По следам экзорциста

Двадцать первое февраля. Лазурю исполнилось четырнадцать лет. Мальчик был довольно тихим и пугливым. Тогда всё его внимание привлекла светловолосая принцесса, что приехала вместе с королевой Сердалуда. Встреча проводилась каждый год в честь союза Фаренгейла и Сердалуда, свободы и мира.

— Лазурь, покажи принцессе замок. — Королева вывела сына из-за своей спины и подтолкнула вперёд.

Калатее было только десять, но она была резвой и энергичной девочкой. Однако, довольно высокой, почти одного роста с Лазурем. Из-за чрезмерной активности, казалось, что замок показывает она Лазурю, а не наоборот.

— Ты рисуешь? — Калатея схватила листок, что лежал на столе в комнате принца.

— Стой! — Он робко протянул руку к ней, а она подняла лист над головой.

— Так ты его не отберёшь. — Она усмехнулась. — Если хочешь получить что-то, то ты должен быть увереннее.

Лазурь шагнул вперёд, а Калатея, хохоча, увернулась и убежала в другой угол комнаты, размахивая листочком.

— Что у нас здесь? — Она заглянула в листок. Нечёткими линиями карандаша на нём был изображен орёл, что смотрел куда-то в сторону.

— На моём балконе пару дней назад сидела эта птица. — Лазурь направился к девочке.

— Откуда она здесь? Я думала, что тут слишком холодно для птиц. — Калатея протянула листок мальчику, и как только он протянул руку, она подняла лист вверх. — Уверен, что хочешь забрать его? — Она ухмыльнулась.

— Уверен. — Мальчик продолжал держать руку вытянутой. — Я нарисую тебе другой рисунок.

— Договорились.

Со временем письма между королевствами стали пересылаться очень часто. Непонятные слова и бессмысленные предложения делали их нечитабельными для посторонних глаз, но не для Калатеи и Лазуря. Мать всегда оберегала Лазуря, заботилась о том, чтобы его ничего не тревожило, рассказывала много интересных историй. Большинство она выдумывала, но от этого мальчику лишь становилось интереснее.

— И тогда дракон съел солнце, а затем...

Лазурь прервал слова матери.

— Невозможно съесть солнце! — Он нахмурился.

— Лаз, включи своё воображение! — Она щёлкнула ему по носу. — Дракон очень захотел съесть солнце и съел! — Королева вдруг рассмеялась.

Принц взрослел и все детские фантазии вылились в рисунки, а затем в стихи. Интересы менялись по мере взросления, и вот Лазурь стал обучаться у отца фехтованию и основам магии. У обоих родителей в глазах горел огонь, а улыбка была сияющей и тёплой. Вот только сын не был похож на них характером и походил скорее на тихого, немного мрачного принца.

— У тебя отлично выходит. — Отец погладил сына по голове.

— Не выходит! — Мальчик бросил меч в снег.

— Если сдашься, то из этого и вовсе ничего не выйдет. — Он поднял меч из снега и отряхнул его. — Ты пробуешь один раз, затем второй и на третий раз начинает что-то получаться. — Король протянул меч сыну. — А дальше будет только лучше.

Лазуря с детства окружали люди, что были похожи на три солнца: мать, отец и Калатея. Не нужно есть солнце, если оно светит прямо рядом с тобой. Вот только два солнца внезапно погасли. Холодное и бушующее море поглотило их. В тот день от чего-то волны были выше обычного, с тёмными сгустками, что тянулись, словно желе. Снегопад усилился, а небо почернело. В свои семнадцать лет Лазурь стал единственным претендентом на трон.

— Чего конкретно ты хочешь? — На троне восседал Император Кианит, чей взгляд уловить было невозможно, ведь он будто бы смотрел сквозь своего собеседника.

— Я хотел попросить у Вас помощи! — Лазурь стоял на одном колене, склонив голову. — Мне рано придётся взойти на трон, как и вам...

— Вот только мне никто не помогал. — Император поднялся на ноги. — И ситуации у нас с тобой разные. Ты маленький, тепличный цветок, что потерял родителей и теперь тебе нужен новый указатель...

— Хотя бы скажите, что мне делать... — Принц поднял голову, а Кианит уже находился перед ним.

— Ничего. Ты не станешь королём. — Император держал голову прямо.

— Почему? — Принц вскочил на ноги, сжав в руке эмблему из бронзы с изображением лошади. Эмблема находилась на груди, удерживая накидку с тяжёлым мехом. По залу разлетелись хлопья снега вместе с голосом Лазуря.

— Я с самого начала обращался к тебе на «ты»... — Кианит обошёл Лазуря и встал за его спиной. — Ты склонил предо мной голову, хотя сам являешься правителем другого королевства.

Лазурь стиснул зубы, ничего не ответив.

— Я не стану твоим новым родителем. — Продолжил Кианит. — Но могу стать твоим другом, как только ты найдёшь самоуважение. Поверь, оно точно не на полу, так что не нужно падать на колени.

Совершеннолетия Лазурь достиг в девятнадцать лет и только тогда занял трон, в двадцать лет он уже год считался полноправным королём. Также прошло три года со дня смерти его родителей. Сегодня, в годовщину, вместо снегопада шёл дождь и сверкали молнии. Это была одна из очень редких гроз в Фаренгейле и в этот же день в замок явилась принцесса Калатея. Казалось, что гроза пришла вместе с ней из Сердалуда. На коронацию, год назад, её семья не явилась и оборвала все связи с Фаренгейлом. Девушку проводили в покои короля. Она скинула с головы капюшон чёрного, блестящего плаща, с которого стекали капли дождя. Её волосы растрепались и сильно намокли. Она подняла свои зелёные глаза на Лазуря, продолжая молча стоять.

— Почему ты здесь? — Король поспешил снять мокрый плащ с Калатеи. — Я прикажу набрать тебе горячую ванну и...

Калатея прервала его, бросившись в объятия.

— Лаз, я принцесса Сердалуда и следующая королева. — Её голос был тихим и хриплым. — Мне нужно будет родить следующую наследницу, как только я взойду на престол. — Она отстранилась, прижав кулаки к груди парня.

— Калатея, что случилось? — Лазурь обхватил её руки своими ладонями.

— Я так и не познаю любви? — Принцесса стояла опустив голову. — Если бы только я не была принцессой, то просто бы сбежала к тебе в замок...

— Что ты хочешь сказать? Говори прямо, я не пойму тебя. — После этих слов Калатея на мгновение замолчала и сердце короля пропустило несколько ударов.

— Я хочу чтобы это был ты... — Она подняла голову и посмотрела на Лазуря полными слёз глазами. — Не те мужчины, которых выберет моя мать, и которых я больше не увижу. Я даже не знаю своего отца. По традиции королеве пришлось провести ночь с самыми лучшими кандидатами... — Девушка снова замолчала, но от её слов Лазуря охватил ужас, и он застыл на месте.

— Ты узнала об этом сегодня? И что, сразу сорвалась сюда в такую погоду?! — Лазурь отстранился от девушки и приложил ладонь к своему лбу.

— Лаз, прошу! — Калатея снова шагнула к королю и коснулась щеки. — Это должен быть ты... — Она стала приближаться к Лазурю, а тот пятился назад.

— Калатея... — Он почувствовал, что его колени с внутренней стороны упёрлись в кровать и сел. Калатея положила руки ему на плечи и, выставив колено вперёд, нависла над ним. Взяв за волосы на затылке, она обратила его лицо к себе.

— Ты хочешь этого? — Не дав ответить она приблизилась к его лицу и прошлась своими губами по верхней губе Лазуря. — Если ты хочешь чего-то, то должен быть уверенее.

Лазурь закрыл глаза и стал повторять движения Калатеи. Он чувствовал, как её язык проходит где-то на грани, но не решался войти внутрь. Тогда парень сделал это вместо девушки и постарался ухватить своим языком язык девушки. Она отстранилась от удивления, но тут Лазурь обхватил её талию и повалил на кровать, нависнув над ней. Не ожидав таких действий от Лазуря девушка округлила глаза. Но сияющие, расслабленные глаза короля напротив, заставили её протянуть руку к его щеке. Парень повернул голову и оставил поцелуй на коснувшейся его лица ладони. Он стал двигаться к локтю, а дальше его губы коснулись плеча. От чужого дыхания около уха Калатея покрылась мурашками, а ведь пару минут назад она была такой смелой. Что-то влажное коснулось уха Калатеи и она содрогнулась.

— Лаз... — Шёпотом произнесла она.

— Не нравится? — Он тоже шептал ей на ухо.

— Нет, не в этом дело. — Калатая начала мотать головой. — Просто я удивилась...

Лазурь опустился к шее и от прикосновения его губ Калатея громко выдохнула, зажмурив глаза. Юбка платья зашуршала, и рука Лазуря скользнула от колена до бедра. Он поднял голову и посмотрел на Калатею. Девушка чувствовала сильный жар от пульсирующей в щеках крови, а от чувства, будто низ живота чем-то придавило, дыхание замедлилось.

— Не передумала? — Их взгляды встретились и Калатея снова неосознанно протянула руку, запустив её в нежно-голубые волосы и слегка сжала ладонь в кулак, ухватив несколько прядей.

— Я решусь на это только с тобой. — Она спустила руку к щеке парня продолжив шептать. — Это должен быть только ты.

Солнечные дни в Фаренгейле совсем не редкость. Ранним утром розоватый свет отражается от снега, который покрыл новым слоем землю за ночь.

— Лазурь, смотри! — Калатея указала пальцем на остановившегося у дерева белого зайца. — Он такой белоснежный!

— Здесь их часто можно увидеть. — Лазурь только что поднялся на пригорок за девочкой.

— Мы сможем поймать его? — Калатея глянула на принца и стала подкрадываться к животному.

— Зачем он тебе? — Лазурь вздохнул, на секунду закатив глаза.

Как только заяц заметил девчонку, то сразу присел и было понятно, что собрался удрать. Принцесса ринулась к нему и упала в снег, а зайчик благополучно убежал.

— Можно сказать, что ему повезло. — Лазурь усмехнулся и протянул руку девочке, сидящей в снегу. Её длинное и плотное пальто не позволило ей встать самостоятельно, а сапоги были наполнены мехом, словно дутые мешки. Она ухватилась двумя руками за руку Лазуря и потянула его на себя. Так принц тоже оказался в снегу, а Калатея звонко рассмеялась.

— Ты такой доверчивый! — Она начала успокаиваться.

— Только с тобой. — Лазурь усмехнулся, но это не было похоже на полноценный смешок. — За эти два года ты стала мне словно младшая сестра.

Приближался рассвет и оранжевый свет наполнял комнату. Лазурь молча смотрел на лицо спящей Калатеи и неосознанно потянул руку к её щеке.

— Зачем же я вспомнил об этом? — Его указательный палец замер в паре сантиметров от её губ, а лицо девушки сморщилось. Лазурь убрал руку и выражение лица девушки снова стало расслабленным. Чёрные ресницы дрогнули, и глаза приоткрылись. Она подняла взгляд на Лазуря и моргнула несколько раз.

— Так рано проснулся? — Калатея закуталась в одеяло до самого подбородка.

— Я всё думаю о том, что ты мне рассказала. — Лазурь сел, повернув голову прямо, и опустил глаза. — Я думаю о том, что мог бы убить всех в твоём чёртовом замке, забрать тебя к себе, запереть в самой большой и светлой комнате, где ты будешь так же безмятежно спать. — После его слов девушка рассмеялась.

— Что же... — Смех затих, а на её лице появилась улыбка. — Буду этого ждать.

«Не было ни дня, чтобы я не жалел о том, что сделал с тобой. После той ночи, с каждым новым днём желание уничтожить Сердалуд не казалось мне таким уж безумным».