неудобно? — Харт решил спросить в лоб, и Эстер поначалу растерялась. — Если это так, то просто игнорируй мои вчерашние слова.

— Что, отказываешься от них? — Интонация голоса девушки приняла саркастичный тон, чего она сама не ожидала.

— Ни в коем случае. — Харт аккуратно оттянул её волосы назад полотенцем. — Не хочу, чтобы ты избегала меня. — Несколько минут стояла тишина. Неловкая, давящая тишина. От неё начинало крутить живот и пересыхало горло. Харт отстранился и повесил полотенце на спинку стула. После чего молча вышел, тихо закрыв за собой дверь.

Поместье Спрингфайр находилось на окраине Турмина, огороженное высокой стеной бледно-жёлтого цвета. Людей здесь можно увидеть редко, да и шум города почти не доносился до поместья.

— Феликс, я же просила убрать со стола! — Эврика металась из стороны в сторону на кухне.

— Я не прислуга... — Он надул губы.

— Так и прислуги у вас в доме, кроме Сафрин, нет! — Она вытерла пот со лба. — Скоро остальные вернутся, а у нас такой бардак!

— Это ты захотела заниматься выпечкой весь день! — Феликс с неохотой принялся собирать чашки и складывать их в ведро. — Уже жалею, что согласился научить тебя...

— Благодаря тебе у меня наконец-то получилось! — Рика заметила муку на своей юбке и принялась её отряхивать. — Кто же знал, что вы с Жанной часто выпекали. Это показывает тебя с совсем другой стороны!

— Господин Феликс, госпожа Жанна и господин Юлиан прибыли. — Сафрин поклонилась и встала рядом с выходом из кухни. Маркиза вместе с Феликсом покинули комнату. Горничная посмотрела на оставленный беспорядок и тихо выдохнула. Юлиан отсутствовал несколько лет. Жанна никогда не оставляла за собой беспорядок, кроме своей комнаты. Феликс вовсе днями и ночами находился в башне. Бардака в поместье Спрингфайр Сафрин давно не видела. Стол был заполнен булочками различной формы и с разной начинкой. В самом начале находились маленькие, не очень аккуратные, а в конце пышные и блестящие от карамели.

Первым делом Сафрин усадила всех за стол, подав чай и булочки.

— Нужно постараться съесть это в течение двух дней. — Служанка закончила разливать чай и последней оказалась чашка Лиора.

— Я боюсь спросить, по какому поводу столько? — Юлиан выгнул бровь, глядя на тарелку перед собой.

— Кое-кто увлёкся. — Феликс покосился на Эврику.

— Получилось очень даже вкусно! — Жанна воодушевленно жевала кусочек сладкой булочки.

Лицо Юлиана было невозможно передать, как ему не хотелось пихать в себя полные сахара и муки булки, но это лучше, чем выслушивать нотации от Жанны после. Чтобы Эврика с ног до головы в муке месила тесто? Юлиан даже представлять этого не хотел. Она была создана не для этого.

Чаепитие было недолгим. Жанна вернулась в свою комнату, где за пару дней ничего не изменилось. Она подошла к треснувшему в углу зеркалу и взглянула на своё лицо. Оно тоже не изменилось, такое же мягкое и гладкое, волосы собраны по-прежнему в пучок на затылке, но почему-то ей казалось, что это другой человек. Жанна открыла ящик комода и достала стеклянную баночку с белыми пилюлями. В этот момент в комнату вошёл Юлиан, не постучав и не подав голоса. Его сестра тут же обернулась, и он, увидев её, закрыл за собой дверь.

— Что планируешь делать теперь? — Он опустил глаза на пилюли в банке, которую она держала в руках.

— Отец не поможет мне вернуть шахты...

— Ты серьезно настроена? Не лучше ли выйти замуж за аристократа и жить ни о чём не беспокоясь? — Юлиан сделал несколько шагов вперёд и остановился у шкафа с книгами.

— Это не то, чего я хочу! — Жанна со звоном поставила банку на комод. — Я не желаю замужества!

— Женщина сможет управлять шахтами? — Алхимик прошёлся ладонью по книгам.

— Спасибо, что веришь в меня... — Девушка нахмурилась. — Помогать не станешь?

— Жанна, я исполню любой твой каприз, но не думаешь, что это просто твоё инфантильное желание? — Юлиан повернулся к сестре. — Я буду вести переговоры с Оливином, а ты будешь ждать дома.

— Юлиан!

— Готовься стать главой семьи Спрингфайр. — Алхимик перебил девушку и резко направился к двери, а после покинул комнату.

— Главой семьи? — Жанна опустила глаза в пол, положив руку на грудь. Мысль об управлении герцогством не приходила в её голову, но уверенность в том, что ей нужны шахты никуда не исчезла. И девушка, вздохнув, сжала ладонь на груди в кулак.

Вслед за Юлианом в его комнату вошла Сафрин и остановилась около двери.

— Я продолжаю ухаживать за герцогом. — Начала девушка. — Господин Юлиан, если честно, я удивлена, что он ещё жив...

— Да, это можно назвать чудом! — На столе Юлиана находилась шахматная доска, и он с грохотом поставил фигуру коня и подхватил фигурку ферзя. — Отец и правда удивителен. — Он закатил глаза, крутив в руках белую, деревянную игрушку.

— Мне продолжать делать то, что вы приказали?

— Делай, как обычно. — Юлиан бросил ферзя на стол и посмотрел в сторону окна. — Можешь идти.

Уже на следующий день состоялась дорога в Рингвуд, город с самыми старыми постройками, полуразрушенными зданиями, что сделали местными архитектурными достопримечательностями. Рингвуд также называли «город-музей» и его жители вели себя соответствующе: все образованы, воспитаны и обладают чувством вкуса. Жители города вполне могут соперничать со столичными.

Поместье Церий значительно отличалось от поместья Ионы: тёмно-серые стены, чёрные блестящие крыши с серебром по краям. Что-то вселяло тревогу, то ли белые статуи во дворе, то ли красные, крупные цветы, что расползлись по стенам поместья. Уже сам размер здания указывал на более влиятельную фигуру - Оливина. Как рассказывал Никель на пару с Юлианом - граф является основным источником снабжения культа средствами. Церий владеют шахтами золотодобычи и множеством магазинов с золотыми украшениями в самых разных городах империи.

Мужчина в чёрном костюме и белых перчатках встретил гостей у ворот. Полный дом прислуги также показывал зажиточность графской семьи, а в главном зале поместья ждал Оливин. Мужчина с небольшой полнотой в теле, на что указывал его живот, но при этом у него имелся довольно высокий рост. Его лицо напоминало чем-то вечно щурившуюся лису из-за морщинок под глазами.

— А вот и вы! — Мужчина раскинул руки в стороны, показывая своё дружелюбие и открытость. Он знал, что император прислал своего приближённого не просто так и им предстоит обсудить что-то очень важное и, возможно, неприятное.

— Добрый день, граф Церий. — Оникс положил руку на грудь и слегка поклонился. Сегодня его рыжие волосы были собраны в хвост на макушке, от чего его шея казалась длиннее.

— Юлиан, ты и правда выглядишь жалко. — Оливин покрутил усы пальцами.

— Я заложник обстоятельств. — У алхимика дёрнулся уголок губ, и он решил перевести внимание графа на кого-нибудь другого. — Вы ещё не знакомы с моим младшим братом? Он ни разу не выходил в свет. — Юлиан подтолкнул Феликса вперед, и тот спешно поклонился.

— Третий сын герцога! — Глаза графа на секунду распахнулись. — Мой сын примерно этого возраста, неужели герцог тоже решил создать этого мальчика вслед за моим? — Оливин тихо усмехнулся.

— Нам предстоит непростой разговор, может перейдём в более удобное место? — Оникс натянул улыбку, будто бы его радует вся эта суета со знатными семьями, культом и императором.

Тёмные обои коридора с неразборчивыми рисунками давили на плечи. Феликс шёл следом за одной из служанок, держа в голове фразу Оливина:

«Детям нечего взрослые разговоры слушать, иди поиграй с моим сыном»

— «Поиграй»? — Феликс бурчал себе под нос. — Он же говорил мы ровесники...

Горничная остановилась у одной из дверей и поклонилась Феликсу, отойдя в сторону. Парень постучал в дверь и, глянув на служанку, дёрнул за ручку. Дверь со скрипом открылась и круглая, большая комната постепенно открылась взору синего глаза Феликса.

На полу были разлиты краски, всюду расплескались разноцветные брызги, но во всём этом изобилии цветов можно было разглядеть рисунок. Феликс вошёл в комнату, закрыв за собой дверь. Только нога ступила на красочный пол, раздался звонкий голос, от которого Феликс вздрогнул.

— Не двигайся! — Напротив парня, с противоположной стороны рисунка, стоял мальчишка с неописуемым выражением лица: вскинутыми бровями сведёнными друг к другу, вытянутой вперёд рукой и распахнутыми глазами. Взгляд Феликса с лица перешёл на светлые, кудрявые волосы, а затем снова на лицо. — Медленно следуй на за моей рукой! — Вытянутая вперёд рука начала плавно двигаться влево, ведя Феликса по краю комнаты к юному графу.

— В чём дело? — Феликс внезапно остановился, почувствовав раздражение.

— Не ходи по моему рисунку! — Руки мальчика были измазаны краской, преимущественно синей. Один зелёный мазок красовался на левой щеке, под цвет его глаз он подходил идеально, приятный мятный цвет. — Ты гость отца, так?

— Так. — Феликс отвёл взгляд в сторону, а юный граф направился к нему.

— Повязка? — Он потянулся рукой к лицу Феликса, и тот схватил его за запястье, не дав к себе прикоснуться.

— Что ты делаешь?

— Ты прячешь свой глаз? Зачем? — Он не спешил опускать руку.

— Его нет.

— А? — Рука графа слегка дрогнула.

— У меня нет одного глаза. — Феликс отбросил руку мальчика в сторону.

— Ох, но ведь... — Он приложил палец к губам и слегка прикусил его.  — Ты Спрингфайр? — Граф опустил руку. — Герцог мог же... — Он снова замолчал. — Меня зовут Мейтнери! — Мальчик протянул руку, а Феликс опустил взгляд, посмотрев на пятна от краски на коже.

— Феликс. — Он не стал пожимать руку.

— Ох, точно! Рука.... — Мейтнери убрал руку за спину и усмехнулся. — Видишь ли, с утра меня посетило вдохновение, и я не смог остановиться! — Граф указал рукой на рисунок на полу: голубое небо с белыми птицами, летящими над океаном. — Скажешь, в этом нет ничего необычного, но! — Он наклонился к лицу Феликса, и второй заметил небольшую разницу в росте. Спрингфайр был ниже. — Этому умиротворенному пейзажу не хватает драмы! Эмоций! Какой нибудь... — Мейтнери замолчал.

— Добавь то, что совсем не вписывается в эту картину. — Феликс опустил взгляд на пол.

— Цвет, что не подходит? — Он задумчиво промычал. — Красный?

— Почему красный?

— Я слышал, что кровь такого цвета.

— Ты никогда не видел крови?

— Нет, а ты? — Мейтнери даже не скрывал, что бестактно смотрит на повязку Феликса. — Скорее всего видел... — Граф сел на стул, что находился у балкона. — Что мне делать?

— Чтобы увидеть кровь? — Феликс встал рядом с Мейтнери и тот поднял голову, смотря на него. — Обычно кровь идёт если пораниться или упасть...Подожди! Как вышло, что ты ни разу её не видел? Ты никогда не получал царапин?

— Отец слишком меня бережёт. — Граф улыбнулся. — Ну, так что? Я должен упасть? — Мейтнери вскочил со стула и вышел на балкон.

— Постой ты! — Феликс поспешил за ним.

Мейтнери стоял спиной к нему, на перилах из камня, с деревянной поверхностью, что составляли где-то десять сантиметров в ширину.

— Давай спускайся! — Феликс замер у входа и тогда Мейтнери обернулся к нему. — Ты себе только перелом заработаешь, как минимум!

Мейтнери сделал вид, что откидывается назад. Феликс тут же бросился к нему и потянул за руку. Граф быстро развернулся спиной и сбил Феликса с ног. Они оба оказались на полу. Мейтнери вскочил на четвереньки и навис над герцогом.

— Сильно ударился?

— Ты... — Феликс почувствовал ноющую боль в затылке и замолчал. Мейтнери, не упуская возможности, дотронулся пальцами до повязки мальчика и тот вздрогнул.

— Прости. — Он извинился, но руку так и не убрал, а лишь полностью закрыл ладонью повязку Феликса и наклонился ниже. Герцог лежал на полу, его лицо было полностью открыто глазам Мейтнери. — Мне нравится.

Внезапно он вскочил на ноги и побежал в комнату. Мейтнери схватил банку с чёрной краской и выплеснул на свой рисунок. Феликс снова остановился у выхода с балкона и замер. Граф стоял спиной, держа ручку от банки с краской, что раскачивалась из стороны в сторону.

— Это не то, что я хочу видеть. — Банка упала на пол, и Мейтнери обернулся к гостю.

В этот момент Феликс подумал, что этот мальчик точно ненормальный.